Дело № Судья Землянская А.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего Шкоркина А.Ю.,

судей Симоновой М.В., Лисиной Г.И.,

при ведении протокола помощником судьи Тимербаевым Д.А.,

с участием прокурора Бараева Д.И.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Грековой Е.Ф.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Грековой Е.Ф. на приговор Курчатовского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, несудимый,

осужден по: п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года, со штрафом в размере 100000 рублей; ч. 1 ст. 180 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок 1 год с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства ежемесячно.

На основании ч. 3 ст. 69, ч. 1 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 1 месяц, со штрафом в размере 100 000 рублей.

В силу ст. 73 УК РФ, назначенное наказание в виде лишения свободы ФИО1 постановлено считать условным, с установлением испытательного срока на 2 года, с возложением обязанностей, перечисленных в приговоре.

Дополнительное наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно.

В отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу сохранена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Приговором удовлетворены исковые требования ФИО21. С ФИО1 взыскано в пользу ФИО22 в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением 2 013 381 рубль.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Симоновой М.В., выступления осужденного ФИО1, адвоката Грековой Е.Ф., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Бараева Д.И., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным и осужден за то, что он в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ:

- приобрел, хранил, перевозил в целях сбыта и продавал немаркированную алкогольную продукцию, подлежащую обязательной маркировке марками либо федеральными специальными марками, в особо крупном размере;

- незаконно использовал чужой товарный знак, причинив правообладателю компании ФИО23 крупный ущерб в размере 2 013 381 рубль.

Преступления совершены на территории 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно описанных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Грекова Е.Ф. просит приговор суда отменить в части удовлетворения гражданского иска ФИО24 уголовное дело направить в указанной части на новое судебное рассмотрение в тот же суд первой инстанции для установления размера реального ущерба.

Автор жалобы обращает внимание на то, что при удовлетворении гражданского иска не были учтены следующие обстоятельства дела, а именно, что:

- немаркированный алкоголь был изъят правоохранительными органами до начала его реализации ФИО1, в связи с чем, товар не поступил в гражданский оборот и не был продан, не создал прямых финансовых потерь правообладателю. Расчет истца основан на допущении того, что весь объем изъятого контрафакта был бы продан и заместил бы собой аналогичный объем легальной продукции, что является предположением, не подтвержденным доказательствами;

- вопреки разъяснениям п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 26 апреля 2007 года, суд первой инстанции применил розничную цену на легальный товар ко всей массе изъятого контрафакта, при отсутствии ключевого обстоятельства – факта реализации. Взыскание же полной стоимости, как если бы товар был легально продан истцом, является необоснованным обогащением последнего;

- нарушен принцип соразмерности. Взысканная сумма является чрезмерной и несоразмерной последствиям действий ФИО1, поскольку реального ущерба на такую сумму причинено не было. Основным последствием явилась потенциальная угроза интересам правообладателя, а не реальный материальный ущерб;

- не установлена прямая причинно - следственная связь между действиями ФИО1 и наступившими для правообладателя последствиями.

В возражениях государственный обвинитель Пашнина А.И. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Грековой Е.Ф. – без удовлетворения.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений, при описанных в приговоре обстоятельствах, соответствуют материалам уголовного дела, основаны на исследованных доказательствах, которые получили надлежащую оценку в приговоре.

Вина ФИО1 подтверждается его признательными показаниями, при даче которых осужденный изобличил себя в совершении преступлений, показаниями представителя потерпевшего ФИО19, а также свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16

Положенные в основу обвинения доказательства раскрыты в приговоре с исчерпывающей полнотой, в связи с чем необходимости их дополнительного изложения в апелляционном определении не имеется.

Проводя судебную проверку исследованных судом показаний осужденного и указанных выше представителя потерпевшего и свидетелей, суд апелляционной инстанции не находит оснований в них сомневаться.

Сам осужденный ФИО1 обозначил обстоятельства, при которых им было принято решение осуществлять указанную деятельность. Он сообщил о способе приобретения, хранения, перевозки, продажи, изъятой у него продукции. Не оспаривал он и то, что поступающий товар он доставлял, используя свой автомобиль.

Из показаний представителя потерпевшего ФИО19 следует, что ФИО25 является правообладателем товарного знака ФИО26, действующего в 33-м классе МКТУ и зарегистрированного в установленном законом порядке в органах Роспатент. ФИО1, без разрешения правообладателя, незаконно использовал товарный знак ФИО27 путём хранения, с целью дальнейшей реализации контрафактной алкогольной продукции. Учитывая, что у ФИО1 было изъято 5769 бутылок продукции под наименованием водка ФИО28, емкостью 0,5л., размер ущерба правообладателя товарных знаков ФИО29 составил 2 013 381 рублей.

