Дело № 2-3676/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Омск

03 октября 2018 года

Куйбышевский районный суд г. Омска в составе 

председательствующего судьи Петерса А.Н., 

при секретаре Камневой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области Минтруда России» о признании недействительным акта МСЭ, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области» Минтруда России о признании недействительным акта медико-социальной экспертизы. В обоснование требований указано, что 18.08.2017 истец, являясь работником ЗАО «Уралсвязьмонтаж» в должности монтажника связи, получил производственную травму в виде закрытого перелома тел позвонков Тh12, L1, закрытый перелом пяточных костей обеих ног. Последствиями указанной травмы явились неправильно сросшиеся пяточные кости на обеих ногах с выраженным продольным и поперечным плоскостопием, посттравматический подтаранный артроз обеих стоп третьей степени, посттравматический остеопароз костей обеих стоп, стойкие незначительные статодинамические нарушения. На основании указанного диагноза я был направлен на прохождение медико-социальной экспертизы в Бюро №5 филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области» Минтруда России. Актом освидетельствования от 02.04.2018 истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности. Не согласившись с указанным решением, я обратился с заявлением о его пересмотре в ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области» Минтруда России. Согласно справки от 14 мая 2018 года решение об установленной степени утраты профессиональной трудоспособности не было изменено. Полагает, что выводы медико-социальной экспертизы о 30% утрате профессиональной трудоспособности, установленные актом от 14.05.2018, не соответствуют вышеизложенным положениям. 

Просил признать недействительным акт медико-социальной экспертизы гражданина ФИО1 №310 от 14.05.2018.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежаще.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, заявленные требования поддержал на основании доводов, изложенных письменных дополнениях.

Ответчик ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области» Минтруда России Руфина И.А., по доверенности, ФИО3, по удостоверению, возражали против удовлетворения заявленных требований.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ЗАО «Уралсвязьмонтаж» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежаще.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Судом установлено, что 18.08.2017 ФИО1 получил травму на производстве: при выполнении монтажных работ с нарушением техники безопасности - упал с высоты 4 метров (согласно акта № 1 о несчастном случае на производстве), в результате чего получил травму позвоночника и обеих пяточных костей. Госпитализирован в БУЗОО «ГКБСМП № 1» с диагнозом: Закрытый перелом правой и левой пяточных костей. Закрытый неосложненный компрессионный перелом Тh12, L1 позвонков. Проведено симптоматическое лечение, обследование.

Переведен в БУЗОО «КМСЧ № 9», где продолжено лечение с 28.08.2018 по 01.09.2018 с диагнозом: закрытый неосложненный стабильный компрессионный перелом тел Тh12, L1 позвонков 1 ст. Закрытый перелом правой и левой пяточных костей. Далее проводилось восстановительное лечение в ФБУ Центр реабилитации ФСС РФ «Омский» с 13.12.2017 - 26.01.2018 с диагнозом: ранний восстановительный период производственной травмы - закрытого неосложненного стабильного перелома тел ТЫ2, Ы позвонков 1 ст., закрытого перелома правой и левой пяточных костей.

Консультирован ортопедом БУЗОО «КМХЦ МЗОО» 31.01.2018 диагноз: Неправильно консолидированные оскольчатые переломы обеих пяточных костей. Двустороннее продольное плоскостопие 2-3 ст. Рекомендовано консервативное лечение. 

Направлен на медико-социальную экспертизу БУЗОО «КМСЧ № 9».

Документов, подтверждающих специальное профессиональное образование у ФИО1, в Бюро № 5 представлено не было.

По данным трудовой книжки ФИО1 работал с 2012 года на разных работах по несколько месяцев: продавец-консультант, кладовщик, пекарь, с мая 2017 года - монтажник оборудования связи (до производственной травмы -3 месяца), сведения об увольнении или переводе на другую работу в трудовой книжке на момент освидетельствования отсутствуют.

Медико-социальная экспертиза проведена Галину В.Р. впервые 02.04.2018 в Бюро № 5 - филиале ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области».

Экспертный диагноз: Последствия производственной травмы от 18.08.2017 в виде неправильно консолидированных переломов обеих пяточных костей, посттравматической поско-вальгусной стопы с обеих сторон, посттравматического подтаранного артроза обеих стоп 3 ст. (ФНС 2 ст.), посттравматического остеопороза костей обеих стоп. Сросшийся стабильный компрессионный перелом тел Тh12, L1 позвонков 1 ст. Стойкие незначительные нарушения статодинамических функций.

По результатам медико-социальной экспертизы (Протоколы проведения МСЭ и акты МСЭ № 466, № 467 от 02.04.2018) у истца имеются стойкие незначительные нарушения статодинамических функций по последствиям производственной травмы, что привело к утрате профессиональной трудоспособности в размере 30 % утраты профессиональной трудоспособности согласно п. 28 а Временных критериев. Разработана программа реабилитации пострадавшего. Значительно выраженных нарушений функций организма, приведших к полной утрате способности к профессиональной деятельности, в том числе в специально созданных производственных или иных условиях труда пациента, пострадавшего в результате производственной травмы, нет.

В связи с несогласием ФИО1 с экспертным решением по личному заявлению от 24.04.2018 проведена медико-социальная экспертиза 14.05.2018 в порядке обжалования решения бюро в Экспертном составе № 3 ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области» Минтруда России. 

Не согласившись с указанным решением, истец обратился с заявлением о его пересмотре в ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области» Минтруда России. 

Согласно справке от 14.05.2018 решение об установленной степени утраты профессиональной трудоспособности не было изменено. 

Не согласившись с данным решением, истец обратился в суд за защитой своих прав и законных интересов.

Исходя из положений главы 7 Федерального закона №323-ФЗ от 21.11.2011 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» решения о стойких расстройствах функций организма, и, как следствие о наличии у гражданина ограничений к труду, вправе принимать лишь врачебные комиссии (эксперты) специальных медицинских учреждений.

Степень утраты застрахованным профессиональной трудоспособности, согласно ст. 11 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ, устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы.

Как разъяснено в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Постановление от 10.03.2011 № 2) право на установление степени утраты профессиональной трудоспособности и признание пострадавшего инвалидом вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания предоставлено учреждениям государственной службы медико-социальной экспертизы.

Основными нормативно-правовыми актами для определения утраты профессиональной трудоспособности являются Правила установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 16.10.2000 № 789 и Временные критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утвержденные Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 18.07.2001 № 56.

В соответствии с п. 19 Постановления от 10.03.2011 № 2, если при рассмотрении дел данной категории истец ссылается на необоснованность заключения медико-социальной экспертизы, суду следует проверить соблюдение процедуры проведения данной экспертизы, предусмотренной Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.10.2000 № 789, а в случае необходимости и выводы, содержащиеся в этом заключении.

Названные Правила определяют порядок установления учреждениями медико-социальной экспертизы степени утраты профессиональной трудоспособности лицами, получившими повреждение здоровья в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. При этом степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в соответствии с Временными критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утвержденными Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18.07.2001 № 56.

Степень утраты профессиональной трудоспособности должна определяться в зависимости от способности пострадавшего осуществлять не любую профессиональную деятельность, а только ту профессиональную деятельность, которую он фактически осуществлял до наступления страхового случая по трудовому договору. В связи с этим, если застрахованный не способен полностью выполнять работу определенной квалификации, объема и качества, то его способность осуществлять профессиональную деятельность следует считать утраченной полностью.

В случае несогласия истца с определенной ему степенью утраты профессиональной трудоспособности суд в соответствии со статьей 79 ГПК РФ и с учетом положений Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 17.11.2009 № 906н «Об утверждении Порядка организации и деятельности федеральных государственных учреждений медико-социальной экспертизы» вправе назначить медико-социальную экспертизу.

Обосновывая исковые требования, представитель истца сослался на то, что ответчиком при проведении экспертизы не были учтены клинико-функциональные критерии пострадавшего, а именно: угол сгибания в голеностопных суставах, количество шагов при ходьбе на 100 метров, длительность двойного шага, темп ходьбы в одну минуту, скорость передвижения. 

В письменных дополнениях представитель истца сослался на то, что ответчиком была нарушена процедура проведения медико-социальной экспертизы, поскольку ответчик, в нарушение требований Правил № 789, Временных критериев, пришел к выводам, указанным в экспертном заключении без учета профессионального фактора, не исследовал способность истца выполнять работу в полном объеме по своей прежней профессии до несчастного случая, не исследовал стато-динамическую функцию пострадавшего. 

По мнению представителя истца, данные нарушения сами по себе обуславливают незаконность акта, поскольку являются нарушением процедуры экспертизы. 

Суд не принимает указанные доводы истца в силу следующего.

Вопреки доводам представителя истца, заключение медико-социальной экспертизы выполнено комиссией экспертов, включающей специалистов соответствующего профиля, при составлении заключения эксперты руководствовались данными, полученными в результате личного освидетельствования истца в ходе экспертизы, данными анамнеза, представленного в виде медицинских документов, медико-экспертных документов. В ходе рассмотрения дела в суде истец не ссылался на отсутствие каких-либо медицинских документов, которые не были представлены экспертным комиссиям для исследования.

Экспертиза проводилась комиссионно, в состав комиссии входили 3 квалифицированных врача, которые провели исследование, исходя из положений Правил № 789 и Временных критериев. При этом, эксперты, обладающие необходимой квалификацией, самостоятельно определяют необходимость использования специальных методик исходя из обстоятельств дела и данных полученных при проведении экспертизы. 

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии со ст. 76 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В соответствии с приведенными разъяснениями Постановление от 10.03.2011 № 2, надлежащим средством доказывания полноты исследования, правильности применения надлежащих методов исследования, и выводов эксперта является именно медико-социальная экспертиза, поскольку суд не обладает специальными познаниями, что бы оценить определенные экспертами клинико-функциональные и иные критерии. Суд неоднократно разъяснял представителю истца его право ходатайствовать о назначении медико-социальной экспертизы, которым представитель истца не воспользовался. 

Приведенные истцом доводы, обосновывающие незаконность экспертного заключения, относятся не к процедуре его принятия, а к его сущностной части, доказывание неправомерности которой возможно только при помощи судебной медико-социальной экспертизы. 

Нарушений процедуры проведения экспертизы судом в ходе рассмотрения дела установлено не было. 

Акт судебно-медицинского освидетельствования, предоставленный истцом не является допустимым доказательством по указанным выше причинам.

Вышеизложенное не дает суду оснований для принятия решения об удовлетворении исковых требований. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области Минтруда России» о признании недействительным акта МСЭ оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Куйбышевский районный суд г. Омска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья

А.Н. Петерс

Решение суда в окончательной форме принято 08 октября 2018 года.