Дело № 2-249/2020

УИД 22RS0067-01-2019-004636-83

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 февраля 2020 года г. Барнаул

Октябрьский районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Черемисиной О.С.,

при секретаре Кимяевой Н.Я.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи автомототранспортных средств, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Олейнику С.А., ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи автомототранспортных средств.

В обоснование исковых требований указала на то, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и Олейником С.А. заключен брак. Впоследствии супругами режим совместной собственности не изменялся, брачные договоры не заключались.

28 декабря 2012 года она и ФИО2 приобрели автомобиль 

<

данные изъяты>, 2012 года выпуска, VIN №. Договор купли-продажи заключал супруг ФИО2, дальнейшие регистрационные действия также производил он.

В дальнейшем в отношении ФИО2 в Межрайонном отделе судебных приставов по исполнению особо важным исполнительных производств УФССП по Алтайскому краю были возбуждены исполнительные производства имущественного характера о взыскании кредиторской задолженности на общую сумму более 6000000,00 руб., что послужило поводом для обращения судебного пристава-исполнителя с исковым заявлением о выделе доли должника из совместно нажитого имущества супругов. На момент обращения с иском в суд указанное заявление судебного пристава-исполнителя рассматривается судебной коллегией по гражданским делам Алтайского краевого суда по правилам производства в суде первой инстанции (дело № 33-7126/2019).

Вместе с тем, ей стало известно о том, что 22 марта 2017 года, незадолго до подачи искового заявления о выделе доли должника из совместно нажитого имущества супругов, между Олейником С.А. и его сестрой ФИО3 был заключен договор купли-продажи автомототранспортных средств (прицепа, номерного агрегата) №, в соответствии с которым ФИО2 продал ФИО3 автомобиль 

<

данные изъяты> за 2700000,00 руб.

При этом какого-либо согласия на заключение данной сделки она не выражала.

Кроме того, до сегодняшнего дня ФИО2 продолжает пользоваться спорным автомобилем, что и привело к тому, что она не знала и не могла знать о заключенном договоре купли-продажи и подтверждает то, что данная сделка не была направлена на возникновение правовых последствий в виде перехода права собственности.

Считает, что сделка купли-продажи автомобиля является недействительной, направлена на вывод транспортного средства из общей массы совместно нажитого имущества, что с учетом наличия гражданского дела № 33-7126/2019 существенно нарушает ее права и законные интересы. 

Удовлетворение данного иска позволит ей сохранить большую часть совместно нажитого имущества, причитающегося ей после его раздела, что восстановит баланс интересов сторон.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, положения ст.ст. 24, 166, 167, 170, 223, 224, 237, 255, 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 33, 34, 39, 45 Семейного кодекса Российской Федерации, ст. 69 ФЗ «Об исполнительном производстве», ФИО1 просит признать недействительным договор купли-продажи автомототранспортных средств (прицепа, номерного агрегата) № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Олейником С.А. и ФИО3

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО4 на удовлетворении исковых требований настаивал, ссылался на то, что сделка по отчуждению автомобиля совершена супругом истца Олейником С.А. без согласия истца, кроме того, данная сделка является мнимой, поскольку не была направлена на достижение последствий, которые свойственны сделкам купли-продажи имущества.

Представитель третьего лица финансового управляющего ФИО2 - ФИО5 против удовлетворения иска не возражал по тем основаниям, что удовлетворение заявленных требований повлечет увеличение имущественной массы ФИО2, за счет которого будут удовлетворены требования кредиторов.

Истец ФИО1, ответчики ФИО2, ФИО3 извещены о судебном заседании, участия не принимали.

Истцом представлено в суд заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Ответчиками поданы заявления о признании исковых требований ФИО1 

Определением Октябрьского районного суда г. Барнаула от 27 февраля 2020 года в принятии признания иска ответчиками Олейником С.А., ФИО3 отказано.

