Дело № 2-8/2020

УИД 22RS0008-01-2019-000465-09

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 сентября 2020 года г. Заринск

Заринский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего О.В. Дзюбенко,

при секретаре Т.П. Селивановой,

с участием прокурора Е.П. Шмыревой 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная городская больница г. Заринск» о взыскании морального вреда в связи со смертью, а также в связи с некачественным и несвоевременным оказанием медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная городская больница г. Заринск» о взыскании морального вреда в связи со смертью, а также в связи с некачественным и несвоевременным оказанием медицинской помощи.

В обоснование иска, с учетом уточнений, указано, что 16.08.2017 в отделении реанимации КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» скончался отец истца ФИО3

10.11.2017 следователем Заринского межрайонного следственного управления Следственного комитета по Алтайскому краю возбуждено уголовное дело №11702010012673631 по признакам преступления предусмотренного ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое 10.10.2018 прекращено в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В ходе предварительного следствия была произведена документальная проверка качества и безопасности медицинской деятельности при оказании медицинской помощи ФИО3 с привлечение экспертов Росздравнадзора в области «нейрохирургии» и «неврологии», по результатам которой, согласно акту проверки от 08.11.2017, выявлено множество нарушений обязательных требований законодательства в сфере здравоохранения.

Невыполнение обязательных требований законодательства в сфере здравоохранения сотрудниками КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» способствовало наступлению смерти ФИО3

В связи со смертью отца, а также, в связи с оказанием ему несвоевременной и некачественной медицинской помощи истец испытал глубокие моральные страдания.

В связи с изложенным, руководствуясь положениями ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит суд взыскать с ответчика в его пользу денежную компенсацию морального вреда в связи со смертью в размере 1000000 руб., а так же денежную компенсацию морального вреда в связи некачественным и несвоевременным оказанием медицинской помощи в размере 1000000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца – ФИО4 поддержали исковые требования в полном объеме.

Представители ответчика КГБУЗ «Центральная городская больница г. Заринск» ФИО5, ФИО6 не согласились с исковыми требованиями в полном объеме, просили в удовлетворении иска отказать. 

Третьи лица, будучи извещенным о времени и месте судебного заседания, в суд не явились.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным и подлежащим удовлетворению с определением размера денежной компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, исследовав материалы дела, проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п.п. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии со ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» Министерством здравоохранения Российской Федерации вынесены: приказ от 15.11.2012 № 926н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы», приказ от 15.11.2012 № 931н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Нейрохирургия»» и приказ от 15.11.2012 № 919н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Анестезиология и реаниматология».

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных положений Конституции Российской Федерации и правовых норм, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием его обращения в суд с требованием о компенсации причиненного ему морального вреда явилось некачественное оказание ФИО3 (отцу ФИО1) медицинской помощи в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск», приведшее, по мнению истца, к смерти отца.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст.ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Пунктом 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст.ст. 1064-1101) и статей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 110 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абз. 2 п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3 и 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация - КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» - должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи (не качественно и не в полном объеме) и смертью его отца ФИО3

Как следует из материалов дела в период с 10.08.2017 по 12.08.2017 фельдшерами отделения скорой медицинской неотложной помощи КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» осуществлялись выезды к пациенту ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, предъявлявшего жалобы на головную боль давящего характера, слабость. Из анамнеза выяснено, что накануне в течение двух недель ФИО3 употреблял алкоголь, принимал цитрамон. В ходе осмотра ФИО3 установлен предварительный диагноз 

<

данные изъяты>, рекомендовано обратиться к наркологу, показаний для госпитализации не установлено.

12.08.2017 в 04 часа 28 минут ФИО3 была вновь вызвана скорая медицинская помощь при осмотре было выявлено повышение артериального давления до 140/80 мм рт.ст., иных отклонений установлено не было. Для снижения артериального давления назначен гипотензивный препарат - Капотен, 25 мг. С диагнозом «

<

данные изъяты>» рекомендовано обращение терапевту и наркологу, а при ухудшении состояния - повторный вызов скорой медицинской помощи. 

Повторный вызов скорой медицинской помощи осуществлен 12.08.2017 в 10 часов 59 минут, со слов ФИО3 дополнительно установлено, что накануне, кроме длительного употребления алкоголя, возможно, получил травму головы, для снятия головной боли принимал обезболивающие, спазмолитические, седативные средства (фенозепам), от которых эффекта не отмечал. При осмотре неврологические расстройства отсутствовали. С целью подтверждения диагноза «

<

данные изъяты>» ФИО3 была показана консультация невролога, предложена госпитализация от которой он отказался.

В 14 часов 32 минуты 12.08.2017 состояние ФИО3 резко ухудшилось с угнетением сознания, что потребовало вызова скорой медицинской помощи. На момент осмотра (14 часов 55 минут) выявлены грубые неврологические расстройства – кома, анизокория. 

12.08.2017 в 15 часов 25 минут ФИО3 поступил в терапевтическое отделение КГБУЗ «Центральная городская больница г. Заринска» с диагнозом «Травма головы неутонченная», осмотрен терапевтом, реаниматологом, травматологом, установлен предварительный диагноз «Острое нарушение мозгового кровообращения по ишемическому типу? Закрытая черепно-мозговая травма? Энцефалопатия интоксикационного генеза?».

Осмотр неврологом произведен 14.08.2017. 

16.08.2017 при развитии отрицательной динамики, после устной консультации нейрохирурга проведено хирургическое лечение – декомпрессивная трепанация в правой теменно-височной области удалением подстрой субдуральной гематомы 

16 часов 40 минут 16.08.2017 ФИО3 умер. 

10.11.2017 следователем Заринского межрайонного следственного управления Следственного комитета по Алтайскому краю возбуждено уголовное дело №11702010012673631 по признакам преступления предусмотренного ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое 10.10.2018 прекращено в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 22.09.2018 № 202 труппа ФИО3, 

<

данные изъяты> года рождения, при судебно-медицинской экспертизы трупа гр-на ФИО7 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> года рождения, обнаружены следующие повреждения:

Тупая закрытая черепно-мозговая травма: кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой справа (50 мл по клиническим данным); кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой в проекции правой лобной, теменной, затылочной доле (35гр); множественные мелкоточечные и очаговые кровоизлияния на внутренней поверхности твердой мозговой оболочки головного мозга; очаговое кровоизлияние под мягкой мозговой оболочкой в правой лобной доле; очаговое кровоизлияние под мягкой мозговой оболочкой в теменной доле справа; кровоизлияние под мягкой мозговой оболочкой в височной доле справа; очаговое кровоизлияние под мягкой мозговой оболочкой в затылочной доле справа; кровоизлияние под мягкой мозговой оболочкой в лобной доле слева; ушиб головного мозга в теменной доле справа с множественными мелкоточечными кровоизлияниями; множественные очаговые кровоизлияния с деструкцией вещества головного мозга в подкорковых узлах справа и слева, с умеренным перифокальным отеком, кровоизлияние в мягкие ткани в правой теменной области; кровоизлияние в височную мышцу справа, которые возникли от действия твердого тупого предмета ( предметами), возможно, как при ударе каким-либо твердым тупым предметом, так при падении и ударе о какой-либо твердый тупой предмет, причинили в совокупности тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, стоят в прямой причиной связи со смертельным исходом. Повреждение причинено за 1-2 недели, до момента проведения оперативного вмешательства (п. 1.1. экспертного заключения).

Ссадина в теменной области слева, полосовидной формы; ссадина в лобной области слева, полосовидной формы, три кровоподтека на внутренней поверхности в нижней трети левого плеча, неправильно-овальной формы; ссадина на задней поверхности в нижней трети левого предплечья, полосовидной формы; ссадина на передней поверхности левого коленного сустава, неправильно-овальной формы, которые возникли от действия твердого тупого предмета, возможно, как при ударе, так при неоднократном падении с высоты собственного роста и ударом о какой-либо твердый тупой предмет.

Учитывая характер ссадин в теменной области слева; в лобной области слева; на задней поверхности в нижней трети левого предплечья; на передней поверхности левого коленного сустава (покрыты корочками буро-красного цвета, выше уровня неповрежденной кожи, с отслаиванием), цвет кровоподтеков на внутренней поверхности в нижней трети левой плеча ( сине-зеленого цвета), данные медицинской документации ( медицинская карта стационарного больного за № из терапевтического отделения КГБУЗ « ЦГБ г Заринск» на имя ФИО7 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> года рождения), эксперт полагал, что повреждения причинены в короткий промежуток времени, незадолго, до поступления в стационар (п. 1.2 экспертного заключения).

Смерть гр-на ФИО7 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> года рождения, наступила 

<

данные изъяты>

Учитывая множественность повреждений у потерпевшего, их локализацию по различным анатомическим областям тела, эксперт полагал, что получение всех в совокупности повреждений при однократном падении с высоты собственного роста и ударом о твердый тупой предмет - исключено. Также эксперт полагал, что ФИО3 было причинено 

<

данные изъяты>.

Из протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 20.11.2017 следует, что 12.08.2017 при вызове бригады неотложной помощи было сообщено о том, что четыре дня назад ФИО3 упал назад головой, возможно сотрясение мозга. 

В ходе предварительного следствия по уголовному делу была произведена документальная проверка качества и безопасности медицинской деятельности при оказании медицинской помощи ФИО2 с привлечение экспертов Росздравнадзора в области «нейрохирургии» и «неврологии», по результатам которой, согласно акту проверки от 08.11.2017, выявлено множество нарушений обязательных требований законодательства в сфере здравоохранения.

По результатам проверки выявлены нарушения обязательных требований, установленных нормативно-правовыми актами (с указанием положений (нормативных) правовых актов):

1. В нарушение положений ч. 2 ст. 64, ст.ст. 37, 79 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пп. а) п. 5 постановления Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», п.3.9.1/ 3.18.1 приказа Минздрава России от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» не соблюдены критерии оценки качества медицинской помощи:

3.9.1. Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при остром нарушении мозгового кровообращения (коды по МКБ - 10:160 -163; G45; G46).

- не выполнен осмотр врачом-неврологом не позднее 10 минут от момента поступления в стационар;

- не выполнена компьютерная томография головы или магнитно- резонансная томография головы с описанием и интерпретацией результата не позднее 40 минут от момента поступления в стационар;

- не выполнена компьютерно-томографическая ангиография и/или магнитно-резонансная ангиография и/или рентгеноконтрастная ангиография церебральных сосудов (при субарахноидальном кровоизлиянии);

- не выполнен системный внутривенный тромболизис не позднее 40 минут от момента установления диагноза (при ишемическом инсульте при наличии медицинских показаний и отсутствии медицинских противопоказаний);

- не выполнена спинномозговая пункция и исследование спинномозговой жидкости (при наличии менингеальной симптоматики и отсутствии признаков кровоизлияния по данным компьютерной томографии или магнитно-резонансной томографии головы);

- не выполнена консультация врача-нейрохирурга не позднее 60 минут от момента установления диагноза внутричерепного кровоизлеяния;

3.18.1. Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при черепно-мозговой травме (коды по МКБ - 10: S02.0; S06; S07.1; S07.8):

- не выполнена компьютерная томография головного мозга не позднее 3 часов от момента поступления в стационар;

- не выполнена контрольная компьютерная томография или магнитно- резонансная компьютерная томография (при хирургическом вмешательстве по поводу внутричерепной гематомы);

В нарушение положений ст.ст. 37, 79 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пп. «а») п. 5 постановления Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», приказа Минздравсоцразвития России от 01.08.2007 № 513 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с инсультом (при оказании специализированной помощи)» не назначено и не выполнено:

- спинномозговая пункция (определение крови в спинномозговой жидкости, исследование уровня глюкозы в спинномозговой жидкости, исследование уровня, белка в спинномозговой жидкости, исследование, физических свойств спинномозговой жидкости микроскопическое исследование спинномозговой жидкости, подсчет клеток в счетной, камере);

- определение протромбинового (тромбопластинового) времени в крови или в плазме;

- определение резус-принадлежности;

- определение антител к Treponema pallidum;

- определение антигена HBsAg Hepatitis В virus;

- определение антител класса М, G к Hepatitis С virus;

- определение антител класса М, G к Human immunodeficiency virus HIV 1

- определение антител класса М, G к Human immunodeficiency virus HIV 2.

В нарушение положений ст.ст. 37, 79 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пп. «а») п. 5 постановления Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (заисключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», приказа Минздрава России от 29.12.2012 № 1692н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при внутримозговом кровоизлиянии (консервативное лечение)» не назначено и не выполнено:

- исследование концентрации водородных ионов (pH) крови;

- исследование уровня кислорода крови;

- определение резус-принадлежности;

- определение антител к Treponema pallidum;

- определение антигена HBsAg Hepatitis В virus;

- определение антител класса М, G к Hepatitis С virus;

- определение антител класса М, G к Human immunodeficiency virus HIV 1;

- определение антител класса М, G к Human immunodeficiency virus HIV 2;

- компьютерная томография головы;

- компьютерно-томографическая ангиография одной анатомической области;

- прием (консультация) врача-клинического фармаколога;

- осмотр (консультация) врача-физиотерапевта;

- Исследование уровня липопротеинов в крови;

- исследование уровня липопротеинов низкой плотности;

- определение протромбинового (тромбопластинового) времени в крови или плазме;

- исследование уровня углекислого газа в крови;

- объективная аудиометрия. 

В нарушение положений ст.ст. 37, 79 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пп. «а») п. 5 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», приказа Минздрава России от 07.11.2012 № 635н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при внутричерепной травме» не назначено и не выполнено:

- прием (осмотр, консультация) врача-оториноларинголога первичный;

- прием (осмотр, консультация) врача-офтальмолога первичный;

- прием (осмотр, консультация) врача-психиатра первичный;

- исследование уровня хлоридов в крови;

- исследование уровня этанола в сыворотке крови;

- определение резус-принадлежности;

- исследование времени свертывания нестабилизированной крови или рекальцификации плазмы неактвированное;

- проведение реакции Вассермана (RW);

- определение антигена к вирусу гепатита В (HBeAg Hepatitis В virus) в крови;

- определение антигена к вирусу гепатита В (HBsAg Hepatitis В vims) в крови;

- определение антигена к вирусу гепатита В (HBeAg Hepatitis В virus) в крови;

- определение антител классов М, G (IgM, IgG) к вирусному гепатиту С (Hepatitis С virus) в крови;

- определение антител классов М, G (IgM, IgG) к вирусу иммунодефицита человека ВИЧ-1 (Human immunodeficiency vims HIV в крови;

- определение антител классов М, G (IgM, IgG) к вирусу иммунодефицита человека ВИЧ-2 (Human immunodeficiency virus HIV в крови;

- биомикроскопия глазного дна;

- оптическое исследование сетчатки с помощью компьютерного анализатора;

- ультразвуковое исследование головного мозга;

- электроэнцефалография;

- дихотическое прослушивание.

В нарушение положений ст.ст. 37, 79 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пп. «а») п. 5 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», п. 19 приказа Минздрава России от 15.11.2012 № 926н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы», п. 20 приказа Минздрава России от 15.11.2012 № 931н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «нейрохирургия», приказа Минздрава России от 07.11.2012 № 635н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при внутричерепной травме», приказа Минздрава России от 29.12.2012 № 1692н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при внутримозговом кровоизлиянии (консервативное лечение)», приказа Минздравсоцразвития России от 01.08.2007 №513 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с инсультом (при оказании специализированной помощи)» медицинская помощь оказывалась не в соответствии со стандартами медицинской помощи.

В нарушение ст.ст. 37, 79 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пп. «а») п. 5 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», п. 16 приказа Минздрава России от 15.11.2012 № 926н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы», п.п. 7, 15, 22 приказа Минздрава России от 15.11.2012 № 931н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «нейрохирургия» при наличии медицинских показаний (подозрение на черепно-мозговую травму) лечение больного с заболеваниями нервной системы не проводят с привлечением врача-специалиста- нейрохирурга (консультация нейрохирурга проводят только на 4 день нахождения в стационаре); при невозможности оказания медицинской помощи в рамках первичной специализированной медико-санитарной помощи и наличии медицинских показаний больной не направлен в медицинскую организацию, оказывающую специализированную медицинскую помощь по профилю «нейрохирургия»; больной с черепно-мозговой травмой средней тяжести и тяжелой черепно-мозговой травмой не направлен специализированными выездными бригадами реанимационного и нейрохирургического профилей в медицинские организации, оказывающие медицинскую помощь по профилю «нейрохирургия», для оказания специализированной медицинской в стационарных условиях.

В нарушение ст. ст. 37, 79 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пп. «а») п. 5 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», приказа Минздрава России от 15.11.2012 № 928н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения»: медицинская помощь больному оказывалась в условиях терапевтического отделения врачами - терапевтами, в организации отсутствует техническая возможность проведения - МРТ- исследования головного мозга (компьютерной томографии головного мозга). Не организовано назначение: дуплексное сканирование экстракраниальных отделов брахиоцефальных сосудов, дуплексное сканирование транскраниальное, мониторинг неврологического статуса в палате (блоке) реанимации и интенсивной терапии и мониторинг соматического статуса, включающий контроль за функцией сердечно-сосудистой, дыхательной системы и системы гомеостаза (реже 1 раза в 4 часа).

В нарушение ст. 48, ч. 1 ст. 64, ст. 90 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», пп. «а») п. 5 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», п.п. 4.6, 4.8, 4.9, 4.10 приказа Минздравсоцразвития России от 05.05.2012 № 502н «Об утверждении порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации» порядок осуществления внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности не соблюдается. Врачебной комиссией не выявлены нарушения при оказании медицинской помощи ФИО3 Отсутствует протокол решения врачебной комиссии в карте стационарного больного (ФИО3).

Неотмеченные врачебной комиссией нарушения свидетельствуют о ненадлежащем уровне внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в медицинской организации и неисполнением в полном объёме функций врачебной комиссией (с указанием характера нарушений; лиц, допустивших нарушения).

Выдано предписание об устранении выявленных нарушений от ДД.ММ.ГГГГ № 125.

В рамках уголовного дела была проведена судебно-медицинская экспертиза. В соответствии с экспертным заключением КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от 08.10.2018 № 197/2018, изучив материалы уголовного дела № 11702010012673631по факту наступления смерти ФИО3, 

<

данные изъяты> года рождения медицинские документы на его имя, в соответствии с вопросами, поставленными на разрешение экспертизы, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к следующим выводам:

Причиной смерти ФИО3 явилась 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Согласно «Карте вызова скорой медицинской помощи» № 4809 от 10.08.2017 из КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск», предъявляемые ФИО3 жалобы, анамнестические данные, клинические проявления не противоречили диагнозу «

<

данные изъяты>», установленному пациенту бригадой скорой медицинской помощи.

По медицинским показаниям, в связи с данным диагнозом и состоянием больного (средней тяжести), для уточнения характера имеющихся патологических изменений и определения дальнейшей тактики ведения ФИО3, ему, в соответствии с нормативно-правовыми документами, правильно была предложена транспортировка для госпитализации в стационар, от которой пациент отказался. При этом, в нарушение ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», данный отказ не оформлен должным образом: отсутствуют подписи больного (или законного его представителя) и медицинского работника в карте.

В соответствии с установленным диагнозом, больному был дан правильный совет обратиться к наркологу.

В соответствии с данными «Карты вызова скорой медицинской помощи» № 4891 от 12.08.2017 (время приема вызова в 04 часа 28 минут) из КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск», жалобы, анамнестические и клинические данные не противоречили диагнозу «Артериальная гипертензия 2 степени, риск 2. Алкогольная интоксикация», установленному пациенту бригадой скорой медицинской помощи.

В связи с данным диагнозом и нормативно-правовыми документами, больному по медицинским показаниям был проведен осмотр фельдшерами, выполнена электрокардиография (на которой данных за острую коронарную патологию не было), дана таблетка гипотензивного препарата капотен (25 мг) под язык, рекомендовано принимать назначения участкового терапевта и обратиться к наркологу. После оказанной медицинской помощи состояние больного улучшилось: величина АД снизилась до «рабочего уровня» 120/80 мм рт. ст.

Во всех вышеуказанных медицинских документах отсутствуют какие-либо данные (жалобы, анамнез, изменения в неврологическом статусе и пр.), позволяющие судить о возможном наличия у пациента черепно-мозговой травмы.

С учетом вышеизложенного, а также учитывая удовлетворительное состояние больного, медицинские показания для госпитализации ФИО3 в стационар отсутствовали.

Согласно «Карте вызова скорой медицинской помощи» № 4898 от 12.08.2017 (время приема вызова 10.59) из КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск», предъявляемые жалобы, анамнез и клинические данные не противоречили диагнозу «

<

данные изъяты>», установленному пациенту бригадой скорой медицинской помощи.

В соответствии с нормативно-правовыми документами и установленным диагнозом, с учетом состояния ФИО3 (средней тяжести), больному фельдшером проведен осмотр (в том числе с целью обнаружения телесных повреждений - не установлены), правильно была предложена госпитализация в стационар - для определения дальнейшей тактики ведения пациента, от чего ФИО3 отказался. Однако, в нарушение ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», данный отказ не оформлен должным образом: отсутствуют подписи больного (или законного его представителя) и медицинского работника в указанной «Карте».

В связи с вышеизложенным, больному правильно была рекомендована консультация невролога.

В соответствии с данными «Карты вызова скорой медицинской помощи» № 4908 от 12.08.2017 (время приема вызова 14 часов 32 минуты ) из КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск», анамнез и клинические проявления не противоречили диагнозу «Травма головы неуточненная», установленному ФИО3 бригадой скорой медицинской помощи.

В соответствии с нормативно-правовыми документами и клиническими данными (состояние тяжелое, сознание отсутствует), пациента по медицинским показаниям, с кислородной поддержкой в автомобиле скорой медицинской помощи, доставили в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск».

Согласно данным «Медицинской карты № 1701310461 стационарного больного» из КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск», анамнестические данные и клинические симптомы не противоречили диагнозу «

<

данные изъяты>», установленному пациенту при поступлении в терапевтическое отделение этого стационара в 15 часов 25 минут ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с данным диагнозом, состоянием здоровья пациента (тяжелое - крайне тяжелое, сознание - кома), ФИО3, в соответствии с нормативно-правовыми документами, по медицинским показаниям - после осмотра врачом-реаниматологом - был переведен из терапевтического отделения в реанимационное отделение указанного стационара. В соответствии с данным диагнозом, пациент осматривался врачами разных специальностей в динамике, ему проводились необходимые диагностические мероприятия: рентгенография костей черепа (костно-травматической патологии не установлено), эхоэнцефалоскопия (без смещения срединных структур головного мозга); соответствующая консервативная терапия (нейропротективная, антибактериальная, инфузионная, симптоматическая терапия - нейрокс, цефотаксим, р-р сульфата магния, лизиноприл и пр.), должный уход. После консультации врача-нейрохирурга 16.08.2017, ФИО3 в этот же день были проведены операции: декомпрессивная трепанация в правой теменно-височной области с удалением подострой субдуральной гематомы, наложение поискового фрезевого отверстия в левой теменной области. После выполнения этих оперативных вмешательств пациенту врачами больницы правильно был установлен послеоперационный диагноз «

<

данные изъяты>».

При этом, в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения российской Федерации от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», при остром нарушении мозгового кровообращения у взрослых необходимо провести следующее: осмотр врачом-неврологом не позднее 10-ти минут от момента поступления в стационар, компьютерная томография головы или магнитно-резонансная томография головы с описанием и интерпретацией результата не позднее 40-ка минут от момента поступления в стационар, консультация врача-нейрохирурга не позднее 60-ти минут от момента установления диагноза внутричерепного кровоизлияния, спинномозговая пункция и исследование спинномозговой жидкости; при черепно-мозговой травме у взрослых необходимо выполнение компьютерной томографии головного мозга не позднее 3-х часов от момента поступления в стационар.

Однако, в нарушение этого Приказа и других нормативно-правовых документов, компьютерная томография головного мозга и спинномозговая пункция ФИО3 в этом стационаре не были проведены, осмотр врачом-неврологом и врачом-нейрохирургом выполнен запоздало: 14.08.2017 и 16.08.2017 соответственно, то есть через двое и четверо суток после поступления пациента в стационар.

Данные недочеты в оказании медицинской помощи, наряду с невозможностью установить обстоятельства травмы вследствие нарушенного сознания больного, стертой клинической картиной черепно-мозговой травмы и отсутствием «травматических меток» на голове, отсутствием патологических изменений при рентгенографии костей черепа и эхоэнцефалоскопии, не позволили врачам КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск» своевременно диагностировать имевшуюся у ФИО3 черепно-мозговую травму и вовремя провести вышеуказанное соответствующее оперативное лечение.

Данные недостатки оказания медицинской помощи способствовали ухудшению состояния здоровья пациента и благоприятствовали наступлению его смерти.

В случае своевременного и в полном объеме выполнения всех вышеизложенных диагностических мероприятий и оперативного лечения, был возможен благоприятный исход - сохранение жизни больного.

Для определения тяжести вреда здоровью, вызванной ненадлежащим оказанием медицинской помощи, необходимо установить прямую причинно-следственную связь между недостатками оказания медицинской помощи и наступлением неблагоприятного исхода. Иными словами, прямая причинно-следственная связь может быть установлена, если надлежащее оказание медицинской помощи однозначно позволило избежать наступления неблагоприятного исхода.

В данном случае, судебно-медицинская экспертная комиссия указала, что при подобных тяжелых черепно-мозговых травмах, даже при условии своевременного и в полном объеме проведенных диагностических и лечебных мероприятий, не исключено развитие отека и набухания головного мозга с дислокационным синдромом и наступлением смертельного исхода у пациентов.

Учитывая вышеизложенное, судебно-медицинская экспертная комиссия считала, что в данном случае неблагоприятный исход (смерть ФИО3) был обусловлен как тяжестью имевшейся у него черепно-мозговой травмы, так и запоздалыми и не в полном объеме проведенными диагностическими исследованиями и, как следствие, несвоевременным выполнением оперативного вмешательства в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск». Таким образом, вышеуказанное является основанием для вывода об отсутствии прямой причинно-следственной связи между вышеизложенными недостатками медицинской помощи, оказанной ФИО3 в этом стационаре, и неблагоприятными последствиями, приведшими к его смерти.

Вывод об имевшихся нарушениях при оказании медицинской помощи содержится и заключении Международного бюро судебных экспертиз, оценки и медиации от 18.09.2018 № П142-08/2018, проведенной на основании постановления о назначении дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы.

Так экспертами указано, что осложнение в виде сдавления головного мозга субдуральной гематомой в правой тем указанноенно-височной области, отека и дислокации головного мозга произошло в результате черепно-мозговой травмы, полученной ФИО3 на догоспитальном этапе (до госпитализации в стационар КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск»), предположительно во время употребления им алкоголя. Хроническая печеночная недостаточность, гепатомегалия, хронический панкреатит, хронический холецистит, кардиомиопатия (токсического генеза), энцефалопатия сложного генеза вызваны длительным злоупотребление алкоголем. Выявленные осложнения заболеваний ФИО3 не являются результатом действия врачей.

При поступлении ФИО3 в стационар 12.08.2017 в 15 часов 25 минут дежурным терапевтом обоснованно и своевременно заподозрена черепно-мозговая травма, но окончательно (до оперативного вмешательства) правильный и своевременный диагноз, согласно соблюдению п. 2.2, п. 3.9.1. и п. 3.18.1 Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», не был установлен.

Невозможность установления правильного диагноза до оперативного вмешательства обусловлено отсутствием своевременной консультации врача - нейрохирурга и проведения компьютерной томографии головного мозга.

Лечение ФИО3 в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» с 12.08.2017 по 16.08.2017, согласно Приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2012 № 931н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «нейрохирургия» и Приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», было проведено не в полном объеме, несвоевременно проведено хирургическое лечение, а именно «Декомпрессивная трепанация в правой теменно-височной области, удаление подострой субдуральной гематомы».

Имелись ли объективные возможности предотвращения неблагоприятных последствий в виде смерти ФИО3 установить не представлялось возможным, так как последствия вмешательства в биологические процессы отдельного организма невозможно оценить, потому что это зависит от индивидуальных особенностей организма в процессах течения и исхода различных патологических состояний, от компенсаторных возможностей организма, от наличия и влияния различных неблагоприятных фаторов окружающей среды, в данном случае наличие закрытой черепно-мозговой травмы, ее тяжесть, объем, давность образования, время, прошедшее от момента получения травмы до госпитализации и оперативного вмешательства, а также наличие иных сопутствующих неблагоприятных факторов, таких как длительная алкогольная интоксикация и вызванные этим патологические процессы, а именно хроническая печеночная недостаточность, гепатомегалия, хронический панкреатит, хронический холецистит, кардиомиопатия (токсического генеза), энцефалопатия сложенного генеза.

При оказании медицинской помощи ФИО3 выявлены следующие нарушения:

- не выполнение требований ст. 48 Федерального закона от 21.11.2011 №323-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (Врачебная комиссия м консилиум врачей: Врачебная комиссия создается в медицинской организации в целях совершенствования организации оказания медицинской помощи, принятия решений в наиболее сложных и конфликтных случаях по вопросам профилактики, диагностики, лечения и медицинской реабилитации... Консилиум врачей - совещание нескольких врачей одной и нескольких специальностей, необходимое для установления состояния здоровья пациента, диагноза, определения прогноза и тактики медицинского обследования и лечения, целесообразности направления в специализированные отделения медицинской организации или другую медицинскую организацию и для решения иных вопросов в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом);

- не выполнение п.п. 7, 15, и 22 Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2012 № 931н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «нейрохирургия» (п. 7 Первичная медико-санитарная помощь предусматривает:.. . Первичная специализированная медико-санитарная помощь осуществляется врачом-нейрохирургом... п. 15 При поступлении в медицинскую организацию для оказания медицинской помощи в стационарных условиях больной с заболеванием или состоянием нейрохирургического профиля осматривается в приемном отделении врачом - нейрохирургом.... п. 22.. . Больные с черепно-мозговой травмой средней тяжести и тяжелой черепно-мозговой травмой направляются выездными специализированными выездными бригадами реанимационного и нейрохирургического профилей в медицинские организации, оказывающие медицинскую помощь по профилю «нейрохирургия», для оказания специализированной медицинской, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи в стационарных условиях.);

- нарушение выполнения пп. «и» и п. 5 п. 3.18.1 Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (п/п. и), п.2.2.. . принятие при затруднении установления клинического диагноза и (или) выбора метода лечения решением консилиума врачей с оформлением протокола и внесением в стационарную карту... п/п 5 п.3.18.1 Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при черепно-мозговой травме: выполнение компьютерной томографии головного мозга не позднее 3 часов от момента поступления в стационар);

- нарушение выполнения п. 6.2, п. 6.2.1 «Клинических рекомендаций лечения пострадавших с тяжелой черепно-мозговой травмой» от 27.11.2014 (п. 6.2. Хирургическое лечение острых субдуральных гематом: При острой субдуральной гематоме объемом более 40см толщиной более 10мм или смещении срединных структур более 5 мм необходимо хирургическое удаление гематомы независимо от уровня бодрствования... п.6.2.1 Сроки и методы операции: Пострадавшим с острой субдуральной гематомой при наличии показаний к операции хирургическое вмешательство должно быть выполнено в экстренном порядке...).

Допрошенный в ходе рассмотрения настоящего дела эксперт: ФИО14 суду пояснила, что при поступлении пациента в больницу, необходимо было произвести осмотр неврологом, осмотр и (или) консультация нейрохирурга, сделать КТ и МРТ головного мозга, люмбальную пункцию, если они не могли сделать это сами, то необходимо было направить больного в более специализированные медицинские учреждения, где есть такое оборудование. Пациент был слишком поздно осмотрен неврологом, только на второй день. Консультация с нейрохирургом была проведена на четвертые сутки, то есть слишком поздно. Диагностика в КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск» была запоздалой в том числе и в части проведения хирургического вмешательства. Указано экспертом и на то, что своевременное диагностирование и лечение могло сохранить жизнь больному, но при таких травмах абсолютной уверенности в этом нет. 

В соответствии со ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Поскольку между сторонами возник спор о своевременном, а также полном объеме оказанной работниками медицинского учреждения услуги, несогласия представителя ответчика с проведенными в рамках уголовного дела экспертизами, в целях определения наличия причинной связи между смертью ФИО3 и ненадлежащим оказанием КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» услуги, определением Заринского городского суда Алтайского края от 02.10.2019 по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено ГБУЗ КООТ «Новокузнецкое клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы».

В соответствии с заключением от 30.06.2020 № 60 судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к следующим выводам:

При поступлении в 15 часов 25 минут 12.08.2017 в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» больной осмотрен терапевтом, реаниматологом, травматологом, что соответствовало нормативным актам. В соответствии с клиническими проявлениями (тяжелое состояние, неврологические расстройства - кома), установлен предварительный диагноз «

<

данные изъяты> требующий уточнения. Согласно порядкам оказания медицинской помощи (п. 15 приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2012 № 931н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «нейрохирургия», п. 14 приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2012 № 926н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы»), при наличии угрожающего жизни состояния (глубокой комы) ФИО3 обоснованно (т.е. по показаниям) госпитализирован в реанимационное отделение. По результатам рентгенографии костей черепа, проведенной при поступлении, данных за перелом костей черепа не получено. Каких-либо видимых повреждений на волосистой части головы не отмечено. Для уточнения диагноза необходимо было провести более информативное исследование - СКТ головного мозга (п. 3.18.1 Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», клинические рекомендации «Лечение тяжелых черепно-мозговых травм» от 27.11.2014), которое ФИО3 выполнено не было. Кроме того, ФИО3 была показана консультация врача - невролога. Согласно нормативным документам, представленным материалам дела, данным медкарты, при отсутствии невролога в отделении лечащим врачом в день поступления по телефону была проведена консультация неврологом КЦМК, по результатам которой рекомендовано наблюдение за состоянием пациента, лечение по месту госпитализации. С целью предотвращения осложнений (отека головного мозга, полиорганной недостаточности) ФИО3 по показаниям в адекватном объеме проводилась ИВЛ, консервативная терапия (нейро- протективная, антибактериальная, инфузионная, противоотечная), то есть тактика консервативного лечения была правильной.

Согласно данным медкарты, осмотр неврологом проведен 14.08.2017, то есть на вторые сутки после поступления. При отсутствии невролога лечение осуществляется терапевтом после консультации неврологом, что и было выполнено до осмотра неврологом. По данным эхоэнцефалоскопии (УЗИ головного мозга), проведенной 12.08.2017 (дневниковая запись травматолога) и повторно 14.08.2017 смещения срединных структур выявлено не было, что при наличии объективного симптома сдавления мозга (анизокории) ставит под сомнение достоверность результата данного исследования.

В связи с тяжестью состояния, опасностью дислокации (вклинения) стволовых структур головного мозга проведение люмбальной пункции, транспортировка в специализированный стационар для оказания высокотехнологичной медпомощи ФИО3 были противопоказаны. 

Кроме того, в соответствии с вышеуказанными клиническими рекомендациями. ФИО3 было показано хирургическое лечение, решение о проведении которого принято лишь 16.08.2017 при развитии отрицательной динамики после устной (по телефону) консультации нейрохирургом ЭНХО БСМП г. Барнаула. ФИО3 16.08.2017 в 11 часов 05 минут – 11 часов 55 минут проведена хирургическая операция - декомпрессивная трепанация в правой теменно-височной области с удалением подострой субдуральной гематомы (объемом 50 мл), наложение поискового фрезевого отверстия в левой теменной области. В послеоперационном периоде состояние ФИО3 оставалось тяжелым с прогрессированием гемодинамических нарушений на фоне введения кардиотонических средств (дофамина 20 мг/кг), в 16 часов 05 минут констатирована смерть больного.

Смерть ФИО3 наступила от отека и набухания вещества головного мозга вследствие тупой закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияний под оболочки головного мозга, в вещество мозга теменной доли правого полушария, что подтверждается характерными морфологическими данными, выявленными при судебно-медицинском и гистологическом исследовании.

На основании вышеизложенного, эксперты пришли к заключению о том, что при оказании медицинской помощи ФИО3 в КГБУЗ «Центральная городская больница г.Заринск» были допущены нарушения стандартов, порядков, выразившиеся в недооценке объективных данных (наличие симптома сдавления мозга - анизокории), неполном объеме обследования (непроведения СКТ головного мозга), которые привели к отсроченной диагностике внутричерепного, кровоизлияния и позднему проведению оперативного вмешательства. Комиссия считала, что при наличии дислокационного синдрома с проявлениями глубокой кома 3 ст, прогноз для жизни ФИО3 уже на момент поступления был крайне неблагоприятным. Дефекты оказания медицинской помощи в КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Заринск» не сыграли существенной роли в наступлении неблагоприятного исхода, обусловленного черепно-мозговой травмой, а лишь усугубили течение осложнений (отека головного мозга). Таким образом, между дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО3 отсутствует прямая причинно-следственная связь.

У суда не имеется оснований не доверять выводам комиссии экспертов, поскольку эксперты не заинтересованы в исходе дела, эксперты дали обоснованное и объективное заключение, что свидетельствует о всестороннем производстве экспертизы, при этом экспертами были соблюдены требования ст.ст. 85-86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, более того, эксперты, при даче заключения, предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Эксперты являются лицами, обладающими специальными познаниями в данной области и имеют право на осуществление экспертной деятельности. Заключения экспертов сторонами не оспаривалось.

Частью 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении»).

Из приведенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое должно оцениваться судом не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами и в системе действующих положений закона. 

По мнению суда, совокупностью доказательств по делу установлен факт непрямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи между не оказанием КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» медицинских услуг в надлежащем объеме и качестве, как от него требовалось при ведении ФИО3 с указанной клинической картиной заболевания, а также факт того, что КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» не предприняло необходимых и возможных мер по надлежащему оказанию медицинской услуги пациенту, в том числе выразившиеся в недооценке объективных данных, неполном объеме обследования, которые привели к отсроченной диагностике внутричерепного кровоизлияния и позднему проведению оперативного вмешательства, как того требуют положения Приказов Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2012 № 926н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы» и № 931н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «Нейрохирургия»». 

Судом отмечается, что ответчиком не представлено доказательств того предприняло ли медицинское учреждение все необходимые и возможные меры по спасению пациента (ФИО3) из опасной для его жизни ситуации, а также того, что выявленные нарушения оказания медицинской помощи не способствовали развитию неблагоприятного исхода, не представлено суду и доказательств, подтверждающих, что при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса не имелось возможности оказать больному необходимую и своевременную помощь. Между тем в соответствии с п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации именно на ответчике лежала обязанность доказывания своей невиновности в смерти ФИО3 и причинении морального вреда ФИО1

Ссылка представителей ответчиков на выполнение всех необходимых мероприятий со ссылкой на приказ Главного управления Алтайского края от 01.11.2012 № 1000 суд находит несостоятельной по следующим основаниям.

Как следует из ответа Министерства здравоохранения Алтайского края от 3.09.2019 № 04-05/342, ВП/2723.

Приказ Главного управления Алтайского края по здравоохранению и фармацевтической деятельности №1000 от 01.11.2012 «О дальнейшем совершенствовали скорой специализированной медицинской помощи» определяет алгоритм действий при проведении консультаций больным с тяжелой экспериментальной патологией как врачами специалистами ОЭКМП КЦМК, так и врачам лечебно-профилатического учреждения (далее по тексту также – ЛПУ) не зависимо от их наличия или отсутствия в штате ЛПУ.

Кроме того, в Приказе (приложение 2) указаны поводы для обращения за скорой специализированной (санитарно-авиационной) медицинской помощи ОЭКМП КЦМК: отсутствие специалиста нужного профиля, недостаточная квалификация врача специалиста, трудности диагностики, тяжесть заболевания.

Доведение приказов Министерства до ЛПУ осуществляется путем рассылки по корпоративной почте, порядок ознакомления сотрудников в ЛПУ определяется администрацией ЛПУ самостоятельно.

Варианты решений о тактике ведения больного принимаются ЛПУ исходя из состояния пациента.

В соответствии с ч.5 ст. 70 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента, в том числе явившемся причиной смерти пациента (т. 2 л.д. 100). 

В ходе рассмотрения дела представитель ответчика ссылался на то обстоятельство, что на момент поступления ФИО3 в больницу невролог отсутствовал, а именно у него закончился рабочий день, а последующие дни были выходные, в связи с чем было принято решение обратиться к специалистами ОЭКМП КЦМК. 

В тоже время суду не представлено доказательств того, что отсутствовал возможность привлечь медицинского работника к работе в выходной день в случае экстренной необходимость, а именно спасения жизни пациента. 

Кроме того таких оснований как: недостаточная квалификация врача специалиста (невролога), трудности диагностики, тяжесть заболевания в качестве основания для обращения к специалистами ОЭКМП КЦМК не приводилось. 

Как следует из аудиозаписи разговора от 12.08.2017 (17 часов 27 минут) информация предоставленная специалисту ОЭКМП КЦМК была недостаточной для постановки правильного диагноза, а именно врачом неврологом ОЭКМП КЦМК неоднократно указывалось на то, что ей не предоставлен неврологический статус больного, и в ходе беседы ей неоднократно указывалось на необходимость проведении дополнительных исследования (люмбальной пункции, УЗИ внутренних органов), а также необходимость осмотра пациента неврологом, офтальмологом, получения консультации нейрохирурга. Врачом консультантом указано на то, что больной является нетранспортабельным и необходимо вызвать врача невролога для установления неврологического статуса и взятия люмбальной пункции. Однако дежурным врачом отделения реанимации КГБУ «Городская больница, г. Заринск» было указано, что в выходные специалисты не вызываются поскольку им не производиться оплата, а без невролога при наличии отека головного мозга он самостоятельно люмбальную пункцию брать не будет. Также как следует из записи, рекомендованное лечение было основано на принципе не причинения еще большего вреда пациенту при отсутствии необходимой информации для постановки диагноза. Из разговора следует, что звонок дежурным врачом отделения реанимации КГБУ «Центральная городская больница, г. Заринск» был произведен для наличия документального подтверждения их факта обращения в ОЭКМП КЦМК («Я в общем для записи позвонил»). За рекомендованной врачом специалистом консультацией нейрохирурга ни 12.08.2019, ни 13.08.2017 специалисты КГБУ «Центральная городская больница, г. Заринск» в ОЭКМП КЦМК не обращались. Также судом отмечается, что при общении с врачом неврологом последнему не было сообщено о наличии при поступлении у пациента анизокории (объективного синдрома сдавления мозга). 

Как следует из аудиозаписи разговора от 14.08.2017 (11 часов 25 минут) неврологом КГБУ «Центральная городская больница, г. Заринск» было сообщено о возможной травме головы у больного (по сообщению матери, падал, ударялся о спинку кровати), наличии анизокории, а также об отсутствии по данным эхоэнцефалоскопии (УЗИ головного мозга) смещений срединных структур выявлено не было и задан вопрос о необходимости выполнения рекомендованной ранее специалистом ОЭКМП КЦМК люмбальной пункции. Специалистом ОЭКМП КЦМК с учетом получения сведений о том, что по данным эхоэнцефалоскопии (УЗИ головного мозга) смещения срединных структур выявлено не было, было указано на возможность внесения в медицинские документы записи о том, что в связи с тяжелым состоянием больного от люмбальной пункции решено было воздержаться, также рекомендовано внести запись о том, что нельзя исключить наличие травмы, а также рекомендовано консервативное лечение. При этом как следует из заключения ГБУЗ КООТ НКБСМЭ от 30.06.2020 № 60-ком тот факт, что по данным эхоэнцефалоскопии, проведенной 12.08.2017 и повторно 14.08.2017 смещения срединных структур выявлено не было, при наличии объективного синдрома сдавления мозга (анизокории) ставит по сомнение достоверность данного исследования. По окончании разговора с неврологом специалист просила соединить ее с нейрохирургом, однако ввиду отсутствия его на рабочем месте (вероятно занятость в операционной) разговор не состоятся. Записей об обращении за консультацией к нейрохирургу 14.08.2017, 15.08.2017 отсутствуют. 

Таким образом, по мнению суда, специалисты ОЭКМП КЦМК лишены возможности обеспечить надлежащую консультацию по ведению лечения больного ФИО3 12.08.2017 и 14.08.2017 ввиду непредставления достаточной информации для правильной постановки диагноза, а также предоставления недостоверной информации относительно отсутствия смещения срединных структур. 

Также судом отмечается, что внесенные в медицинские документы ФИО3 записи по результатам консультаций со специалистами ОЭКМП КЦМК, которым не была предоставлена полная информация о состоянии больного, могли несоответствовать фактическому состоянию больного и сложить неверное представление у экспертов, при проведении судебной экспертизы, о возможности или невозможности проведения определенных медицинских манипуляций. 

Кроме того, согласно ч.ч. 2, 5 ст. 70 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных ч. 4 ст. 47 названного федерального закона (донорство органов и тканей человека и их трансплантация (пересадка)). Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента.

Однако суду не представлено допустимых и относимых доказательств того, были ли предприняты лечащим врачом, а также иными сотрудниками КГБУ «Центральная городская больница, г. Заринск» все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного обследования пациента в целях установления правильного диагноза, определению и установлению симптомов имевшегося у ФИО3 заболевания, правильности организации обследования пациента и лечебного процесса.

Судом обращается внимание на то, что учитывая состояние ФИО3 (глубокая кома) при которой он был нетронспортабелен, а также невозможность оказания помощи на мести ввиду отсутствия специалиста (отсутствие невролога в выходной день), лечащему врачу надлежало принять решение о направлении бригады ОЭКМП.

Также как следует из Приложения № 2 к приказу Главного управления Алтайского края по здравоохранению и фармацевтической деятельности от 01.11.2012 № 1000 «О дальнейшем совершенствовании скорой специализированной помощи» направление бригады ОЭКМП осуществляется только по письменной заявке главного врача медицинской организации, по указанию начальника ГУ АК ЗФД или его заместителей. Показаниями к выезду бригады ОЭКМП КЦМ и его филиалов являются: угрожающие жизни больного состояние здоровья при отсутствии в ЛПУ высококвалифицировнных специалистов или необходимых условий для оказании экстренной медицинской помощи тяжелому больному; неэффективность терапии и прогрессирующее ухудшение состояния больного; трудность диагностики; чрезвычайная ситуация. 

Однако суду не было представлено доказательств обращения главного врача КГБУ «Центральная городская больница, г. Заринск» с письменной заявкой о выезде бригады ОЭКМП КЦМ. Учитывая вышеизложенное, является необоснованным и довод представителя ответчика о том, что специалист ОЭКМП КЦМ должен был самостоятельно принять решение о направлении специалиста для осмотра и лечения больного. 

Указание на то, что диагноз черепно-мозговая травма был поставлен под вопросом, так как при поступлении больного отсутствовали какие-либо признаки возможной травмы, в связи с чем не возможно было принято решение об оперативном лечении также не может быть принято судом во внимание.

Как следует из протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 20.11.2017, 12.08.2017 при вызове бригады неотложной помощи было сообщено о том, что четыре дня назад ФИО3 упал назад головой, возможно сотрясение мозга. Аналогчные сведения были получены бригадой срочной медицинской помощи при выезде. 

Из судебно-медицинской экспертизы трупа от 22.09.2018 № 202, следует, что у ФИО3 имелись следующие видимые повреждения: 

<

данные изъяты>

Ссылка представителей ответчика на то, что ссадины образовались в результате того, что ФИО3 брили перед операцией какими либо доказательствам не подтверждены. 

С учетом вышеуказанного ссылка представителей ответчика об отсутствии у ФИО3 видимых повреждений, препятствовавших своевременной диагностике черепно-мозговой травмы, является безоснвовательной. 

Также не может быть принят во внимание довод представителей ответчика о том, что диагностика черепно-мозговой травмы ба затруднена в связи с тем, что при рентгенограмме костей черепа и эхоэнцефалоскопии данных за наличие травмы получено не было, поскольку рентгенограмма ни суду, ни экспертам не представлена. Кроме того достоверность эхоэнцефалоскопии, проведенной 12.08.2017 и повторно 14.08.2017, поставлена экспертами по сомнение.

Не принимается судом и довод представителя ответчика о том, что согласно акта проверки № 1054933 от 13.12.2017 было установлено, что предписание от 08.11.2017 № 125 выполнено в полном объеме, поскольку в уведомлении об устранении выявленных нарушений по результатам вышеуказанного предписания указано на:

проведение проработки приказов главного врача ГКБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» на общебольничной конференции 28.11.2017, а также на издание приказов 27.11.2017, т.е. уже после смерти ФИО3, 

на соблюдение критериев оценки качества медицинской помощи п.п. 3.9.1, 3.18.1, проведений спинномозговой пункции, электроэнцефалоскопии, выполнение необходимых исследований, проведение консультаций необходимых специалистов (невролог, нейрохирург и т.д.), а также на выполнение иных мер, направленных на устранение выявленных нарушений, со ссылкой на медицинские карты других больных, а также на принятие организационных мер (рассмотрение коммерческих предложений, на приобретение оборудование).

Таким образом, данные документы свидетельствуют о том, что ответчиком принимались меры для устранения выявленных нарушениях, а также о том, что при ведении ряда больных данные нарушения не допускались, однако это не свидетельствует о том, что предписание от 08.11.2017 № 125, которым были установлены нарушения, при ведении лечения больного ФИО3 являлось незаконным или необоснованным. 

Кроме того вывод о наличии нарушений стандартов, порядка оказания медицинской помощи ФИО3 нашли отражение в трех экспертных заключениях, которые стороной ответчика опровергнуты не были. 

Несмотря на отсутствие между дефектами оказания медицинской помощи КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» ФИО3 и наступлением его смерти прямой причинно-следственной связи, при оказании медицинской помощи был допущен ряд дефектов, которые усугубили течение соложений (отека головного мозга), способствовали ухудшению состояния и благоприятствовали наступлению смерти, поскольку больному были необходимы своевременные консультации специалистов для уточнения диагноза и своевременное оказания медицинской помощи в виде оперативного вмешательства, допущенные дефекты снижали эффективность лечебных мероприятий. При том, что в таком случае имелась бы возможность оказания больному специализированной медицинской помощи и сохранение его жизни, что подтверждено пояснениями допрошенного в ходе судебного заседания эксперта и согласуется с заключением проведенных по делу судебных экспертиз. Тем самым, при правильной организации стороной ответчика лечебного процесса в КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» имелась бы возможность оказать ФИО3 необходимую и своевременную помощь. Доказательств обратного стороной ответчика не приведено.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что работниками КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» были допущены дефекты оказания медицинской помощи, в связи с чем ответчик не может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности за наступившие последствия, поскольку доказательств отсутствия вины ответчика в причинении морального вреда ФИО1 в связи со смертью его отца – ФИО3 медицинская помощь которому оказана ненадлежащим образом (не в полном объеме) суду не представлено, равно как и не доказан факт того, что КГБУЗ «Центральная городская больница, г. Заринск» предприняло необходимые и возможные меры по спасению пациента из опасной для его жизни ситуации.

Не основан на законе и довод о том, что наличие недостатков оказания ФИО3 медицинской помощи не является основанием для компенсации ФИО1 морального вреда, 

Законодатель, закрепив в ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно п. 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексм и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В абз 2 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абз. 3 п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10).

Истец при рассмотрении дела в суде указывал на то, что в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи и произошедшей в результате данных действий смерти отца причинен моральный вред, выразившийся в переживаемых им нравственных страданиях.

Судом учтено, что здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи. 

Являясь сыном пострадавшего ФИО3, ФИО1 в связи с наблюдением за его страданиями во время нахождения отца на стационарном лечении, которое производилось с нарушением стандартов оказания медицинской помощи, безусловно переживал за его жизнь, испытывал страх за его здоровье и тревогу за его жизнь, и как следствие, претерпел нравственные страдания, обусловленные последствиями ненадлежащего оказания медицинской помощи, осознание того, что отца можно было спасти оказанием своевременной и квалифицированной медицинской помощи, причиняет ему дополнительные нравственные страдания. Моральный вред истцу в виде нравственных страданий был обусловлен также не достижением запланированного результата лечения (выздоровление отца), а при смерти ФИО3 было нарушено и неимущественное право члена его семьи на обладание родственными и семейными связями, на семейную жизнь.

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуется положениями ст.151, ч.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что ненадлежащее оказание медицинской помощи, переживаемые в связи с этим страдания, обусловленные осознанием того, что отца можно было спасти при оказании своевременной и квалифицированной медицинской помощи, и смерть близкого человека привела к невосполнимой утрате семейных связей, является тяжелейшим событием в жизни, гибель отца сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, с учетом характера нравственных страданий, причиненных истцу, тяжесть переживаний в связи с утратой отца, обстоятельства, характеризующие степень близости истца с отцом, его возраст, а также объем выявленных дефектов оказания медицинской помощи и характер нарушений со стороны ответчика, принципы конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст.21 и 53 Конституции Российской Федерации), исходя из конкретных обстоятельств данного дела, а также учитывая требования разумности и справедливости, размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению истцу следует определить в 400 000 руб., заявленный размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению в сумме 2 000 000 руб., с учетом того, что требование о компенсации морального вредя ввиду ненадлежащего оказания медицинских услуг и требование о компенсации морального вредя в связи со смертью являются взаимосвязанными, суд считает завышенным. Взыскиваемая сумма, с учетом особо близких отношений отца и сына, в совокупности с объемом вины ответчика, по мнению суда, соразмерна пережитым страданиям истица компенсирует причиненный ему вред. Приходя именно к такому размеру компенсации суд также учитывает, что в добровольном порядке ответчик никаких возмещений не производил, а также принимает во внимание наличие иных близких родственниковФИО3 (матери). 

При таком положении исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

В силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (ст.123 Конституции Российской Федерации) суд по данному делу обеспечил равенство прав участников процесса представлению, исследованию и заявлению ходатайств.

Как уже отмечалось по делу была проведена судебная экспертиза, стоимость которой составляет 50 344 руб. Однако поскольку ответчиком возложенная на него обязанность по оплате экспертизы выполнена не была, принимая во внимание, что настоящее решение вынесено в пользу истца, данные расходы подлежат взысканию с КГБУЗ «Центральная городская больница г. Заринск» в пользу ГБУЗ КООТ «Новокузнецкое клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Кроме того в силу положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета полежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска был освобождены.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная городская больница г. Заринск» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 400000 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная городская больница г. Заринск» в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Кемеровской области особого типа «Новокузнецкое клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы» в размере 50 344 руб.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная городская больница г. Заринск» в бюджет муниципального образования города Заринск Алтайского края государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Заринский городской суд.

Судья Заринского городского суда

Алтайского края О.В. Дзюбенко

Мотивированное решение изготовлено 17.09.2020