Дело № 2-656/2017 Мотивированное 

решение

 изготовлено 27 октября 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 октября 2017 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области

в составе председательствующего судьи Чайка О.Н.

при секретаре Васильевой А.С.

с участием истца ФИО1

его представителя Мирной Л.А.

старшего помощника прокурора г. Кировска Веремчука А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о признании незаконным бездействия работодателя, взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику Акционерному обществу «Апатит» (далее – АО «Апатит») о признании незаконным бездействия работодателя, взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, указав в обоснование заявленных требований, что с 1983 года по 2017 год он состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работая в должности взрывника, взрывника-люкового, машиниста породо-доставочной машины и машиниста вибро-погрузочной установки. В результате длительного воздействия вредных производственных факторов у него развились профессиональные заболевания с основными диагнозами: .... Согласно актам о случае профессионального заболевания № 33/1, №33/2, №33/3 от 06 июня 2017 года профзаболевания возникли в результате длительной работы, в течение 28 лет 8 месяцев, во вредных производственных условиях Расвумчоррского рудника АО «Апатит», из-за несовершенства с гигиенической точки зрения технологического процесса и оборудования, в том числе по причине тяжести трудового процесса. Наличие вины работника в возникновении профзаболеваний во всех случаях не выявлено. 

Истец полагает, что из содержания пункта 6.1 Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы (далее – ОТС, Соглашение) следует, что работодатели предоставляют работникам гарантии и компенсации за утрату профессиональной трудоспособности при исполнении работниками трудовых обязанностей; осуществляют возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством РФ) работникам в связи с их профессиональными заболеваниями, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей. Возмещение вреда по обязательствам в организациях, где отсутствуют дополнительные (добровольные) страховые программы от несчастных случаев, производится работодателями путем выплаты возмещения из собственных средств. При этом Соглашением установлена гарантированная минимальная сумма выплат потерпевшему работнику при получении профессионального заболевания – 30% от заработка работника за два года. 

В соответствии с пунктом 6.1.8 ОТС выплата возмещения вреда производится по личному заявлению работника, при этом каких-либо положений, регламентирующих сроки и порядок подачи такого заявления, требования к его форме и содержанию, не приведено. В целях реализации своего права на получение компенсации вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 17 июля 2017 года, будучи еще работником АО «Апатит», истец обратился к работодателю с соответствующим заявлением. С приказом об увольнении был ознакомлен позже в этот же день. Вместе с тем, решение по заявлению работодателем не принято, требуемая выплата не произведена, мотивированный отказ либо иное письменное уведомление истцом не получено. 

Исчисление заработка работника за два года для целей расчета выплаты возмещения вреда определяется на дату установления профессионального заболевания путем произведения среднего дневного заработка для оплаты отпусков на 730 календарных дней, при этом учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат в соответствии с законодательством РФ. Полагает, что ответчику надлежало выплатить ему компенсацию вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 30% от заработка за два года в сумме 1 015 671 рубль 60 копеек (из расчета: средний дневной заработок за период с июня 2015 года по май 2017 года – ...%), которую просит взыскать с ответчика в его пользу. 

Также истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 10000 рублей, ссылаясь на то, что неправомерным бездействием работодателя ему был причинен моральный вред, связанный с лишением его законного права на получение гарантированной компенсации за профессиональные заболевания, возникшие в результате трудовой деятельности на протяжении длительного времени в АО «Апатит», за восстановлением нарушенного права потребовалось обращение в суд. При этом, указанные заболевания причиняют ему нравственные и физические страдания, он постоянно испытывает боли, вынужден регулярно обращаться за медицинской помощью и проходить лечение, несет дополнительные расходы на приобретение лекарств, не может в полной мере реализовать свое право на труд и полноценно содержать семью. 

В связи с подачей искового заявления, просит взыскать с ответчика судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 рублей. 

Истец и его представитель в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали. Дополнительно пояснили, что требование об обязании ответчика выплатить денежные средства в сумме 1 015 671 рубль 60 копеек подразумевает компенсацию в счет возмещения морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, которая подлежит выплате в соответствии с нормами Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы. 

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, дело просит рассмотреть в его отсутствие, представил письменные возражения, согласно которым с исковыми требованиями не согласен в полном объеме. Указывает, что в связи с наличием между сторонами спора при определении размера денежной компенсации морального вреда должны применяться нормы трудового и гражданского законодательства Российской Федерации. Заявленную истцом сумму требований компенсации морального вреда в размере 1 015 671 рубля 60 копеек считает завышенной и не отвечающей требованиям разумности и справедливости, а также степени ответственности работодателя. Обращает внимание суда на то, что при поступлении на работу истец знал о том, что будет трудиться в особо вредных условиях труда, за что работодателем ему предоставлялись соответствующие гарантии в виде возможности раннего выхода на пенсию, доплаты и надбавки, лечебное питание, медицинское обслуживание. Полагает, что степень вины АО «Апатит» в причинении морального вреда ФИО1 не может быть высокой, поскольку АО «Апатит» предпринимало все возможные меры по стимулированию труда лиц, работающих в особо вредных условиях, предоставляло льготы, гарантии, компенсации лицам, работающим в указанных условиях. Указывает, что степень утраты профессиональной трудоспособности, установленная истцу в размере 30%, незначительна, истец продолжал работать в особо вредных условиях труда вплоть до своего увольнения в июле 2017 года. Степень утраты профессиональной трудоспособности установлена истцу не бессрочно, не привела к инвалидности, он не лишен возможности рационального трудоустройства. Считает, что положения Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы, на которые ссылается истец, при определении размера компенсации морального вреда не могут быть применены в связи с тем, что сторонами Соглашения являются работники в лице их представителя – Российского профессионального союза работников химических отраслей промышленности и работодатели в лице их представителя – Российского Союза химиков. Поскольку на момент обращения в суд с иском ФИО1 не являлся работником АО «Апатит», то положения Отраслевого тарифного соглашения на него не распространяются. Также указывает о том, что истец в досудебном порядке в июле 2017 года обратился в АО «Апатит» с заявлением, однако требования сформулировал некорректно, что не позволило четко понять просьбу истца. В своем заявлении работодателю истец не указал сумму денежной выплаты, не приложил документы, обосновывающие просьбу. Несмотря на это, работодателем истцу был направлен ответ о необходимости предоставления документов, подтверждающих наличие профессионального заболевания, процентов утраты профессиональной трудоспособности, инвалидности. Ответ работодателя был получен истцом 01.09.2017, что подтверждается представленной копией почтового уведомления о вручении. Запрашиваемые документы истцом представлены не были. В иске просит отказать в полном объеме. 

В соответствии с частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика.

Выслушав пояснения истца и его представителя, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Охрана труда регулируется Конституцией Российской Федерации, Всеобщей декларацией прав человека от 10 декабря 1948 года, Международным пактом «Об экономических, социальных и культурных правах» 1966 года, конвенциями Международной организации труда (МОТ), Трудовым кодексом РФ, другими законами и подзаконными нормативными актами.

Так, Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого человека на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, не угрожающих жизни и здоровью (статьи 7, 37).

Содержание этого права работника раскрывается в ряде нормативных правовых актов, основным из которых является Трудовой кодекс Российской Федерации, в соответствии со статьей 5 которого трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда работников при осуществлении технологических процессов, соответствующие требованиям охраны труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, информировании работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о существующем риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты. К этим положениям корреспондирует и статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющая права работника. 

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ (ред. от 29.12.2015) «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости. 

В судебном заседании установлено, что ФИО1 с 18 июля 1983 по 17 июля 2017 состоял в трудовых отношениях с АО «Апатит», работая, в том числе машинистом вибро-погрузочной установки, уволен в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением. 

Стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 28 лет 8 месяцев.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела, в том числе копиями трудовой книжки истца, трудовых договоров, заключенных с истцом, приказов о приеме на работу, переводах и расторжении трудового договора. 

Решением врачебной комиссии № 811 от 19.05.2017 и актами о случае профессионального заболевания № 33/1, № 33/2 и № 33/3 от 06.06.2017 условия труда ФИО1 в должностях взрывника, взрывника-люкового, машиниста породо-доставочной машины и машиниста вибро-погрузочной, характеризуются воздействием вредных производственных факторов: тяжестью трудового процесса.

Условия труда ФИО1 не соответствуют: СН 2.2.4/2.1.8.562-96, ГН 2.2.5.1313-03; СН 2.2.4/2.1.8.562-96, СН 2.2.4/2.1.8.583-96, ГН 2.2.5.1313-03; СН 2.2.4/2.1.8.562-96, СН 2.2.4/2.1.8.566-96, ГН 2.2.5.1313-03.

При этом вины ФИО1 в наступлении у него профессионального заболевания не установлено.

Впервые, решением ВК № 811 от 19 мая 2017 года по результатам обследования в научно-исследовательской лаборатории ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» ФИО1 установлен основной диагноз: ....

Из справки Бюро № 4 – филиала ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области» №... от 13 сентября 2017 года следует, что ФИО1 была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10+10+10 процентов до 01.07.2018, инвалидность не установлена. 

Как следует из пояснений представителя истца, в связи с наличием профессиональных заболеваний истец не может в полной мере реализовать свое право на труд, лишен возможности продолжать трудовую деятельность в АО «Апатит». Указанные доводы истца подтверждаются формулировкой основания прекращения трудового договора, указанной в приказе о прекращении трудового договора с работником № 80 к/у от 17 июля 2017 года, согласно которому ФИО1 уволен в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением. По имеющимся на предприятии вакансиям трудоустройство истца в АО «Апатит» невозможно в связи с наличием профессиональных заболеваний. 

С учётом установленных в судебном заседании обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что полученные истцом профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредного неблагоприятного производственного фактора), в которых истец работал у ответчика, в связи с чем, имеются предусмотренные законом основания для возложения на АО «Апатит» обязанности по возмещению работнику морального вреда, причиненного повреждением здоровья, поскольку ответчиком не обеспечены в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации (статьи 22,212,209), части 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации безопасные условия труда работника.

Суд не может признать убедительными и заслуживающими внимания доводы представителя ответчика о том, что при поступлении на работу истец был осведомлен о работе в особо вредных условиях труда с предоставлением со стороны работодателя соответствующих гарантий: раннего выхода на пенсию, доплат и надбавок, лечебного питания, медицинского обслуживания. 

Факт предоставления работнику на период его трудовой деятельности в АО «Апатит» доплат и надбавок, лечебного питания, медицинского обслуживания не является доказательством отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью истца, а свидетельствует лишь о предоставлении работникам ответчика специальных гарантий, обязательных в силу действующего трудового законодательства для предоставления лицам, работающим во вредных производственных факторах.

Кроме того, принимаемые работодателем меры по безопасности и охране труда оказались недостаточными и не исключили полностью влияние вредных производственных факторов на здоровье работника.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации в счет возмещения вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в соответствии с пунктом 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 – 2018 годы в размере 1 015 671 рубль 60 копеек, суд исходит из следующего. 

Ответчик не оспаривает, что Отраслевое тарифное соглашение распространяется на АО «Апатит».

Пунктом 6.1.2 указанного Отраслевого тарифного соглашения предусмотрено, что работодатели осуществляют возмещение вреда (сверх размеров, предусмотренных законодательством Российской Федерации) работникам в связи с профессиональным заболеванием, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей. Под возмещением вреда понимается компенсация в денежной форме потерпевшему работнику морального вреда, нравственных и физических страданий.

