Дело № 2-48/2025 (№ 2-1434/2024) 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 января 2025 г. г. Вышний Волочёк

Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в составе председательствующего судьи Емельяновой Л.М., 

при секретаре Широковой Е.А.,

с участием ответчика (истца по встречному иску) ФИО5, его представителя ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к ФИО5 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

по встречному иску ФИО5 к ФИО7 об установлении факта трудовых отношений,

установил:

ФИО8, действующая по доверенности в интересах ФИО7, обратилась в суд с иском к ФИО5, в котором просит взыскать с ответчика в пользу истца в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в сумме 837000 руб. 

В обоснование исковых требований указано, что 1 июня 2023 г. в 06 ч. 55 мин. на 252 км 882 автодороги М-10 «Россия» в Торжокском районе Тверской области, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, принадлежащего истцу ФИО7, который при движении в направлении г. Санкт-Петербурга допустил сон за рулем и совершил наезд на стоящий на остановке автомобиль «ПАЗ», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО9. В результате названного столкновения, произошла полная деформация кабины автомобиля ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, со скрытыми повреждениями. Виновником указанного ДТП был признан водитель ФИО5, нарушивший п. 14.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, и был привлечен к административной ответственности. В результате совершенного ФИО5 административного правонарушения автомобилю истца был причинен материальный ущерб, для определения стоимости которого ФИО7 обратился к эксперту ФИО4 Согласно отчету об оценке № 05/05/2024 от 17 мая 2024 г. рыночная стоимость услуг по восстановительному ремонту поврежденного транспортного средства составила 1143570,55 руб., рыночная стоимость годных остатков составила 32000 руб., рыночная стоимость транспортного средства на момент повреждения составила 869000 руб. связи с тем, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства превышала рыночную стоимость автомобиля на дату ДТП, компенсация за восстановление поврежденного транспортного средства определена как стоимость автомобиля ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, на дату происшествия за вычетом стоимости годных остатков и составила 837000 руб.

На основании изложенного, истец ФИО7 просит взыскать с ответчика ФИО5 в свою пользу материальный ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в сумме 837000 руб.

Определением судьи от 18 сентября 2024 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО9, ФИО10, Акционерное общество «Московская акционерная страховая компания».

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания, от 11 октября 2024 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Акционерное общество «Группа страховых компаний «Югория».

21 ноября 2024 г. ответчиком ФИО5 в судебном заседании подано встречное исковое заявление к ФИО7, в котором он просит признать отношения сложившиеся между ним и ФИО7 - трудовыми в период с 31 октября 2022 г. по 20 января 2024 г., которое принято к производству определением судьи от 22 ноября 2024 г., к участию в деле в рамках встречных исковых требований для дачи заключения привлечена Государственная инспекция труда в Тверской области.

В обосновании встречных исковых требований ФИО5 указано, что он нашел объявление в социальных сетях на сайте «Авито» о работе в качестве водителя, позвонил по номеру телефона, указанному в объявлении, ФИО7 ФИО7 по телефону подтвердил, что у него есть вакансия на должность водителя на грузоперевозки. ФИО5 был принят на работу. В обязанности ФИО5 входило следующее: доставка грузов и оформление сопроводительных документов, соблюдение времени доставки грузов, контроль за техническим состоянием автомобиля. После встречи с ФИО7, ФИО5 по поручению ФИО7 31 октября 2022 г. фактически приступил к выполнению работы, принял товар по накладным и доставил груз по назначению. За выполнение аналогичной работы ФИО7 выплачивал ФИО5 ежемесячно заработную плату около 70000 руб. в месяц, что подтверждается CMC перепиской между ним и ФИО7 Оплата выполненной работы проиводилась следующим образом: каждый месяц: 10-го числа выдавался аванс в сумме 10000 руб., и 30 числа - основная сумма заработка. 01 июня 2023 г. на 252 км 882 м ФАД М-10 «Россия» в Торжокском районе Тверской области ФИО5 совершил наезд на стоящее на остановке транспортное средство марки «ПАЗ», государственный регистрационный знак №. В результате столкновения, произошла полная деформация кабины управляемого им автомобиля «ГАЗ 3302», государственный регистрационный знак №, №, принадлежащего ФИО7, со скрытыми повреждениями. После указанного ДТП ФИО7 определил в какую сумму обойдется восстановление поврежденного транспортного средства, сумма составила 400000 руб. Работа по восстановлению транспортного средства в эту сумму не входила, так как ФИО5, сам в свободное от работы время занимался восстановлением поврежденного автомобиля. ФИО7 и ФИО5 состояли в трудовых отношениях до конца января 2024 года, ФИО7 после названного ДТП ежемесячно удерживал из заработной платы ФИО5 половину его дохода, в размере 35000 руб. За последний месяц (январь 2024 года) ФИО5 не получил заработную плату. Сумма выплат в счет возмещения ущерба от ДТП на момент увольнения ФИО5 составила 280000 руб. О том, что между ФИО7 и ФИО5, не было трудовых отношений, ФИО5 узнал только после получения иска от ФИО7 Факт трудовых отношений между сторонами также подтверждается тем, что ФИО5 был вписан в страховой полис транспортного средства, принадлежащего ФИО7, управляя которым ФИО5 совершил вышеуказанное ДТП. На основании изложенного, ФИО5 просит признать отношения, сложившиеся между ним и ФИО7, трудовыми, в период с 31 октября 2022 г. по 20 января 2024 г.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО5 и его представитель ФИО6 в судебном заседании встречные исковые требования поддержали в полном объеме, возражая против удовлетворения первоначальных исковых требований, пояснив, что ФИО5 фактически работал у ФИО7, зарегистрированного в качестве индивидуального предпринимателя основным видом деятельности которого является «предоставлении услуг по перевозке»; объявление ФИО7 о наборе водителей на перевозку грузов он нашел на сайте «Авито», требовался водитель на автомобиль для перевозки грузов маршрутом «Москва-Санкт-Петербург»; при личной встрече с ФИО7, тот пояснил, что заработная плата будет выплачиваться дважды в месяц: аванс 10000 руб., остальной заработок в конце месяца, который складывается из суммы денежных средств, которые ФИО7 будет получать за каждый рейс за минусом амортизационных расходов на ремонт автомобиля и расходов на бензин, оставшаяся сумма должна была делиться пополам; денежные средства он получал, как правило, наличными от матери ФИО7 – ФИО3, которая вела всю бухгалтерию и занималась всеми выплатами, очень редко деньги переводились ему на карту; ФИО5 должен был работать по графику – четыре дня через три дня, но приходилось работать больше, в выходные дни он обычно занимался ремонтом автомобиля, на котором работал; все договоренности были в устной форме, никаких договоров с ФИО7 он не заключал в письменной форме; перевозки он осуществлял на автомобилях ФИО7, работал на нескольких автомобилях, по большей части ездил на «Газели», с государственным регистрационным знаком №, спустя несколько месяцев после начала работы ФИО7 включил его в полис ОСАГО с правом управления указанным автомобилем; 1 июня 2023 г., управляя указанным автомобилем он совершил ДТП, которое произошло потому что он заснул за рулем из-за того, что до этого несколько дней работал без перерыва; вину в ДТП не оспаривал, после дорожного происшествия ФИО7 сказал, что деньги в счет возмещения ущерба от ДТП будут удерживаться из его будущих заработков ежемесячно, так и было: каждый месяц из заработной платы удерживалось примерно 50% зарплаты, учет удержанных денежных средств также вела мать ФИО7, по его подсчетам с него в счет возмещения удержано около 250000-280000 руб., ремонтом автомобиля занимался сам ФИО5 в свободное от работы время; на время ремонта поврежденного автомобиля ему дали другой автомобиль, на котором он продолжил осуществлять перевозки; за последний месяц работы он зарплату вообще не получил, она была также удержана в счет возмещения ущерба от ДТП; в месяц в среднем он зарабатывал около 70000 руб.

Дополнительно представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО6 пояснила, что ФИО5 состоял в фактических трудовых отношениях с ФИО7, между ФИО7 и ее доверителем ФИО5 договор о полном материальной ответственности не составлялся, никакие иные письменные договоры также не заключались; полагает, что сумма ущерба, заявленная ФИО7 ко взысканию с ФИО5, зышена; представленная в материалы дела оценка стоимости восстановительного ремонта спорного автомобиля была сделана по фото и видео материалам, без осмотра транспортного средства, которое после спорного ДТП было участником еще одного дорожно-транспортного происшествия, в рассматриваемом случае в связи с наличием трудовых отношений между сторонами, материальная ответственность ФИО5 может наступить только в пределах среднемесячного заработка последнего в силу статьи 241 Трудового кодекса Российской Федерации, иные претензии истца необоснованны.

Дополнительно ответчик (истец по встречному иску) ФИО5 в судебном заседании пояснил, что о том, что ФИО7 ищет водителей на работу по грузоперевозкам он узнал из объявления, которое нашел на сайте «Авито», позвонил по указанному телефону, ФИО7 в ходе телефонного разговора подтвердил, что ему требуются работники для осуществления грузоперевозок на автомобиле «Газель», предложил встретиться лично через несколько дней, когда он будет проезжать мимо г. Вышний Волочек; в назначенный день они встретились, ФИО7 рассказал ему о характере предстоящей работы – перевозка грузов по маршруту «Москва-Санкт-Петербург» на автомобиле «Газель», также сказал, что есть возможность подработать помимо этого на перевозке мебели по Тверской области и перевозке товаров для маркетплейса «Вайлдберриз»; он согласился и ФИО7 сказал ему на следующий день приехать в г.Тверь, приехав в Тверь, он снова встретился с ФИО7, они вместе на одной из его «Газелей» прокатились по городу, он (ФИО5) был за рулем, ФИО7 после этой поездки сказал ему выходить на следующий день на работу; 31 октября 2024 г. он приехал в г. Тверь, в этот день он поехал в своей первый рейс, по договоренности с ФИО7 автомобиль «Газель» на котором он должен был ехать, стоял на парковке у торгового центра «Восточный», ключи от автомобиля были внутри машины, документы (СТС, диагностическая карта) – в бардачке машины, полиса ОСАГО на тот момент не было, сама парковка находилась неподалеку от частного дома, на придомовой территории которого он впоследствии постоянно осуществлял ремонт рабочей машины; с этого времени он начал работать у ФИО7 водителем; ФИО7, являясь индивидуальным предпринимателем, не оформлял с ним трудовые отношения, так как с его слов, ему это было не выгодно, как предпринимателю; никаких договоров аренды, иных договоров в отношении автомобиля, на котором он работал, они также не заключали; у ФИО7 всего было около 5 автомобилей «Газель», на всех осуществлялись грузоперевозки; он ездил на некоторых из них, но по большей части на автомобиле с гос. рег. знаком №, впервые страховой полис ОСАГО на него оформили в отношении этого автомобиля в январе 2023г.; до трудоустройства он с ФИО7 не был знаком, ни партнерских, ни дружеских отношений между ними ранее не было, он воспринимал ФИО7, как своего работодателя; заработную плату ему ежемесячно выдавали наличными денежными средствами, это делала мать ФИО7 – ФИО3, как правило, в доме, около которого все работники ФИО7 осуществляли ремонт рабочих машин, там была большая придомовая территория; ФИО3 также контролировала расходы на топливо, потому что топливные карточки были оформлены на ее имя и расходы на ремонт автомобиля; сам ФИО7 также говорил изначально, что все финансовые вопросы будут решаться с его матерью, дал ее номер телефона для связи; заработная плата складывалась из суммы денег, полученных ФИО7 за каждый рейс за минусом топливных и амортизационных расходов на автомобиль и потом делилась пополам, аванс выдавался 10 числа каждого месяца в сумме 10000 руб., а итоговая сумма заработка подсчитывалась в конце месяца, исходя из количества рейсов и вырученных за них денежных сумм и выдавалась 30 числа наличными, аванс также был в наличной форме; все расчеты заработной платы вела мать ФИО7, в конце месяца она в мобильном приложении в своем телефоне смотрела все расходы по каждому автомобилю (топливо, запчасти) и подчитывала итоговый месячный заработок; иногда она выдавала заработную плату у себя на квартире по 

<

адрес>, номер квартиры он не помнит; работать приходилось не всегда по установленному изначально график (4 рабочих дня и 3 выходных), так как работы было много, он осуществлял перевозки не только по маршруту «Москва - Санкт-Петербург», в качестве подработок часто перевозил товары для маркетплейса «Вайлдберрриз», другие товары (мебель, каляски) по области, в этом случае денежные средства ему выдавались наличными, и он их потом сразу перечислял со своей карты на карту матери ФИО7; он, как правило, работал каждый день, в дни отдыха при необходимости ремонтировал рабочую машину; данные о предстоящих загрузках получал от ФИО7 лично, либо от логистов, для связи с которыми была создана специальная группа в социальной сети «ВКонтакте», куда были включены он, как водитель, ФИО7 и 3 логиста; ФИО7 при этом контролировал все рабочие моменты, следил, чтобы на автомобиле не было «пегрегруза»; ему известно, что у ФИО7 было около 5 автомобилей «Газель», на которых осуществлялись перевозки грузов, на одной из таких «Газелей» работал и его брат, которого он позвал работать к ФИО7 после того, как отработал несколько месяцев; первое время после трудоустройства он жил дома и работал, но потом ФИО7 попросил его снять квартиру в 

<

адрес>, чтобы было удобнее, нашел ему квартиру, где он стал проживать; ремонт рабочей машины он осуществлял самостоятельно на придомовой территории около жилого дома, в котором жили бабушка и дедушка ФИО7; на перевозимые грузы оформлялись транспортные накладные и накладные на товар, в них указывался автомобиль, перевозящий груз, и он, как водитель, при этом в случае остановки машины сотрудниками ГИБДД от ФИО7 были указания говорить, что груз перевозится им в личных целях; после произошедшей 1 июня 2023 г. аварии, которую он допустил управляя автомобилем «Газель», гос. рег. знак №; с ФИО7 была достигнута договоренность, что из его заработной платы будет удерживаться половина заработка в счет возмещения ущерба, все удерживаемые с него, начиная с июня 2023 г., суммы фиксировала ФИО1, но при увольнении ему так и не сообщили какую сумму он уже возместил; восстановлением автомобиля он занимался лично в свободное от работы время; для восстановления поврежденного автомобиля, насколько ему известно ФИО7 брал кредит; кабину на автомобиль взамен поврежденной привозил из 

<

адрес> его брат, также работавший у ФИО7, а он сам ее устанавливал и осуществлял все дальнейшие работы по приведению машины в рабочее состояние, также сам перебирал двигатель, который тоже нуждался в ремонте; на период ремонта машины ему передали для работы другой автомобиль «Газель», на котором он занимался грузоперевозками; 20 января 2024 г. он уволился, в конце января 2024 г. уже был официально трудоустроен торговым представителем в кампанию «Пепсико»; при увольнении ему заработную плату за январь 2024 г. не выдали, она была удержана в счет возмещения ущерба от ДТП.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО7 в судебное заседание не явился, об уважительных причинах неявки суду не сообщил, ходатайств не заявил. О времени и месте судебного заседания извещался по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО7 - ФИО8 в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие, в представленном суду заявлении поддержала первоначальные исковые требования ФИО7, в удовлетворении встречного иска просила отказать, указав, что факт трудовых, а не партнерских, отношений между ФИО7 и ФИО5, последним не доказан; копию встречного искового заявления и приложенные к нему документы были получены представителем ФИО7 за день до отъезда в отпуск, в связи с чем не представилось возможным направить мотивированные возражения по встречным исковых требованиям; ранее в судебном заседании исковые требования ФИО7 поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснив, что трудовых отношений между ФИО7 и ФИО5 не было, ФИО5 брал машину у истца для перевозки грузов; автомобиль передавался на основании устных договоренностей между сторонами, никаких договоров при этом не заключалось; перевозил ли ответчик грузы в личных целях, или по заданию истца, пояснить не может; на настоящий момент спорный автомобиль отремонтирован, в нем заменен кузов, так как восстановлению он не подлежал; после 01 июня 2023 г. спорный автомобиль ни в каких дорожно-транспортных происшествиях не участвовал; договор КАСКО в отношении спорного автомобиля не заключался; ФИО5 брал автомобиль ФИО7 в аренду, управлял им на основании полиса ОСАГО, в который он был вписан в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством; ФИО5 находил по интернету заказы и осуществлял перевозку грузов; отношения между сторонами были дружеские, поэтому договор аренды они не заключали, прибыль делили пополам, все расчеты производились наличными; на спорном автомобиле сам истец не осуществлял перевозки; также указала, что между сторонами был заключен договор, согласно которому ФИО5 при повреждении автомобиля несет полную материальную ответственность, но при себе у нее этого договора нет; является ли ФИО7 индивидуальным предпринимателем ей не известно. О времени и месте судебного заседания извещалась по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Третье лицо ФИО9 в судебное заседание не явился, ранее посредством телефонограммы ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие в связи с разъездным характером работы. О времени и месте судебного заседания извещался по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель третьего лица АО «МАКС» в судебное заседание не явился, возражений относительно исковых требований не представили. О времени и месте судебного заседания извещались по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Третье лицо ФИО10 в судебное заседание не явился, возражений относительно исковых требований не представил, об уважительных причинах неявки суду не сообщил. О времени и месте судебного заседания извещался по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель третьего лица АО «Группа страховых компаний «Югория» в судебное заседание не явился, возражений относительно исковых требований не представили. О времени и месте судебного заседания извещались по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель Государственной инспекции труда в Тверской области в судебное заседание не явился, ходатайствовали о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя, направили письменный отзыв, в котором ссылаясь на положения ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснения, приведенные в п.п. 20, 21 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», указали, что из встречного искового заявления ФИО5 установлено, что работник был фактически допущен до работы без письменного оформления трудового договора; при установлении в рассматриваемом деле факта трудовых отношений между сторонами, полагали, что исковые требования о заключении трудового договора подлежат удовлетворению. О времени и месте судебного заседания извещались по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав объяснения ответчика (истца по встречному иску), представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты нарушенного права является возмещение убытков. 

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.). 

Исходя из вышеприведенных положении закона для взыскания убытков необходимо установить наличие следующих обстоятельств: наступление вреда, противоправность поведения ответчика (ответчиков), наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействием) ответчика (ответчиков) и наступившими негативными последствиями. Отсутствие одного из элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска. 

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» установлено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу ст. 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

Из первоначальных исковых требований ФИО7 следует, что ему, как собственнику транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ответчика ФИО5, управлявшего названным автомобилем, причинен материальный ущерб в сумме 837000 руб. 

Как установлено судом и не оспорено сторонами, 1 июня 2023 г. в 06 ч. 55 мин. на 252 км 882 м ФАД М-10 «Россия» в Торжокском районе Тверской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием: автомобиля ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО7, под управлением ФИО5, который при движении в направлении г. Санкт-Петербург допустил сон за рулем и совершил наезд на стоящий на остановке автомобиль «ПАЗ», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО9.

Из материала проверки по факту названного дорожно-транспортного происшествия следует, что в действиях водителя ФИО5 при управлении автомобилем ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, выявлены нарушения пункта 14.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, в действиях водителя ФИО9 нарушений Правил дорожного движения не установлено.

Выводы о виновности водителя ФИО5 в названном ДТП подтверждаются постановлением от 21 октября 2023 г. о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО5, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного административного правонарушения.

Приведенные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия также подтверждаются содержащимися в материале проверки: схемой места совершения административного правонарушения, подписанной участниками ДТП, объяснениями водителей ФИО9, ФИО5, дополнительными сведениями о дорожно–транспортном происшествии. 

Из объяснений ФИО5 от 1 июня 2023 г., данных им в рамках проверочных мероприятий, следует, что 31 мая 2023 г. он выехал на своей машине Газель, государственный регистрационный знак №, которую взял у друга, примерно в 20:00 часов, и поехал домой по месту прописки спать; примерно в 23:00 час. 31 мая 2023 г. лег спать, после чего утром около 06:00 час. встал и поехал из г. Вышний Волочек в сторону г. Твери; до этого машину загрузил грузом (краска), а до этого забрал груз в г. Санкт-Петербург около 12:00 часов 31 мая 2023 г.; затем приехал домой, приблизительно в 20:00 часов и пошел спать; как ранее сообщил, документы на груз у него имеются, но они замяты в бардачке автомобиля и достать их не представляется возможным; официально нигде не работает; иногда его друг ФИО7 дает ему указанный автомобиль перевезти груз, ИП у него никакого нет, а данный груз он сам нашел по интернету; о том, что для перевозки груза нужен путевой лист, он не слышал и не знал; примерно в 06:00 час. он выехал из дома отвезти груз в г. Тверь, куда сказать не может, все указано в документах на груз, а они замяты; перед продолжением пути, он видимо недостаточно поспал; около 07:00 час., проезжая 203 км автодороги М-10 «Россия», он сам не понял, как все произошло, но видимо он уснул, потому что, до этого он ехал и его клонило в сон; ремнем безопасности был пристегнут, скорость управляемого транспортного средства была примерно 50 км/ч; сам момент ДТП и стоящий автобус на остановке он не помнит, проснулся уже после удара, когда вокруг были люди; они вызвали скорую помощь и сотрудников ГИБДД; спиртные напитки накануне не употреблял; дополнительно пояснил, что страховой полис «Югория» сделал 25 января 2023 г. в электронном виде, который ему прислали на Whats App, номер №, оплатил переводом; документы на груз зажаты в бардачке из-за деформации кузова; груз нашел через интернет, вез от одной фирмы в другую, название фирмы и адрес доставки он не помнит, так как все было записано в документах, которые остались в бардачке.

Согласно объяснениям ФИО9 от 1 июня 2023 г., содержащимся в проверочном материале по факту ДТП, он работает водителем автобуса у ИП ФИО10; 1 июня 2023 г. в 05:20 часов он прошел предрейсовый медосмотр, а затем в 05:30 часов прошел технический осмотр транспортного средства; в 05:45 часов он выехал из г. Торжок в сторону п. Тверецкий согласно карты маршрута; перед рейсом он спал с 22:00 часов 31 мая 2023 г. до 04:45 часов 1 июня 2023 г.; прибыв в п. Тверецкий он отстоял 20 минут и выехал в г. Торжок в 06:45 часов; примерно в 07:05 часов он остановился на остановке маршрутного такси в д. Будово на трассе М-10 на 253 км, чтобы высадить пассажира, всего в автобусе было 4 человека; спустя 3-4м минуты после остановки в зеркало заднего вида он увидел, что по направлению на г. Москва по трассе М-10 двигались три автомобиля; Газель – последний автомобиль, стал смещаться вправо, двигаясь в его направлении, а в следующий момент произошел удар в заднюю часть автобуса, которым он управлял, после чего автомобиль, которым он управлял, проехал по инерции несколько метров по обочине и остановился; в момент ДТП из пассажиров никто не пострадал, он вышел из автобуса и пошел к автомобилю «Газель», государственный регистрационный знак №, который совершил с ним столкновение, чтобы поинтересоваться, нужна ли помощь водителю; в это время подошли еще люди и помогли ему выбраться из автомобиля; спустя некоторое время (10-15 минут) приехал наряд ДПС, а также МЧС и скорая помощь; в ДТП он не пострадал, в медицинской помощи не нуждался, спиртные напитки не употреблял ни до, ни после ДТП; погода была ясной, дорожное покрытие сухое, дорожные знаки и дорожная разметка присутствуют.

Согласно актам освидетельствования на состояние алкогольного опьянения 69 ОС № 042481, 69 ОС № 042482 от 1 июня 2023 г. у водителей ФИО9 и ФИО5 состояние алкогольного опьянения на момент ДТП не установлено. 

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия автомобиль «ГАЗ 3302», государственный регистрационный знак №, получил механические повреждения, зафиксированные в справке о дорожно-транспортном происшествии от 1 июня 2023 г. 

Согласно сведениям, представленным РЭО №4 МРЭО ГАИ УМВД России по Тверской области, собственником транспортного средства «ГАЗ 3302», государственный регистрационный знак №, на дату ДТП (1 июня 2023 г.) являлся ФИО7; собственником автомобиля ПАЗ, государственный регистрационный знак № – ФИО10.

В целях определения суммы материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 1 июня 2023 г., истец (ответчик по встречному иску) ФИО7 обратилась в экспертно-оценочное бюро «ФИО11 - Н», согласно заключению эксперта №05/05/2024 от 17 мая 2024 г. об оценке рыночной стоимости права требования возмещения ущерба, причиненного в результате повреждения в ДТП транспортного средства ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, рыночная стоимость транспортного средства за вычетом стоимости годных остатков на дату оценки составляет – 837000 руб. 

Материалами дела также подтверждено и не оспорено сторонами, что автогражданская ответственность владельца автомобиля «ГАЗ 3302», государственный регистрационный знак №, на дату дорожно-транспортного происшествия (1 июня 2023 г.) была застрахована по договору ОСАГО в АО «Группа страховых компаний «Югория» по полису № (срок действия: с 1 июня 2023 г. по 31 мая 2024 г., в качестве лиц, допущенных к управлению транспортным средством, указаны: ФИО7, ФИО5).

Также по сведениям, предоставленным АО «Национальная страховая информационная система», в АО «Группа страховых компаний «Югория» в отношении указанного автомобиля на момент ДТП (01 июня 2023 г.) был оформлен договор страхования КАСКО.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО7, ссылаясь на заключение экспертно-оценочного бюро «ФИО11-Н» № от 17 мая 2024 г., просит возместить ему ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, произошедшим по вине ответчика ФИО5, управлявшего принадлежащим ему транспортным средством, в указанном объеме (837000 руб.), исходя из положений статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на наличие между сторонами партнерских, арендных правоотношений.

В ходе рассмотрения дела ответчик (истец по встречному иску) ФИО5 вину в нарушении Правил дорожного движения Российской Федерации, повлекшем спорное ДТП, вызвавшее причинение истцу (ответчику по встречному иску) материального ущерба, не оспаривал, однако пояснил, что управлял транспортным средством «ГАЗ 3302», государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО7, как работник последнего, в связи с наличием между ним и ФИО7 трудовых отношений, которые не были оформлены надлежащим образом, указывая при этом, что был трудоустроен у ИП ФИО7, как работодателя, осуществляющего предпринимательскую деятельность в сфере грузоперевозок, в качестве водителя, на постоянной основе в период с 31 октября 2022 г. по 20 января 2024 г. исполнял трудовые обязанности по перевозке грузов, в том числе, и на вышеуказанном автомобиле «Газель», принадлежащем ФИО7, по установленному графику с получением ежемесячной заработной платы, в связи с чем оспаривал материальные притязания ФИО7 в заявленном размере, полагая, что должен нести ответственность за причиненный истцу ущерб в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации, в пределах своего среднего месячного заработка. 

С учетом изложенной позиции ответчик ФИО5 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО7 о признании трудовыми отношений, возникших между сторонами в период с 31 октября 2022 г. и 20 января 2024 г.

Разрешая встречные исковые требования ФИО5, суд исходит из следующего.

В соответствии с частью первой статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В силу положения статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (часть первая).

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (часть вторая).

Статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-0-0).

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

В статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора.

В силу части первой статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя (часть первая).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая).

Таким образом, по смыслу статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.

В соответствии с абзацем 3 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. 

Согласно абзацу 2 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). 

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» даны следующие разъяснения.

Судам необходимо иметь в виду, что трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством или иным нормативным правовым актом, содержащим нормы трудового права, не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (часть первая, третья статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). Приём на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключённого трудового договора (часть первая статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации). Приказ (распоряжение) работодателя о приёме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трёхдневный срок со дня фактического начала работы (часть вторая статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключённым и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового договора Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В пунктах 17, 18, 20, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» содержатся следующие разъяснения.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчинённость и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года) (пункт 17).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчётные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (пункт 18).

Судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третей статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьёй 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15).

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

В соответствии с частью 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном данным Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. 

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируются статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Согласно части 5 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений. 

В силу статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо, либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным указанной главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ. 

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что ФИО7 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 09 февраля 2022 г. с основным видом деятельности «предоставление услуг по перевозкам», одним из дополнительных – «деятельность автомобильного грузового транспорта». 

По сведениям Управления Федеральной налоговой службы по Тверской области от 14 ноября 2024 г., ФИО7 (ИНН 

<

***>) не является руководителем, учредителем юридических лиц, состоит на учете в качестве индивидуального предпринимателя с 9 февраля 2022 г. по настоящее время, применяет упрощенную систему налогообложения с объектом «доходы»; доход за 2022 г. составил 1230545 руб., за 2023 г. – 1929250 руб.; являлся плательщиком налога на профессиональный доход с 27 января 2022 г. по 9 февраля 2022 г., с 1 января 2024 г. по 2 января 2024 г., с 13 сентября 2024 г. по 13 сентября 2024 г.; доход за 2022 г. составил 11323 руб., за январь и сентябрь 2024 г. отсутствует.

Ответчиком (истцом по встречному иску) ФИО5 в подтверждение доводов встречного иска представлены фотокопии товарно-транспортных, транспортных накладных, счетов-фактур, в которых, в том числе, в различные периоды 2023 г. в качестве перевозчика, водителя, принимавшего грузы, указан - ФИО5, в качестве транспортных средств, перевозящих грузы: «ГАЗ-3302, гос. регистрационный знак №, «ГАЗ», гос. регистрационный знак №.

Также в материалах дела содержится смс - переписка в мессенджере WhatsApp между ФИО12 и абонентом с номером (№, из содержания которой следует, что абоненты обмениваются информацией по поводу предстоящих загрузок, характера перевозимого груза, технических вопросов обеспечения работоспособности транспортного средства, расходов на топливо.

Согласно сообщению ООО «Т2 Мобайл» от 20 декабря 2024 г., номер телефона (№ зарегистрирован на имя ФИО7, 

<

дата> года рождения.

Также в материалах дела представлена смс – переписка, осуществлявшаяся в период с апреля по декабрь 2023 г. в группе между абонентами: ФИО12, абонентом с номером №, «логистом ФИО2», «логистом ФИО3», характер которой также свидетельствует об обмене информацией относительно действующих и будущих перевозок грузов, с указанием адресов погрузок и выгрузок. 

Из выписки по счетам ФИО5 (договор №, договор №), открытым в АО «ТБанк», предоставленной по запросу суда, усматривается, что с указанных счетов ответчиком (истцом по встречному иску) неоднократно в период с января по декабрь 2023 г. перечислялись денежные средства контрагенту «ФИО3 которой по пояснениям ФИО5 в судебном заседании являлась ФИО1 (мать истца ФИО7), и соответствующие перечисления денежных сумм осуществлялись в рамках его трудовых отношений с ФИО7, которому причитались данные средства в счет оплаты перевозимых ФИО5 по его поручению грузов, и получаемые ответчиком (истцом), как водителем, наличными денежными средствами от контрагентов ФИО7 после фактической доставки ФИО5 груза.

Также в указанной выписке по счетам ФИО5 зафиксирована операция от 30 декабря 2023 г. о зачислении на один из счетов ФИО5 денежных средств в сумме 30000 руб. от ФИО7. 

Записью акта о рождении № от 

<

дата> ФИО7, 

<

дата> года рождения, подтверждается, что его матерью является ФИО1, что также согласуется с пояснениями ФИО5 о том, что все финансовые вопросы, возникающие в связи с осуществлением трудовой деятельности у ФИО7, он решал через мать последнего - ФИО1, которая также выдавала ему дважды в месяц заработную плату. 

Согласно сообщению Отделения фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области от 13 ноября 2024 г. в региональной базе данных на застрахованное лицо ФИО5, 

<

дата> года рождения, имеются сведения, составляющие пенсионные права: работодатель – ООО «Юпитер», период работы – январь 2024 г., сумма выплат – 27292,65 руб., период работы – февраль 2024 г., сумма выплат – 64154 руб., период работы – март 2024 г., сумма выплат – 106174 руб., период работы – апрель 2024 г., сумма выплат – 44542,77 руб. С 8 октября 2022 г. зарегистрирован в качестве физического лица, применяющего специальный налоговый режим.

Доходы ФИО5 составили: за 2022 год – 143,36 руб. (налоговый агент – АО «Тинькофф Банк»), за 2022 г. – 1438,46 руб. (налоговый агент ООО «Фонкор»), что подтверждается сведениями о доходах, представленными Управлением Федеральной налоговой службы по Тверской области.

Вышеприведенные доказательства также указывают на то, что в спорный период, заявленный ФИО5, как период трудовых отношений с ФИО7, ответчик (истец) ФИО5 официально по иному месту работы трудоустроен не был, заработной платых и иных причитающихся по трудовому договору выплат не получал, отчисления в фонд пенсионного и социального страхования не производились. 

Допрошенный по ходатайству ФИО5 в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №4 пояснил, что ФИО5 приходится ему братом; ему известно, что его брат (ФИО5) нашел объявление на сайте «Авито» о работе в качестве водителя по перевозке грузов, созвонился, а впоследствии встретился с ФИО7; ФИО7 являлся работодателем ФИО5, ранее они не были знакомы; он сам также спустя несколько месяцев стал работать у ФИО7 водителем на автомобиле «Газель», перевозил грузы по указанию ФИО7, при этом трудовые отношения между ними также не оформлялись; ранее они не были знакомы; ФИО7 являлся и его работодателем тоже, заработную плату он лично, а также другие водители, работавшие у ФИО7, получали от ФИО1 – матери ФИО7, которая занималась учетом амортизационных, топливных расходов, производила учет осуществляемых перевозок и начисление зарплаты; заработная плата выдавалась наличными, либо перечислялась на карту дважды в месяц (в первой половине месяца - аванс, в конце месяца – остальной заработок); о ДТП с участием ФИО5 на автомобиле ФИО7 ему известно; поврежденную машину после аварии ФИО5 восстанавливал своими силами, он также иногда помогал брату с ремонтом; он лично ездил на машине ФИО7 в г. Нижний Новгород за кабиной на поврежденную «Газель», которую затем и установили на спорную машину; ФИО7 контролировал процесс загрузок-разгрузок; такая система была со всеми водителями; у ФИО7 все работники работали без оформления трудовых отношений, его воспринимали как руководителя, заработная плата складывалась из общей суммы денег, полученной за месяц, исходя из количества совершенных рейсов, затем из нее вычитались расходы на топливо и запчасти, остаток делился пополам: часть ФИО7, часть водителю; о рейсах узнавали либо от ФИО7, либо от логистов; насколько ему известно, после ДТП ФИО7 брал кредит на восстановление спорной машины, а из зарплаты ФИО5 после аварии вычиталась некоторая часть денежных средств в счет возмещение убытков от ДТП;на странице ФИО7 в социальной сети «ВКонтакте» он лично видел не так давно объявление о том, что ему требуются водители. 

Свидетель Свидетель №3 в судебном заседании пояснил, что является знакомым ФИО5, ему известно, что ФИО5 работал водителем у ФИО7 на автомобиле «Газель», он также подрабатывал у ФИО7 без оформления трудовых отношений, в качестве грузчика, ездил вместе с ФИО5, иногда с самим ФИО7 по адресам погрузок – разгрузок, в том числе при доставках товаров в офисы маркетплейса «Вайлдберрис», помогал разгружать перевозимые коробки, после чего ФИО7 предложил ему у него работать грузчиком, он согласился; денежные средства за работу получал переводом на банковскую карту от матери ФИО7 – ФИО1; ФИО5 работал у ФИО7, и никаких дружеских отношений между ними не было; в настоящее время ФИО7 выставляет объявление о работе в качестве водителя на своей странице в социальной сети в «Вконтакте»; ФИО5 занимался перевозками грузов на автомобиле «Газель» по заданиям ФИО7, так как у нег работал, это были не разовые поручения о работе, все было на постоянной основе; эти обстоятельства ему известны, поскольку он проживал с ФИО5 вместе на одной квартире в г Твери; график работу у ФИО5 был нестабильный, иногда он работал в день, ночь был дома, иногда работал сутками, а иногда и в рейс уезжал даже на неделю; о ДТП, в которое попал ФИО5 он знает с его слов; ФИО7 ему лично говорил, что будет высчитывать за аварию из заработной платы ФИО5 половину заработка в счет возмещения ущерба; ФИО5 он тоже помогал с восстановлением поврежденного автомобиля.

Свидетель №2, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля, пояснила, что ФИО5 является ее родным братом; ФИО7 ей знаком, их познакомил ФИО5, когда стал проживать в 

<

адрес>; ФИО7 был начальником Никиты, у них были какие–то рабочие вопросы, они познакомились через объявление на сайте «Авито»; ФИО7 требовались водители на автомобили «Газель»; она лично видела их переписку, ФИО7 давал ФИО5 рабочие поручения, говорил какие и куда будут рейсы, платил ему заработную плату, все было на постоянной основе; зарплату ФИО5 платила мать ФИО7 – ФИО1, которая занималась бухгалтерией у ФИО7; в начале прошлого года ее брат ФИО5 перестал работать у ФИО7; о ДТП, в которое попал Никита, она узнала от мамы, и от самого Никиты, и был пост в социальных сетях об этой аварии; Никита потом рассказывал, что за повреждение автомобиля из его зарплаты высчитывалось 50 процентов заработка, также он сам ремонтировал поврежденную машину; потом ФИО7 начал постоянно «выдергивать» ФИО5 на работу, где он ремонтировал не только свою машину после аварии, но и другие машины, принадлежащие ФИО7

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании пояснила, что ФИО5 приходится ей сыном, ей известно, что Никита работал у ФИО7 водителем; познакомилась она с ФИО7 лично после того, как Никита попал в ДТП, в тот день сын ей позвонил, попросил посмотреть за грузом и машиной после аварии; ФИО7 являлся работодателем Никиты, где также работал и ее второй сын; насколько ей известно, никакие договоры ФИО5 с ФИО7 не подписывали; после аварии последний высчитывал из каждой зарплаты Никиты половину заработка; также она лично видела как ее сын восстанавливал поврежденную машину, она сама была в том гараже, где производился ремонт; зарплата у ее сына Никиты была хорошая, регулярная, но все зависело от рейсов; деньги он получал наличными, их передавала ФИО1 – мать ФИО7, на карту очень редко были переводы; работу у ФИО7 ФИО5 нашел по объявлению на сайте «Авито».

ФИО5 в подтверждение выполнения ремонтных работ по восстановлению спорного транспортного средства после ДТП в материалы дела представлены фотографии автомобиля «ГАЗ», гос. регистрационный знак №, и его отдельных элементов (в том числе двигателя, кабины) до дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 1 июня 2023 г., и после него.

ФИО5, полагая, что его трудовые права, как работника ФИО7, нарушены последним, ответчик (истец) в период рассмотрения дела в суде обратился в Государственную инспекцию труда в Тверской области с жалобой на нарушение работодателем ФИО7 его трудовых прав, ка работника, указав, что фактически состоял в трудовых отношениях с ФИО7 в должности водителя по грузоперевозкам, был допущен ФИО7 до работы без письменного оформления трудового договора, в рамках трудовых отношений принимал товар по накладным, доставлял груз по назначению, 31 октября 2022 г. фактически приступил к работе, за которую ему ежемесячно выплачивалась заработная плата около 70000 руб.; работал у ФИО7 до начала 2024 г.; в июне 2023 г. он, управляя автомобилем «ГАЗ», гос. регистрационный знак №, совершил дорожно-транспортное происшествие, следствием чего стала полная деформация кабины машины со скрытыми повреждениями; ФИО7 определил размер ущерба в сумму 400000 руб., без учета работ по восстановлению автомобиля, поскольку их он (ФИО5) осуществлял своими силами; о том, что между ними отсутствуют трудовые отношения ФИО5 узнал только после получения искового заявления ФИО7 о взыскании материального ущерба от ДТП. 

Рассмотрев обращение ФИО5, Государственная инспекция труда в Тверской области вынесла в адрес индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИНН 

<

***>) предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований.

Возражений от ИП ФИО7 на указанное предостережение не поступило. 

Приведенные ФИО5 доказательства в совокупности объективно подтверждают объяснения истца по встречному иску ФИО5, последовательно и без противоречий излагаемых суду при описании фактических событий, приведенных в обоснование заявленных им требований, в частности о том, что он в спорый период осуществлял трудовую деятельность у ИП ФИО7 в должности водителя по грузоперевозкам на автомобилях «Газель», предоставленных ему работодателем; был фактически допущен к работе ФИО7, действовал по его заданиям на перевозку грузов, подчинялся установленному графику, трудовому распорядку, был интегрирован в организационную структуру работодателя, получал ежемесячную заработную плату, осуществлял трудовую функцию на постоянной основе. 

Во взаимосвязи представленные ФИО5 доказательства указывают на то, что он лично, при достижении с ФИО7 соответствующего соглашения, выполнял определенную, заранее обусловленную трудовую функцию в интересах, под контролем и управлением ФИО7 за согласованную плату, с подчинением действующим у последнего правилам внутреннего трудового распорядка, обеспечивался работодателем необходимыми механизмами, транспортными средствами, в том числе управлял спорным транспортным средством в момент дорожно-транспортного происшествия (1 июня 2023 г.), действуя по заданию и под контролем ФИО7

Данные обстоятельства ответчиком по встречному иску ФИО7 не опровергнуты, допустимых доказательств иного не представлено. 

Вопреки положениям статей 15, 16, 56 Трудового кодекса Российской Федерации, по смыслу которых наличие трудового правоотношения презюмируется, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, а обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений законом возложена на работодателя, ФИО7 допустимых доказательств отсутствия трудовых отношений между ним и ФИО5 суду не представил. 

При этом доводы представителя ответчика ФИО7 – ФИО8 в судебном заседании о наличии между сторонами партнерских, арендных правоотношении и о достижении между ними соглашения о полной ответственности ФИО5 перед ФИО7 за вред причиненный при эксплуатации спорного транспортного средства, в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежащими доказательствами не подтверждены и являются голословными, напротив, опровергаются имеющимися в деле доказательствами, представленными стороной истца по встречному иску, в связи с чем, такие объяснения представителя ФИО7 расцениваются судом, как способ скрыть истинную природу правовых отношений сторон, потому как доказательств, подтверждающих наличие между сторонами гражданско-правовых отношений, в том числе на выполнение ФИО5 работ по договору возмездного оказания услуг, договору аренды суду представлено не было.

Поскольку сторона ответчика по встречному иску от представления доказательств, опровергающих позицию истца по встречному иску ФИО5 о наличии между сторонами трудовых отношений уклонилась, суд полагает возможным в соответствии с частью 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обосновать свои выводы объяснениями истца по встречному иску и совокупностью представленных им доказательств, подтверждающих достоверность таких объяснений.

При этом объяснения ФИО5, содержащиеся в материале проверки по факту спорного ДТП, не препятствуют удовлетворению встречных исковых требований и не подтверждают иную природу правоотношений сторон, поскольку, как указал ФИО5 в судебном заседании, соответствующие пояснения он дал сотрудникам ГИБДД по указанию ФИО7, во избежание применения к последнему мер административной, либо ответственности, как к собственнику спорного автомобиля. 

Показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №1, подтвердивших наличие между ФИО7 и ФИО5 именно трудовых правоотношений, принимаются судом, поскольку в ходе их допроса не были установлены обстоятельства, препятствующие использованию показаний в качестве средств доказывания по делу, в том числе те, которые указаны в части 3 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Оценивая представленные ФИО5 в подтверждение доводов встречного иска доказательства в их совокупности, суд признает установленным, что между индивидуальным предпринимателем ФИО7 и ФИО5 в период с 31 октября 2022 г. по 20 января 2024 г. существовали трудовые отношения, о чем свидетельствует фактический допуск ФИО5 ФИО7 к работе в качестве водителя на принадлежащем ему транспортном средстве, возложение на ФИО5 определенных трудовых обязанностей, обусловленных трудовой функцией, которые он выполнял в течение установленного рабочего времени с соблюдением трудового распорядка на постоянной основе, под контролем ФИО7 за предусмотренное денежное вознаграждение, в связи с чем полагает обоснованным встречные исковые требования ФИО5 удовлетворить.

При этом суд исходит из того, что срок обращения за разрешением индивидуального трудового спора ФИО5 не пропущен, в силу следующего. 

В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом. (часть 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как следует из пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» по общему правилу, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

Часть 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации не связывает начало течения срока с датой прекращения трудовых отношений.

Как следует из приведенных норм и разъяснений постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15, сторона вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Из содержания встречного иска, обращения ФИО5 в Государственную инспекцию труда в Тверской области следует, что он узнал о нарушении своих прав, как работника, в том числе, касающихся порядка привлечения к материальной ответственности при исполнении трудовых обязанностей, только после обращения ФИО7 в суд с настоящим иском. 

Учитывая, что обращение ФИО5 в суд за защитой трудовых прав имело место в рамках рассмотрения исковых требований ФИО7 к ФИО5 в порядке предъявления встречного иска, суд находит, что срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора ФИО5 не пропущен, поскольку о нарушении своих трудовых прав, в том числе, связанных с порядком возмещения работником ущерба, причиненного работодателю, ФИО5 узнал только после обращения ФИО7 в суд с рассматриваемыми требованиями. 

Поскольку факт наличия между сторонами в период с 31 октября 2022 г. по 20 января 2024 г., то есть и по состоянию на дату спорного дорожно-транспортного происшествия (1 июня 2023 г.), трудовых отношений установлен судом, ФИО5, как работник может быть привлечен работодателем ФИО7 к материальной ответственности за вред, причиненный в результате спорного дорожно-транспортного происшествия, но в соответствии с требованиями трудового законодательства. 

Так, статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации определена обязанность стороны трудового договора возместить причиненный ею другой стороне этого договора ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть 3 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба. 

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности. 

Согласно части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. 

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации установлены пределы материальной ответственности работника. В соответствии с этой нормой за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами. 

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами. 

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации. В их числе - причинение ущерба работником в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом (пункт 6 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации). 

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. 

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт (часть 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Кодексом (часть 3 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации). 

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» приведены разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. 

При рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52). 

При определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (абзац первый пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52). 

Исходя из приведенных норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности, необходимыми условиями для наступления которой являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба. Бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба. Материальная ответственность работника выражается в его обязанности возместить прямой действительный ущерб (в том числе реальное уменьшение наличного имущества работодателя), причиненный работодателю противоправными действиями или бездействием в процессе трудовой деятельности. При этом порядок определения работодателем ущерба, причиненного работником, регламентирован положениями статьи 246 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Такая правовая позиция об условиях наступления материальной ответственности работника приведена также в преамбуле и в пункте 5 Обзора практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 5 декабря 2018 г. 

В соответствии со статьей 246 Трудового кодекса Российской Федерации размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества. Федеральным законом может быть установлен особый порядок определения размера подлежащего возмещению ущерба, причиненного работодателю хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер причиненного ущерба превышает его номинальный размер. 

Из изложенного следует, что размер прямого действительного ущерба, причиненного имуществу работодателя по вине работника, по общему правилу определяется по фактическим потерям работодателя, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества. 

Вместе с тем, приведенные выше нормативные положения Трудового кодекса Российской Федерации об основаниях и порядке привлечения работника к материальной ответственности за ущерб, причиненный работодателю, а также об определении размера причиненного ущерба, ФИО7 проигнорированы, доказательств привлечения ФИО5, как работника, к материальной ответственности в соответствии с вышеприведенным порядком и требованиями главы 39 Трудового кодекса Российской Федерации, суду не представлены (до принятия решения о возмещении ущерба работником ФИО5 работодатель ФИО7 требуемую проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения не провел, от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба не истребовал).

Принимая во внимание установленный судом факт наличия между сторонами трудовых правоотношений, оснований для привлечения ФИО12 к гражданско-правовой ответственности в полном объеме не имеется. 

Учитывая, что обстоятельства наличия между ФИО5 и ФИО7 трудовых правоотношений в момент совершения спорного дорожно-транспортного происшествия (1 июня 2023 г.), в результате которого было повреждено транспортное средство, принадлежащее ФИО7 – ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак №, судом установлены, условий для удовлетворения первоначальных исковых требований ФИО7, исходя из основания его иска, суд не усматривает, требований о возмещении ФИО5, как работником, причиненного работодателю ущерба, ФИО7 в настоящем деле не заявлено, в этой связи суд находит обоснованным в удовлетворении исковых требований ФИО7 к ФИО5 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, исходя из основания иска, отказать.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Принимая во внимание, что в удовлетворении исковых требований ФИО7 к ФИО5 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия отказано в полном объеме, оснований для возмещения ФИО7 понесенных расходов по уплате государственной пошлины не имеется.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы - по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Принимая во внимание, что истец по встречному иску ФИО5 освобожден от уплаты государственной пошлины, встречные исковые требования подлежат удовлетворению, с ответчика по встречному иску ФИО7 в доход местного бюджета муниципального образования Вышневолоцкий муниципальный округ подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3000 руб. 

Учитывая, что истцом по встречному иску ФИО5 при его подаче произведена уплата государственной пошлины в сумме 3000 руб., однако в соответствии с п.п.1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от ее уплаты истец освобожден, следовательно уплаченная государственная пошлина в сумме 3000 руб. подлежит возврату ФИО5 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО7 (ИНН 

<

***>) к ФИО5 (ИНН №) о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов отказать.

Встречные исковые требования ФИО5 к ФИО7 об установлении факта трудовых отношений удовлетворить.

Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО7 (ОГРНИП 

<

***>) и ФИО5, 

<

дата> года рождения, в период с 31 октября 2022 г. по 20 января 2024 г. 

Взыскать с ФИО7, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

данные изъяты> в доход местного бюджета муниципального образования Вышневолоцкий городской округ государственную пошлину в сумме 3000 (три тысячи) рублей.

Возвратить ФИО5, 

<

дата> года рождения, излишне уплаченную в безналичном порядке государственную пошлину в сумме 3000 (три тысячи) рублей по платежному поручению №324843 от 21 ноября 2024 г. через ПАО «Сбербанк России», номер платежа 560772005210OGLG.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Л.М. Емельянова

УИД: 69RS0006-01-2024-002595-02