дело №2-280/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 октября 2017 года пгт. Троицко-Печорск

Троицко-Печорский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Плесовской Н.В.,

при секретаре Поповой С.Б.,

с участием прокурора Чистюхиной С.В.,

истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ РК «Троицко-Печорская центральная районная больница» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к ГБУЗ РК «Троицко-Печорская центральная районная больница» (далее также – ответчик, работодатель, ЦРБ), в обоснование указав, что с 10.02.2015 работал в ЦРБ в должности водителя автомобиля. Полагая, что ему предоставлен по его заявлению от 14.08.2017 отпуск на один день, 17.08.2017 не вышел на работу, в связи с чем 28.08.2017 года был уволен за прогул. Считает увольнение незаконным, так как работодателем нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности, поскольку акт об отсутствии его на рабочем месте был составлен комиссией несколькими днями позже, и при принятии решения об увольнении не учтено, что за время работы он ни разу не привлекался к дисциплинарной ответственности, в связи с чем просит суд восстановить его на работе в должности водителя автомобиля, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 49000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по указанным в заявлении доводам, пояснив, что не оспаривает факт отсутствия на работе 17.08.2017 в течение всего дня, не вышел в этот день на работу, так как выход в отпуск был согласован с непосредственным руководителем – механиком гаража, а 16.08.2017 специалист отдела кадров заверил его об удовлетворении заявления о предоставлении отпуска. Также указал, что акт комиссии работодателя от 17.08.2017 об отсутствии работника на рабочем месте сфальсифицирован, так как фактически был составлен 25.08.2017, одного из членов комиссии силой заставили его подписать, следовательно, данный акт не может являться основанием для увольнения. Считает, что причиной увольнения является предвзятое отношение к нему со стороны администрации ЦРБ, в частности, недовольство тем, что он потребовал оплатить день отпуска 17.08.2017.

Представитель ответчика ФИО2, действующая по доверенности, иск не признала, указав, что истец самовольно, не убедившись в издании соответствующего приказа, ушел в отпуск, факт прогула ФИО1 17.08.2017 зафиксирован надлежащим образом в соответствующем акте и не оспаривается самим истцом, работодателем в установленном законом порядке истребовано объяснение работника о причинах прогула, по результатам проведенной проверки руководитель имел право по собственному усмотрению применить в отношении работника дисциплинарное взыскание в виде увольнения. 

Выслушав объяснения сторон, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего иск не обоснованным и не подлежащим удовлетворению, исследовав и проанализировав материалы гражданского дела, личного дела работника, суд приходит к следующему.

В соответствии с пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно пунктам 38 и 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. 

При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. 

Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены), а также за самовольное использование дней отгулов, за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный).

Установлено, что ФИО1 с 10.02.2015 работал в ЦРБ в должности водителя автомобиля.

14 августа 2017 года ФИО1 представил в отдел кадров ЦРБ заявление, согласованное с исполняющим обязанности механика гаража ФИО8, о предоставлении в счет ежегодного отпуска одного дня – 17 августа 2017 года. В этот же день данное заявление было рассмотрено и оставлено без удовлетворения и.о. главного врача ФИО6, и в тот же день возвращено в отдел кадров. 

17 августа 2017 года ФИО1 не вышел на работу, при этом, исходя из представленного трудового распорядка ЦРБ, графика работы водителей на август 2017 года, графика отпусков на 2017 год должен был быть на рабочем месте.

Как следует из объяснительной записки ФИО1 от 25.08.2017 и его объяснений, данных в суде, причиной его отсутствия на работе 17.08.2017 явилось то, что инспектор отдела кадров ФИО7 на его вопрос 16.08.2017 заверила его, что заявление об отпуске удовлетворено, но приказ об отпуске еще не готов, поэтому в полной уверенности, что находится в этот день в отпуске, не вышел на работу, уехал в г.Ухту по делам.

Свидетель ФИО7, инспектор отдела кадров ЦРБ, показала, что об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 ей стало известно 14.08.2017, о результате рассмотрения заявления она не сообщала ни ФИО1, ни и.о. механика гаража ФИО8, при этом ФИО1 по ее приглашению приходил в отдел кадров 15.08.2017 с целью ознакомления с должностной инструкцией водителя. Затем, 17 августа 2017 года, вспомнив об этом заявлении, сообщила старшему инспектору по кадрам ФИО9, вместе с ней и секретарем ФИО10 в 15 часов 40 минут пришли в гараж с целью проверить, находится ли на рабочем месте ФИО1, установив его отсутствие на работе, составили об этом акт; также пояснила, что в ее обязанности не входит сообщать работникам о результатах рассмотрения их заявлений и об изданных приказах. 

Свидетель ФИО8, исполнявший обязанности механика гаража в августе 2017 года, показал, что выход в отпуск на один день 17.08.2017 ФИО1 с ним согласовывал, возражений с его со стороны не было, поскольку в тот период было достаточное количество водителей, и день был не напряженный; также ФИО8 показал, что 17.08.2017 находился в гараже, был уверен, что ФИО1 отсутствует по причине отпуска, сам приказа об отпуске ФИО1 не видел и в отделе кадров о нем не интересовался; никто с целью проверки в тот день в гараж не приходил, а 25.08.2017 он был приглашен в кабинет главного бухгалтера ЦРБ, где ему было предложено подписать акт об отсутствии ФИО1 на работе, при этом даты и времени в акте не было; испугавшись навлечь на себя недовольство руководства ЦРБ, подписал акт. 

Свидетели ФИО9 и ФИО10 показали, что совместно с ФИО7 17.08.2017 выходили в гараж с целью проверки нахождения ФИО1 на работе, установив его отсутствие, составили акт; и.о. механика ФИО8 в проверке не участвовал, но 25.08.2017 был приглашен ФИО9 в отдел кадров для подписания акта. 

Свидетели ФИО11, ФИО12, водители ЦРБ, показали, что со слов ФИО1 и ФИО8 знали, что 17.08.2017 ФИО1 будет находиться в отпуске; не видели, чтобы в этот день в гараж приходила комиссия.

Свидетель ФИО13, механик гаража ЦРБ, пояснил, что является непосредственным начальником водителей, поэтому все вопросы, в том числе о предоставлении отпуска вне графика всегда согласовывают с ним, и результаты рассмотрения заявлений водителей, в частности, и об отказе в их удовлетворении, специалисты отдела кадров доводят до механика, а он сообщает водителям; также показал, что с его стороны нареканий к работе ФИО1 никогда не было, считает его исполнительным, добросовестным сотрудником, и всегда на время своего отсутствия рекомендует руководству назначить исполняющим обязанности механика именно ФИО1 в силу его личных и профессиональных качеств.

Свидетели ФИО14, ФИО15, специалисты бухгалтерии ЦРБ, показали, что ФИО1 24.08.2017 и 25.08.2017 обращался к ним с требованием оплатить отпуск, на что они ему ответили, что приказ о предоставлении ФИО1 отпуска 17.08.2017 в бухгалтерию не поступал, а 25.08.2017 инспектор отдела кадров ФИО16 принесла в бухгалтерию приказ от 21.08.2017 о предоставлении ФИО1 ежегодного очередного отпуска с 18.09.2017, отпускные по которому они обещали ему перечислить в день выплаты заработной платы.

Свидетель ФИО17, главный бухгалтер ЦРБ, показала, что о приказе о предоставлении ФИО1 отпуска на 17.08.2017 ей ничего не известно, на вопрос ФИО1 о том, когда будет оплачен отпуск, разъяснила ему, что отпускные он получит в день выплаты зарплаты, полагая, что он спрашивает об оплате очередного отпуска с 18.09.2017; факт того, что 25.08.2017 она вызывала ФИО8 в свой кабинет и заставляла его подписать акт об отсутствии ФИО1 на работе, отрицала, указав, что ФИО8 оговаривает ее, пытаясь таким способом утвердиться в коллективе водителей, заслужить их авторитет.

Таким образом, факт отсутствия на работе 17.08.2017 ФИО1 не отрицается и подтверждается актом об отсутствии на работе от 17.08.2017 (л.д. 6), показаниями свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО10

Доводы истца о фальсификации акта об отсутствии на работе не нашли своего подтверждения. Тот факт, что ФИО8 акт был подписан лишь 25.08.2017, а сам ФИО8 и водители ФИО11, ФИО12 не видели в гараже 17.08.2017 комиссию в составе ФИО9, ФИО7, ФИО10, не влечет за собой недействительности акта. У суда нет оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей, так как они предупреждены об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний, их показания последовательные, согласуются между собой и с письменными доказательствами.

Показания свидетелей ФИО8, ФИО17 об обстоятельствах подписания ФИО8 акта об отсутствии на работе суд не принимает в качестве допустимых, так как они противоречат друг другу. При этом суд отмечает, что данное обстоятельство не является обстоятельством, подлежащим доказыванию в настоящем деле, учитывая, что факт прогула истцом не оспаривается.

На основании изложенного, суд считает установленным факт совершения ФИО1 дисциплинарного проступка - прогула.

В силу статьи 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1)замечание; 2)выговор; 3)увольнение по соответствующим основаниям. 

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81 Кодекса.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Главный врач ