66RS0003-01-2024-006895-43 

№ 2-695/2025

мотивированное 

решение

 изготовлено 25.03.2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 11.03.2025

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Самойловой Е. В.,

при секретаре Татаркиной А. А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску КузовлеваАлександра Сергеевича к АО «Уралтрансмаш» о взыскании морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд к АО «Уралтрансмаш» с требованием о взыскании морального вреда.

В обосновании иска указано, что 13.01.2022 его отец ФИО1 получил травму на производстве при выполнении своих трудовых обязанностей. Решением Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 17.10.2023 по гражданскому делу №2-3818/2023 установлено, что вследствие нарушений со стороны работодателя АО «Уралтрансмаш» ФИО1 получил тяжелую травму на производстве, выраженную в травматической ампутации обеих конечностей. Истец является сыном потерпевшего. После получения травмы истец видел и продолжает видеть нравственные и физические страдания отца, находится в постоянной тревоге за его жизнь и здоровье, оказывает отцу необходимую помощь. Просит взыскать с АО «Уралтрансмаш» компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, ходатайств об отложении не заявлял.воспользовался правом на ведение дела через представителя.

В судебном заседании представитель истца и третьего лица ФИО2 требования и доводы иска поддержал. 

Представитель ответчика АО «Уралтрансмаш» ФИО3 в судебном заседании против иска возразил по доводам отзыва, указав озавышенном размере морального вреда. 

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, уважительных причин неявки суду не представил.

При таких обстоятельствах, судом разрешен вопрос о рассмотрении дела при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение помощника прокурора Каменева Г.Д., полагавшего требования подлежащими удовлетворению в разумных пределах, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ФИО4 является отцом истца ФИО1

Судом установлено, подтверждается материалами дела, ФИО4 состоял в трудовых отношениях с АО «Уралтрансмаш» в должности оператора станков с программным управлением 5 разряда, трудовой договор от 18.10.2012 № 7091-дк.

Так, при рассмотрении Кировским районным судом г.Екатеринбурга гражданского дела по иску ФИО4 к АО «Уралтрансмаш» о взыскании морального вреда, материального ущерба судом установлено, что 13.01.2022 оператор станков с программным управлением ФИО1 получил задание от старшего мастера ***17 на обработку детали № 72В6Е2 01.02.129 «Стенка задняя (борт)» на станке и приступил к работе. После 16 часов ФИО1 получил устно от старшего мастера ***23. новое задание - подготовить станок для обработки другой детали. ФИО1 отключил станок. После чего ФИО1 открепил от тумбы деталь № 72В6Е2.01.02.129 «Стенка задняя (борт)» и оставил её на тумбе. С применением пульта радиоуправления мостовым краном учётный № 51964 ФИО1 подогнал кран, расположив мост и тележку крана над тумбой, которая находилась на поворотном столе, опустил грузовой крюк вспомогательного механизма подъема крана с зацепленным на нем цепным стропом № 9970-1018/57 к тумбе.

ФИО1 при помощи пульта радиоуправления мостового крана приспустил цепной строп, начал проведение строповки тумбы, подцепив крюками цепного стропа по углам тумбы, расположив 4 крюка стропа снаружи, слегка приподнял ветви цепного стропа, чтобы крюки цепного стропа зафиксировались и не слетели, при этом натяжку ветвей цепного стропа не производил. В тот момент, когда ФИО1, около 17:00, стоя на поворотном столе рядом с тумбой, лицом к выездным воротам, спиной к ПТК-840, держа в правой руке не выключенный пульт, мостовой кран с застропованной тумбой резко пришел в движение (непланируемое) в сторону ФИО1, и тумба столкнула ФИО1 между поворотным и не поворотным столом (к зажимной длите правой, ближней к ПТК-840).

Ноги ФИО1 оказались в технологическом проеме между боковыми стенками поворотного стола и зажимной плитой правой. Тумбой, продолжающей движение, и зажимной плитой правой произошла травматическая ампутация средней трети обеих голеней ФИО1, от сильной боли ФИО1 громко закричал. На его крик подбежали старший мастер ***18 операторы станков с программным управлением ***19

По результатам произошедшего проведено расследование, составлен акт Формы Н-1. Расследованием установлено, что тяжелый несчастный случай с оператором станков с программным управлением ФИО1 произошел 13.01.2022 на участке № 16 цеха 171 (МСК) ПТК-870 АО «Уралтрансмаш», по адресу: *** на территории работодателя; при выполнении ФИО1 своих трудовых обязанностей, 

Медицинским заключением № 82 от 14.01.2022 с диагнозом травматическая ампутация средней трети обеих голеней, шок 3 степени, степень тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве определен как тяжелый.

03.10.2022 истцу установлена 2 группа инвалидности, степень утраты трудоспособности – 80%.

Грубой неосторожности в действиях работника не установлено.

