2-76/2018

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации 

7 июня 2018 года с. Таштып

Таштыпский районный суд Республики Хакасия в составе

судьи Филипченко Е.Е.,

при секретаре Костяковой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), в котором просит взыскать возмещение материального ущерба в сумме 353 339 руб. 70 коп., расходы на составление отчета в сумме 2 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 733 руб.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 6 февраля 2015 г. в 21 час. 30 мин. на 145 км автодороги 

<

данные изъяты> ФИО2, управляя автомобилем АВТО1, совершил столкновение с автомобилем АВТО2 которым управлял он (ФИО1). Виновником ДТП является ФИО2, который допустил нарушение Правил дорожного движения (ПДД), что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении. Автогражданская ответственность ФИО2, как виновника ДТП, застрахована не была. В соответствии с заключением эксперта стоимость восстановительного ремонта Тойота Королла Филдер, с учетом износа запасных частей, составляет 220 615 руб. 32 коп., а без учета износа – 353 339 руб. 70 коп. 

Определениями суда от 13 марта 2018 г., 24 апреля 2018 г. в качестве соответчиков по настоящему делу привлечены ФИО3, ФИО4

В судебное заседание истец ФИО1, ответчик ФИО4, представитель третьего лица ПАО СК «Росгосстрах» не явились, хотя о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом (с учетом требований ст. 165.1 ГК РФ).

От истца ФИО1 поступило заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. 

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных выше лиц.

Ранее в суде истец Кызыл – оол Р.А. требования поддержал, пояснил, что в момент ДТП автомашиной АВТО1 управлял ФИО2 Он ( истец) двигался на автомашине из г. Абакана в г. Ак-Довурак, в свою очередь ФИО2 двигался на автомашине по направлению в г. Абакан. Виновным в ДТП является ФИО2, который выехал на полосу его ( истца) движения, где и произошло столкновение, удар пришелся в левую сторону его автомобиля. В автомашине ФИО2 находился еще один мужчина, как он сейчас знает, хозяин автомашины АВТО1, который с места происшествия убежал. 

Ответчик ФИО2 исковые требования признал частично, пояснив, что не оспаривает того, что виноват в ДТП, управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, будучи уже лишенным права управления транспортными средствами. В день, когда произошло ДТП, ему позвонил сын ФИО3 и попросил забрать того из г. Абакана. Он (ФИО2) в этот день употреблял спиртное. Он по просьбе сына ФИО3 пришел к отцу (ответчику ФИО3), которого до этого не знал, сообщил последнему об этом. ФИО3 попросил его съездить в Абакан. Он сел за руль автомобиля АВТО1, находившегося около дома ФИО3, а на переднее пассажирское сиденье сел сам ФИО3 и они вместе поехали из с. Таштып в г. Абакан. Проезжая 145 км автодороги, он не справился с управлением, произошло столкновение с автомобилем под управлением истца. После ДТП ФИО3 убежал с места происшествия. ФИО3 ему говорил, что он является собственником автомобиля. Когда же они поехали с ФИО3 в Абакан, то он никаких документов на автомобиль не видел, доверенность на управление ФИО3 ему не выдавал. Не оспаривает размер ущерба, указанный в отчете эксперта.

Ответчик ФИО3 исковые требования не признал, пояснил, что в конце 2014 г. - начале 2015 г. он приобрел по письменному договору купли-продажи у ответчика ФИО4 автомобиль АВТО1, который ему был передан. Спустя какое-то время он обратился в ГИБДД для регистрации автомобиля, но там ему сообщили, что автомобиль под арестом. Не оспаривает, что 6 февраля 2015 г. к нему пришел ФИО2, которого он без каких-либо документов усадил за руль автомобиля АВТО1 и они поехали в г. Абакан. По дороге произошло ДТП. Он считает, что вины ФИО2 в ДТП не имеется. Позднее он у судебных приставов-исполнителей уточнил, что действительно автомобиль АВТО1 под арестом, и, предполагая, что у него могут просто изъять этот автомобиль, обменял его на другой автомобиль. С кем произошла сделка по обмену, он не знает. Все документы на автомобиль АВТО1 он передал неизвестному лицу. Никаких документов на автомобиль АВТО1, в том числе договора купли-продажи с ФИО4, у него нет. Не согласен с заявленным размером ущерба. 

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО8 – инспектор ДПС, сообщил, что, когда они прибыли на место ДТП, то там ФИО3 уже не было, хотя по документам, имевшимся в автомобиле АВТО1 (по договору купли- продажи) покупателем автомобиля значился именно ФИО3 Виновным в ДТП был признан ФИО2, который при составлении постановления событие и виновность не оспаривал. ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения. Столкновение произошло на полосе движения АВТО2, то есть ФИО2 выехал на полосу встречного движения. 

Выслушав ответчиков ФИО2, ФИО3, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, 6 февраля 2015 г. около 21 час. 30 мин. на 145 км автодороги 

<

данные изъяты> произошло ДТП. Водитель ФИО2, управляя автомобилем АВТО1, совершил столкновение с автомобилем АВТО2, которым управлял ФИО1

Виновным в ДТП, в результате которого автомобилю истца был причинен материальный ущерб, признан ФИО2, в отношении которого 7 февраля 2015 г. вынесено постановление по делу об административном правонарушении за совершение правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.15 КоАП РФ – нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги (п. 9.7, 9.4, 9.9 ПДД). Кроме того, ФИО2, управляя в момент ДТП, будучи лишенным права управления транспортными средствами, отказался проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении от 19.02.2015 г. 

В суде ответчик ФИО2 также не оспаривал своей виновности в совершенном ДТП. 

По сведениям ГИБДД Отд МВД России по Таштыпскому району автомобиль АВТО1 на 06.02.2015 г. и по настоящее время зарегистрирован на имя ФИО4 (соответчика по делу).

Между тем, суд приходит к выводу, что указанный автомобиль на момент совершения ДТП являлся собственностью ответчика ФИО3, который, как указывает последний, приобрел этот автомобиль у ФИО4, заключив с последним договор – купли продажи. Автомобиль был передан ФИО4 ФИО3, и иное судом не установлено.

В силу подпункта 1 пункта 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. При этом право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Более того, суд отмечает, что государственная регистрация транспортных средств не влияет на возникновение или прекращение права собственности на транспортное средство. Само по себе отсутствие документов, свидетельствующих о выполнении обязанности по изменению регистрационных данных, возложенной законом на собственника транспортного средства и лицо, за которым транспортное средство было зарегистрировано, не ставит под сомнение переход права собственности на транспортное средство к другому лицу.

Тем самым, доводы соответчика ФИО3 о том, что автомобиль зарегистрирован на имя ФИО4 не свидетельствует о том, что последний являлся на момент ДТП его собственником. Как следует из пояснений ФИО3, после передачи ему автомобиля, он договор купли – продажи не оспорил, а напротив, как собственник автомобиля, распорядился им в дальнейшем.

Также судом установлено, что на момент ДТП автогражданская ответственность собственника автомобиля АВТО1 ФИО3 не была застрахована. 

Определяя лицо, которое должно нести гражданско-правовую ответственность за причиненный автомобилю истца ущерб, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Исходя из данной правовой нормы законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания. 

Допуск к управлению транспортным средством иного лица сам по себе не свидетельствует о том, что такое лицо становится законным владельцем источника повышенной опасности.

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности. 

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем Тойота Камри управлял ФИО2, однако в материалы гражданского дела не представлены письменные доказательства наличия у последнего гражданско-правовых полномочий на использование указанного автомобиля. Сама по себе передача ключей на автомобиль не влечет переход права законного владения к лицу, управлявшему автомобилем, и, соответственно, не освобождает законного владельца источника повышенной опасности от гражданско-правовой ответственности по возмещению причиненного вреда. 

Кроме того, из приведенных в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснений следует, что передача собственником или иным законным владельцем транспортного средства другому лицу в техническое управление не может рассматриваться как законное основание для передачи титула во владение в смысле, вытекающем из содержания ст. 1079 ГК РФ, в силу чего данное лицо не может считаться законным владельцем источника повышенной опасности и нести ответственность перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 ноября 2012 года N 1156 "О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации" внесены изменения в Правила дорожного движения Российской Федерации, вступившие в силу 24 ноября 2012 года. 

Из п. 2.1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации исключен абзац четвертый, согласно которому водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им для проверки документ, подтверждающий право владения, или пользования, или распоряжения данным транспортным средством, а при наличии прицепа - и на прицеп - в случае управления транспортным средством в отсутствие его владельца. 

Вместе с тем, то обстоятельство, что в настоящее время у водителя транспортного средства не имеется обязанности иметь при себе доверенность на право управления автомобилем, безусловно не свидетельствует об использовании автомобиля без доверенности на законных основаниях, и не освобождает собственника источника повышенной опасности от совершения действий применительно к ст. 1079 ГК РФ, свидетельствующих о том, что при передаче принадлежащего ему имущества в пользу третьего лица последний должен владеть им на тех же основаниях, в связи с которым на него подлежит возложению гражданско-правовая ответственность, то есть на законном основании: на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности. 

При таких обстоятельствах, учитывая, что на момент ДТП гражданская ответственность собственника автомобиля Тойота Камри ФИО3 по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств застрахована не была, доверенность на право управления ФИО2 не выдавалась, суд считает, что ответственность за причиненный ущерб автомобилю истца не может быть возложена на ФИО2, поскольку он не имел каких-либо законных оснований для управления автомобилем. Собственником данного автомобиля на момент ДТП являлся ФИО3, который и должен был надлежащим образом в соответствии со ст. 210 ГК РФ следить за ним, а в силу положений абзаца 2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ должен нести обязанность по возмещению вреда как владелец источника повышенной опасности, которым является автомобиль.

Соответственно, истец Кызыл –оол Р.А. имеет право требовать от ответчика ФИО3 возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП, в ходе которого его автомобиль получил механические повреждения, отраженные в акте осмотра транспортного средства в ходе проведения отчета об оценке ремонта и материального ущерба транспортного средства, из которого усматривается, что указанные повреждения являются следствием одного ДТП. Эти данные не противоречат данным, отраженным в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения от 06.02.2015 г. 

Согласно отчету об оценке ремонта и материального ущерба транспортного средства от 24.03.2015 г. полная стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля (без учета снижения заменяемых запчастей вследствие их износа) равна 353 339 руб. 70 коп.; стоимость восстановительного ремонта (с учетом снижения заменяемых запчастей вследствие их износа) равна 220 615 руб. 32 коп. 

Доводы ответчика о невиновности в ДТП ФИО2 суд находит голословными, бездоказательными. 

Пояснения истца о дорожно – транспортной ситуации ничем не опровергнуты, напротив подтверждаются материалами дела об административном правонарушении, пояснениями самого ФИО2, который свою вину в ДТП не оспаривает. 

При определении размера подлежащего возмещению ущерба истцу, суд принимает за основу данные, содержащиеся в отчете об оценке ремонта и материального ущерба транспортного средства. Доказательств иного размера ущерба ответчиками представлено не было. От проведения автотехнической экспертизы ответчик ФИО3 отказался, ФИО2 размер ущерба не оспаривал.

Между тем, суд считает, что исковые требования истца о возмещении причиненного ему ущерба подлежат частичному удовлетворению.

Статьи 15, 1064 ГК РФ предполагают под полным возмещением вреда только те расходы, которые необходимы для восстановления имущества или приведения его в состояние, в котором оно находилось до повреждения. То есть, при восстановлении имущества должен учитываться износ. В противном случае, улучшение имущества потерпевшего за счет причинителя вреда нарушит права последнего и, по сути, будет являться неосновательным обогащением (п. 1 ст. 1102 ГК РФ), что недопустимо.

Учитывая изложенное, с ответчика ФИО3 подлежит взысканию ущерб в размере 220 615 руб. 32 коп.

Расходы по оплате услуг эксперта в размере 2 000 руб., необходимые для восстановления нарушенного права истца, подтверждены документально и подлежат взысканию с ответчика ФИО3 

Исходя из положений ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, суд взыскивает с ответчика, понесенные по делу истцом расходы по оплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенным требованиям. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 удовлетворить частично. Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 220 615 руб. 32 коп., расходы на составление отчета – 2 000 руб., возврат государственной пошлины в сумме 5 406 руб. 15 коп.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО4 отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционной инстанции в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме путем подачи жалобы через Таштыпский районный суд.

Председательствующий: Филипченко Е.Е. 

Справка: 

Настоящее решение в окончательной форме изготовлено 13 июня 2018 г.