Третье лицо АО «Тойота Банк» извещено о судебном заседании в установленном порядке, просило о рассмотрении дела в отсутствие представителя банка, представило письменный отзыв, в котором против удовлетворения заявленных требований возражает по тем основаниям, что между АО «Тойота Банк» и Олейником С.А. был заключен кредитный договор от 25 декабря 2012 года, по которому Олейнику С.А. предоставлен кредит в размере 68 869,59 долларов США; в качестве залога заемщиком Олейником С.А. было предоставлено транспортное средство 

<

данные изъяты> на основании заключенного между банком и Олейником С.А. договора залога от 25 декабря 2012 года; 19 марта 2015 года сведения о залоге транспортного средства внесены в реестр залогов Федеральной нотариальной палаты; в связи с ненадлежащим исполнением Олейником С.А. обязательств по кредитному договору решением суда с него в пользу банка была взыскана задолженность по кредиту, а также обращено взыскание на заложенное транспортное средство, принадлежащее ФИО3; в целях принудительного исполнения судебного решения 15 ноября 2019 года и 20 января 2020 года возбуждены исполнительные производства, требования исполнительных документов до настоящего времени не исполнены; доказательств мнимости спорного договора купли-продажи истцом не представлено; при этом необходимости представления нотариального согласия супруга на отчуждение транспортного средства закон не предусматривает; кроме того, обращение взыскания на заложенное имущество в виде автомобиля является основным способом удовлетворения требований кредитора (залогодержателя), в связи с чем удовлетворение требований ФИО1 повлечет невозможность исполнения требований исполнительного листа об обращении взыскания на заложенное транспортное средство и нарушит права банка.

Суд с учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации счел возможным рассмотреть дело при указанной явке.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено в ходе рассмотрения дела судом, ДД.ММ.ГГГГ между истцом ФИО1 и ответчиком Олейником С.А. заключен брак.

Брак не расторгнут, брачного договора между супругами в отношении приобретенного в браке имущества не заключалось.

25 декабря 2012 года между Олейником С.А. и ЗАО «Тойота Банк» заключен кредитный договор №, по которому Олейнику С.А. предоставлен кредит в долларах США в размере 68 869,59 USD на срок до 25 декабря 2017 года включительно для приобретения автомобиля 

<

данные изъяты>, 2012 года выпуска, VIN №, на условиях передачи приобретаемого транспортного средства в залог банку.

В тот же день, 25 декабря 2012 года, между ЗАО «Тойота Банк» и Олейником С.А. заключен договор залога автомобиля 

<

данные изъяты>, по которому ФИО2 передал в залог банку транспортное средство, его залоговая стоимость определена в договоре в размере 144 231,71 USD. Сведения о залоге транспортного средства внесены залогодержателем в реестр залогов Федеральной нотариальной палаты, уведомление о возникновении залога движимого имущества № от 19 марта 2015 года.

30 июля 2015 года наименование банка изменено на АО «Тойота Банк».

22 марта 2017 года заложенный автомобиль 

<

данные изъяты> продан Олейником С.А. по договору купли-продажи № ФИО3 по цене 2 700 000,00 руб.

В тот же день автомобиль поставлен на регистрационный учет на имя ФИО3, о чем внесены сведения в паспорт транспортного средства.

В связи с неисполнением заемщиком принятых на себя обязательств по кредитному договору АО «Тойота Банк» обратилось в суд за взысканием кредитной задолженности, обращением взыскания на заложенное имущество.

В ходе рассмотрения судом иска банка ФИО3 был предъявлен встречный иск к АО «Тойота Банк», Олейнику С.А. о прекращении залога транспортного средства. 

Решением Октябрьского районного суда г. Барнаула от 27 мая 2019 года удовлетворены частично исковые требования АО «Тойота Банк». 

С ФИО2 в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору 

<

данные изъяты> от 25 декабря 2012 в размере 62 119,24 долларов США в рублевом эквиваленте по курсу Центробанка Российской Федерации на дату исполнения решения, в том числе остаток неисполненных обязательств по основному долгу в размере 48 047,30 долларов США, задолженность по просроченным процентам в размере 3 834 долларов США, неустойка за нарушение сроков уплаты основного долга в размере 9 282,21 долларов США, неустойка за нарушение сроков уплаты процентов в размере 955,73 долларов США. 

Обращено взыскание на автомобиль 

<

данные изъяты>, 2012 года, VIN №, принадлежащий ФИО3 

Определен способ реализации автомобиля в виде продажи с публичных торгов с установлением начальной продажной стоимости автомобиля в размере 2 699 790,00 руб.

В удовлетворении остальной части иска АО «Тойота Банк» отказано.

Встречный иск ФИО3 оставлен без удовлетворения.