Вступившим в законную силу решением Кировского районного суда г.Екатеринбурга от 17.10.2023 по гражданскому делу по иску ФИО4 к АО «Уралтрансмаш» о взыскании морального вреда, материального ущерба с учетом апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда, постановлено взыскать с АО «Уралтрансмаш» (ИНН 

<

***>) в пользу КузовлеваС. А. (

<

***>) компенсацию морального вреда в размере 6 000 000 рублей, компенсацию расходов на лечение 66871,09 рублей. 

Установленные вступившим в законную силу решением суда обстоятельства по ранее рассмотренному делу в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имеют преюдициальное значение при рассмотрении настоящего спора.

Рассматривая заявленные истцом исковые требования, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Положениями статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или всилу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности ипрофессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся кдушевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33).

Приведенное правовое регулирование об определении размера компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции, изменяя решение суда первой инстанции и увеличивая размер компенсации морального вреда, применил правильно.

Приходя к выводу о необходимости увеличения присужденной истцу денежной компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции с выводами о возможности применения положений пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации не согласился, признав ошибочными суждения о наличии в действиях пострадавшего грубой неосторожности.

Ответчиком не доказано отсутствие его вины в причинении морального вреда истцу в связи с несчастным случаем, произошедшим с отцом истца на производстве при исполнении им трудовых обязанностей.

В ходе рассмотрения указанного дела, судом, исследуя представленные документы, установлено следующее.

Как следует из справки, выданной ***20, ФИО1 постоянно зарегистрирован по адресу: *** с 13.01.2004 по настоящее время. Совместно с ним по указанному адресу зарегистрированыФИО4, ФИО5

Согласно справке, выданной ***21 от 05.03.2025, в связи с несчастным случаем, произошедшим с отцом работника ФИО4, *** года рождения, между работодателем и работником была достигнута договоренность о перенесении рабочих часов по предварительному согласованию. Отсутствие на рабочем месте связано с расследованием дела по несчастному случаю, ФИО1 является представителем потерпевшего, с необходимостью посещения медицинских учреждений, осуществлением перевозки потерпевшего в назначенные даты приема, а также в связи с участием в суде. Все отсутствующие часы отработаны.

Кроме того, судом установлено, подтверждается материалами дела, в том числе кредитным договором, №749029, актом приема-передачи объекта от 04.10.2022, справкой об оплате полной стоимости по договору участия в долевом строительстве №90821/0820-870600-ЭС от 27.08.2020, выданными ***22 что ФИО1 приобретена квартира в непосредственной близости от места жительства отца ФИО4

При этом суд, оценивая представленные доказательства, исходит из того, что факт грубой неосторожности работника актом N 1 о несчастном случае не установлен, степень вины работника в процентах не определена.

Оценивая требования иска в части определения размера компенсации морального вреда, суд определяет соразмерную страданиям сумму в размере 1000000рублей, при этом, учитывает то обстоятельство, что в связи с полученной отцом истца травмой, жизнь семьи кардинально изменилась. ФИО1 вынужден наблюдать за страданиями отца, оказывать ему физическую и моральную помощь, психологическую поддержку, испытывать за него переживания. Кроме того, суд принимает во внимание индивидуальные особенности истца, возраст ФИО1, свидетельствующий о том, что размеренность будущего быта подлежит определять с учетом факта постоянного присмотра наряду с матерью за отцом, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий в связи с утратой отцом возможности самостоятельно осуществлять как трудовую, так и иную полезную деятельность как в личном, так и общественном плане, нарушение психологического благополучия, неимущественного права истца на семейные связи. Также суд учитывает несоблюдение работодателем условий, гарантирующих безопасное осуществление трудовой деятельности, неудовлетворительную организацию производства работ, явившуюся согласно акту о несчастном случае на производстве причиной несчастного случая. При этом, при снижении требований, суд учитывает, что истец не одинок в решении бытовых проблем своего отца ФИО4, его поддерживает также мать ФИО5, взяв на себя часть забот.

Таким образом, заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые согласно ч.1 ст.88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Судом установлено, подтверждается материалами дела, истцом при подаче искового заявления в суд оплачена государственная пошлина в сумме 3000 руб. Указанные расходы подлежат взысканию с ответчика.

Суд при вынесении решения оценивает исследованные доказательства в совокупности и учитывает, что у сторон не возникло дополнений к рассмотрению дела по существу, обе стороны согласились на окончание рассмотрения дела при исследованных судом доказательствах, сторонам также было разъяснено бремя доказывания в соответствии с положениями ст.ст. 12, 35, 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требований ФИО1 к АО «Уралтрансмаш» о взыскании морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Уралтрансмаш» (ИНН 

<

***>) в пользу КузовлеваАлександра Сергеевича (

<

***>) компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей, государственную пошлину в размере 3000 рублей. 

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде.

Судья 

<

***> Е. В. Самойлова