Каких-либо сведений о заинтересованности представителя потерпевшего и свидетелей при даче показаний по обстоятельствам уголовного дела, оснований для оговора ими осужденного в материалах уголовного дела не содержится и суду апелляционной инстанции не представлено. Более того, указанные пояснения соотносятся с показаниями самого осужденного по обстоятельствам совершенных им преступлений.

Оснований для самооговора также не усматривается, поскольку в ходе предварительного следствия ФИО1 допрошен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением комплекса процессуальных прав, а также положений ст. 51 Конституции РФ.

Суд первой инстанции дал верную оценку и показаниям самого осужденного, поскольку они последовательны, а их детальное изложение соотносится с обстоятельствами, зафиксированными в результатах оперативно-розыскных мероприятий и протоколах осмотра.

При таких обстоятельствах, говорить о каком-либо недоверии указанным пояснениям, как обоснованно указано судом первой инстанции, нельзя. Суд апелляционной инстанции разделяет данные выводы.

Содержание приведенных мотивов подкреплено совокупным анализом всех доказательств, которые были представлены.

Помимо этого, виновность ФИО1 подтверждается письменными материалами дела, а именно: протоколами обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности, досмотра транспортных средств, выемки, в ходе которых изъята указанная продукция, осмотрами предметов.

Заключения экспертов о характере, свойствах исследуемой алкогольной продукции, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, предусмотренным гл. 27 УПК РФ, а их выводы не вызывают каких-либо сомнений.

Справками об исследовании № и № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что общая стоимость изъятой алкогольной продукции составляет 3 734 593 рубля. Более того, в указанных справках приведены как количественные, так и ценовые показатели каждого наименования.

Протоколы процессуальных и следственных действий, составлены с соблюдением требований действующего законодательства, что удостоверено подписями участвующих лиц. Указанные документы содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию.

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дал надлежащую оценку.

Доказательства, полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий, также обоснованно положены в основу приговора, как соответствующие требованиям закона, поскольку обстоятельства преступлений, установленные в ходе судебного разбирательства, свидетельствуют о наличии у осужденного умысла, как на незаконный оборот немаркированной алкогольной продукции, так и незаконное использование чужого товарного знака, при этом умысел ФИО1 сформировался независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений.

Этот вывод подтверждается и тем, что осужденный самостоятельно совершил все подготовительные действия, необходимые для реализации противоправного умысла.

Порядок проведения оперативно-розыскных мероприятий соблюден, результаты получены в рамках действующего законодательства, переданы следователю в соответствии с законом. Имеющихся документов достаточно для положительного разрешения вопроса о процессуальной допустимости представленных результатов в качестве доказательств по уголовному делу.

Все собранные доказательства оценены в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности обоснованно признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Из содержания примечания 2 к ст. 171.1 УК РФ, крупным размером признается стоимость немаркированной алкогольной продукции превышающей сто тысяч рублей, а особо крупным - один миллион рублей.

Как следует из содержания приговора, суд установил виновность осужденного по преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, в том числе, в продаже немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо специальными федеральными марками в особо крупном размере.

Однако, из установленных обстоятельств дела следует, что ФИО1 осуществил продажу: 1 бутылки водки марки ФИО30, стоимостью 349 рублей; 20 бутылок водки марки ФИО31 стоимостью каждая 349 рублей на общую сумму 6980 рублей; алкогольной продукции с наименованием ФИО32 объемом 0,5 литра каждая, в количестве 200 бутылок, стоимостью каждая по 349 рублей, на общую сумму 69 800 рублей; алкогольной продукции с наименованием ФИО33 объемом 0,5 литра каждая, в количестве 420 бутылок, стоимостью каждая по 349 рублей, на общую сумму 146 580 рублей, а всего на общую сумму 223 709 рублей, что образует крупный, а не особо крупный размер, как указано в приговоре.

При указанных обстоятельствах действия ФИО1 суд апелляционной инстанции квалифицирует по:

- п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ – как приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, в особо крупном размере и продажа немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, в крупном размере;

Действия же ФИО1 по ч. 1 ст. 180 УК РФ судом первой инстанции квалифицированы верно, как незаконное использование чужого товарного знака, если это причинило крупный ущерб.

Оснований для иной юридической оценки действий осужденного, в контексте исследуемого вопроса, не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 180 УК РФ в связи с примирением с потерпевшим, не имеется.

