Дело № 2-3519/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 декабря 2017 года г. Калининград

Центральный районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Ирхиной Е.Н., 

с участием прокурора Зыриной Д.А.,

при секретарях Шелюгиной А.С., Бажиной К.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к УМВД России по Калининградской области о признании незаконным и отмене приказа от 

<

 Дата > № л/с, приказа от 

<

 Дата > № л/с об увольнении, восстановлении в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам отдела по борьбе с преступлениями на объектах топливно-энергетического комплекса и потребительского рынка (3 отдел) управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Калининградской области, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском к УМВД России по Калининградской области, указывая, что приказом начальника УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с он был уволен со службы в органах внутренних дел РФ по п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее по тексту Закон от 30.11.2011 года № 342-ФЗ) - в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел. В обоснование принятого решения были положены материалы служебной проверки, согласно которой он, в период 

<

 Дата >, злоупотребляя служебным положением, путем склонения свидетелей К.Т.С. и Н.Е.С. к даче заведомо ложных показаний, искусственно создал доказательства виновности Н.Е.С. в хищении имущества, принадлежащего 

<

 ИЗЪЯТО >, то есть в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 158 УК РФ. Он не согласен с увольнением, считает приказ УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с незаконным, нарушающим его конституционные и трудовые права. С 

<

 Дата > по 

<

 Дата > он проходил службу в органах внутренних дел в разных должностях, с 

<

 Дата > - в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам отдела по борьбе с преступлениями на объектах топливно-энергетического комплекса и потребительского рынка (3 отдел) управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Калининградской области. За время службы в органах внутренних дел зарекомендовал себя с положительной стороны, нарушений служебной дисциплины не имел, неоднократно поощрялся руководством УМВД России по Калининградской области и губернатором Калининградской области. 

<

 Дата > был задержан по уголовному делу № по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ. Основанием к его задержанию послужили те же обстоятельства, которые указаны в приказе об его увольнении из органов внутренних дел, а именно, что он, якобы злоупотребляя служебным положением, в период 

<

 Дата >, путем склонения к даче заведомо ложных показаний свидетелей К.Т.С. и Н.Е.С., искусственно создал доказательства виновности Н.Е.С. в хищении имущества, принадлежащего 

<

 ИЗЪЯТО >, то есть в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 158 УК РФ. Постановлением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 

<

 Дата > в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, он был помещен для содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области, где содержится по настоящее время. 

<

 Дата > следователем Отдела по особо важным делам СУ СК России по Калининградской области Ш.П.А. ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ. Вину в предъявленном обвинении он не признал. Никогда, ни при каких обстоятельствах, в том числе и при проведении служебной проверки, он не подтверждал свою причастность к склонению свидетелей К.Т.С. и Н.Е.С. к даче заведомо ложных показаний. Расследование уголовного дела № до настоящего времени не окончено. Обстоятельства, послужившие основанием для издания приказа от 

<

 Дата > № л/с об его увольнении, содержат указание на признаки должностного преступления, о чем и была дана правовая оценка сотрудниками СУ СК России по Калининградской области и приняты соответствующие процессуальные решения. Приказ УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с основан на результатах служебной проверки, проведенной с нарушением сроков, и на обстоятельствах, связанных с обвинением его в совершении преступления, по которому вина в установленном законом порядке не установлена. В связи с изложенным просит признать незаконным и отменить приказ начальника УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с об его увольнении со службы в органах внутренних дел; восстановить его в прежней должности. 

В ходе судебного разбирательства ФИО1 уточнил заявленные требования, просил признать незаконным и отменить приказ от 

<

 Дата > № л/с, вынесенный на основании приказа от 

<

 Дата > № л/с об его увольнении со службы в органах внутренних дел; восстановить его в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам отдела по борьбе с преступлениями на объектах топливно-энергетического комплекса и потребительского рынка (3 отдел) управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Калининградской области с выплатой денежной компенсации за время вынужденного прогула.

Истец ФИО1, содержащийся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области, участие которого в судебном заседании осуществлялось путем использования системы видеоконференц-связи, его представитель ФИО2, действующая на основании ордера от 19.07.2016 года № 721, в судебном заседании заявленные требования поддержали по изложенным в иске доводам и основаниям, просили удовлетворить их в полном объеме, ссылаясь на то, что приказ об увольнении ФИО1 был вынесен на основании служебной проверки, в материалах которой, сформированных на материалах уголовного дела, кроме протокола допроса К.Т.С., никаких документов, указывающих на совершение им действий по склонению свидетелей К.Т.С. и Н.Е.С. к даче заведомо ложных показаний, не имеется. Полагали, что наличие в материалах служебной проверки лишь протокола допроса К.Т.С., осуществленного в рамках уголовного дела, не может служить основанием для увольнения истца, поскольку К.Т.С., являясь лицом, возглавляющим компанию, на складе которой по договоренности с ним официально хранились и откуда впоследствии пропали вещественные доказательства – табачная продукция, боялась последствий, следовательно, выбирая в ситуации, в которой она оказалась, то, что ей выгодно, могла оговорить его. Данный вывод возможен, по мнению стороны истца, исходя из представленных ими документов, в том числе указывающих на возбуждение в отношении К.Т.С. уголовного дела, а также из решения Московского районного суда г. Калининграда от 

<

 Дата >, свидетельствующих о непоследовательности действий К.Т.С., характеризующих ее не с лучшей стороны, из данных ею в рамках уголовного дела показаний, также являющихся противоречивыми. ФИО1 знает К.Т.С. около 10 лет, между ними были близкие отношения, она доверяла ему, консультировалась с ним по поводу того, что ей говорить в связи со случившимся, ранее безвозмездно хранила на складе акцизные товары, в данном случае, он также попросил ее поместить конкретную табачную продукцию на склад, ввиду отсутствия в УМВД соответствующих помещений, однако, не привозил данную продукцию, никогда с К.Т.С. не заключал договоров о хранении таковой, поскольку направление деятельности по незаконному обороту табачной продукции за ним не закреплено, не просил поместить продукцию взамен сокрытия каких-либо выявленных в отношении К.Т.С. нарушений, доказательств склонения им последней к совершению преступления в суд представлено не было. В отношении ФИО1 не вынесен обвинительный приговор, то есть его вина в совершении преступления на сегодняшний день не доказана, соответственно и оснований для его увольнения у работодателя нет. Также сослались на нарушение ответчиком срока проведения служебной проверки, с материалами которой его не знакомили ни при ее возбуждении и проведении, ни по ее окончании. Таким образом, полагали увольнение ФИО1 незаконным ввиду отсутствия как оснований для увольнения, так и в связи с нарушением установленной законом процедуры.

Представитель ответчика УМВД России по Калининградской области ФИО3, действующая на основании доверенности от 

<

 Дата > №, в судебном заседании с заявленными ФИО1 требованиями не согласилась, поддержала доводы приобщенного к материалам дела письменного отзыва на иск, также пояснила, что 

<

 Дата > начальником УМВД России по Калининградской области утверждено заключение служебной проверки от 

<

 Дата >, в ходе которой установлено, что истец совершил проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, выразившийся в том, что действуя единым умыслом с должностными лицами из числа сотрудников УМВД, склонивших Н.Е.С. к признанию вины в совершении хищения табачной продукции со склада 

<

 ИЗЪЯТО >, зная о его непричастности к совершению указанного преступления, и понимая, что одних признательных показаний Н.Е.С. недостаточно для доказывания его вины, склонил к даче заведомо ложных показаний по уголовному делу свидетеля К.Т.С., а также в целях получения иных доказательств по уголовному делу обеспечил подписание заведомо ложного соглашения о приеме Н.Е.С. на работу в 

<

 ИЗЪЯТО > в качестве охранника склада и договора о его полной индивидуальной ответственности, приведшие к привлечению невиновного лица к уголовной ответственности за совершение умышленного преступления и ограничению его свободы передвижения, что в полной мере подтверждается материалами служебной проверки. 

<

 Дата > был издан приказ УМВД России по Калининградской области № л/с об увольнении ФИО1 из органов внутренних дел. С представлением к увольнению из органов внутренних дел ФИО1 был ознакомлен 

<

 Дата >. В этот же день, 

<

 Дата >, с истцом была проведена беседа в связи с предстоящим увольнением. Приказом от 

<

 Дата > № л/с ФИО1 был уволен из органов внутренних дел по п. 9 ч. 3 ст. 82 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, трудовую книжку, выписку из приказа от 

<

 Дата > № л/с получил. Таким образом, процедура увольнения ФИО1 осуществлена в соответствии с действующим законодательством, регулирующим порядок прохождения службы в органах внутренних дел. Ссылка истца на отсутствие его вины в совершении действий, квалифицированных как проступок, порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, несостоятельна, поскольку обстоятельства совершения им проступка установлены и подтверждены материалами служебной проверки, которая проводилась в рамках приказа МВД России от 

<

 Дата > № «Об утверждении Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации». Доказательств же нарушения порядка проведения в отношении него служебной проверки, недостоверности полученных в ходе нее сведений и материалов, суду не представлено, все доводы истца связаны лишь с несогласием с увольнением и не опровергают выводов, изложенных в заключении, составленным по ее результатам. Полагала увольнение истца произведенным с соблюдением установленного порядка и требований действующего законодательства, в связи с чем в удовлетворении требований ФИО1 просила отказать.