Решение суда вступило в законную силу.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 18 сентября 2019 года апелляционная жалоба ФИО2 на решение суда оставлена без удовлетворения.

Разрешая спор в части заявленных требований об обращении взыскания на заложенное имущество, суд пришел к выводу о наличии оснований для обращения взыскания на заложенное имущество ввиду ненадлежащего исполнения обязательств по кредитному договору заемщиком Олейником С.А., сохранения залога после перехода прав на автомобиль по договору купли-продажи к ФИО3 в силу положений ст. 353 Гражданского кодекса Российской Федерации и не нашел оснований для признания ФИО3 добросовестным приобретателем транспортного средства и прекращения залога на основании положений подп. 2 п. 1 ст. 352 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С данными выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции.

В целях принудительного исполнения судебного решения о взыскании кредитной задолженности, обращения взыскания на автомобиль в отношении ФИО2, ФИО3 возбуждены исполнительные производства.

20 ноября 2019 года ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, в котором просит признать недействительным заключенный между Олейником С.А. и ФИО3 договор купли-продажи автомобиля 

<

данные изъяты> от 22 марта 2017 года, мотивируя свои требования тем, что транспортное средство было совместно приобретено ею с супругом Олейником С.А., на отчуждение транспортного средства согласия не давала, о заключенном договоре купли-продажи транспортного средства ей известно не было; в результате отчуждения транспортного средства уменьшена масса совместно нажитого имущества супругов, соответственно ее супружеская доля; кроме того, сделка купли-продажи является мнимой, поскольку фактически не исполнялась.

Согласно п.п. 1, 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту также - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Статьей 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу п. 1 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

Пунктом 2 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктом 2 ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Исходя из буквального содержания абз. 1 п. 2 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Приведенная норма права обращена на определение правового режима распоряжения имуществом, приобретенным супругами в браке, направлена на обеспечение стабильности гражданского оборота, а также защиты интересов кредиторов в правоотношениях с контрагентами, состоящими в брачных отношениях.

Сделка по продаже транспортного средства как движимого имущества не требует регистрации, не имеет обязательной нотариальной формы. Согласно п. 1 ст. 161 ГК РФ сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки, должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения.

Таким образом, отчуждение автомобиля не является сделкой, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, для совершения которых п. 3 ст. 35 СК РФ требуется получение нотариально удостоверенного согласия другого супруга. В отношении сделки купли-продажи транспортного средства действует законом установленная презумпция согласия супруга на ее совершение. 

Абзацем 2 п. 2 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу закона, бремя доказывания осведомленности супруга о несогласии на совершение сделки купли-продажи транспортного средства лежит на истце.

Между тем, истец ФИО1 в своем иске ссылалась лишь на то обстоятельство, что какого-либо согласия на заключение сделки она не давала. 

На это же обстоятельство ссылался в судебном заседании представитель истца.

Вместе с тем, в данном конкретном случае правовое значение имеет совершение супругом сделки при наличии несогласия другого супруга, о чем супруг, совершающий сделку знал на момент совершения сделки или объективно должен был знать; при этом данные обстоятельства должны быть доказаны супругом, обращающимся в суд за признанием такой сделки недействительной. 

Соответственно, само по себе отсутствие согласия истца на отчуждение ответчиком Олейником С.А. транспортного средства юридического значения не имеет и не может являться основанием для признания сделки недействительной.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ (пункт 86 Постановления).

Исходя из смысла приведенных норм, направленных на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота, акта их толкования, существенными характеристиками мнимой сделки является то, что стороны совершают сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена, по мнимой сделке стороны преследуют иные, чем указано в договоре, цели. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, фактически ее не исполняли, ввиду чего правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникают. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. 

В соответствии с п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно положениям ст. 11 ГК РФ, ст. 3 ГПК РФ судебной защите подлежит нарушенное либо оспариваемое право или охраняемый законом интерес.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Вместе с тем, доказательств в подтверждение доводов о мнимом характере заключенного договора истцом не представлено.

Напротив, из материалов дела следует, что ФИО3 обращалась в суд за судебной защитой своих прав как собственника транспортного средства. В рамках гражданского дела по иску АО «Тойота Банк» к Олейнику С.А., ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество, предъявляла самостоятельные встречные требования к АО «Тойота Банк», Олейнику С.А. о прекращении залога транспортного средства. 

При этом встречные требования ФИО3 мотивировала тем, что 22 марта 2017 года между ней и ФИО2 был заключен договор купли-продажи транспортного средства 

<

данные изъяты>, одновременно являющийся актом приема-передачи, согласно которому право собственности на автомобиль перешло к ФИО3; цена транспортного средства составила 2700000,00 руб.; до приобретения автомобиля она убедилась, что автомобиль зарегистрирован в ГИБДД, в угоне не числится, не обременен правами третьих лиц; сведения о выбытии автомобиля из владения предыдущего собственника помимо его воли, о подделке, скрытии, изменении, уничтожении маркировки, нанесенной на автомобиль организацией-изготовителем, подделке документов, регистрационных знаков отсутствуют; она полностью рассчиталась с Олейником С.А. за приобретенный автомобиль; поскольку она не знала и не могла знать о наличии в отношении приобретаемого ей транспортного средства обременения в виде залога, то в связи с переходом права собственности к ней в силу положений ст. 352 ГК РФ залог в отношении автомобиля прекратился.

В рамках указанного гражданского дела судебными инстанциями был установлен факт перехода права собственности на автомобиль от ФИО2 к ФИО3

Кроме того, как следует из записей в паспорте транспортного средства, ФИО3 неоднократно совершала в отношении автомобиля смену регистрационных знаков, о чем имеются соответствующие отметки в паспорте.

Помимо того, в материалах дела имеется отчет об оценке рыночной стоимости автомобиля от 07 октября 2019 года, из которого усматривается, что заказчиком выступала ФИО3 Договор на проведение оценки имущества заключен 07 октября 2019 года, т.е. после рассмотрения судами первой и апелляционной инстанций гражданского дела по иску АО «Тойота Банк» к Олейнику С.А., ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество, встречному иску ФИО3 к АО «Тойота Банк», Олейнику С.А. о прекращении залога транспортного средства (решение принято по делу 27 мая 2019 года, апелляционное определение – 18 сентября 2019 года).

При этом, ФИО2 в рамках рассмотрения указанного дела права ФИО3 как собственника транспортного средства не оспаривал, соответствующих требований в защиту собственного права собственности на транспортное средство не заявлял. 

Разрешая настоящий иск, суд также учитывает следующее.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения приведенных выше требований, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК Ф).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу этого принципа недозволенными (неправомерными). 

Как установлено, в настоящем случае обращение в суд с настоящим иском о признании сделки купли-продажи недействительной, имеющим как следствие приведение сторон сделки в первоначальное положение, последовало после вступления в законную силу решения о взыскании кредитной задолженности, обращении взыскания на заложенное имущество, возбуждения исполнительных производств по принудительному исполнению судебного постановления. Однако, в результате предъявления такого иска отдаляется, а равно ставится под сомнение судебная защита прав кредитора АО «Тойота Банк» на получение исполнения по состоявшемуся в его пользу судебному решению, что свидетельствует о том, что обращение в суд с настоящим иском влечет нарушение прав и законных интересов кредитора.

Доводы истца о нарушении ее прав в результате уменьшения имущественной массы, нажитой супругами в период брака, соответственно уменьшения ее доли в супружеском имуществе, судом не могут быть признаны состоятельными по следующим основаниям.

В соответствии с п.п. 1, 3 ст. 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям.

Из указанного следует, что имущественным правам супругов корреспондируют имущественные обязанности по их общим долгам.

В данном конкретном случае транспортное средство приобретено на целевой кредит. Обстоятельства приобретения транспортного средства с использованием данного финансового источника известны истцу с момента его покупки, что следует из пояснений представителя истца в судебном заседании. При таких обстоятельствах, поскольку в подобной ситуации объекту имущества корреспондирует совместное долговое обязательство, то само по себе уменьшение супружеской доли в имущественной массе, в его буквальном значении, не происходит, возникновение права на долю в имуществе в такой ситуации влечет возникновение у супруга долга в соответствующей доле (обязательства по его компенсации в будущем). Намерения о погашении долга по кредиту в соответствующей части истцом в ходе рассмотрения дела не высказано.

Принимая во внимание указанное, оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не имеется.

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи автомототранспортных средств оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Барнаула в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья О.С. Черемисина