Пункт 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения предусматривает гарантированную минимальную выплату потерпевшему работнику при получении профессионального заболевания в размере 30% от заработка работника за два года. 

В силу пункта 6.1.3 Отраслевого тарифного соглашения Порядок, правила, процедуры и сроки осуществления выплат с целью возмещения вреда при обстоятельствах, определенных в пункте 6.1.2, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборного органа первичной (объединенной) профсоюзной организации предприятий, либо дополнительными (добровольными) страховыми программами, финансируемыми Работодателями. 

Коллективным договором АО «Апатит» на 2017-2020 годы, исследованным в судебном заседании, иными локальными нормативными актами работодателя такой порядок осуществления выплат с целью возмещения работнику морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, не установлен, дополнительных (добровольных) страховых программ от несчастных случаев, финансируемых работодателем, не имеется. 

Неприменение ответчиком положений раздела 6 Отраслевого тарифного соглашения является нарушением трудовых прав работника. Восстановление этих прав допустимо различными предусмотренными трудовым законодательством способами, в том числе избранным истцом при подаче искового заявления.

Указанное обстоятельство и непосредственно само обращение истца в суд с иском о взыскании денежной компенсации морального вреда свидетельствует об отсутствии между работником и работодателем соглашения о конкретном размере денежной компенсации вреда, причиненного профессиональным заболеванием, и возникновении спора.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2 статьи 237 ТК РФ).

Принимая во внимание наличие между сторонами спора, учитывая, что в обоснование заявленного требования истец помимо приведенных выше положений Отраслевого тарифного соглашения также сослался и на нормы статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, нормы гражданского законодательства, суд приходит к выводу о том, что размер денежной компенсации должен определяться в порядке указанной нормы трудового законодательства.

Руководствуясь приведенными выше нормами материального права, учитывая, что в результате профессионального заболевания истец испытывает физические страдания, связанные с причинением вреда здоровью, нравственные страдания по причине наличия самого заболевания, исходя из доводов, которые истец и его представитель привели в исковом заявлении и в судебном заседании в обоснование заявленного требования, объем и характер причиненных работнику физических и нравственных страданий, принимая во внимание тот факт, что степень утраты профессиональной трудоспособности установлена истцу не бессрочно, не привела к инвалидности и не лишила его возможности трудиться в более комфортных условиях, руководствуясь принципами разумности и справедливости, считает обоснованной денежную компенсацию морального вреда в размере 40000 рублей.

Рассматривая требования истца о признании бездействия работодателя незаконным, суд исходит из следующего.

17.07.2017 истец обратился с заявлением к работодателю о выплате компенсации вреда, причиненного профессиональным заболеванием в соответствии с условиями Отраслевого тарифного соглашения. 

22.08.2017 работодатель попросил истца предоставить дополнительные документы для разрешения данного заявления. Дополнительных документов работодателю истцом представлено не было. 

Учитывая изложенное, исковые требования о признании бездействия АО «Апатит» незаконным, удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы. 

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно представленной квитанции №... от 26 июля 2017 года истцом оплачены услуги адвоката Чикусовой Е.С. за составление искового заявления в сумме 5000 рублей. 

Определяя размер судебных расходов по оплате услуг представителя, подлежащих взысканию с ответчика, суд учитывает объем выполненной представителем работы по подготовке искового заявления, а также принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает, что с ответчика подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в заявленном истцом размере 5000 рублей. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации сумма подлежащей взысканию с ответчика государственной пошлины в доход местного бюджета составляет 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о признании незаконным бездействия работодателя, взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием – удовлетворить частично. 

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 40000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 5000 рублей, а всего взыскать 45000 (сорок пять тысяч) рублей. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о признании бездействия АО «Апатит» незаконным и обязании выплатить денежные средства в счет компенсации вреда, причиненного профессиональным заболевание в соответствии с требованиями Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы – отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья: О.Н. Чайка