Выслушав пояснения сторон, исследовав все доказательства по делу в их совокупности и дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковое заявление не подлежащим удовлетворению в полном объеме, суд приходит к следующему.

Служба сотрудников полиции регулируется специальными нормативными актами: Федеральным законом РФ «О полиции» от 07.02.2011 года № 3-ФЗ, Федеральным законом «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 30.11.2011 года № 342-ФЗ и иными ведомственными нормативными актами.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции» и п. 1 ч. 1 ст. 12 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел обязан знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере внутренних дел, обеспечивать их исполнение.

Пунктом 2 ч. 1 ст. 13 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ предусмотрено, что при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время, сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства.

В соответствии с требованиями п. 2 приказа МВД России от 31.10.2013 года № 883 «О признании утратившим силу приказа МВД России от 24.12.2008 года № 1138» сотрудники полиции до издания Кодекса профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации руководствуются типовым кодексом этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, одобренным решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции от 23.12.2010 года (протокол № 21). Согласно его подпунктам «д, и, м» п. 11 государственные (муниципальные) служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны: исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению или должностных обязанностей, соблюдать нормы служебной, профессиональной этики и правила делового поведения, воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственным (муниципальным) служащим должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету государственного органа либо органа местного самоуправлению.

Согласно п. 6 ст. 50 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных названным выше Законом, могут налагаться дисциплинарные взыскания, в том числе в виде увольнения со службы в органах внутренних дел.

В соответствии с п. 9 ч. 3 ст. 82 Закона контракт может быть расторгнут, а сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Совершение проступка должно быть виновным действием (бездействием), выражаться в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, приказов и распоряжений прямых руководителей и непосредственного руководителя.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел с 

<

 Дата >, приказом УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с был назначен на должность старшего оперуполномоченного по особо важным делам отдела по борьбе с преступлениями на объектах топливно-энергетического комплекса и потребительского рынка (3 отдел) управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Калининградской области с 

<

 Дата > (т. 2 л.д. 9-12).

Приказом начальника УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № л/с старший оперуполномоченный по особо важным делам отдела по борьбе с преступлениями на объектах топливно-энергетического комплекса и потребительского рынка (3 отдел) управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Калининградской области майор полиции ФИО1 был уволен со службы в органах внутренних дел по п. 9 ч. 3 ст. 82 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ – за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, 

<

 Дата >. С данным приказом истец был ознакомлен в день увольнения - 

<

 Дата >, в этот же день получил выписку из приказа, трудовую книжку, военный билет, справку на расчет в ФЭО, что подтверждается собственноручно проставленной им подписью в расписке (т. 2 л.д. 28, 35).

Основанием к увольнению истца послужил приказ начальника УМВД России по Калининградской области от 

<

 Дата > № «Об увольнении из органов внутренних дел Штатского А.А», которым за нарушение требований ч.ч. 1, 2, 3, 4 ст. 6, ч. 4 ст. 7, п. 1, 2 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции», подп. «а, в» ст. 5 Дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14.10.2012 года № 1377, п.п. 1, 2, 7 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, подп. «д, и, м» п. 11 Типового кодекса этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, п. 4.3 своего контракта о прохождении службы в органах внутренних дел РФ, выразившихся в том, что действуя единым умыслом с должностными лицами из числа сотрудников УМВД, склонивших Н.Е.С. к признанию вины в совершении хищения табачной продукции со склада 

<

 ИЗЪЯТО >, зная о его непричастности к совершению указанного преступления, и понимая, что одних признательных показаний Н.Е.С. недостаточно для доказывания его вины, склонил к даче заведомо ложных показаний по уголовному делу свидетеля К.Т.С., а также в целях получения иных доказательств по уголовному делу обеспечил подписание заведомо ложного соглашения о приеме Н.Е.С. на работу в 

<

 ИЗЪЯТО > в качестве охранника склада и договора о его полной индивидуальной ответственности, что повлекло привлечение невиновного лица к уголовной ответственности за совершение умышленного преступления и ограничению его свободы передвижения, ФИО1 был признан подлежащим увольнению из органов внутренних дел.

Изложенные в названном приказе от 

<

 Дата > № обстоятельства подтверждаются заключением служебной проверки от 

<

 Дата >, проведенной оперуполномоченным по ОВД ОРЧ СБ УМВД России по Калининградской области майором полиции Д.В.Ю. по указанию начальника УМВД России по Калининградской области И.И.В. на основании его (ФИО4) рапорта от 

<

 Дата >, поданного в связи с поступлением в ОРЧ СБ УМВД России по Калининградской области из СУ СК России по Калининградской области представления с приложением копий материалов уголовного дела №, свидетельствующих о совершении майором полиции ФИО1 проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел (т. 1 л.д. 16-24). Заключение проверки утверждено 

<

 Дата > начальником УМВД России по Калининградской области И.И.В.(т. 1 л.д. 215-225).

Настаивая на удовлетворении заявленных требований, истец указывал на то, что в основу его увольнения из органов внутренних дел легли необъективные выводы служебной проверки, проведенной с нарушением установленного законом срока и обстоятельства, связанные с его обвинением в совершении преступления, по которому виновным он не признан, решение по уголовному делу до настоящего времени не принято.

Вместе с тем, из исследованного судом материала служебной проверки ОРЧ СБ УМВД России по Калининградской области, материалов данного гражданского дела видно, что 

<

 Дата > по поручению старшего следователя 4 отдела СУ УМВД России по г. Калининграду И.С.А. о производстве отдельных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий в рамках доследственной проверки сотрудниками 3 отдела УЭБ и ПК УМВД России по Калининградской области в помещениях 

<

 ИЗЪЯТО > были проведены осмотры места происшествия, в ходе которых изъято значительное количество табачной продукции, принадлежащей 

<

 ИЗЪЯТО > общей стоимостью не менее 

<

 ИЗЪЯТО >. Изъятая табачная продукция в период с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > под контролем сотрудников 3 отдела УЭБ и ПК УМВД, в том числе ФИО1, была помещена на склад 

<

 ИЗЪЯТО >, расположенный по 

<

 адрес >. При этом, решение о перемещении изъятой табачной продукции, после изъятия переданной на ответственное хранение ответственным за ее сохранность сотрудникам ООО «БТФ», принято должностными лицами без согласования с органом предварительного следствия, в чьем производстве находилось уголовное дело. В дальнейшем помещенная на хранение в 

<

 ИЗЪЯТО > табачная продукция партиями была вывезена в иные складские помещения под контролем сотрудников 3 отдела УЭБ и ПК УМВД, в том числе ФИО1 

<

 Дата > установлен факт хищения данной табачной продукции, в связи с чем 

<

 Дата > в СО ОМВД России по Гурьевскому району было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, впоследствии переданное в СЧ СУ УМВД России по Калининградской области. Из материалов служебной проверки также следует, что в период с 

<

 Дата > до 

<

 Дата > должностные лица из числа сотрудников УМВД, достоверно зная о непричастности Н.Е.С. к совершению хищения табачной продукции, принадлежащей 

<

 ИЗЪЯТО >, склонили Н.Е.С. к самооговору и признанию вины в совершении указанного преступления. 

<

 Дата > Н.Е.С. сообщил, что в период с 

<

 Дата > по 

<

 Дата > он якобы совершил хищение табачной продукции со склада по 

<

 адрес >, где работал сторожем (т. 1 л.д. 115-116). Протокол явки с повинной зарегистрирован в КУСП ДЧ УМВД за № и передан в СЧ СУ УМВД России по Калининградской области, где 

<

 Дата > Н.Е.С. был допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу № и ему была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т. 1 л.д. 120-128). В этот же период времени с октября 2016 года по 

<

 Дата > майор полиции ФИО1, зная о непричастности Н.Е.С. к совершению хищения табачной продукции со склада по адресу: г. Калининград, 

<

 адрес >я, 

<

 адрес >, принадлежащей 

<

 ИЗЪЯТО >, склонил к даче заведомо ложных показаний по уголовному делу № свидетеля К.Т.С., являющуюся владельцем склада, где по договоренности с ним хранилась впоследствии пропавшая табачная продукция, с которой, согласно его пояснениям, у него были близкие и доверительные отношения, и искусственно создал иные доказательства виновности Новоженского. Е.С., обеспечив подписание заведомо подложного соглашения от 

<

 Дата > о приеме Н.Е.С. на работу в 

<

 ИЗЪЯТО > в качестве охранника склада и договора от 

<

 Дата > о его полной индивидуальной ответственности. С учетом, в том числе выявленных обстоятельств, 

<

 Дата > в СУ СК России по Калининградской области было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ по факту превышения должностных полномочий сотрудниками УМВД России по Калининградской области, выразившихся в фальсификации доказательств по уголовному делу №, возбужденному по факту кражи табачной продукции 

<

 ИЗЪЯТО >. 

<

 Дата > по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. 91 УПК РФ был задержан майор полиции ФИО1 

<

 Дата > ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, 

<

 Дата > – предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

От дачи объяснения по изложенным выше фактам в ходе служебной проверки ФИО1, в присутствии младших инспекторов ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Калининградской области Н.О.О. и К.И.А., отказался, ссылаясь на необходимость консультации с защитником, ознакомления с Законом от 30.11.2011 года № 342-ФЗ и материалами служебной проверки в полном объеме, о чем 

<

 Дата >, был составлен соответствующий акт, от проставления подписи в котором он также отказался.

При даче показаний в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства ФИО1 не отрицал факта изъятия и оставления на ответственное хранение в месте изъятия 

<

 Дата > на основании поручения 4 отдела СУ УМВД России по г. Калининграду и по указанию руководства отдела, а также последующего фактического изъятия им табачной продукции на складе 

<

 ИЗЪЯТО > и помещения ее по договоренности между ним и директором 

<

 ИЗЪЯТО >, на склад данной компании, хотя изначально, в ходе допроса следователем указал, что точно не знает, когда ему стало известно о том, куда вывозилась табачная продукция, но вся продукция, изъятая в ходе обыска, была вывезена на склад ООО «Алзан», также не знал, кто договаривался о помещении продукции на указанный склад, он с директором ООО «Алзан» об этом не договаривался, как не знал также и кто из сотрудников, сопровождая фургоны с продукцией, занимался их разгрузкой и приемом продукции на хранение, объяснив возникшие в показаниях противоречия неправильным изложением мысли при первоначальных показаниях. По окончании обыска он лично приехал на склад 

<

 ИЗЪЯТО > и убедился, что вся изъятая продукция помещена на хранение на данный склад, пересчитав ее по полетам, при этом также помнил, что он и К.Т.С. подписывали акт приема-передачи, который он с остальными процессуальными документами передал руководству отдела. Последующий процесс хранения продукции не контролировал, однако, встречался с К.Т.С., в том числе дома и на работе, на данном складе, с какой целью не помнит, у них были доверительные и близкие отношения. В конце лета узнал от кого-то из сотрудников, что части переданной им на хранение К.Т.С. продукции не хватает, но никак на это не отреагировал, поскольку это была не его линия работы. Н.Е.С. он ранее не знал в качестве сотрудника К.Т.С., о нем узнал при обращении его с явкой с повинной в УЭБ и ПК по поводу кражи указанной продукции, мог с ним в этот день общаться, но явку с повинной он у него не принимал, его не опрашивал. Явку с повинной от Н.Е.С. получил К.С.В., но это происходило не в его присутствии. К.Т.С. он также не допрашивал, объяснений по факту совершения Н.Е.С. указанного преступления не отбирал, но мог присутствовать при даче ею объяснений. К.Т.С. к совершению каких-либо действий не склонял, несколько раз консультировал ее, так как она говорила, что ей жалко Н.Е.С., советовал что ей правильно говорить в правоохранительных органах, на ее вопрос о том, может ли решить вопрос, чтобы ее не вызвали, ответил, что не может, советовал рассказать все так, как было на самом деле. Причиной же изменения ею ранее данных показаний предполагал боязнь ответственности за выявленную недостачу, так как она говорила о том, что в следственной части была предупреждена о возможном привлечении к ответственности за совершение преступления, предусмотренного ст. 312 УК РФ, считала это несправедливым, поскольку оказываемые ею услуги по хранению табачной продукции оценивала не менее 

<

 ИЗЪЯТО > рублей ежемесячно.

Несмотря на то, что истец и его представитель в судебном заседании отрицали факт нарушения истцом положений Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции», Дисциплинарного устава органов внутренних дел РФ, Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, Типового кодекса этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, его должностной инструкции, выразившийся в приведенных выше действиях по склонению к даче заведомо ложных показаний по уголовному делу свидетеля К.Т.С., а также инициированию и обеспечению подписания заведомо подложных документов, подтверждающих факт осуществления работы Н.Е.С. в 

<

 ИЗЪЯТО > в качестве охранника склада, явно выходящих за пределы его должностных полномочий, что привело к наступлению неблагоприятных последствий для Н.Е.С. - привлечению невиновного лица к уголовной ответственности за совершение умышленного преступления средней тяжести и ограничению его свободы передвижения, данные факты в совокупности подтверждаются данными при допросе в ходе предварительного следствия показаниями свидетеля К.Т.С., сотрудников группы компаний, которыми руководит К.Т.С., личности которых следствием сохранены в тайне, показаниями Н.Е.С., также допрошенного в судебном заседании, оснований не доверять которым у суда не имеется. Показания данных лиц последовательны, согласуются как между собой, так и иными доказательствами по делу, в том числе предоставленными К.Т.С. документами, ее ответами на следственные запросы. При этом, К.Т.С., не явившая дважды по вызову в суд для допроса в качестве свидетеля, однако, допрошенная в ходе предварительного следствия, будучи предупрежденной в установленном порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний в соответствии со ст. 307 УК РФ, указала на то, что 

<

 ИЗЪЯТО >.

Доводы истца о том, что К.Т.С., являясь лицом, возглавляющим компанию, на складе которой по договоренности с ним официально хранились и откуда впоследствии пропали вещественные доказательства, боясь последствий, следовательно, выбирая в ситуации, в которой она оказалась, то, что ей выгодно, а также с учетом характеризующих ее документов, указывающих на возбуждение в отношении нее уголовного дела, решения Московского районного суда г. Калининграда от 

<

 Дата >, могла оговорить его, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку таковые носят предположительный характер, достаточных и бесспорных тому доказательств в материалы дела не представлено. 

Показания же К.Т.С. согласуются с показаниями Н.Е.С., из протокола допроса которого от 

<

 Дата >, имеющегося в материалах служебной проверки, следует, что он действительно никогда не работал в ООО «Алзан» и до 

<

 Дата > не был знаком с К.Т.С. К хищению табачной продукции ни он, ни его отец не причастны, данное преступление не совершал. В судебном заседании, будучи допрошенным в качестве свидетеля, Н.Е.С. указанных выше обстоятельств не отрицал и не опровергал.

К материалам служебной проверки также приобщены протоколы допросов сотрудников группы компаний, которыми руководит К.Т.С., датированные – 

<

 Дата > и 12.11. 2017 года из которых следует, что Н.Е.С. никогда не работал в группе компаний, возглавляемых К.Т.С., не являлся сторожем на складе 

<

 ИЗЪЯТО > по 

<

 адрес >. При этом в начале 

<

 Дата > на склад приезжала следователь с понятыми и мужчиной по имени Евгений, который показывал на стеллажи и говорил, что там хранилась табачная продукция, которую он украл со своим отцом. Накануне данного мужчину они видели на складе вместе с К.Т.С., которая показывала ему сам склад и прилегающую территорию. Доказательств, опровергающих приведенные вышеназванными лицами обстоятельства, ФИО1 суду не представлено.

Оценивая в совокупности представленные доказательства, допущенные истцом нарушения, суд полагает, что установленные проверкой факты допущенных ФИО1 нарушений правомерно квалифицированы в качестве проступка, порочащего честь сотрудника органа внутренних дел, поскольку действия истца противоречат требованиям, предъявляемым к профессиональному поведению и нравственно-этическим основам служебной деятельности сотрудника органов, закрепленным в Типовом кодексе.

В п.п. 1 и 2 ч. 1 ст. 13 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ определено, что при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен исходить из того, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют содержание его профессиональной служебной деятельности; заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

В соответствии с требованиями Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции»: полиция осуществляет свою деятельность в точном соответствии с законом. При этом сотруднику полиции запрещается подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме кого-либо к совершению противоправных действий (ч. 1, 3 ст. 6); сотрудник полиции как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции (ч. 4 ст. 7); сотрудник полиции обязан, в том числе знать и соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательные и иные нормативные правовые акты в сфере внутренних дел, обеспечивать их исполнение; выполнять служебные обязанности в соответствии с должностным регламентом (должностной инструкцией); соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в полиции (пп. 1, 2, ч. 1 ст. 27).

