Дело № 2-2246/2020

39RS0004-01-2020-002436-10

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 ноября 2020 года

Московский районный суд города Калининграда в составе 

председательствующего судьи Т.В. Нагаевой 

при секретаре М.О. Орловой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделок недействительными,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском, указав, что ему на праве собственности принадлежал жилой дом расположенный по адресу: 

<

адрес> земельный участок с кадастровым номером: №, площадью 766 кв.м. расположенный по адресу: 

<

адрес>. С супругом ответчицы ФИО8 он знаком около 16 лет, были дружеские отношения. Он поделился с ним, в каких условиях живет, что дом является аварийным и фактически не попадает под понятие жилого помещения. ФИО8 предложил ему улучшить жилищные условия путем освоения его земельного участка, а именно строительства на его земельном участке 3-х секционного блокированного жилого дома. В связи с тем, что он будет вкладывать денежные средства, для его спокойствия и подстраховки он предложил переоформить дом и земельный участок на его супругу ФИО2, которая в последующем будет получать разрешительную документацию, контролировать строительство, т.к. он 

<

данные изъяты> часто отсутствует в г. Калининграде. Дом фактически является аварийным, ценность представляет только земельный участок, на котором он расположен.

Освоить указанный земельный участок путем нового строительства, как и привести в порядок жилой дом самостоятельно у него нет финансовых возможностей, поэтому для него этот вариант был очень хорош, с учетом того, что в последующем указанная блок секция останется его сыну и денежных средств в строительство ему вкладывать не придется, поэтому он согласился на условия предложенные ФИО8 

Во исполнение договоренностей, 21.03.2020 г. между ним и ФИО2 были заключены договоры купли-продажи жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес> земельного участка с кадастровым номером: № площадью 766 кв.м. расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Денежных средств по указанным договорам в размере 

<

данные изъяты> рублей он не получил, но в договорах за получение денежных средств расписался, т.к. это являлось обязательным условием для регистрации перехода права собственности, а также, соблюдая договоренности, т.к. знал, что денежных средств, для строительства блокированного жилого дома с него не потребуют, и ему вкладывать денежные средства в строительство не придется.

24.03.2020 г. между ними был заключен договор обязательство, по условиям которого ФИО2 обязуется построить и передать пригодным для проживания блок секцию, расположенную на 1/3 доле земельного участка с кадастровым номером №, а он обязуется принять данную блок секцию-новостройку общей площадью не менее 100 кв.м. по адресу: 

<

адрес>. Стоимость блок секции была оценена в 

<

данные изъяты> рублей, которая была указана в договорах купли-продажи жилого дома и земельного участка.

Таким образом, продаваемый жилой дом и земельный участок сторонами был оценен и признан равной цене затрат строительства блок секции (стоимость работ и материалов), которая должна быть передана ему. 

Таким образом, между сторонами был заключен договор инвестирования в строительство, где вкладом истца был жилой дом и земельный участок, другой стороной вкладывались денежные средства в строительство блокированного жилого дома состоящего из 3-х секций, из которых одна передавалась истцу, вторая переходила в собственность ответчика, а третья выставлялась на продажу и служила компенсацией затрат произведенных ответчицей и ее супругом при строительстве всего блокированного жилого дома.

Указанные обстоятельства безденежности договоров купли-продажи и доводов, изложенных выше, подтверждаются п. 3.2. договора обязательства от 24.03.2020 г. согласно которому в случае невозможности выполнения Стороной-1 п. 2.1. настоящего договора по причинам, не зависящим от Стороны: Сторона-1 обязана приобрести жилое помещение пригодное для проживания и не менее стоимости указанной в п. 1.3. (

<

данные изъяты> рублей), не извещая Сторону-2.

20.05.2020 г. были подписаны акты приема - передачи жилого дома и земельного участка.

