Мотивированное 

определение

 изготовлено 16.04.2026 г.

Судья Соколова Н.А. Дело № 33-1311/2026

УИД 76RS0015-01-2025-001376-16

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда в составе:

председательствующего судьи Семиколенных Т.В.

судей Пискуновой В.А., Архипова О.А.

при секретаре Щевелевой К.П.

с участием прокурора Качура А.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Ярославле

05 марта 2026 года

гражданское дело по апелляционной жалобе Государственного бюджетного клинического учреждения здравоохранения Ярославской области «Ярославская областная психиатрическая больница» на решение Ленинского районного суда г.Ярославля от 06 октября 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>), ФИО2 (паспорт 

<

данные изъяты>) удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного клинического учреждения здравоохранения Ярославской области «Ярославская областная психиатрическая больница» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда – 80 000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного клинического учреждения здравоохранения Ярославской области «Ярославская областная психиатрическая больница» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 (паспорт 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда – 80 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Заслушав доклад судьи Пискуновой В.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к Государственному бюджетному клиническому учреждению здравоохранения Ярославской области «Ярославская областная психиатрическая больница» о взыскании в пользу каждого компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В обоснование иска указано, что истцы являются родителями ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ. В 2006 г. сыну был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>, в связи с чем был поставлен на учет в психиатрической больнице, с 2008 г. сын являлся 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> заболеванию.

02.06.2021 в связи с ухудшением состояния здоровья истцы вызвали сыну скорую психиатрическую помощь по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. После проведенного медицинскими работниками осмотра на дому, сын госпитализирован в больницу не был.

03.06.2021 в период времени с 07.00 по 08.15 в связи с ухудшением состояния здоровья сыну повторно была вызвана бригада скорой психиатрической помощи по месту жительства, и сын был госпитализирован в ГБКУЗ Ярославской области «Ярославская областная психиатрическая больница», где и умер 07.06.2021.

Перед вызовом скорой психиатрической помощи ФИО1 измерила у сына артериальное давление, показатели которого были 

<

данные изъяты> пульс 

<

данные изъяты>., сахар - 

<

данные изъяты> 03.06.2021 сына истцов осматривала врач ФИО4, ей были сделаны следующие назначения: 

<

данные изъяты> и назначено следующее лечение: 

<

данные изъяты> В этот день ФИО3 было сделано ЭКГ, взяты анализы. 05 и 06.06.2021 осмотр больного врачами больницы не производился. Осмотр терапевта был 07.06.2021, назначено дообследование.

07.06.2021 в 18.30 больной был осмотрен дежурным врачом ФИО5, которая зафиксировала его жалобы на одышку, артериальное давление ФИО18 и назначила 

<

данные изъяты> В карте ФИО3 отмечено, что в 19 часов АД 

<

данные изъяты> пульс 

<

данные изъяты> ударов в минуту, больной лежит в койке, испражнился, одышка сохраняется. В 19.15 по записи в карте, дежурным врачом вызвана бригада скорой медицинской помощи с подозрением на инфаркт миокарда. В 19.25 имеется запись в карте, что АД не определяется, пульс не выслушивается, проведен непрямой массаж сердца. Реанимационные мероприятия в течение 30 минут без эффекта, на магистральных артериях пульсация не определяется, кожные покровы бледные, реакции зрачков на свет не определяется, дыхание не выслушивается, тоны сердца отсутствуют. Констатирована смерть ФИО3 в 19.55.

По мнению истцов, причиной смерти их сына стало ненадлежащее оказание ему медицинской помощи, в том числе 04.06.2021 лечащими врачом в план лечения добавлен препарат 

<

данные изъяты> при отсутствии жалоб и объективного осмотра; в медкарте не заполнены все разделы, в клинический диагноз не внесены соответствующие заболевания: 

<

данные изъяты>; при поступлении 03.06.2021, с учетом имеющейся у ФИО3 объективной картины 

<

данные изъяты> симптоматики, не были назначены препараты по 

<

данные изъяты> статусу. Лечение основного заболевания проводилось не в полном объеме. Были допущены недостатки по ведению медицинской карты. Дефекты оказания медицинской помощи сыну не состоят в прямой причинно-следственной связи с его смертью, но ненадлежащим его лечением истцам также причинен моральный вред.

Судом постановлено вышеуказанное решение, с которым не согласился ответчик ГБКУЗ ЯО «Ярославская областная психиатрическая больница» подав на решение апелляционную жалобу. В апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В качестве доводов в жалобе указано на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права.

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, изучив материалы дела, выслушав представителя ГБКУЗ ЯО «Ярославская областная психиатрическая больница» по доверенности ФИО6, поддержавшего жалобу, заключение прокурора Качура А.С., полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия полагает следующее.

Частично удовлетворяя исковые требования ФИО8, суд первой инстанции пришел к выводам о том, что при поступлении ФИО3 03.06.2021 г. в ГБКУЗ ЯО «ЯОПБ» имели место дефекты оформления медицинской документации и дефект лечения (лечение было неполным), однако они не повлияли на неблагоприятный исход (наступление смерти ФИО3); прямой причинно-следственной связи между дефектами оформления медицинской документации, дефектами лечения и наступлением смерти ФИО3 не имеется. Однако, наличие дефектов оказания ФИО3 медицинской помощи свидетельствует о причинении морального вреда его родителям, поскольку здоровье – это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, и ненадлежащее оказание сыну истцов медицинской помощи повлекло переживания за родного человека, то есть моральные и нравственные страдания, подлежащие компенсации в денежном выражении.

Судебная коллегия полагает данные выводы суда первой инстанции соответствующими обстоятельствам по делу и положениям закона.

Доводы жалобы о том, что не имеется оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчика ввиду отсутствия причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и наступившей смертью ФИО3, судебная коллегия полагает несостоятельными.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст.41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч.1 ст.41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно п.1 ст.2 указанного Федерального закона №323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п.2 ст.2 Федерального закона №323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п.3 с.2 Федерального закона №323-ФЗ).

В силу ст.4 Федерального закона №323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.1, 2 ст.19 Федерального закона №323-ФЗ).

В п.21 ст.2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч.1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно ч.2 ст.64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч.2 и 3 ст.98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Судом по делу установлено, что ФИО3 (примерно с 1991 года) страдал хроническим 

<

данные изъяты>: 

<

данные изъяты>, смешанный тип с 2008 года являлся 

<

данные изъяты> группы (бессрочно) по данному 

<

данные изъяты> заболеванию.

03.06.2021 г. ФИО3 госпитализирован в 2-ое отделение Государственном бюджетном клиническом учреждении здравоохранения Ярославской области «Ярославская областная психиатрическая больница» в связи с объективной клинической 

<

данные изъяты> симптоматикой в рамках 

<

данные изъяты> расстройства. В приемном отделении ФИО3 добровольно дал согласие на госпитализацию и лечение.

07.06.2021 г. ФИО3 умер в больнице. Посмертный диагноз: 

<

данные изъяты>. При патологоанатомическом исследовании трупа ФИО7 выявлены признаки 

<

данные изъяты>, осложнившейся 

<

данные изъяты> с развитием 

<

данные изъяты> на фоне хронической, при резком увеличении нагрузки на миокард вследствие гипертонического криза.

В рамках расследования уголовного дела по факту смерти ФИО3 была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, согласно заключения которой №23 от 29.05.2024 г. установлено, что основным заболеванием ФИО3 (заболевание, которое вызвало наступление смерти) является 

<

данные изъяты>. Фоновыми заболеваниями (заболевание, которое являлось одной из причин развития основного заболевания, отягощало его течение, способствовало возникновению осложнений) у ФИО3 являлись: 

<

данные изъяты> Все вышеуказанные заболевания являлись «хроническими», имелись у ФИО3 на момент поступления в ГБКУЗ «Ярославская областная психиатрическая больница». 

<

данные изъяты> у ФИО3 осложнилась сердечной недостаточностью с формированием застойных изменений в легких, что способствовало развитию 

<

данные изъяты> в период пребывания ФИО3 в ГБКУЗ ЯО «ЯОПБ».

Госпитализация ФИО3 03.06.2021 г. была обусловлена объективной клинической 

<

данные изъяты> симптоматикой в рамках 

<

данные изъяты> расстройства, то есть была оправдана и правомерна. В отделении ФИО3 ежедневно осматривался врачом - психиатром, также был осмотрен врачом-терапевтом, заведующим отделением, с подробным описанием психического и соматического статусов. 03.06.2021 г. по результатам осмотра пациенту были назначены все необходимые анализы и обследования, а также медикаментозное лечение сахарного диабета и гипертонической болезни; 04.06.2021 г. лечащим врачом в план лечения был добавлен препарат 

<

данные изъяты> (для лечения 

<

данные изъяты>) при отсутствии жалоб, данных объективного осмотра, обосновывающих назначение препарата. Сопутствующий диагноз 

<

данные изъяты> в карте №3174 не выставлен в соответствии с МКБ-10 (дефект оформления медицинской документации). Также в карте №3174 заполнены не все разделы, предусмотренные стационарной картой: при оформлении титульного листа не указаны: количество-койко дней, проведенных в отделении; группа крови и резус-фактор; побочное действие лекарств; по каким показаниям доставлен в стационар; на титульный лист карты №3174 в клинический диагноз не вынесены сопутствующие заболевания сахарный диабет и гипертоническая болезнь с кодами МКБ-10 (дефект оформления медицинской документации).

При поступлении 03.06.2021 г., с учетом имеющейся у ФИО3 объективной клинической депрессивно-параноидной симптоматики, не были назначены препараты по 

<

данные изъяты> статусу пациента (так называемая «психотропная терапия»: препараты из групп антидепрессантов, нейролептиков, транквилизаторов). То есть при поступлении (03 июня 2021 года) по результатам осмотра в план лечения не было включено медикаментозное лечение основного заболевания (

<

данные изъяты> расстройства). Таким образом, лечение основного заболевания проводилось не в полном объеме (дефект лечения), не в соответствии с требованиями приказа Минздрава России от 10.05.2017 г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (пп. «е», «л» п.2.2. ч. II приложения к приказу). Обоснование неназначения медикаментозной терапии по основному заболеванию, с которым пациент был госпитализирован в ГБКУЗ ЯО ЯОПБ, в тексте дневниковой записи отсутствует. В остальном лечение пациента в отделении корректировалось в соответствии с результатами обследования и консультациями специалистов.