Как неоднократно указывал Конституционный суд Российской Федерации, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 06.06.1995 года N 7-П, определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 года N 460-0 и от 16.04.2009 года N 566-0-0). Поступая на службу в органы внутренних дел, гражданин добровольно возлагает на себя обязанность соответствовать указанным требованиям и добросовестно исполнять свои обязанности.

Таким образом, возможность увольнения сотрудников органов внутренних дел (в том числе полиции) за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, то есть за несоблюдение добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, обусловлена особым правовым статусом указанных лиц.

В данном случае имело место нарушение старшим оперуполномоченный по особо важным делам отдела по борьбе с преступлениями на объектах топливно-энергетического комплекса и потребительского рынка (3 отдел) управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Калининградской области майором полиции ФИО1, требований Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ, Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, Дисциплинарного Устава органов внутренних дел РФ, должностного регламента истца, Типового кодекса этики и служебного поведения государственных служащих РФ и муниципальных служащих, которые правомерно расценены ответчиком как совершение проступка, дискредитировавшего его, как сотрудника подразделения органа внутренних дел, наносящего ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, что свидетельствует о совершении ФИО1 проступка, порочащего честь сотрудника органа внутренних дел.

Утверждение истца о том, что он не мог быть уволен по п. 9 ч. 3 ст. 82 Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ ввиду отсутствия результата по уголовному делу, в рамках которого ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, обстоятельства совершения которого легли в основу служебной проверки, также не могут быть приняты судом во внимание.

Привлечение к дисциплинарной ответственности за нарушение требований действующего законодательства, не связано непосредственно с совершением им уголовного преступления либо административного правонарушения, является самостоятельным видом ответственности, в связи с чем не поставлено в зависимость от наличия либо отсутствия процессуального акта, подтверждающего факт совершения преступления или правонарушения. Предметом служебной проверки являлось не установление вины ФИО1 в совершении преступления, а установление факта совершения проступка, порочащего честь сотрудников органов внутренних дел. При этом ответчик действительно при ее проведении использовал материалы уголовного дела, но давал действиям истца оценку с позиции Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-Ф3 «О полиции», Закона от 30.11.2011 года N 342-ФЗ, а не уголовно-процессуального кодекса.

Допущенные истцом нарушения безусловно порочат честь сотрудника полиции. С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что приказы ответчика от 

<

 Дата > №-л/с, от 

<

 Дата > №-л/с об увольнении ФИО1 по п. 9 ч. 3 ст. 82 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, являются обоснованными.

При проведении служебной проверки ответчиком была учтена тяжесть совершенных истцом нарушений, дискредитировавших его, как сотрудника органов внутренних дел и несовместимых с дальнейшим прохождением службы в органах внутренних дел. С учетом степени и характера нарушений служебной дисциплины, профессиональной этики, примененное к истцу дисциплинарное взыскание в виде увольнения по п. 9 ч. 3 ст. 82 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ является соразмерным совершенному проступку, к тому же за совершение данного проступка иной меры ответственности, кроме увольнения закон не предусматривает.

Дисциплинарное взыскание в соответствии с п. 6 ст. 51 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела – не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. Дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка.

Дисциплинарное взыскание в виде увольнения со службы в органах внутренних дел исполняется не позднее чем через два месяца со дня издания приказа о его наложении, в указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника органов внутренних дел, нахождения его в отпуске или в командировке. Перед наложением дисциплинарного взыскания, при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником органов внутренних дел дисциплинарного проступка, по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя, в соответствии со ст. 52 Закона может быть проведена служебная проверка. Указанный порядок увольнения ответчиком был соблюден. 

Как установлено судом, 

<

 Дата > на имя врио начальника УМВД России по Калининградской области К.С.В. поступил рапорт начальника смены ДЧ УМВД России по Калининградской области А.А.И. о том, что 

<

 Дата > в СУ СК России по Калининградской области было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ в отношении должностных лиц УМВД России по Калининградской области. Установлено, что 

<

 Дата > по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. 91 УПК РФ был задержан майор полиции ФИО1, которому 

<

 Дата > была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В этой связи ФИО1 был отстранен от исполнения служебных обязанностей. Данный рапорт для проведения проверки был отписан начальнику ОРЧ СБ УМВД Б.О.Т., которым в целях проведения полной и всесторонней проверки в СУ СК России по Калининградской области были запрошены копии документов, необходимые для последующего проведения служебной проверки в соответствии с п. 13 Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации. Однако, следователем в представлении в полном объеме материалов в интересах следствия было отказано. В этой связи, с учетом недостаточности представленных материалов для подтверждения факта грубого нарушения служебной дисциплины либо совершения проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел со стороны ФИО1, назначение и проведение служебной проверки в отношении последнего начальник ОРЧ СБ УМВД Б.О.Т. полагал нецелесообразным, что следует из его рапорта от 

<

 Дата >, адресованного начальнику УМВД России по Калининградской области И.И.В., согласившегося с приведенным в рапорте мнением (т. 1 л.д. 82-94). 

<

 Дата > в УМВД России по Калининградской области из СУ СК России по Калининградской области поступило представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления, приложением копий материалов уголовного дела, №, свидетельствующих о совершении майором полиции ФИО1 проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дела, на основании которого оперуполномоченным по ОВД ОРЧ СБ УМВД России по Калининградской области майором полиции Д.В.Ю. на имя начальника УМВД России по Калининградской области 

<

 Дата > был подан рапорт с просьбой о назначении служебной проверки, с которым начальник УМВД согласился, проставив на нем соответствующую резолюцию, датированную этим же числом – 

<

 Дата >. Служебная проверка была проведена, а заключение по ее результатам подготовлено 

<

 Дата > и утверждено в соответствии с требованиями упомянутого выше Закона, приказа МВД России от 26.13.2013 года № 161 «Об утверждении Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации» - 

<

 Дата >. При этом, вопреки утверждениям представителя истца, действующим законодательством, регламентирующим наложение дисциплинарных взысканий в органах внутренних дел, обязанности работодателя по ознакомлению сотрудника, в отношении которого проводится проверка, в отсутствие волеизъявления последнего, с материалами служебной проверки, как и обязанности разъяснения работодателем сотруднику порядка ознакомления с таковыми, не предусмотрено. С заключением служебной проверки истец был ознакомлен 

<

 Дата >, в дальнейшем с заявлениями, ходатайствами об ознакомлении с материалами служебной проверки к ответчику не обращался, действия сотрудников, проводивших проверку, вышестоящему руководству не обжаловал. Ответчиком своевременно было подготовлено представление к увольнению истца, 

<

 Дата > проведена беседа. С приказом от 

<

 Дата > №-л/с об увольнении 

<

 Дата > истец был ознакомлен также 

<

 Дата >. Таким образом, нарушения порядка проведения в отношении истца служебной проверки, его увольнения ответчиком допущено не было.

Ссылка истца на то, что он, находясь в СИЗО-1, не отказывался от дачи объяснений по существу служебной проверки, а указал на необходимость ознакомиться с Законом от 30.11.2011 года № 342-ФЗ, материалами служебной проверки в полном объеме, проконсультироваться с адвокатом, безусловным основанием, влекущим удовлетворение заявленных им требований не является. Несоблюдение работодателем требования об обязательном получении объяснений от работника не является, по мнению суда, в данном существенным нарушением процедуры увольнения. Из смысла 51 Закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ следует, что давать объяснения является правом, а не обязанностью сотрудника. Отсутствие объяснения не исключает обязанности работодателя доказать законность его увольнения и не лишает сотрудника впоследствии права дать соответствующие объяснения в суде. Материалами настоящего дела подтверждается, что факт отсутствия объяснений от ФИО1 не опровергает факта и обстоятельств совершения им проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, за совершение которого он уволен приказом от 

<

 Дата > №-л/с.

Учитывая изложенные выше обстоятельства увольнения ФИО1, оснований для удовлетворения его требований о признании незаконными и отмене приказов от 

<

 Дата > № л/с, от 

<

 Дата > № л/с об его увольнении, восстановлении в прежней должности, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, суд не усматривает, в связи с чем в иске ему следует отказать.

руководствуясь ст.ст.194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к УМВД России по Калининградской области о признании незаконным и отмене приказа от 

<

 Дата > №-л/с, приказа от 

<

 Дата > №-л/с об увольнении, восстановлении на службе в органах внутренних дел в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам отдела по борьбе с преступлениями на объектах топливно-энергетического комплекса и потребительского рынка (3 отдел) управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Калининградской области, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула - отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено в окончательной форме 19.12.2017 года.

Судья: подпись