Фактически передача жилого дома и земельного участка не производилась, договора купли-продажи не исполнены, он с сыном как проживал, так и проживает в указанном жилом доме, пользуется земельным участком. Требований о снятии с регистрационного учета его и сына договор купли-продажи не содержит. Продолжает оплачивать коммунальные платежи.

Указанный жилой дом является единственным местом жительства. Требования о выселении не заявлялись.

В июле месяце супруг ФИО2 приехал и начал кричать на него, что им был запрошен и получен какой-то документ, в котором такой вид разрешенного использования - как блокированный жилой дом отсутствует, поэтому строительство блокированного жилого дома производиться не будет. Начал постоянно угрожать, требовать с него неустойку в размере 

<

данные изъяты> рублей по договору обязательства, требовал написать соответствующую расписку.

Переоформить назад на него жилой дом и земельный участок отказался, хотя никаких затрат на сегодняшний день он и его супруга не понесли, кроме госпошлин за переоформление дома и земельного участка 

<

данные изъяты> рублей, которые он предложил ему вернуть, ГПЗУ выдается бесплатно.

Итсец в строительстве ничего не понимает, как и не понимает тонкостей земельных отношений, при оформлении договоров купли-продажи и договора обязательства никто не просил его как собственника запросить каких - то необходимых документов, супруг ФИО2, ему просто сказал, что дом снесут, а на указанном земельном участке построят блокированный жилой дом.

Ответчик безвозмездно завладел его жилым домом и земельным участком, а договор обязательство целенаправленно не исполняет. На сегодняшний день однокомнатную квартиру купить за 

<

данные изъяты> рублей невозможно, при рыночной стоимости земельного участка намного превышающей 

<

данные изъяты> рублей.

При этом квартира является неравнозначным встречным обязательством и противоречит их договоренностям при исполнении которых, он приобретал право собственности на блоксекцию площадью не менее 100 кв.м. и отдельный земельный участок под ней площадью 255 кв.м., т.е. фактически отдельный дом и земельный участок под ним.

Просил признать недействительным в силу его ничтожности договор купли-продажи жилого дома с кадастровым номером №, общей площадью 62,1 кв.м. расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный 21.03.2020 г. между ФИО1 и ФИО2, признать недействительным в силу его ничтожности договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, площадью 766 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный 21.03.2020 г. между ФИО1 и ФИО2, применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде погашения в ЕГРН записей о регистрации права собственности за ФИО2 на спорный жилой дом и земельный участок. Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию расходов по уплате государственной пошлины в размере 18400 рублей

Впоследствии истец уточнил исковые требования, указав, что по своей сути договор от 24.03.2020г. не является договором инвестирования и не может регулироваться нормами Закона РФ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений», поскольку соответствующие правоотношения в силу Закона РФ № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости...» регулируются исключительно данным законом. Так, Законом № 214-ФЗ прямо запрещено привлекать денежных средства физических лиц для жилищного строительства иначе как на основании договоров участия в долевом строительстве. При этом, в момент заключения спорного договора стороны не соответствовали ни одному из требований, предъявляемых Законом № 214-ФЗ к лицам, осуществляющим привлечение денежных средств граждан для долевого строительства.

Таким образом, заключённый между сторонами договор прямо противоречит требованиям вышеуказанных нормативных актов, следовательно, является ничтожным и не может порождать какие-либо правовые последствия. Рыночная стоимость жилого дома и земельного участка намного выше, чем указана в договорах купли-продажи, что свидетельствует о притворности сделок по купле-продаже жилого дома и земельного участка, а также о том, что денежных средств по указанным сделкам истец фактически не получал. Согласно отчета об оценке № Н-040-2020 от 09.09.2020 г. рыночная стоимость жилого дома и земельного участка составляет 

<

данные изъяты> рублей.

Просил также признать недействительным договор обязательство заключенный 24.03.2020 между ФИО1 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнения поддержал, пояснил, что живет в доме с 1998 года. Муж ответчицы предложил ему построить на его участке блок секции, у ФИО14 был свой интерес к земельному участку, а у него свой интерес для улучшения жилищных условий, поскольку его дом в аварийном состоянии. Он проконсультировался с соседями, они сказали соглашаться. Муж ответчицы пообещал, что построит несколько блок секций, одну из которых передаст ему. Договор обязательство составлялся юристом со стороны ответчика. Договор купли-продажи дома он подписал, чтобы у ответчика были гарантии, это были их условия. Договор обязательство был составлен ранее договора купли-продажи дома, подписывался договор обязательство без указания даты заключения. После заключения договора обязательства они поехали МФЦ для заключения договора купли-продажи дома. В МФЦ он предоставил паспорт, договор купли-продажи дома, земельного участка, договор обязательство остался у него и у ответчика на руках. После представления документов, оператор МФЦ сказала, что ему необходимо написать, что деньги по договору купли-продажи он получил и претензий не имеет. Его это немного смутило, поскольку денег по договору он не получал, но все же это написал. После 2 месяца с ним на связь никто не выходил, но в конце июня позвонил муж ответчицы и сказал, что подъедет к нему, так как возникли какие-то проблемы. Ответчик и ее муж подъехали к его дому, он сел к ним в автомобиль, как выяснилось, проблемы заключались в том, что на его участке невозможно построить блок секции. Кроме того, ответчик написала иную дату заключения договора обязательства. Получается, что он виноват, что на его земельном участке невозможно стоить блок секции. Ответчик сказала, что продаст его дом, поскольку теперь она хозяйка. До сих пор ответчик и ее муж приезжают к нему, чтобы он подписал расписку о том, что они понесли убытки, говорят, что вынуждены продать дом. После получения свидетельства о праве собственности через 3 дня ответчик сообщил, что будет продавать дом. Ответчик также угрожает отключением электроэнергии. Сам подписал договор купли-продажи, давления на него никто не оказывал. Задолженность по оплате электроэнергии нет, после совершения сделок ежемесячно все оплачивал. По водоканалу приостановил платежи, поскольку не работает водоотведение, хотел решить этот вопрос. Никаких соглашений с ответчиком у него не было, в том числе по оплате коммунальных услуг. Свидетеля ФИО9 ранее не видел. Был в МФЦ на пл. Победы, свидетеля ФИО15 там не было, был только ФИО16 и Наталья. Перед сделкой ФИО17 и Наталья приехали за ним на машине, и они поехали на сделку вместе. Выйдя из МФЦ, ФИО18 с Натальей поехали в одну сторону, а он в другую на автобусе. Сама сделка длилась приблизительно час, а не 15-20 минут, как пояснил свидетель ФИО19.

Представитель истца ФИО3 по доверенности от 14.07.20. (л.д. 43) в судебном заседании исковые требования с учетом уточнения поддержал, пояснил, что сделка притворная с целью прикрыть другую сделку по инвестированию. Воля сторон была направлена на совместную выгоду. Договор обязательство был составлен ранее, чем совершены сделки купли-продажи. Ответчик должна была построить и передать истцу блок-секцию. Ответчик после заключения договора купли-продажи узнала, что строительство на участке невозможно, в июне 2020 прописалась в доме, начала оплачивать коммунальные услуги, пытаясь придать основу сделки. Рыночная стоимость земельного участка гораздо выше стоимости, указанной в договоре купли-продажи. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, надлежаще извещена о месте и времени судебного заседания. 

Представитель ответчика ФИО4 по доверенности от 20.07.20. (л.д. 64) в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что истец был знаком с ответчиком и ее мужем 16 лет. Истец подписал все собственноручно, давления на него никто не оказывал. Сторона истца не представила доказательств ничтожности сделки. По условиям договора, ответчик должен был проживать в доме до мая 2020 года. Ответчик подписал договор обязательство, срок ввода блок-секций не истек, строительство еще не начато, поскольку истец не освободил земельный участок и дом, что мешает ответчику пользоваться им. Ответчик в январе 2020г. снимала со счета денежные средства для совершения сделки, в то время они выходили на сделку, которая была совершена в марте 2020 года. Обязательство было подписано позже - 24.03.2020 года, никакого отношения к договорам купли-продажи оно не имеет. Ответчик первоначально планировала приобрести дом для строительства блок секции, но осенью 2019 года был ответ, что строительство невозможно, поэтому она приобрела дом для себя. Истцу были переданы деньги на стоянке МФЦ в машине при совершении сделки. Сейчас ответчик живет в квартире, но планирует ремонт дома, поскольку он находится в плохом состоянии. Ответчик зарегистрировалась в доме, оплачивала коммунальные услуги, погасила задолженность истца по водоканалу. Ответчиком перезаключен договор с энергоснабжающей организацией. Договоры купли-продажи зарегистрированы в Росреестре. Какого-либо прикрытия сделок не было. Он, как юрист, подготовил Договор обязательство в виде проекта, ответчик сказала, что хочет там строиться, а истец хотел получить блок-секцию. Он подготовил документы, о которых его попросили, предложил обратиться в администрацию для получения разрешения на строительство. Дал рабочий проект договора обязательства, помимо него нужен был еще пакет документов.

Заслушав участников процесса, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Как предусмотрено п.п. 1 и 4 ст. 421 Гражданского кодекса РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно ст. 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ч. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В соответствии с п. 2 ст. 552 Гражданского кодекса РФ, в случае, когда продавец является собственником земельного участка, на котором находится продаваемая недвижимость, покупателю передается право собственности на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования, если иное не предусмотрено законом.

Для сделок купли-продажи правовым последствием является переход титула собственника от продавца к покупателю на основании заключенного сторонами договора.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Пункт 88 этого же Постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

В обоснование своих требований сторона истца ссылался на то, что договоры купли-продажи от 21 марта 2020 г., заключенные с ФИО2, являются ничтожными сделками в силу притворности, поскольку были совершены не с целью продажи земельного участка с жилым домом ФИО1, а для извлечения выгоды сторонами, инвестирования в строительство. 

Из материалов дела следует, что 21 марта 2020 года между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен Договор купли-продажи жилого дома, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил жилой дом, находящийся по адресу: 

<

адрес>, жилой дом состоит из 3-х комнат, общей площадью 62,1 кв.м., КН №. 

Жилой дом продан за 

<

данные изъяты> руб., уплачиваемых полностью при подписании договора (п. 4 Договора).

Одновременно с этим договором был удостоверен типовой договор купли-продажи земельного участка, на котором расположен продаваемый дом (п. 7 Договора). 

На Договоре имеется подпись ФИО1 о том, что деньги в сумме 

<

данные изъяты> руб. получил полностью. 

20.05.2020 года сторонами подписан Передаточный акт к Договору купли-продажи жилого дома. Претензий имущественного и иного характера стороны друг к другу не имеют. 

29.05.2020 года произведена государственная регистрация перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области. 

21 марта 2020 года между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен Договор купли-продажи земельного участка, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил земельный участок, общей площадью 766+/-7кв.м, находящийся по адресу: 

<

адрес>, КН №, категория земельного участка – земля населенных пунктов, разрешенное использование земельного участка – для индивидуального жилищного строительства. 

Указанный земельный участок продавец продает покупателю по цене 

<

данные изъяты> руб. Всю сумму, за указанный земельный участок на момент подписания настоящего договора покупатель оплатил продавцу полностью (п. 2.1 Договора).

По соглашению сторон имущество считается переданным с момента подписания передаточного акта (п. 3.4 Договора). 

На Договоре имеется подпись ФИО1 о том, что деньги в сумме 

<

данные изъяты> руб. получил полностью. 

20.05.2020 года сторонами подписан Передаточный акт к Договору купли-продажи земельного участка. Претензий имущественного и иного характера стороны друг к другу не имеют. 

29.05.2020 года произведена государственная регистрация перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области. 

В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из содержания приведенной нормы следует, что в притворной сделке имеют место две сделки: притворная сделка, совершаемая для вида (прикрывающая сделка) и сделка, в действительности совершаемая сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

По основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон. 

Истец, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен доказать, что при совершении сделки стороны не только не намеревались ее исполнять, но и фактически не исполнили.

Вместе с тем, в оспариваемых договорах купли-продажи тех или иных отсылок к иным обязательствам сторон не имеется, из текста оспариваемых договоров и пояснений сторон следует, что стороны по сделке преследовали цель - продавец продать принадлежащее ему имущество в виде жилого дома и земельного участка, а покупатель приобрести это имущество в собственность.

Довод истца об отсутствии намерений для наступления последствий, характерных для данного вида сделок, о формальном отчуждении объектов недвижимости в целях предоставления ответчику дополнительных гарантий по Договору обязательству, оставаясь при этом фактическим владельцем недвижимых объектов, опровергаются материалами дела, а также показаниями свидетелей, в т.ч. со стороны истца ФИО10, который пояснял, что истец показывал ему несколько договоров. Был еще договор купли-продажи, про него рассказывал Юрий. Первый был договор обязательство, после этого он решил подготовить договор купли-продажи. Свидетель со стороны ответчика ФИО9 поясняла, что со слов ФИО2 они собирались покупать дом, а после покупки дома в нем не проживают, поскольку он не пригоден для жилья. Наталья хочет использовать дом под строительство, она хочет построить там другой дом. 

Кроме того, ответчик ФИО2 в настоящее время зарегистрирована в купленном доме, и ею предъявлен иск в Московский районный суд г. Калининграда о выселении ФИО1.

Договор же обязательство датирован «24 марта 2020 года», т.е. после даты заключения оспариваемых истцом Договоров купли продажи от 21 марта 2020 года, допустимых и достоверных доказательств обратного стороной истца суду не представлено.

С учетом представленных документов судом установлено, что воля сторон по оспариваемым сделкам купли-продажи была ясно выражена, направлена на создание именно тех правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки. 

Ответчик принял спорное имущество и зарегистрировал его на себя, искажение воли сторон отсутствует, а доказательств, подтверждающих обратное, в деле нет.

Требование о признании договора обязательства от 24 марта 2020 года недействительным удовлетворению также не подлежит, поскольку основано на тех же обстоятельствах, на которых истец просил признать недействительными договоры купли-продажи дома и земельного участка, при этом в обоснование заявленных требований истец указал данную сделку, как совершенную для прикрытия договора инвестирования в строительство. Вместе с тем, как указал истец в уточненном исковом заявлении (л.д. 144), названный договор также не является договором инвестирования.

Довод стороны истца о том, что имеются признаки притворной сделки ввиду значительного занижения стоимости объектов недвижимости, не свидетельствует о пороке воле сторон, и является несостоятельным. В соответствии с нормами действующего гражданского законодательства стороны договора вправе самостоятельно определять цену сделки; сам по себе факт реализации имущества по цене иной, нежели кадастровая/рыночная стоимость, не может свидетельствовать о ничтожности сделки по основанию притворности. Истец по своему усмотрению продал принадлежащие ему на праве собственности объекты недвижимости, выразил свою волю на отчуждение принадлежащего ему имущества, тогда как стороны договора купли-продажи свободны в определении стоимости отчуждаемого имущества.

С учетом вышеизложенного, исковые требования ФИО1 подлежат оставлению без удовлетворения. 

руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании недействительными договоров купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенных 21 марта 2020 года между ФИО2 и ФИО1, а также договора – обязательства, заключенного 24 марта 2020 года между указанными сторонами, взыскании расходов по уплате госпошлины в размере 18700 руб., отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 18 ноября 2020 года.

Судья: подпись