Вышеуказанные дефекты оформления медицинской документации и дефект лечения не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО3

По данным представленной медицинской документации дефектов установки основного диагноза, проведения обследования в период госпитализации в ГБКУЗ ЯО «ЯОПБ», при оказании помощи пациенту ФИО3 в ГБКУЗ ЯО «ЯОПБ» не выявлено. Медицинская помощь, оказанная в ГБКУЗ ЯО «ЯОПБ» ФИО3 врачом-терапевтом, не имела дефектов. Анализ представленной медицинской документации показал, что при оказании медицинской помощи врачами-терапевтами имели место некоторые замечания: состояние ФИО3 в дневниковых записях часто отмечалось как удовлетворительное, хотя его можно было оценить как состояние средней тяжести; следовало четче указывать даты развития артериальной гипертензии (АГ), цифры артериального давления (АД), степень риска и течение гипертонической болезни (ГБ); полностью проанализировав все записи консультации терапевтов, которые нередко отличаются по формулировкам стадии и степени гипертонической болезни, можно сделать заключение, что 2-я стадия гипертонической болезни имела место уже в 2005 году, что и способствовало формированию 

<

данные изъяты> кардиомиопатии. Вышеуказанные замечания не повлияли на неблагоприятный исход и не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО3 Основной причиной смерти ФИО3 явилась тяжесть основного заболевания - 

<

данные изъяты> кардиомиопатии, осложнившейся развитием гипертонического 

<

данные изъяты>. Крайне отрицательное влияние на прогрессирование поражения мышцы сердца у ФИО3 оказали не только длительно текущая артериальная гипертензия, ожирение 

<

данные изъяты> степени, но и постоянное употребление алкоголя в значительном количестве, курение, периодическое несоблюдение режима лечения (которые зафиксированы в представленной медицинской документации ФИО3).

При поступлении ФИО3 03.06.2021 г. в ГБКУЗ ЯО «ЯОПБ» имели место дефекты оформления медицинской документации и дефект лечения (лечение было неполным), однако, они не повлияли на неблагоприятный исход (наступление смерти ФИО3). Прямой причинно-следственной связи между вышеуказанными дефектами и наступлением смерти ФИО3 не имеется.

Судебная коллегия полагает, что судом дана правильная оценка данного заключения судебной экспертизы, которое соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, ст.25 Федерального закона от 31.05.2001 г. №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», является полным, ясным, содержит подробное описание проведенного исследования, мотивированные ответы на поставленные судом вопросы, последовательно, непротиворечиво. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст.307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения, не заинтересованы в исходе дела, имеют образование в соответствующей области знаний и стаж экспертной работы.

Указанным заключением однозначно подтверждено наличие дефектов заполнения медицинской документации врачами ГБКУЗ ЯО «ЯОПБ» и дефектов оказания медицинской помощи ФИО3

Доказательств, опровергающих выводы указанного заключения судебной экспертизы, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ, стороной ответчика не представлено, ходатайства о проведении судебной экспертизы в рамках настоящего гражданского дела ответчиком не заявлялось.

Установив факт наличия дефектов оказания медицинской помощи ФИО3, учитывая положения ст.ст.150, 151, 1099 п.1, 1064 п.1, 2, 1068 п.1, 1101 ГК РФ, а также разъяснения в п.1, 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.2994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», п.11, 32 абз.3, 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», судом обоснованно с ответчика в пользу истцов взыскана компенсация морального вреда, поскольку самим фактом оказания их сыну ФИО3 медицинской помощи с дефектами им как родителям пациента был причинен моральный вред, однозначно истцы испытали нравственные и физические страдания, осознавая, что медицинская помощь их сыну была оказана не в полном объеме. То обстоятельство, что дефекты оказанной медицинской помощи не явились сами по себе причиной смерти ФИО3, не влечет освобождение ответчика от компенсации причиненного истцам морального вреда, а лишь влияет на размер компенсации.

Размер компенсации морального вреда по 80 000 руб. каждому из истцов в данном случае соответствует требованиям ст.1101 п.2 ГК РФ. Апелляционная жалоба не содержит доводов в оспаривание размера взысканной компенсации.

Таким образом, судом по настоящему делу верно установлены юридически значимые обстоятельства, правильно применены и истолкованы положения закона, регулирующие правоотношения сторон. Доказательствам, представленным по делу, судом дана надлежащая оценка согласно ст.67 ГПК РФ. Оснований для иной оценки доказательств не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих в силу ч.4 ст.330 ГПК РФ безусловную отмену решения, судом не допущено.

Соответственно, апелляционная жалоба не содержит правовых оснований для отмены обжалуемого решения и удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ленинского районного суда г.Ярославля от 06 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Государственного бюджетного клинического учреждения здравоохранения Ярославской области «Ярославская областная психиатрическая больница» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи