Дело № 2-106/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Норильск 15 января 2019 года

Норильский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Боднарчук О.М., 

при секретаре Шадриной М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 5» об изменении формулировки увольнения, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 5» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что 05.10.2015 между сторонами заключен трудовой договор № Согласно п. 1.1 Трудового договора истец был принят на должность начальника юридического отдела КГБУЗ «ККПНД № 5». 11.10.2018 приказом от 10.10.2018 № трудовой договор был расторгнут за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей (прогул) по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Полагает увольнение незаконным, поскольку согласно приказу о предоставлении отпуска работникам от 23.07.2018 № ему был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск с 01.08.2018 по 28.09.2018, с выходом на работу 29.09.2018. Согласно производственному календарю 29.09.2018 и 30.09.2018 являются выходными днями, в связи с чем истец обязан был приступить к исполнению трудовых обязанностей 01.10.2018, однако в период с 01.10.2018 по 03.10.2018 находился на больничном. Приступить к работе должен был 04.10.2018. 04.10.2018 с 09.00 до 15.00 находился в МБУЗ г. Сочи «Городская поликлиника № 1» с целью прохождения освидетельствования для признания трудоспособным, что подтверждается справкой от 04.10.2018. Осознавая, что не сможет прибыть в г. Норильск 04.10.2018 и 05.10.2018, так как прямых рейсов по маршруту Сочи - Норильск нет, добраться до г. Норильска смог только через город Москву. В связи с этим подал работодателю телеграмму с просьбой предоставить отпуск без сохранения заработной платы с 04.10.2018 по 05.10.2018. По прибытию 08.10.2018 в г. Норильск вышел на работу. 11.10.2018 был ознакомлен с приказом от 10.10.2018 № об увольнении за прогул. С актами об отсутствии с 01.10.2018 по 05.10.2018 на рабочем месте ознакомлен не был. В приказе об увольнении и указанных актах не указаны пункты должностной инструкции, которые истцом были нарушены. По указанным основаниям, просил восстановить на работе, взыскать компенсацию за вынужденный прогул и моральный вред в сумме 100 000 руб. С учетом последующего трудоустройства, исковые требования изменил, просил изменить формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию с 15.10.2018. От исковых требований о восстановлении на работе и взыскании компенсации за вынужденный прогул отказался.

Определением Норильского городского суда от 15.01.2019 производство по настоящему гражданскому делу прекращено в части требований истца о восстановлении на работе и взыскании компенсации за вынужденный прогул.

В судебном заседании истец измененные исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснил, что нахождение на больничном с 01.10.2018 обусловлено резко возникшей накануне болью в спине при сборе в аэропорт для вылета в г. Норильск на работу. Умышленного намерения невыхода на работу не имел, целью неоднократной переписку с руководителем в период отсутствия на работе было согласование возможности предоставления отпуска без сохранения заработной платы, в том числе после заболевания, о чем также было сообщено руководителю. Полагает, что незаконным увольнением испорчена его репутация перед коллегами и причинены нравственные страдания. 

Представитель ответчика Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 5» ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по изложенным в возражениях основаниям. Указала, что истец был ознакомлен с действующими правилами внутреннего трудового распорядка. В период времени с 02.08.2018 по 04.09.2018 находился в очередном оплачиваемом отпуске по основной должности. На основании письменного заявления истца работодатель согласовал перенос ежегодного оплачиваемого отпуска с 17.09.2018 на 01.08.2018 по 28.09.2018, приступить к работе истец должен был 29.09.2018. Истец ознакомлен с соответствующим приказом 23.07.2018. Намерений приступить к работе 01.10.2018, то есть в понедельник, первый рабочий день истец не имел, поскольку заранее авиабилеты не приобретал, озвучивал в возглавляемом им отделе, о том, что приступит к работе 08.10.2018 (понедельник), однако, документально не оформил заявление и предварительно не согласовал с исполняющим обязанности главного врача предоставление ему дней без сохранения заработной платы. 28.09.2018 истец посредством мессенджера обратился к руководителю учреждения о предоставлении за свой счет недельного отпуска, в чем ему было отказано, на что истец ответил, что с понедельника на больничном, без указания причин нетрудоспособности. Таким образом истец с 28.09.2018 намеревался оформить фиктивный листок нетрудоспособности по прибытию в г. Сочи, куда вылетел из г. Москвы 29.09.2018. 29.09.2018 истец обратился к руководителю учреждения с просьбой предоставить 5 дней отпуска без сохранения заработной платы в связи с отсутствием авиабилетов до г. Норильска. 03.10.2018 истец вновь попросил руководителя предоставить два дня отпуска за свой счет, в случае закрытия ему больничного. За период отсутствия истца, начиная с 01.10.2018 по 05.10.2018 ежедневно составлялись акты об отсутствии работника на рабочем месте, так как официального подтверждения причин отсутствия в указанный период у работодателя не было. Истец не направил в адрес работодателя подтверждения причин отсутствия на рабочем месте (копия листка нетрудоспособности и т.п.). По выходу 08.10.2018 на работу с работника было истребовано объяснение о причинах прогула, в котором он сообщил о нетрудоспособности и предоставил листок нетрудоспособности, выданный МБУЗ «Городская поликлиника № 1» г. Сочи, с отметкой о необходимости приступить к труду 04.10.2018. Полагает, что обращение истца в медицинское учреждение 04.10.2018 и нахождение в нем в течение 6 часов для проведения врачебной комиссии были инициированы им с целью подтверждения уважительности причин несвоевременного возращения на работу. Проведенной медицинское освидетельствование подтвердило его трудоспособностью. Обоснованности выдачи листка нетрудоспособности вызывает сомнение. Телеграмма о предоставлении истцу 04.10.2018, 05.10.2018 дней без сохранения заработной платы, в связи с отсутствием авиабилетов, направлена истцом 04.10.2018 после окончания рабочего дня в Учреждении и согласно штемпелю доставлена в г. Норильск 05.10.2018 (пятница), а получена Учреждением - 08.10.2018 (понедельник). Документов, подтверждающих факт отсутствия авиабилетов на указанные даты, истцом не предоставлено. 10.10.2018 от истца на имя и.о. главного врача написано письменные заявление о расторжении с ним трудового договора по собственному желанию, что подтверждает нежелание истца продолжать дальнейшее сотрудничество (трудовые отношения) с Учреждением. При принятии решения о наложении на истца дисциплинарного взыскания в виде увольнения учреждением учтена тяжесть совершенного им дисциплинарного проступка: дополнительные дни отпуска без сохранения заработной платы не были надлежащим образом оформлены в соответствии с требованиями трудового законодательства; факт отсутствия на рабочем месте документально не подтвержден; работником предоставлены недостоверные сведения причин отсутствия на рабочем месте в течение 2-х дней (04.10.2018 и 05.10.2018), что является грубым нарушением трудовых обязанностей, влекущим увольнение. Полагает, что в период с 01.10.2018 по 03.10.2018 имеет место симуляция заболевания и получение листка нетрудоспособности по причинам, не связанными с заболеванием. 04.10.2018 и 05.10.2018 истцом не предоставлены достоверные сведения отсутствия на рабочем месте. Процедура увольнения соблюдена, в связи с чем полагает исковые требования необоснованными.

Выслушав стороны, исследовав письменные доказательства, суд полагает необходимым заявленные исковые требования удовлетворить частично по следующим основаниям.

В соответствии с п. 5 ст. 81 ТК РФ, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Согласно ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности предусмотрен ст. 193 ТК РФ, в соответствии с которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка.

Как установлено судом, 05.10.2015 ФИО1 был принят на работу в КГБУЗ «ККПНД № 5» на должность начальника юридического отдела, что подтверждается приказом от 05.10.2015 №, трудовым договором от 05.10.2015 № 

10.10.2018 трудовой договор от 05.10.2015 № расторгнут и истец был уволен 11.10.2018 с занимаемой должности по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, что подтверждено приказом от 10.10.2018 №, с которым истец ознакомлен под роспись 11.10.2018.

Из приказа от 10.10.2018 № следует, что основанием к увольнению послужил вывод работодателя об однократном грубом нарушении работником трудовых обязанностей – прогуле, что установлено на основании актов об отсутствии на рабочем месте с 01.10.2018 по 05.10.2018 включительно, объяснений истца, а также других документов.

Из фактических обстоятельств дела и представленных в материалы доказательств следует, что на основании письменного заявления истца, приказом от 23.07.2018 № «О предоставлении отпуска работникам», истцу перенесен ежегодный оплачиваемый отпуск по графику с 17.09.2018 на 01.08.2018 (с 01.08.2018 по 28.09.2018). Приступить к работе истец обязан был 29.09.2018 (суббота). С указанным приказом истец ознакомлен под роспись 23.07.2018.

С учетом установленной Правилами внутреннего трудового распорядка КГБУЗ «ККПНД № 5» продолжительности рабочей недели рабочей недели по должности начальника юридического отдела (пятидневная неделя с двумя выходными днями), фактически приступить к работе истец должен был 01.10.2018 (понедельник).

В период с 01.10.2018 по 03.10.2018 ФИО1 находился на больничном, что подтверждается листком по временной нетрудоспособности, выданным МБУЗ «Городская поликлиника № 1» г. Сочи. Подлинность листка нетрудоспособности подтверждена Фондом обязательного медицинского страхования.

В период с 9 час. до 15. 04.10.2018 в отношении ФИО1 проведено освидетельствование врачебной комиссии МБУЗ «Городская поликлиника № 1» г. Сочи (протокол ВК № по результатам которой истец признан трудоспособным, что подтверждается справкой от 04.10.2018, достоверность которой представителем ответчика не оспаривалась.

Из представленной представителем ответчика копии переписки между и.о. главного врача КГБУЗ «ККПНД № 5» и истцом следует, что 28.09.2018, 29.09.2018, 03.10.2018 истец обращался к руководителю учреждения с просьбой о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы, в том числе, указав в сообщении 03.10.2018 о нахождении на больничном.

Также в 18 час. 07 мин. 04.10.2018 ФИО1, находясь в г. Сочи, направил в КГБУЗ «ККПНД № 5» телеграмму о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы с 04.10.2018 по 05.10.2018 в связи с отсутствием авиабилетов. 

Телеграмма поступила в почтовое отделение г. Норильска 05.10.2018, получена представителем работодателя 08.10.2018.

Из копий писем электронной почты, представленной истцом, следует, что последний с использованием электронного сервиса забронировал поездку у частного лица из г. Сочи в г. Краснодар в 22 час. 30 мин. 05.06.2018 и из г. Краснодара в г. Москву в 6 час. 50 мин. 06.06.2018. 

Данные документы предоставлялись истцом работодателю после выхода на работу.

В дальнейшем, в 23 час. 45 мин. 07.10.2018 ФИО1 совершил авиаперелет по маршруту: г. Москва – г. Норильск, прибыв в порт назначения в 8 час. 00 мин. 08.10.2018 и в тот же день вышел на работу.

По требованию работодателя 08.10.2018 и 10.10.2018 ФИО1 представлены письменные объяснения о причинах отсутствия на работе, с ссылкой на указанные выше документы.

10.10.2018 истцом работодателю представлено заявление об увольнении по собственному желанию с 19.10.2018, которое рассмотрено не было и издан приказ от 10.10.2018 № об увольнении 11.10.2018 с занимаемой должности по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

В силу трудового законодательства основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности является совершение им дисциплинарного проступка, т.е. неисполнения или ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей. 

Таким образом работодатель при привлечении работника к ответственности обязан указать, когда работник совершил проступок, в чем он заключается и какие требования трудового законодательства, в том числе локальных нормативных правовых актов нарушены.

Вместе с тем, из приказа от 10.10.2018 № об увольнении невозможно установить, когда и при каких обстоятельствах истцом был совершен проступок, какие требования должностной инструкции нарушены.

Из актов об отсутствии на рабочем месте, указанных как одно из оснований приказа об увольнении, следует об отсутствии истца на рабочем месте в период с 9 час. 00 мин. до 13 час. 30 мин. и с 14 час. 00 мин. до 17 час. 30 мин. с 01.10.2018 по 05.10.2018.

В соответствии с Графиком работы юридического отдела на октябрь 2018 года, в указанные выше дни продолжительность рабочего времени истца составляла 8 часов с 9 час. 00 мин. 17 час. 30 мин. (с учетом обеденного перерыва – 30 мин.).

Факт отсутствия на работе в указанное время и дни истец не оспаривал, однако, на момент вынесения 10.01.2018 оспариваемого приказа у работодателя имелись достоверные сведения о нахождении истца с 01.10.2018 по 03.10.2018 на больничном, прохождении 04.10.2018 освидетельствования, а также принятии мер к информированию работодателя о нахождении на больничном и получению дней отпуска без сохранения заработной платы.

Должная оценка данным обстоятельствам и представленным истцом документам ответчиком не дана.

При этом, истребованные судом сведения авиакомпаний, осуществляющих авиаперелеты из г. Сочи в г. Норильск, подтверждают отсутствие рейсов (свободных мест) по указанному маршруту в период с 03.10.2018 до 07.10.2018.

Таким образом, в действиях истца не имелось умысла на совершение прогула.

В силу п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника и его отношение к труду.

Суду не представлено убедительных доказательств, что при применении к истцу такой меры дисциплинарного взыскания ответчик учел тяжесть проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, а также поведение работника до совершения проступка и отношение его к труду. 

В то же время, представителем ответчика не оспаривалось, что на дату вмененного проступка истец не имел материальных, дисциплинарных взысканий, поощрялся работодателя.

Доказательства обратного в материалы дела не представлено.

Изложенные обстоятельства в их совокупности позволяют суду прийти к выводу об отсутствии у ответчика достаточных оснований к увольнению истца, в связи с чем суд считает необходимым признать незаконным увольнение ФИО1 11.10.2018 по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Доводы представителя ответчика об умышленных и запланированных действиях по невыходу истца на работу после окончания отпуска суд находит несостоятельными, поскольку убедительными и достоверными доказательствами они не подтверждены. 

Так, смена мест проведения отпуска является правом работника.

Выданный истцу листок нетрудоспособности с 01.10.2018 по 03.10.2018 оформлен в установленном приказом Минздравсоцразвития России от 29.06.2011 № порядке.

В соответствии с п. 26 Порядка, утвержденного указанным приказом, листок нетрудоспособности не выдается гражданам, проходящим обследование (освидетельствование), поэтому сам по себе тот факт, что работнику при обращении к врачу не был выдан листок нетрудоспособности, не подтверждает его отсутствия на рабочем месте без уважительной причины.

В связи с этим документально подтвержденный и не опровергнутый ответчиком факт нахождения истца в медицинском учреждении 04.10.2018 после временной нетрудоспособности должен был учитываться работодателем при принятии обжалуемого решения в совокупности с другими обстоятельствами, обуславливающими отсутствие работника, в том числе отдаленностью, ограниченной транспортную доступностью места работы и принимаемыми работником меры к уведомлению работодателя о причинах своего отсутствия.

При этом, факт невозможности истца явиться на работу ранее 08.10.2018 ответчиком не опровергнут.

Иные доводы представителя ответчика при установленных по делу обстоятельствах правового значения для правильного рассмотрения дела не имеют.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию. В случае признания формулировки основания и (или) причины увольнения неправильной или не соответствующей закону суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить ее и указать в решении основание и причину увольнения в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона. Если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. 

Из материалов дела следует, что на основании приказа ООО «...» от 12.10.2018 № истец с 16.10.2018 принят на работу в должности ... данного Общества.

Учитывая изложенное, суд считает необходимым изменить формулировку основания увольнения ФИО1 с должности начальника отдела КГБУЗ «ККПНД № 5» на увольнение по собственному желанию (п. 3 ст. 77 ТК РФ), а также дату увольнения на 15.10.2018, то есть день предшествующий трудоустройству в другой организации. 

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2, суд, в силу ст. 21 (ч. 1 абз. 14) и 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема, а также характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В связи с тем, что факты нарушения ответчиком прав истца достоверно установлены, учитывая характер и продолжительность нарушения прав истца, исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

Иные материально-правовых требования, подлежащие разрешению по данному делу, не заявлены.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым взыскать с ответчика КГБУЗ «ККПНД № 5» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Изменить формулировку основания увольнения ФИО1 с должности начальника отдела Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 5» на увольнение по собственному желанию (п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации), изменить дату увольнения на 15.10.2018.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 5» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 5 000 руб.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 5» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 600 руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий О.М. Боднарчук

В окончательной форме решение изготовлено 18.01.2019