Административное дело № 2а-130/2019/ч 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

21 мая 2019 года город Черняховск 

Калининградский гарнизонный военный суд в составе председательствующего судьи Марчука А.А., при секретаре судебного заседания Покась А.П., с участием административного истца, его представителя ФИО3, заинтересованного лица ФИО17 рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО4 об оспаривании решения начальника отдела № 3 (г. Калининград) (далее - Отдел) ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее - ЗРУЖО) об отказе в принятии на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении членов его семьи, 

установил:

ФИО4 обратился в суд с заявлением, в котором просит признать незаконным решение начальника Отдела от 01 февраля 2019 года об отказе в принятии на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания, его супруги ФИО6. и сына ФИО1 и обязать ответчика поставить их на соответствующий учет. 

В обоснование своих требований истец указал, что он более двадцати лет проходит военную службу по контракту. 01 февраля 2019 года решением начальника Отдела он признан нуждающимся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма по избранному месту жительства в г. Калининграде, а его супруге и сыну в этом отказано на том основании, что они совершили действия по намеренному ухудшению жилищных условий, выразившиеся в прекращении права пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес> и с этого момента не истек срок, предусмотренный статьей 53 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ). Полагая свои права нарушенными, ФИО4, основываясь на положениях жилищного законодательства, утверждал, что намеренного ухудшения жилищных условий членами его семьи не совершалось. 

В суде ФИО4 настаивал на удовлетворении своих требований и дополнил, что его супруга с сентября 2015 года с момента заключения брака, а сын с рождения 

<

данные изъяты> фактически проживали с ним по месту его службы: первоначально - в служебной квартире в 

<

адрес>, а затем (с лета 2017 года) в съемной квартире в г. 

<

адрес>, зарегистрироваться в которых они не имели возможности, поскольку на то требовалось согласие в первом случае - Отдела, а во втором - собственника снимаемого жилья. 

Представитель истца ФИО3 требования своего доверителя поддержала, заявив, что его супруга и сын имеют право на принятие на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания, поскольку прав на иные жилые помещения у них нет и действий, направленных на ухудшение своих жилищных условий, они не совершали.

Заинтересованное лицо ФИО6 заявила о необходимости удовлетворения иска ее супруга, пояснив, что в квартире родителей в 

<

адрес> реально не проживает уже более 15 лет, в связи с чем отказалась от участия в его приватизации в 2006 году. После заключения брака она переехала в служебную квартиру супруга в 

<

адрес>, откуда какое-то время ежедневно ездила на работу в 

<

адрес>. Тогда же в связи с тяжелым протеканием беременности она находилась под постоянным наблюдением врачей и неоднократно помещалась на стационарное лечение. После предоставления отпуска по беременности и родам в мае 2016 года она стала проживать с супругом постоянно. Сын также с рождения жил с ними. Несмотря на то, что ФИО1 ни дня не проживал в квартире по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> отсутствием иной возможности он был там зарегистрирован до января 2018 года. В дальнейшем, в связи с тем, что это требовалось для получения компенсации за поднаем жилья в 

<

адрес>, они с ребенком снялись с соответствующего учета и были зарегистрированы по месту дислокации войсковой части №. Помимо этого ФИО6 сообщила, что, выехав из квартиры родителей, она общего хозяйства с ними не вела, коммунальные и иные платежи не оплачивала, более того, у нее с ними в настоящее время сложились напряженные отношения.

Представитель ЗРУЖО и Отдела ФИО7 в своих возражениях заявленные требования не признал и просил в их удовлетворении отказать по доводам и основаниям, изложенным в решении заместителя начальника Отдела от 01 февраля 2019 года.

Административные ответчики, извещенные о времени и месте судебного заседания своевременно и в надлежащей форме, в суд не явились, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявили. В соответствии с частью 6 статьи 226 Кодекса административного производства Российской Федерации (далее - КАС РФ) суд рассмотрел административное дело в их отсутствие. 

Выяснив позицию участников процесса, исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Согласно копиям удостоверения личности, паспортов, свидетельств о заключении брака и о рождении, контракта о прохождении военной службы, выпискам из послужного списка и домовой книги ФИО4 с августа 1998 года по настоящее время проходит военную службу по контракту и имеет общую продолжительность военной службы более 20 лет. Семья ФИО11 (брак зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ) состоит из трех человек: его лично, супруги ФИО11 ФИО8 и сына ФИО1, 

<

данные изъяты> года рождения. Указанные лица с 01 февраля 2018 года зарегистрированы по адресу войсковой части № 

<

адрес>. 

Копией поквартирной карточки подтверждается, что административный истец с 24 сентября 2010 года по 31 июля 2017 года был зарегистрирован в жилом помещении по адресу: 

<

адрес> качестве нанимателя. 

Из копии поквартирной карточки, лицевого счета от 12 марта 2019 года № 1529 усматривается, что супруга административного истца с 20 мая 1987 года, а сын с 05 октября 2016 года по 26 января 2018 года были зарегистрированы в жилом помещении по адресу: 

<

адрес>, находящемся согласно копиям свидетельств о регистрации права №, договору приватизации и передаточному акту, с июня 2006 года в долевой собственности родителей ФИО6 - ФИО8 и ФИО15. 

Копии договоров найма жилого помещения от 01 декабря 2017 года, 01 января 2018 года и 01 января 2019 года удостоверяют тот факт, что семья административного истца, состоящая из трех человек, пользуется жилым помещением по адресу: 

<

адрес>.

Согласно медицинской книжке, а также сообщениям Государственных бюджетных учреждений здравоохранения калининградской области «Гвардейская центральная районная больница» и «Черняховская центральная районная больница» ФИО1 с момента выписки из родильного дома по июль 2017 года и в дальнейшем по настоящее время состоял на учете в соответствующих детских поликлиниках по прикреплению на медицинское обслуживание. 

Допрошенный в суде свидетель ФИО9 показал, что является другом семьи ФИО11, в связи с чем ему достоверно известно, что последние стали совместно проживать с сентября 2015 года. Первоначально ФИО6 ежедневно ездила на работу в 

<

адрес>, а с весны следующего года в связи с отпуском по беременности и родам постоянно находилась в 

<

адрес>, убывая из него только по медицинским показателям. Сын ФИО1 проживал с ними с рождения. В 2017 году в связи с переводом к новому месту службы семья административного истца переехала в 

<

адрес>.

Из копии заявления ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он обратился в Отдел с просьбой принять его с составом семьи 3 человека на учет для обеспечения жилым помещением по избранному месту жительства в 

<

адрес>. 

Копии уведомления и решения заместителя начальника Отдела от 01 февраля 2019 года № свидетельствуют о том, что ФИО2 единолично принят на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания. Тем же решением отказано во включении в соответствующий единый реестр членов семьи административного истца: супруги и сына на основании пункта 3 части 1 статьи 54 ЖК РФ, так как не истек предусмотренный статьей 53 ЖК РФ срок с момента совершения ими действий по намеренному ухудшению жилищных условий, выразившихся в прекращении права пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>.

Разрешая административный иск по существу, суд руководствуется следующими нормативными правовыми актами. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее - Закон) государство гарантирует военнослужащим предоставление жилых помещений или выделение денежных средств на их приобретение в порядке и на условиях, которыми устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. 

Военнослужащим - гражданам, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанным нуждающимися в жилых помещениях, по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более, (к которым относится административный истец) федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, предоставляются жилищная субсидия или жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом по избранному постоянному месту жительства и в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными статьей 15.1 Закона. Военнослужащие - граждане признаются федеральным органом нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным статьей 51 ЖК РФ, в порядке, утверждаемом Правительством Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 5 пункта 5 статьи 2 Закона к членам семьи военнослужащих, на которых распространяются социальные гарантии, установленные этим Законом, если иное не установлено другими федеральными законами, относятся, наряду с иными, супруга (супруг) и несовершеннолетние дети. 

Согласно части 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации, пункту 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации забота о детях, их воспитание является не только правом, но и обязанностью родителей. 

Местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, как то следует из части 2 статьи 20 ГК РФ, признается место жительства их родителей.

Исследованные в суде доказательства (в частности, медицинская документация, показания свидетеля, объяснения лиц, участвующих в деле) свидетельствуют о том, что ФИО1 с рождения постоянно проживал совместно с родителями. Причем, в квартиру, принадлежащую на праве собственности ФИО8, ребенок никогда не вселялся и права собственности на данное жилое помещение никогда не приобретал, а был лишь в данном жилом помещении зарегистрирован до января 2018 года.

Согласно закону право членов семьи военнослужащего на получение жилья от военного ведомства производно от права самого военнослужащего.

В связи с изложенным, поскольку административным ответчиком признано наличие у ФИО2 права быть обеспеченным жилым помещением по избранному месту жительства, то такое же право на законных основаниях имеет и его сын ФИО1 и, следовательно, иск в данной части подлежит удовлетворению.

Разрешая требования искового заявления в части, касающейся ФИО6, суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 4 статьи 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования последним за бывшим членом семьи его собственника не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Вместе с тем, в соответствии со статьей 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» действие положений части 4 статьи 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Согласно статье 2 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения на условиях договора социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных названным Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Поскольку приватизация жилого помещения возможна только при обязательном согласии на нее всех совершеннолетних членов семьи нанимателя, в том числе бывших членов семьи нанимателя (часть 4 статьи 69 ЖК РФ), то при прекращении семейных отношений с собственником приватизированного жилого помещения за бывшим членом семьи собственника, реализовавшим свое право на бесплатную приватизацию, сохраняется право пользования приватизированным жилым помещением. 

Исходя из изложенного, вывод начальника Отдела о наличии у ФИО6 права проживания в квартире, на передачу которой в собственность родителям она дала согласие в 2006 году, является верным. 

Статьей 53 ЖК РФ установлено, что граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых они могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения таких действий.

Оценив исследованные по делу доказательства, суд находит не убедительными заявления стороны истца о том, что ФИО6 намеренно не ухудшала свои жилищные условия, так как прекратила право пользования жилым помещением своих родителей в связи с выездом к месту прохождения супругом военной службы, тем самым реализуя свое право на совместное проживание с членами своей семьи, поскольку она не только более двух лет после вступления в брак сохраняла в этой квартире постоянную регистрацию, но и зарегистрировала там в 2016 году сына. Эти конклюдентные действия заинтересованного лица указывают на сохранение ее интереса к названной недвижимости.

Более того, снявшись в январе 2018 года с регистрационного учета в квартире в 

<

адрес> в декабре того же года она изъявила желание получить жилье в том же населенном пункте уже в составе семьи своего супруга. 

Анализ приведенных обстоятельств позволяет суду сделать вывод о том, что довод обжалуемого решения начальника Отдела о намеренном ухудшении ФИО6 своих жилищных условий и о неистечении с указанных действий пятилетнего срока является обоснованным, в связи с чем в удовлетворении требований иска в данной части надлежит отказать.

Руководствуясь статьями 175-180 и 227 КАС РФ, 

решил:

Заявленные ФИО4 требования удовлетворить частично.

Признать незаконным решение начальника отдела № 3 (г. Калининград) ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации от 01 февраля 2019 года № в части отказа в принятии на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях ФИО1.

Обязать начальника отдела № 3 (г. Калининград) ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации в десятидневный срок со дня вступления решения суда в законную силу принять на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания, ФИО1 в составе семьи военнослужащего ФИО4.

В удовлетворении остальной части административного искового заявления ФИО4 отказать.

В соответствии со статьей 111 КАС РФ взыскать с ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации в пользу ФИО4 понесенные им расходы по уплате государственной пошлины за обращение в суд в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Балтийский флотский военный суд через Калининградский гарнизонный военный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий 

Решение суда в окончательной форме принято 24 мая 2019 года.