Судья Тарасов Н.Г. № 22-665/2021

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Вологда

14 апреля 2021 года 

Вологодский областной суд в составе председательствующего судьи Макурина В.А.,

при секретаре Сахаровой А.А.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Вологодской области Грибановой О.Н.,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Александрова Д.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Даниленко Д.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Белозерского районного суда Вологодской области от 4 марта 2021 года, которым

ФИО1, 

<

ДАТА> года рождения, уроженец 

<

адрес>, судимый

- 19 декабря 2017 года Белозерским районным судом Вологодской области по ч.1 ст.162 УК РФ к 3 годам лишения свободы в соответствии со ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года. Постановлениями Белозерского районного суда Вологодской области от 9 апреля 2018 года и 6 декабря 2018 года испытательный срок продлён до 19 февраля 2021 года;

- осужден по ч.1 ст.318 УК РФ к 2 годам лишения свободы. 

В соответствии с ч.4 ст.74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Белозерского районного суда Вологодской области от 19 декабря 2017 года.

В соответствии со ст.70 УК РФ к вновь назначенному наказанию присоединено частично неотбытое наказание по приговору Белозерского районного суда Вологодской области от 19 декабря 2017 года в виде 2 лет лишения свободы и окончательно назначено наказание 4 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима. 

Мера пресечения на апелляционный срок в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 4 марта 2021 года до дня вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Принято решение по вещественным доказательствам.

Заслушав доклад судьи областного суда Макурина В.А.,

установил:

ФИО1 признан виновным в угрозе применения насилия в отношении представителей власти, в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей.

Преступление совершено 3 января 2021 года в 

<

адрес> в отношении сотрудников полиции М.И. и Т.Н. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1, отвечая на вопрос, признает ли он вину в совершении преступления, пояснил, что он напугал сотрудников полиции, но это получилось случайно.

В апелляционной жалобе адвокат Даниленко Д.В. в защиту интересов осужденного ФИО1, выражая несогласие с приговором, указывает, что суд, квалифицируя действия ФИО1, посчитал доказанным, что он имел прямой умысел на угрозу жизни сотрудников полиции, которые находились в квартире. ФИО1 достал и продемонстрировал им муляж гранаты, похожий на настоящее боевое оружие.

В судебном заседании ФИО1 обвинение в части умысла на угрозу именно представителям власти, не признал и пояснил, что он достал муляж гранаты, так как хотел пошутить над своим знакомым - свидетелем С., и напугать именно его. Только после того, как муляж оказался у него в руках, он заметил, что в помещении кухни, перед дверным проёмом находятся сотрудники полиции М.И. и Т.Н.. Полицейским угрожать он не собирался, это получилось случайно и неумышленно.

Данная версия ФИО1 подтверждена показаниями свидетелей С. и П., которые пояснили, что ФИО1, достав муляж гранаты, находился в коридоре перед входом на кухню. Он мог и не заметить всех находившихся в помещении кухни лиц. При этом, по словам свидетелей, никаких угроз конкретно полицейским ФИО1 не высказывал. Далее, со слов свидетелей, ФИО1 выронил муляж из рук на пол, после чего полицейские спешно покинули квартиру, оставив ФИО1 и свидетелей на месте.

Показания свидетелей, единственных очевидцев происшествия, были последовательны и согласовывались как между собой, так и с показаниями подсудимого.

Состав преступления, указанный в диспозиции ч.1 ст.318 УК РФ предусматривает совершение действий по угрозе исключительно с прямым умыслом, когда обвиняемой понимает, что перед ним находятся представители власти, что его действия являются угрозой для этих представителей власти и желает совершить эти действия. Отсутствие этой формы вины, то есть прямого умысла, влечёт за собой и отсутствие состава преступления, инкриминируемого ФИО1у.

ФИО1 признал, и суд в заседании установил, что муляж гранаты похож на настоящую гранату, а значит, подсудимый мог и должен был понимать, что лицо, которому он муляж демонстрирует, имеет все основания опасаться за свою жизнь и здоровье. Это означает, что хотя сама по себе угроза убийством могла иметь место, и объективная сторона преступления установлена, однако в связи с отсутствием умысла на выражение угрозы именно сотрудникам полиции, действия ФИО1 могли быть квалифицированы по ст.119 УК РФ.

Кроме того, суд посчитал необходимым отменить ФИО1у условное осуждение по предыдущему приговору, привести отсроченное наказание в виде лишения свободы в исполнение и изолировать его от общества, назначив ему реальное лишение свободы, сложив наказания по двум приговорам.

Между тем, в судебном заседании было установлено, что осужденный раскаялся в содеянном, принёс публичные извинения потерпевшим. В период нахождения его на подписке о невыезде и надлежащем поведении, ФИО1 ни разу не нарушил условий подписки, что указывает на эффективность профилактических мер, принятых в отношении его подзащитного и правильной реакции последнего на эти меры.

Поскольку преступление, предусмотренное ч.1 ст.119 УК РФ и вменённое в вину ФИО1у преступление не являются тяжкими, по правилам ч.4 ст.74 УК РФ, суд вправе был не отменять условное осуждение ФИО1у, однако этим правом суд безосновательно не воспользовался, чем нарушил принцип справедливости при назначении наказания.

Таким образом, суд неправильно квалифицировал действия ФИО1 и применил нормы института права, регулирующего условное осуждение. Это привело к назначению несправедливо строгого наказания осужденному.

На основании изложенного, просит приговор отменить либо изменить, переквалифицировать действия ФИО1 со ст.318 УК РФ на ч.1 ст.119 УК РФ и назначить ему наказание, не связанное с лишением свободы, без отмены условного осуждения.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Митин С.Н., приводя свои доводы, просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании апелляционной инстанции защитник осужденного ФИО1 – адвокат Александров Д.Е. доводы жалобы поддержал в полном объеме. Кроме того, пояснил, цель угрозы применения насилия в отношении сотрудников полиции – это воспрепятствование их законной деятельности. Однако такового в действиях осужденного не было.

Прокурор Грибанова О.Н., приводя свои мотивы, доводы защитников осужденного считает несостоятельными и просит судебное решение оставить без изменений.

Проверив материалы дела, заслушав мнение сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, суд находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Суд правильно установил фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, его вина подтверждена доказательствами, исследованными в судебном заседании и изложенными в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что 3 января 2021 года он распивал спиртное, после чего пошёл в гости к С. и когда шел к нему на улице нашёл муляж гранаты, который взял с собой, положив его в карман куртки. Муляж был похож на боевую гранату, на нем была надпись «муляж». Когда пришел к С., то с ним распивал спиртное, а затем он лёг спать в комнате. Проснувшись, он услышал голоса на кухне квартиры. Кто находился на кухне, не видел. Он решил подшутить над С., с этой целью достал из куртки, лежащей в коридоре, муляж гранаты. При повороте из коридора в кухню сказал С. «Вася, ложись». Видел, что П. стояла рядом в коридоре у кухни. В это время увидел на кухне двух сотрудников полиции: мужчину и женщину. Это было для него неожиданным, опешив, он выронил муляж гранаты из рук на пол. Сотрудники полиции, приняв муляж за настоящую гранату, испугались и выскочили из квартиры. Он поднял муляж гранаты с пола, положил его в сервант. После этого С. и П. уложили его спать. Позже его доставили в ОВД. Угрожать сотрудникам полиции он не хотел.

Несмотря на непризнание своей вины ФИО1, его вина в совершенном преступлении подтверждена как его показаниями, данными в ходе предварительного следствия, так и показаниями потерпевших М.И., Т.Н., свидетелей П. и С.В.

В ходе предварительного следствия ФИО1 показал, что когда он вечером проснулся, то услышал, что в кухне С. разговаривает с сотрудниками полиции. Он встал и увидел в кухне сотрудников полиции: мужчину и женщину, которые были в форменной одежде. По разговору он понял, что они прибыли в квартиру и разбирались с С. и П.. Увидев сотрудников полиции, это ему не понравилось, так как был пьяный, он не хотел их видеть. Поэтому достал из кармана куртки муляж гранаты, но о том, что это муляж никому из присутствующих не сказал, чтобы они думали, что у него настоящая граната. Затем, держа муляж гранаты в левой руке, он взялся правой рукой за чеку, тем самым показав сотрудникам полиции, что у него предмет, похожий на боевую гранату. Затем он сказал С., чтобы тот ложился или бежал, тем самым хотел напугать присутствующих в кухне, заявлял, что взорвет гранату. Его пытались успокоить, помнит, что у него граната выпала из рук, она уже была без чеки. В ходе этих событий он словестно угрожал сотрудникам полиции. Сотрудники полиции испугались и сразу же покинули помещение кухни. После этого он поднял гранату, сказал С., чтобы он не боялся, так как она не настоящая. Он понимал, что сотрудники полиции находились при исполнении своих должностных обязанностей. Где в момент этих событий была П., не помнит. 

Из показаний участковых уполномоченных полиции М.И. и Т.Н. следует, что они по сигналу из дежурной части ОМВД прибыли по вызову С. к нему в квартиру, где находилась П., которые скандалили между собой. ФИО1 спал на диване. М.И. стала брать объяснение с П., а Т.Н. с С., происходило это в кухне. П. вышла из кухни, в это время проснулся ФИО1, которого П. просила в комнату не ходить, пояснив ему, что на кухне сотрудники полиции. Затем ФИО1 зашел в кухню, увидев их, стал кричать, в том числе нецензурно, он был недоволен их присутствием в квартире, на замечания он не реагировал. ФИО1 зашел в коридор и достал из кармана куртки предмет, похожий на боевую гранату и продемонстрировал его им. После этого ФИО1 сказал С., чтобы тот уходил, заявив, что взорвет гранату. Они (М.И. и Т.Н.) не знали, что это не настоящая граната, муляж, поэтому стали вести разговоры с П-вым, который заявлял им: «Менты, не хочу видеть вас тут и что будет все нормально, если они уйдут из квартиры». М.И. о случившемся доложила по телефону руководству. Они опасались за свою жизнь и исходящую от ФИО1 угрозу воспринимали реально. ФИО1 держал предмет, похожий на гранату (...» на уровне груди и пальцем правой руки взялся за кольцо, намереваясь вырвать его. Затем этот предмет выпал из руки ФИО1 и они покинули квартиру.

П. и С. подтвердили показания потерпевших, что ФИО1 угрожал сотрудникам полиции гранатой, которые испугавшись, убежали из квартиры. 

Кроме того, вина ФИО1 подтверждена письменными доказательствами: 

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому объектом осмотра является 

<

адрес>, которым зафиксирована обстановка в квартире и изъят муляж гранаты;

- заключением эксперта, согласно которому представленные на исследование предметы являются муляжами ручной гранаты и предохранительно-исполнительного механизма взрывателя ручных гранат. Представленные муляжи взрывчатых веществ не содержат, взрывными устройствами не являются;

- документами, подтверждающими, что М.И. и Т.Н. при совершении в отношении них преступления ФИО1, являлись сотрудниками полиции при исполнении должностных обязанностей.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства, суд обоснованно признал вину ФИО1 доказанной и правильно квалифицировал его действия по ч.1 ст. 318 УК РФ.

Доводы осужденного ФИО1, приведенные в судебном заседании первой инстанции и поддержанные его защитниками, судом первой инстанции проверялись и обоснованно отвергнуты, как несостоятельные, что должным образом мотивировано в приговоре.

Суд обоснованно взял за основу показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, поскольку они объективно подтверждены показаниями потерпевших и свидетелей, а также осмотром муляжа гранаты.

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО1 угрожая сотрудникам полиции, осознавал, что они являются представителями власти при исполнении своих должностных обязанностей. Он также осознавал, что воспрепятствует им в выполнении своих должностных обязанностей. 

При таких обстоятельствах суд правомерно оценил критически показания ФИО1, данные им в ходе судебного разбирательства, расценив их как способ защиты с целью избежать ответственности за содеянное. 

С учетом изложенного доводы защитников осужденного, являются несостоятельными, оснований для квалификации действий ФИО1 по ст.119 УК РФ, не имеется.

Таким образом, выводы суда соответствуют установленным по уголовному делу фактическим обстоятельствам, поскольку они основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, полный и объективный анализ и оценка которым даны в приговоре.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, данные о его личности и иные данные, влияющие на назначение наказания, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание: активное способствование расследованию преступления, принесение извинений потерпевшим, как способ заглаживания причинённого им вреда. 

Обстоятельством, отягчающим наказание в отношении ФИО1 суд в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ обоснованно признал совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

При этом суд правомерно учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления в отношении представителей власти.

Суд первой инстанции, отменяя условное осуждение по приговору от 19 декабря 2017 года, свое решение мотивировал надлежащим образом, поэтому доводы жалобы являются несостоятельными. 

При таких обстоятельствах назначенное ФИО1 наказание как по ч.1 ст.318 УК РФ, так и по совокупности преступлений, не является несправедливым вследствие чрезмерной суровости, оснований для смягчения наказания, назначения более мягкого наказания, чем лишение свободы и применения положений ст.ст.53.1, 64 и 73 УК РФ, как и ч.6 ст.15 УК РФ, не имеется

Нрушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в ходе предварительного и судебного следствия, не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Белозерского районного суда Вологодской области от 4 марта 2021 года в отношении ФИО1 оставить без изменений, а апелляционную жалобу адвоката Даниленко Д.В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда первой инстанции в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанцией.

Судья Вологодского 

областного суда В.А. Макурин