Приходя к указанному выводу, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

В соответствии со ст.76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Прекращение уголовного дела за примирением с потерпевшим, как следует из требований ст. 25 УПК РФ, является правом суда, а не его обязанностью.Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего.

Исходя из представленного стороной защиты в суд апелляционной инстанции соглашения о примирении сторон от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что между представителем потерпевшего ФИО34 и осужденным ФИО1 заключено мировое соглашение, согласно которому стороны претензий к друг другу не имеют, причиненный вред преступлением ФИО1 заглажен, последствия прекращения уголовного дела в связи с примирением сторонам понятны. Кроме того, стороной защиты в подтверждение возмещения вреда представлено платежное поручение о возмещение ущерба, причиненного преступлением в размере 500 000 рублей.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что вред, причиненный преступлением составляет 2 013 381 рубль, а потому он полностью не возмещен, в связи с чем, суд апелляционной инстанции не находит оснований для прекращения уголовного дела в отношении ФИО1 по преступлению, предусмотренному ч.1 ст. 180 УК РФ на основании ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного недопустимых доказательств, не установлено, равно как не добыто и сведений об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов.

Согласно протоколу судебного заседания, отвечающему нормам УПК РФ, судебное разбирательство по делу, проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона: в соответствии со ст. 15 УПК РФ, судом были созданы все необходимые условия для реализации сторонами прав и исполнения процессуальных обязанностей; право на защиту осужденного обеспечено и реализовано, позиция стороны защиты, равно как и позиция стороны обвинения по делу доведена до суда и учтена при оценке квалификации; судебное следствие проведено в объеме, заявленном сторонами, принцип состязательности сторон соблюден. Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им.

При назначении наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденного, наличие обстоятельств смягчающих и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, о чем подробно указал в приговоре.

Суд первой инстанции, с учетом обстоятельств уголовного дела и личности осужденного обоснованно признал в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, тот перечень данных, который нашел свое отражение в обжалуемом приговоре.

Вместе с тем, учитывая, что стороной защиты в суд апелляционной инстанции представлена квитанция, подтверждающая факт добровольного частичного возмещения имущественного ущерба потерпевшему в размере 500 000 рублей, что составляет около ? части от общей суммы ущерба, причиненного преступлением, судебная коллегия считает необходимым признать в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, в качестве обстоятельства, смягчающего наказания по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 180 УК РФ - иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.

Обстоятельств, отягчающих наказание, обоснованно не установлено судом первой инстанции.

Иные сведения о личности осужденного, которые также были учтены судом за пределами положений ст. 61 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит обоснованными, поскольку они соответствуют материалам уголовного дела, явившимся предметом оценки суда первой инстанции.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ применительно к преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, являются верными, что обусловлено обстоятельствами исследуемого уголовного дела и личностью осужденного.

Оснований же для применения положений вышеуказанной нормы уголовного закона применительно к преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 180 УК РФ, не имелось, поскольку оно относится к категории небольшой тяжести.

Суд пришел к обоснованному выводу о назначении осужденному наказаний по п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ в виде лишения свободы, а по ч. 1 ст. 180 УК РФ в виде исправительных работ, что обусловлено как обстоятельствами каждого из исследуемых преступлений, так и данными о личности самого осужденного.

При определении срока и размера основного наказания по п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ суд первой инстанции справедливо учел положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, ввиду наличия обстоятельства, смягчающего наказание, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Выводы суда первой инстанции о назначении осужденному дополнительного наказания в виде штрафа по преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, являются мотивированными и оснований для их переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает.

При назначении наказания по совокупности преступлений положения ч. 3 ст. 69, ч. 1 ст. 71 УК РФ, применены правильно.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы на определенный срок с применением к основному наказанию положений ст. 73 УК РФ, с возложением на осужденного обязанностей, перечисленных в приговоре, с дополнительным наказанием в виде штрафа будет соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельствам их совершения, отвечать целям справедливости наказания и соответствовать данным о личности осужденного.

Вместе с тем, в связи с внесениями указанных выше изменений, судебная коллегия полагает, что назначенное осужденному наказание, как за исследуемые преступления, так и по правилам их совокупности, подлежит соразмерному смягчению.

Также приговор суда подлежит изменению ввиду следующего.

Согласно ч. 2 ст. 71 УК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 58 от 22 декабря 2015 года «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в резолютивной части приговора должно быть указано на применение ст. 69 УК РФ или ст. 70 УК РФ, а также на самостоятельное исполнение штрафа при определении окончательного наказания по совокупности преступлений или приговоров только в случае назначения штрафа в качестве основного наказания за одно из преступлений.

По преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, штраф является дополнительным видом наказания и порядок его исполнения урегулирован законодательно, в связи с чем, из приговора подлежит исключению указание суда на его самостоятельное исполнение.

Судьба вещественных доказательств определена в соответствии с положениями, предусмотренными ст. 81 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы стороны защиты, гражданский иск разрешен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а приведенные судом первой инстанции к тому мотивы сомнений в их правильности не вызывают.

Суд обоснованно удовлетворил исковые требования ФИО35, поскольку обстоятельства, на которых основаны их требования к ответчику, нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. При этом все изложенные в приговоре суда выводы достаточно подробно им мотивированы и основываются на исследованных доказательствах, которым суд дал надлежащую и правильную по существу правовую оценку, а поданная адвокатом апелляционная жалоба в контексте оспаривания указанного вопроса, не свидетельствует об их ошибочности.

То обстоятельство, что данная контрафактная продукция была изъята, вопреки доводам жалобы, не опровергает вывод суда о нарушении исключительных прав правообладателя товарных знаков и причинения ему ущерба (в виде упущенной выгоды), поскольку установлен факт приобретения, хранения, перевозки алкогольной продукции с целью дальнейшего сбыта.

Вместе с тем, приговор в части разрешения гражданского иска подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 11 ч. 4 ст. 44 УПК РФ гражданский истец вправе отказаться от предъявленного им гражданского иска. До принятия отказа от гражданского иска дознаватель, следователь, суд разъясняет гражданскому истцу последствия отказа от гражданского иска, предусмотренные ч. 5 ст. 44 УПК РФ.

Согласно ч. 5 ст. 44 УПК РФ отказ от гражданского иска может быть заявлен гражданским истцом в любой момент производства по уголовному делу, но до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора. Отказ от гражданского иска влечет за собой прекращение производства по нему.

В соответствии с пунктом 22 Постановления Пленума ВС РФ от 13 октября 2020 года «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», при отказе гражданского истца от иска, который может быть им заявлен в любой момент производства по уголовному делу, но до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, суд в соответствии с пунктом 11 части 4 статьи 44 УПК РФ разъясняет ему, что такой отказ влечет за собой прекращение производства по иску.

В суд апелляционной инстанции до удаления суда в совещательную комнату от представителя гражданского истца ФИО36 поступил отказ от иска в связи с тем, что истец претензий материального и морального характера к гражданскому ответчику ФИО1 не имеет. Последствия принятия отказа от иска и прекращения производства по делу ему разъяснены и понятны.

Заявление об отказе от исковых требований и ходатайство о прекращении уголовного дела подписаны надлежащим уполномоченным лицом, а их содержания подтверждают отсутствие каких-либо претензий.

Таким образом, истец добровольно отказался от исковых требований к ответчику, при этом отказ истца от исковых требований не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что правовые основания для отказа гражданского истца от иска соблюдены, имеются основания для принятия отказа от иска и прекращения производства по делу.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, допущено не было.

Руководствуясь 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Курчатовского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 изменить:

считать его осужденным по п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ - приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, в особо крупном размере и продажа немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками либо федеральными специальными марками, в крупном размере, исключив иную редакцию квалификации;

в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 180 УК РФ, признать обстоятельством, смягчающим его наказание иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему;

смягчить наказание назначенное осужденному по преступлению, предусмотренному п. «б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, до 1 (одного) года 11 (одиннадцати) месяцев лишения свободы, со штрафом в размере 90 000 (девяносто тысяч) рублей;

смягчить наказание назначенное осужденному по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 180 УК РФ, до 11 (одиннадцати) месяцев исправительных работ с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства ежемесячно;

на основании ч. 3 ст. 69, ч. 1 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года, со штрафом в размере 90 000 (девяносто тысяч) рублей;

на основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года, с сохранением обязанностей возложенных в приговоре;

исключить указание на самостоятельное исполнение дополнительного наказания в виде штрафа;

принять отказ от гражданского иска ФИО37 к ФИО2 о взыскании ущерба в размере 2013381 рубль, причиненного преступлением, предусмотренным ч. 1 ст. 180 УК РФ;

производство по гражданскому иску ФИО38 к ФИО2 прекратить на основании п. 11 ч. 4 ст. 44 УПК РФ.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Грековой Т.Ф. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных ходатайств через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ. В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные ходатайства подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае кассационного обжалования, лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи