Дело № 2-3812/2017 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 ноября 2017 года 

Свердловский районный суд г. Костромы в составе 

председательствующего Суховой Е.В., при секретаре Пономаревой Ю.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО7 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Костромской области, УФСИН России по Костромской области, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 ФИО16., обратился в суд с вышеуказанным иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Костромской области. Иск мотивирован тем, что в период времени с 

<

дата> г.г. он содержался в СИЗО-1, в данный период испытывал унижение и дискомфорт, так как камера не была оборудована помещением для курящих, приходилось дышать дымом и портить здоровье. Кроме того, ему не выдавались наборы для гигиены, родственники ему передачи не носили, .... Просил взыскать компенсацию морального вреда в размере ... рублей.

В процессе рассмотрения дела в качестве соответчиков судом привлечены УФСИН России по КО, ФСИН России.

В судебном заседании истец не присутствовал, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ФСИН России, УФСИН России по КО, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области ФИО2 исковые требования не признала по доводам указанным в отзыве. Дополнительно суду пояснила, что ответчики исковые требования не признают. Сам факт нахождения истца в местах лишения свободы не является безусловным основанием для возмещения морального вреда. Истцом не доказано, чем подтверждается факт причинения ему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены истцом, сумма их компенсации ничем не обоснована. Размер заявленной компенсации не соответствует требованиям разумности и справедливости. Вины учреждения в причинении нравственных страданий не имеется. Истец содержался в СИЗО-1 с 

<

дата> по 

<

дата> год, заявлений и обращений к администрации о переводе его в камеру к некурящим лицам, и об отсутствии на лицевом счете необходимых средств для приобретения индивидуальных средств гигиены, не поступало. Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдавались мыло, туалетная бумага. Истцом не представлено доказательств того, что за период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области он предъявлял жалобы на условия содержания. Ответчики считают себя ненадлежащими ответчиками. В силу положений ст. 1071 ГК РФ ответственность перед истцом должно нести само государство - Российская Федерация - в лице Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации. В удовлетворении исковых требований просили отказать в полном объеме. 

Исполняющий обязанности руководителя Управления федерального казначейства по Костромской области ФИО3, представляя Министерство финансов РФ в лице УФК по КО представил письменный отзыв на исковое заявление, согласно которому требования истца считал не обоснованными, просил в удовлетворении иска отказать и рассмотреть дело в отсутствие представителя. 

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован и осуществляется на основании нормативно-правовых актов, регламентирующих условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание, то есть актов, принятых с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

В этой связи содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, а, следовательно, не порождает у лица, содержащегося под стражей, в том числе и при нарушении условий содержания, безусловное право на компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Судом установлено, что ФИО1 ФИО8. содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области с 

<

дата> по 

<

дата> год, всего .... 

В соответствии со ст.4 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

В соответствии со ст. 3 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию, при этом под унижающим достоинство обращением и наказанием понимаются, в частности, ненадлежащие условия содержания под стражей.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушение личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не служат безусловными и бесспорными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда, и обязательным условием удовлетворения названных требований является именно факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Исходя из этого, юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию при разрешении настоящего дела, являлся факт причинения истцу реальных физических и нравственных страданий теми условиями содержания, на которые он ссылался в обоснование исковых требований.

Данный факт в силу части 1 статьи 56 ГПК РФ подлежал доказыванию истцом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из представленных по делу доказательств, следует, что обстоятельства, положенные истцом в обоснование исковых требований, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Согласно отзыву ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, истец за весь период пребывания в СИЗО-1 каких-либо жалоб, заявлений по условиям содержания, к руководству учреждения, в надзорные органы не обращался. Данный факт истцом не оспорен. 

Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» не содержит прямого запрета на содержание в помещениях камерного типа курящих осужденных, подозреваемых, обвиняемых вместе с некурящими.

В соответствии со ст. 33 указанного Федерального закона размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих.

Доводы истца, что он, в заявленный период, содержался совместно с курящими лицами, безосновательны, заявлений и обращений к администрации СИЗО-1 г. Костромы о переводе в камеру к некурящим лицам от ФИО1 ФИО9 не поступало.

Сами по себе доводы истца о дискомфорте при нахождении в камерах СИЗО-1 с курящими лицами не могут служить основанием для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда. При отсутствии обращений ФИО1 ФИО10. к администрации учреждения по данному вопросу оснований к рассмотрению вопроса о переводе ФИО1 ФИО11. в другую камеру не имелось, ущемления прав ФИО1 ФИО12 со стороны администрации учреждении не усматривается. 

В соответствии с вышеприведенными положениями закона размещение курящих отдельно от некурящих производится только при наличии такой возможности. Наличие возможности содержания в СИЗО-1 в рассматриваемый период курящих и некурящих лиц раздельно судом не установлено. Фактов обращения истца за получением медицинской помощи ввиду ухудшения состояния здоровья по указанной причине не выявлено. Истцом доказательств причинения вреда его здоровью и причинно-следственной связи такого вреда с нахождением в курящей среде в камерах СИЗО-1 суду не предоставлено.

Таким образом, при анализе представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что доводы истца о несоблюдении условий содержания, в ходе судебного заседания своего подтверждения не нашли. 

В соответствии со ст. 23 Федерального закона № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин) средства личной гигиены (для женщин).

Согласно информации, изложенной в отзыве ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Костромской области, индивидуальными средствами личной гигиены ФИО1 ФИО14., как и другие подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений обеспечивался по норме материально-бытового обеспечения осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах ФСИН, на мирное время в соответствии с приказом Министерства юстиции РФ. Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдавалось и выдается бесплатно мыло хозяйственное 200 грамм, туалетная бумага 25 метров. В ежемесячный комплект средств личной гигиены входят: туалетная бумага 25 м., зубная паста 30 грамм, мыло туалетное 50 грамм, одноразовая бритва 6 штук, зубная щетка 1 штука (на 6 месяцев).

Согласно доводам представителя ответчика от истца не поступали заявления об обеспечении его индивидуальными средствами гигиены в связи с отсутствием денежных средств на лицевом счете. Доказательств и доводов, опровергающих пояснения ответчиков, суду не представлено. Кроме того, суду не представлены ведомости, свидетельствующие о получении истцом гигиенического набора за спорный период, в связи с их уничтожением, в связи с истечением срока хранения, в соответствии с п. 5.3.34 Приказа МВД РФ «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы Министерства внутренних дел РФ, с указанием сроков хранения» от 19.11.1996 № 615 срок хранения – 5 лет). 

Однако, отсутствие доказательств обеспечения истца индивидуальными средствами гигиены, при отсутствии и его личных заявлений об обеспечении ими при отсутствии средств на лицевом счете в спорный период, не является обстоятельством, свидетельствующим о причинении истцу морального вреда, подлежащего компенсации государством, не обеспечившим его содержание в учреждении уголовно-исполнительной системы в условиях, совместимых с уважением достоинства личности.

Истцом не представлено доказательств, опровергающих доводы ответчиков о предоставлении мыла и туалетной бумаги для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц.

На основании изложенного, суд считает необоснованными доводы истца о том, что условия содержания в ФКУ СИЗО-1 унижали его человеческое достоинство и привели к нарушению личных неимущественных прав, в связи с чем, его требования о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, так как факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий, судом не установлен.

При этом суд отмечает, что сам процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах, само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

В ст. 1100 ГК РФ приведен исчерпывающий перечень оснований компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда, в котором отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда, причиненного нарушением предусмотренных законом условий содержания под стражей или отбывания наказания в виде лишения свободы.

Несмотря на это истец доказательств в обоснование своих требований суду не представил, пояснений об обстоятельствах, подтверждающих факт причинения ему морального вреда, не давал, ходатайств об истребовании доказательств, подтверждающих факт причинения ему морального вреда, не заявлял.

Руководствуясь ст.ст.194 - 198 ГПК РФ, суд 

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО15 о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в мотивированной форме. 

Судья