Дело № 2 - 375/2020

42RS0014-01-2020-000287-32

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Мысковский городской суд Кемеровской области в составе судьи Ульяновой О.А.,

с участием старшего помощника прокурора г. Мыски Ушковой И.В., 

истца ФИО3, 

его представителя ФИО4, действующего на основании нотариальной доверенности, 

представителя ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО5, действующей на основании доверенности, 

при секретаре судебного заседания Митьковской А.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Мыски

02 июля 2020 г.

гражданское дело по иску ФИО3 к Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс» о возмещении морального вреда, 

у с т а н о в и л:

Истец ФИО3 обратился с иском к ПАО "Южный Кузбасс» о возмещении морального вреда, согласно которому просит взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей. 

Требования мотивированы следующими доводами. До 2007 г. истец работал в ПАО «Южный Кузбасс». В период работы в должности и.о. помощника начальника участка вследствие несчастного случая на производстве истец повредил своё здоровье. 26.03.2007 г. с ним при исполнении трудовых обязанностей произошел несчастный случай на производстве, в результате которого истцом были получены следующие травмы: 

<

данные изъяты>. Лечение от травм, полученных следствие несчастного случая на производстве, истец вынужден проходить по настоящее время. Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 26.09.2019 г. истцу необходимо получать лечение до 26.09.2021 г. Согласно этому же акту истец может продолжать работу только по профессии с уменьшением объёма производственной деятельности. По факту произошедшего несчастного случая был составлен акт № 5 по форме Н-1, в котором указано, что работодателем было допущено грубое нарушение техники безопасности, что привело к травме работника. В настоящее время истец не может продолжить свою деятельность по специальности, что причиняет ему морально нравственные страдания, поскольку он лишён возможности заниматься любимым делом, не может построить карьеру. Полученные травмы лишили истца возможности вести нормальный образ жизни. Он вынужден постоянно наблюдаться у врачей, тратить денежные средства на приобретение лекарственных препаратов. Никаких выплат от ответчика в счёт компенсации морального вреда истец не получал, поэтому вынужден обратиться в суд за защитой нарушенного права. Принимая во внимание обстоятельства несчастного случая на производстве, учитывая его основные причины, тяжесть перенесённых истцом физических и нравственных страданий, длительность лечения, нравственные страдания в связи с утратой профессиональной трудоспособности, которая лишила истца возможности вести нормальный образ жизни, считает подлежащим взысканию с ответчика в счёт компенсации морального вреда денежной суммы в размере 500000 рублей. Также истец просит взыскать в его пользу расходы по оказанию юридических услуг в размере 20000 рублей. 

В судебном заседании истец, его представитель исковые требования поддержали в полном объеме. 

Ответчик не признал исковые требования полностью, обосновав свои возражения следующими доводами. По результатам освидетельствования во ВТЭК в 2007 г. ФИО3 установлено 60% утраты профессиональной способности. В связи с этим на истца распространялись права и льготы, предусмотренные ОТК по угольной промышленности на 2007 -2009 годы. Согласно п.5.4. Отраслевого тарифного соглашения по угольной промышленности РФ на период 2007 – 2009 годы в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчёта не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной способности (с учётом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговорённом в коллективном договоре, соглашении. 

Коллективным договором, заключённым между ПАО «Южный Кузбасс» и работниками на 2005 – 2006 годы, который был пролонгирован и на 2007 год, установлено, что за каждый процент утраты работником профессиональной трудоспособности вследствие трудового увечья, впервые установленного медико-социальной экспертизой, при полной или частичной вине Общества, ему выплачивается единовременное пособие из расчёта не менее 20% среднемесячного заработка, включая суммы возмещения вреда, выплаченного соцстрахом (п. 9.2.1. Коллективного договора). 

14.01.2008 г. ФИО3 обратился в ОАО «Южный Кузбасс» с письменным заявлением о выплате единовременного пособия (в счёт возмещения морального вреда) в размере 20% среднемесячного заработка за 60% утраты профессиональной трудоспособности в соответствии с федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ. 

На основании заявления ФИО3, отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ приказом от 15.01.2008 г. № 52-ЛС ОАО «Южный Кузбасс» добровольно выплатило ФИО3 компенсацию в счёт возмещения морального вреда в размере 337086 рублей. ФИО3 не возражал против размера возмещения и принял его, тем самым, согласился с возмещением морального вреда. Таким образом, добровольная выплата ПАО «Южный Кузбасс» компенсации морального вреда ФИО3 влечёт прекращение данного обязательства. По мнению ответчика, истец ставит вопрос о взыскании повторной компенсации морального вреда, что законом не предусмотрено. Выплаченные суммы в счёт возмещения морального вреда в размере 337086 рублей соответствовали степени разумности и справедливости, а также уровню жизни в 2007 году. Впоследствии ФИО3 по вопросу компенсации морального вреда в связи с профзаболеванием не обращался, из чего ответчиком сделан вывод, что истец не испытывал физические и нравственные страдания в связи с утратой профессиональной трудоспособности. 

По утверждению ответчика, сумма, выплаченная ФИО3 и указанная как единовременное пособие, есть не что иное, как компенсация морального вреда. Об этом свидетельствует указание в последующих коллективных договорах, в частности, в коллективном договоре на 2014 – 2019 г. Так п. 10.2.2. названного договора имеется конкретное указание, что рассчитанная не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной способности (с учётом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) денежная сумма выплачивается в счёт возмещения морального вреда. 

ПАО «Южный Кузбасс» считает, что размер компенсации морального вреда в сумме 500000 рублей не соответствует требованиям разумности и справедливости. Кроме того, выплаты, произведённые ФИО3, рассчитаны в соответствии с отраслевым тарифным соглашением, коллективным договором. Полагает, что выплаченная сумма в размере 337086 рублей соразмерна понесённым истцом физическим и нравственным страданиям, и отвечает требованиям разумности и справедливости. 

Также ответчик возражает против взыскания судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг, в размере 20000 рублей. Полагает, что при определении судом размера подлежащих взысканию расходов следует учитывать небольшое количество представленных истцом документов в обоснование своих требований, цену иска, продолжительность и сложность дела, квалификацию и опыт представителя, наличие обширной судебной практики по данной категории гражданских дел. Считает, что гражданское дело по иску ФИО3 не относится к категории сложных дел, практика рассмотрения подобного рода дел является единообразной. Представитель считается опытным и квалифицированным специалистом, и ведение данного дела не требует значительных временных затрат. Также необходимо учитывать средние сложившиеся в регионе цены на юридические услуги. 

На основании изложенного просит отказать ФИО3 в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в связи с установлением у него производственной травмы в размере 500000 рублей. 

Заслушав объяснения истца, его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению, взысканию в его пользу подлежит денежная сумма в счёт компенсации морального вреда в пределах 300000 рублей, суд установил следующие обстоятельства. 

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" следует, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как усматривается из материалов дела, ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ОАО "Разрез Ольжерасский» с 06.09.2005 г. по 26.10.2007 г., что подтверждается копией трудовой книжки на л.д. 6 – 7, которое согласно записи под номером 18 с 01.02.2007 г. реорганизовано в форме присоединения к открытому акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс». Согласно копи диплома на л.д. 8 ФИО3 после окончания в 2005 г. ГОУВПО «КузГТУ» была присуждена квалификация Горный инженер по специальности «Горные машины и оборудование». 

26.03.2007 при выполнении ФИО3 трудовых обязанностей с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил 

<

данные изъяты>. Степень тяжести травм оценена как тяжёлая. 14.05.2007 г. работодателем составлен акт № 5 о несчастном случае по форме Н -1 (л.д. 9 – 10). Согласно п. 9 названного Акта причинами несчастного случая явились: неудовлетворительная организация производственных работ; неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест; проводимая работа по производственному контролю не отвечает требованиям ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов». Нарушены ст. 212 ТК РФ, ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов». Как следует из пункта 10 Акта, факта грубой неосторожности пострадавшего не выявлено. Степень его вины – 0%. 

На основании выписки из истории болезни № (л.д. 13) ФИО3 находился в НХО № 1 на лечении с 09.04.2007 г. по 07.05.2007 г. В анамнезе указано на травму 26.03.2007 г. на рабочем месте, падение в высоты. После травмы находился на лечении в отделении травматологии ЦРБ г. Междуреченска. После консультации с нейрохирургом переведён в отделение нейрохирургии для оперативного лечения. 

Согласно справке МСЭ -2011 № 0348540 (копия на л.д. 17) 26.10.2011 г. ФИО3 была повторно установлена 

<

данные изъяты> инвалидности по причине трудового увечья. Исходя из справки серии МСЭ – 2011 от 26.10.2011 г. (л.д. 80) ФИО3 бессрочно установлена степень утраты трудоспособности - 40% в связи с производственной травмой от 26.03.2007 г. акт № 5 от 14.05.2007 г. 

Как следует из программы реабилитации пострадавшего от несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ФИО3 от 26.09.2019 г. (л.д. 11), имеющего 

<

данные изъяты> группу инвалидности, трудовое увечье, проведение реабилитационных мероприятий назначено на срок до 26.09.2021 г. При этом в программе реабилитации ФИО3 как пострадавшего в результате несчастного случая на производстве указан диагноз - 

<

данные изъяты> 

Исходя из сведений, содержащихся в выписке из медицинской карты амбулаторного больного № 1396, выданной на имя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживающего по адресу: 

<

адрес>, в период с 25.02.2015 г. по 27.04.2020 г. истец 19 раз обращался к врачам неврологу и терапевту с жалобами на головные боли, боли в ШОП, с иррад. в голову, слабость, головокружение, метеозависимость, с указанием врачом диагноза: 

<

данные изъяты> 

14.01.2008 г. ФИО3 обратился к директору филиала ОАО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля с заявлением о выплате ему единовременного пособия по ОТС за утрату профессиональной трудоспособности 60 %, установленную БМСЭ впервые с 26 октября 2007 г. в связи с несчастным случаем на производстве 26 марта 2007 г. (л.д. 87). 

В соответствии с приказом директора АО «Южный Кузбасс» - Управление по подземной добыче угля от 15.01.2008 г. № 52- ЛС ФИО3 выплачено единовременное пособие в связи с утратой профессиональной трудоспособности в размере 337086 рублей, рассчитанное с учётом среднемесячного заработка (л.д. 86) и справки серии МСЭ – 2006 о степени утраты профессиональной способности ФИО3 в связи с производственной травмой 26.03.2007 г., равной 60%, а также с учётом приказа ГУ – КРО ФСС РФ от 17.12.2007 г. (л.д. 88). 

С учётом анализа исследованных в судебном заседании доказательств, с учётом вышеприведенные правовые нормы, а также установленных обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что истец имеет право на компенсацию морального вреда. Лицом, обязанным компенсировать моральный вред, является ответчик. 

Причинение истцу нравственных страданий в полной мере подтверждено совокупностью представленных доказательств - как медицинскими документами, так и показаниями самого истца. Его пояснения о состоянии здоровья не противоречат сведениям, отраженным в медицинских документах.

Последствия травмы привели к серьезному ухудшению состояния здоровья истца. 

Суд полагает доказанными доводы истца о наличии у него физических и нравственных страданий в связи с имеющимся у него заболеванием вследствие трудового увечья, что дает ему основания требовать взыскания с ответчика компенсации морального вреда. 

Однако, учитывая, что степень утраты трудоспособности истца уменьшилась с 60% до 40%, определённая ему 

<

данные изъяты> группа инвалидности позволяет истцу работать с учётом установленных ограничений, согласно копии трудовой книжки (л.д. 41) 26.10.2007 г. ФИО3 был уволен в связи с отказом от перехода на другую работу, необходимую в соответствии с медицинским заключением (п.8 ч.1 ст. 77 Трудового Кодекса РФ), размер компенсации морального вреда, который определил истец в 500000 руб., по мнению суда, не отвечает названным принципам соразмерности, разумности и справедливости, компенсацию морального вреда с учетом степени вины причинителя вреда - 100%, отсутствии вины пострадавшего в возникновении у него профессиональной травмы, степени физических и нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости необходимо определить в 210 000 руб., которая и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Довод ответчика о том, что в 2007 г. истцу была выплачена компенсация морального вреда в размере 337086 рублей, суд считает неубедительным в силу следующего.

Статьей 22 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 1 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" настоящий Федеральный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Пунктом 5.4. Федерального Отраслевого тарифного соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2007 - 2009 годы предусмотрено, что в случае установления впервые работнику, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие профессиональной травмы или профессионального заболевания работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчёта не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учётом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговорённом в коллективном договоре, соглашении. 

Из приведенных норм следует, что Федеральное отраслевое соглашение за указанные периоды, устанавливая основания выплаты единовременной компенсации, содержат отсылочную норму, указывая на то, что такая компенсация выплачивается в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении.

Согласно п. 9.2.1. Коллективного договора АО "Южный Кузбасс» на 2005-2006 годы, действие которого пролонгировано на 2007 г., помимо возмещения вреда, которое должно быть произведено потерпевшему в соответствии с действующим законодательством РФ, организация выплачивает единовременную компенсацию в размере 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности с учетом суммы единовременной страховой выплаты, произведенной фондом социального страхования. 

Указанные условия договора не противоречат федеральному законодательству, в том числе Трудовому кодексу РФ, так как в Трудовом кодексе не содержится положений, предусматривающих выплату работнику указанной компенсации. Федеральное отраслевое соглашение, устанавливает лишь основания для выплаты единовременной компенсации, а соглашение детализирует его положения, устанавливая порядок такой выплаты.

Поскольку право у истца на возмещение вреда, получение единовременной компенсации, возникло в 2007, когда ему впервые была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности, на него распространяются права и льготы, предусмотренные Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ на 2007-2009 годы. 

Положения коллективного договора ПАО «Угольная компания «Южный Кузбасс» на 2014- 2019 годы, пункт 10.2.2. которого содержит условие, предусматривающее выплату указанной единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, не может распространяться на истца.

В силу ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом (ч. 1) По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие (ч. 2).

При таких данных оснований для применения положений коллективного договора на 2014 - 2019 годы, которыми предусмотрена обязанность работодателя производить выплату работникам единовременной компенсации сверх установленного законодательством РФ возмещения вреда за утрату профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда, к спорным правоотношениям при определении права истца на получение компенсации морального вреда у суда не имеется. 

Таким образом, выплаченная ответчиком согласно п 5.4 Федерального отраслевого тарифного соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2007 - 2009 годы и п. 9.2 Коллективного договора АО "Южный Кузбасс» на 2005-2006 годы единовременная компенсация из расчета утраты профессиональной трудоспособности не является компенсацией морального вреда, условия выплаты компенсации морального вреда из расчета утраты профессиональной трудоспособности в коллективном договоре АО "Южный Кузбасс», действующем в 2007 году, не оговаривались и не были предусмотрены положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2007-2009 годы", в связи с чем указанные выплаты не компенсируют причиненный моральный вред истцу и имеют другой характер.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В абз. 2 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении, в частности: исков неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 приведенного постановления).

В обоснование расходов на оплату услуг представителя заявителем представлены: договор на оказание услуг от 03.02.2020 г. № 2370-СЗ, заключенный ФИО3 с ООО «Сфера Защиты», выступившим в качестве исполнителя, предметом которого является представительство в суде 1-ой инстанции (л.д. 19); квитанция об оплате 20 000 руб. за подготовку искового заявления и представительство в суде 1-ой инстанции (л.д. 77). 

Согласно п. 5.1 договора на оказание услуг от 03.02.2020 г. цена договора составляет 20000 руб.

В качестве представителя ФИО3 в судебных заседаниях принимали участие уполномоченные ООО «Сфера Защиты» ФИО1, ФИО2 (л.д. 36). 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что заявителем было подтверждено несение расходов надлежащими доказательствами, так как заявителем были представлены вышеуказанные договор на оказание юридических услуг и квитанция об оплате услуг представителя.

Доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ стороной ответчика представлено не было.

Расходы на оплату представителя подлежат взысканию с ПАО "Южный Кузбасс» поскольку иск ФИО3 о компенсации морального вреда был удовлетворен.

Оценив представленные доказательства, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд, учитывая сложность дела, количество судебных заседаний, в которых участвовал представитель, объем проделанной представителем работы по делу, объем и значимость получивших защиту прав ФИО3, руководствуясь принципом разумности и соразмерности, соблюдая баланс между правами лиц, участвующих в деле, определяет сумму расходов на оплату услуг по оплате юридических услуг представителей ФИО3 в общем размере 10 000 руб. Определяя размер подлежащих взысканию расходов, суд учитывает также то обстоятельство, что судебное заседание 15.06.2020 г. было отложено по ходатайству представителя истца, обоснованным необходимостью представления дополнительных доказательств, возможность представления которых сторона истца имела и ранее. 

В соответствии с ч.1 ст. 333.36. Налогового Кодекса РФ истец освобождён от уплаты государственной пошлины, потому основания для взыскания с ответчика расходов по её уплате в размере 300 рублей отсутствуют. Истец вправе обратиться с заявлением о возврате ошибочно уплаченной государственной пошлины. 

Согласно ст. ч.1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Взысканию в ответчика в доход бюджета полежит государственная пошлина в размере 300 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Иск ФИО3 удовлетворить частично. 

Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой в размере 210000 рублей, расходы, связанные с оплатой юридических услуг, в размере 10000 рублей, в удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Южный Кузбасс» в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Кемеровского областного суда через Мысковский городской суд Кемеровской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Ульянова О.А. 

Мотивированное решение изготовлено 06.07.2020 г.