РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

3 февраля 2020 года г. Тула 

Пролетарский районный суд г. Тулы в составе: 

председательствующего Чариной Е.В., 

при секретаре Рожиной А.И., 

с участием: 

истицы по первоначальному иску – ответчицы по встречному иску ФИО2 и ее представителя по доверенности и ордеру адвоката Долгушиной И.В.,

рассмотрев в помещении Пролетарского районного суда г. Тулы в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-113/2020 по иску ФИО2 к администрации города Тулы о признании права собственности на квартиру в порядке приобретательной давности и по встречному иску администрации города Тулы к ФИО2 о признании квартиры выморочным имуществом и признании права муниципальной собственности на квартиру в порядке наследования по закону,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к администрации города Тулы о признании права собственности на квартиру в порядке приобретательной давности.

В обоснование заявленного требования сослалась на то, что с ДД.ММ.ГГГГ состояла в фактических брачных отношениях с ФИО1, они вели совместное хозяйство, имели общий бюджет. В ДД.ММ.ГГГГ у них (ФИО2, ФИО1) родилась дочь ФИО3, которая погибла в возрасте 10 лет. До ДД.ММ.ГГГГ они проживали в квартире по адресу: 

<

адрес> (впоследствии переименована в 

<

адрес>, которая предоставлена ДД.ММ.ГГГГ на состав семьи, состоящей из трех человек: ФИО1, ФИО2 (жену) и ФИО3 (дочь). ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приватизировал данное жилое помещение, она (истица) дала согласие на приватизацию занимаемой квартиры без ее участия. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продал приватизированную квартиру, а на вырученные от продажи денежные средства они (ФИО1, ФИО2) приобрели квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (далее по тексту – спорная квартира, спорное жилое помещение); ФИО1 зарегистрировал ее (истицу) в спорной квартире, они совместно проживали по данному адресу. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер. После его смерти она (ФИО2), не являясь собственником спорного жилого помещения, добросовестно, открыто и непрерывно владеет им как своим собственным, производит ремонт, приобретая на свои средства строительные материалы, оплачивает содержание жилья, налог на имущество, то есть несет бремя содержания недвижимого имущества. Она (истица) никогда не скрывала своего владения квартирой как своим собственным имуществом, сразу же представила в жилищные органы копии документов о смерти ФИО1, на основании которых последний был снят с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>, а финансовый лицевой счет переоформлен на ее (ФИО2) имя.

На основании изложенного, просила суд признать за ней (ФИО2) право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, в силу приобретательной давности.

Администрация города Тулы обратилась в суд со встречным исковым заявлением к ФИО2, в котором просила признать квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, выморочным имуществом; признать право муниципальной собственности на указанную квартиру в порядке наследования по закону, указав, что собственником квартиры 

<

адрес> являлся ФИО1, который умер ДД.ММ.ГГГГ. Наследников к его имуществу не имеется. О наличии выморочного имущества в виде спорного жилого помещения администрация города Тулы узнала из содержания искового заявления ФИО2, поданного в Пролетарский районный суд г. Тулы. 

Истица по первоначальному иску – ответчица по встречному иску ФИО2 и ее представитель по доверенности и ордеру адвокат Долгушина И.В. в судебном заседании поддержали заявленное требование и просили суд его удовлетворить; встречные исковые требования администрации города Тулы не признали, указав, что с ДД.ММ.ГГГГ сотрудники администрации города Тулы ни разу не появлялись в спорном жилом помещении, самоустранились от владения и пользования им, не несли расходы на его содержание. Выразили опасения относительно возможного выселения ФИО2 из спорной квартиры, которая является ее (истицы по первоначальному иску) единственным местом жительства, в случае удовлетворения встречного иска администрации города Тулы. Самостоятельно обеспечить себя жильем она (ФИО2) не в состоянии, поскольку является пенсионеркой, размер ее пенсии невелик, каких-либо накоплений она не имеет. Обратили внимание, что вопреки доводам представителя администрации города Тулы владение ФИО2 спорной квартирой является открытым и добросовестным, поскольку после смерти ФИО1 она (истица по первоначальному иску) сняла его с регистрационного учета и переоформила финансовый лицевой счет на свое имя, после чего обратилась в налоговый орган и, сообщив о смерти ФИО1, просила начислять налог на имущество на ее (ФИО2) имя. 

Представитель ответчика по первоначальному иску – истца по встречному иску – администрации города Тулы в судебное заседание не явился, о месте и времени его проведения извещен, в письменном заявлении ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие. 

Ранее, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, представитель администрации города Тулы по доверенности ФИО4 встречные исковые требования поддержала, первоначальное исковое требование ФИО2 не признала, пояснив, что, несмотря на длительность, непрерывность и открытость владения, ФИО2 пользовалась квартирой № дома 

<

адрес> без законных на то оснований, владение ею нельзя признать добросовестным, спорное жилое помещение является выморочным, о наличии имущества после смерти ФИО1 орган местного самоуправления в известность поставлен не был. Указала, что после регистрации права муниципальной собственности на квартиру 

<

адрес> последняя подлежит распределению между лицами, признанными нуждающимися в жилых помещениях.

Руководствуясь положениям статьи 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя администрации города Тулы.

Выслушав объяснения истицы по первоначальному иску – ответчицы по встречному иску ФИО2 и ее представителя по доверенности и ордеру адвоката Долгушиной И.В., допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случаях и в порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно статье 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

В соответствии со статьей 11 Федерального закона от 30.11.1994 года № 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», действие статьи 234 данного Кодекса распространяется и на случаи, когда владение имуществом началось до 1 января 1995 года и продолжается в момент введения в действие части первой Кодекса.

Приобретение права собственности в порядке статьи 234 ГК РФ относится к первоначальным способам приобретения права, так как права приобретателя не основаны на прежней собственности, а зависят от совокупности пяти обстоятельств, указанных в пункте 1 указанной статьи, а именно, от длительного, добросовестного, открытого, непрерывного владения имуществом как своим собственным. 

Исходя из содержания приведенной нормы права, в толковании, данном в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса РФ);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

При этом течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 ГК РФ, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункты 2, 4 статьи 234 ГК РФ).

Аналогичные разъяснения даны и в абзаце 3 пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Как указано в абзаце первом пункта 16 приведенного выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 года, по смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено как на бесхозяйное имущество, так и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу. В последнем случае может быть признано добросовестным владение имуществом, имеющим собственника, когда лицо, владеющее таким имуществом, не знает и не может знать о незаконности своего владения, поскольку предполагает, что собственник от данного имущества отказался.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же Постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности. 

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею. Это относится к случаям, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Таким образом, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Причины, по которым сложилась такая ситуация, когда лицо длительно как своим владеет имуществом, на которое у него отсутствуют права, сами по себе не имеют значения при условии добросовестности давностного владельца, открытости и непрерывности такого владения (Определение Верховного Суда РФ от 15.05.2018 года № 117-КГ18-25).

Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности с момента истечения срока давности для истребования вещи предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.

Целью нормы о приобретательной давности является возвращение фактически брошенного имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.

Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре. Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений статьи 234 ГК РФ. Более того, само обращение в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности является следствием осведомленности давностного владельца об отсутствии у него права собственности (Определение Верховного Суда РФ от 20.03.2018 года № 5-КГ18-3).

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности. Соответственно тот факт, что спорная квартира является выморочным имуществом и в силу закона признается принадлежащей муниципальному образованию, сам по себе не является препятствием для применения статьи 234 ГК РФ (Определение Верховного Суда РФ от 24.01.2017 года № 58-КГ16-26).

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 состояли в фактических брачных отношениях.

ДД.ММ.ГГГГ у них родилась дочь ФИО3; в ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 установлено отцовство в отношении ребенка, после чего сведения о нем как об отце ФИО3 внесены в актовую запись о рождении ребенка.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла.

На основании решения Исполнительного комитета Совета народных депутатов г. Читы от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 выдан ордер серии 

<

данные изъяты> № на жилое помещение – квартиру по адресу: 

<

адрес>, на состав семьи из трех человек: ФИО1 (наниматель), жена ФИО2, дочь ФИО3

С ДД.ММ.ГГГГ указанные лица зарегистрированы в данном жилом помещении, на ФИО1 открыт финансовый лицевой счет.

На основании договора передачи жилого помещения в собственность от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приобрел в собственность квартиру 

<

адрес> (ранее 

<

адрес> в порядке приватизации. Из адресованного председателю Комитета по управлению имуществом города Читы заявления от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2, указанная супругой, отказались от участия в приватизации занимаемой квартиры, сохранив при этом право проживания в жилом помещении после перехода права собственности к ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 продал квартиру 

<

адрес>, а на вырученные от продажи денежные средства ФИО1 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ приобрели квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 зарегистрировал ФИО2 в спорной квартире, они совместно проживали по данному адресу, каких-либо договоров между ними относительно жилого помещения не заключалось.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер. О факте его смерти ФИО2 сообщила в паспортный стол (орган миграционного учета), в связи с чем данная информация была доступна ответчику по первоначальному иску по каналам межведомственного взаимодействия публично-правового образования.

По сообщению нотариусов 

<

данные изъяты> ФИО10, ФИО11, наследственного дела к имуществу ФИО1 не заводилось; сведениями о наследниках к его имуществу суд не располагает.

Как следует из материалов дела, ФИО2 иного жилого помещения по договору социального найма или в собственности не имеет, ее проживание в квартире, принадлежавшей на праве собственности ФИО1, основано на достигнутом между ними соглашении, условия которого с бесспорностью не свидетельствуют о вселении истицы по первоначальному иску в качестве члена семьи собственника; право последней на проживание в квартире находилось в непосредственной зависимости от воли собственника и не указывает на обеспеченность истицы по первоначальному иску жилым помещением.

На дату смерти наследодателя ФИО1 вопросы наследования регулировались разделом VII Гражданского кодекса РСФСР (ГК РСФСР 1964 года). Раздел VII ГК РСФСР 1964 года утратил силу с 01.03.2002 года с введением в действие третьей части ГК РФ (Федеральный закон от 26.11.2001 года № 147-ФЗ).

Согласно статье 552 ГК РСФСР наследственное имущество по праву наследования переходило к государству: если имущество завещано государству; если у наследодателя нет наследников ни по закону, ни по завещанию; если все наследники лишены завещателем права наследования; если ни один из наследников не принял наследства (статьи 546, 550).

Таким образом, имущество, не принятое ни одним из наследников, поступало в собственность публично-правового образования в качестве выморочного при наступлении указанных в законе обстоятельств. 

Правомочия собственника определялись статьей 92 ГК РСФСР, согласно которой собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения имуществом в пределах, установленных законом.

Аналогичное положение впоследствии было закреплено в статье 209 ГК РФ. 

Кроме того, предусматривалось, что собственник имущества, по общему правилу, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (статья 210 ГК РФ), что в системной взаимосвязи с положениями Федерального закона от 21.07.1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» предполагало и регистрацию им своего права собственности.

В силу пункта 1 статьи 1151 ГК РФ в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1151 ГК РФ в порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо городского округа переходит следующее выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории: жилое помещение; земельный участок, а также расположенные на нём здания, сооружения, иные объекты недвижимого имущества; доля в праве общей долевой собственности на указанные в абзацах втором и третьем данного пункта объекты недвижимого имущества. Если указанные объекты расположены в субъекте Российской Федерации - городе федерального значения Москве, Санкт-Петербурге или Севастополе, они переходят в собственность такого субъекта Российской Федерации. Порядок наследования и учёта выморочного имущества, переходящего в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации, а также порядок передачи его в собственность субъектов Российской Федерации или в собственность муниципальных образований определяется законом (пункт 3 статьи 1151 ГК РФ).

Как следует из Письма Министерства финансов Российской Федерации от 21.06.2006 года № 08-01-02/6-27, до настоящего времени соответствующий закон не принят, указанные вопросы регулируются Положением о порядке учета, оценки и реализации конфискованного, бесхозяйного имущества, имущества, перешедшего по праву наследования к государству, и кладов, утвержденным Постановлением Совета Министров СССР от 29.06.1984 года № 683 и изданной в соответствии с данным Положением Инструкцией Минфина СССР от 19.12.1984 года № 185 «О порядке учета, оценки и реализации конфискованного, бесхозяйного имущества, перешедшего по праву наследования к государству, и кладов».

В соответствии с пунктом 8 Инструкции принятие мер по охране и оценка переданных налоговым органам конфискованного и наследственного имущества, кладов, а также имущества, признанного бесхозяйным, возлагается на налоговые органы.

Налоговые органы осуществляют контроль за полнотой и своевременностью передачи им имущества, указанного в пункте 1 настоящей Инструкции.

В этих целях они не реже одного раза в год производят проверку в государственных нотариальных и судебных органах, а также больницах, домах престарелых граждан, гостиницах и других аналогичных организациях, органах Министерства внутренних дел СССР (только по вопросам полноты и своевременности передачи бесхозяйного имущества, находок, конфискованных предметов мелкой спекуляции и валютных ценностей).

В материалы дела представлена выписка из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой квартира, по поводу которой возник спор, в качестве выморочного имущества в муниципальную (а равно государственную) собственность не принималась, в казне муниципального образования отсутствует.

Из пояснений истицы по первоначальному иску ФИО2 следует, что после смерти гражданского супруга ФИО1 она сняла его с регистрационного учета по месту жительства, переоформила финансовый лицевой счет на свое имя, регулярно оплачивает содержание жилья и коммунальные услуги, предоставляемые по адресу: 

<

адрес>; обратилась в налоговый орган, которому сообщила о смерти ФИО1 и просила начислять налог на имущество (спорную квартиру) на ее (ФИО2) имя, однако ввиду того, что по данным Управления Росреестра по Тульской области собственником квартиры 

<

адрес> истица по первоначальному иску не числится, начисление налога на имущество прекращено. Данные обстоятельства, по мнению представителя истицы по первоначальному иску ФИО2 по доверенности и ордеру адвоката Долгушиной И.В., позволяют признать ее доверительницу добросовестным давностным владельцем спорной квартиры в контексте механизма приобретательной давности.

Открытость, непрерывность и добросовестность владения истицей по первоначальному иску ФИО2 квартирой по адресу: 

<

адрес>, после смерти собственника ФИО1 подтверждается письменными доказательствами: платежными документами об оплате содержания и ремонта жилья, коммунальных услуг, об уплате налога, товарными и кассовыми чеками на приобретение газовой колонки, сантехнического оборудования и строительных материалов, и показаниями свидетелей ФИО12 (племянника), ФИО13 (монтажника сантехнических систем и оборудования ООО «Ремстройсервис», оказывающего услуги по управлению многоквартирным домом № по 

<

адрес>), ФИО14 и ФИО15 (соседей), из которых следует, что на протяжении более 20 лет ФИО2 пользуется спорным имуществом в соответствии его назначением, несет бремя содержания данного имущества, оплачивая коммунальные услуги и обязательные платежи, произвела ремонт.

В свою очередь, представитель истца по встречному иску – администрации города Тулы пояснила, что с момента смерти собственника квартиры 

<

адрес> в ДД.ММ.ГГГГ данное жилое помещение считается принадлежащим на праве собственности государству, а затем (в порядке сингулярного правопреемства) - муниципальному образованию город Тула.

Вместе с тем, с момента смерти ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ) до обращения в суд со встречным исковым заявлением (ДД.ММ.ГГГГ), то есть на протяжении почти 25 лет администрацией города Тулы не совершено каких-либо действий, свидетельствующих о проявлении должного интереса к спорной квартире (квартиру в свое фактическое владение не приняла, бремя ее содержания не несла, сохранность жилого помещения не обеспечила, право собственности муниципального образования город Тула на выморочное имущество в ЕГРН не зарегистрировала); за получением свидетельства о праве на наследство с целью регистрации права муниципальной собственности на спорную квартиру администрация города Тулы не обратилась и в ходе рассмотрения судом настоящего гражданского дела.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 225 ГК РФ бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался. Бесхозяйная недвижимая вещь, не признанная по решению суда поступившей в муниципальную собственность, может быть вновь принята во владение, пользование и распоряжение оставившим ее собственником либо приобретена в собственность в силу приобретательной давности.

В силу статьи 236 ГК РФ гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

Из содержания указанных норм следует, что действующее законодательство, предусматривая возможность прекращения права собственности на то или иное имущество путем совершения собственником действий, свидетельствующих о его отказе от принадлежащего ему права собственности, допускает возможность приобретения права собственности на это же имущество иным лицом в силу приобретательной давности. При этом к действиям, свидетельствующим об отказе собственника от права собственности, может быть отнесено, в том числе, устранение собственника от владения и пользования принадлежащим ему имуществом, непринятие мер по содержанию данного имущества.

Пунктом 3 статьи 1 ГК РФ предписано, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В случае несоблюдения требований, касающихся необходимости следования добросовестному поведению, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2005 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда РФ от 22.06.2017 года № 16-П по делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца, переход выморочного имущества в собственность публично-правового образования независимо от государственной регистрации права собственности и совершения публично-правовым образованием каких-либо действий, направленных на принятие наследства, не отменяет требования о государственной регистрации права собственности. Собственник имущества, по общему правилу, несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (статья 210 ГК РФ), что предполагает и регистрацию им своего права, законодательное закрепление необходимости которой является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу. Бездействие же публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности, в определенной степени создает предпосылки к его утрате.

В правовом демократическом государстве, каковым является Российская Федерация, пренебрежение требованиями разумности и осмотрительности при контроле над выморочным имуществом со стороны собственника - публично-правового образования в лице компетентных органов - не должно влиять на имущественные и неимущественные права граждан, в частности добросовестных приобретателей жилых помещений (пункт 4.1).

При таких обстоятельствах, когда администрации города Тулы должно быть известно о смерти собственника квартиры 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ в связи с регистрацией смерти последнего и со снятием вследствие этого с регистрационного учета в спорной квартире, суд соглашается с позицией представителя истицы по первоначальному иску ФИО2 по доверенности и ордеру адвоката Долгушиной И.В. о том, что муниципальное образование город Тула как публично-правовое образование не предприняло в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности при контроле над выморочным имуществом своевременных мер по его установлению и надлежащему оформлению права муниципальной собственности на это имущество, истребованию его из незаконного владения иных лиц, что, по мнению суда, влечет отказ в удовлетворении встречных исковых требований. В этом случае для признания давностного владения добросовестным достаточно установить, что гражданин осуществлял вместо публично-правового образования его права и обязанности, связанные с владением и пользованием названным имуществом, что обусловливалось состоянием длительной неопределенности правового положения имущества. Иное толкование понятия добросовестности владения приводило бы к нарушению баланса прав участников гражданского оборота и несоответствию судебных процедур целям эффективности (Определение Верховного Суда РФ от 18.07.2017 года № 5-КГ17-76).

Данная правовая позиция, касающаяся необходимости тщательного анализа возникших правоотношений и соблюдения баланса имущественных интересов органа исполнительной власти либо местного самоуправления и добросовестного приобретателя - гражданина и недопустимости ущемления прав последнего в целях защиты прав публично-правового образования, подтверждается решениями Европейского Суда по правам человека (например, постановлением по делу «Гладышева против России» от 06.12.2011 года и др.), который неоднократно признавал нарушение статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее по тексту - Конвенция) и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, выразившееся в несоблюдении права заявителя на уважение жилища и лишении ее собственности. По мнению Европейского Суда, «…риск совершения ошибки органом государственной власти должно нести государство, и эти ошибки не должны исправляться за счет заинтересованного лица...», «...лишение заявителя квартиры возложило на нее чрезмерное индивидуальное бремя, а общественные интересы не являлись для этого достаточным основанием…»; вмешательство в право на уважение собственности должно устанавливать «справедливое равновесие» между потребностями общества или общим интересом и требованиями защиты фундаментальных прав конкретного лица. Необходимость достижения этого равновесия отражена в структуре статьи 1 Конвенции как таковой, которая должна применяться с учетом общего принципа, изложенного в ее первом предложении. В частности, должно быть достигнуто разумное соотношение пропорциональности между применяемыми средствами и целью, преследуемой мерой, которая лишает лица его имущества или контролирует его использование.

В этой связи суд находит заслуживающими внимание доводы истицы по первоначальному иску ФИО2 об опасении лишиться единственного жилья в случае удовлетворения встречного иска администрации города Тулы и невозможности в силу имущественного положения и преклонного возраста обеспечить себя иным жилым помещением, и полагает, что применительно к возникшему спору защита имущественных интересов органа местного самоуправления за счет ущемления интересов добросовестного приобретателя - гражданина, который с ДД.ММ.ГГГГ проживает в спорной квартире, освободившейся после смерти собственника, и в отсутствие чьих-либо возражений добросовестно, открыто и непрерывно пользуется данным имуществом как своим собственным, недопустимо, тем более учитывая, что муниципальный интерес в предоставлении жилого помещения по договору найма или на праве собственности лицам, нуждающимся в улучшении жилищных условий, может быть удовлетворен за счет иного жилого помещения; интерес органа местного самоуправления, который истребует жилое помещение с целью включения его в соответствующий (муниципальный) жилищный фонд для последующего предоставления по предусмотренным законом основаниям, например, по договору служебного или социального найма в порядке очереди лицу, которое на момент истребования жилого помещения не персонифицировано, существенно отличается от интереса конкретного добросовестного приобретателя (давностного владельца), который рискует потерять единственное жилье.

На основании изложенного, суд находит исковое требование ФИО2 о признании права собственности на квартиру в порядке приобретательной давности подлежащим удовлетворению. То обстоятельство, что владение ФИО2 спорным жилым помещением началось с момента ее вселения в ДД.ММ.ГГГГ при жизни и с согласия ФИО1, не может свидетельствовать о наличии какого-либо договора между ней и собственником. Действующее гражданское законодательство не содержит запрета на приобретение права собственности в силу приобретательной давности, если такое владение началось по соглашению с собственником. Несмотря на то, что истица по первоначальному иску знала об отсутствии у нее прав на квартиру, в том числе наследственных, как указано ранее, после смерти ФИО1 она владела недвижимостью как своей собственной, то есть вместо собственника, при этом добросовестность, длительность и непрерывность ее проживания в квартире подтверждены письменными доказательствами и показаниями свидетелей, в связи с чем она вправе требовать признания за ней права собственности на объект недвижимости в силу приобретательной давности. Иной подход ограничивал бы применение положений статьи 234 ГК РФ к недвижимому имуществу только случаями его самовольного завладения и побуждал бы давностного владельца к сокрытию непротивоправного по своему содержанию соглашения с собственником, что, в свою очередь, противоречило бы требованию закона о добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

На основании изложенного, рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных исковых требований, руководствуясь положениями статей 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковое требование ФИО2 к администрации города Тулы о признании права собственности на квартиру в порядке приобретательной давности удовлетворить.

Признать за ФИО2 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, в порядке приобретательной давности.

В удовлетворении встречных исковых требований администрации города Тулы к ФИО2 о признании квартиры выморочным имуществом и признании права муниципальной собственности на квартиру в порядке наследования по закону отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тульский областной суд через Пролетарский районный суд г. Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Е.В. Чарина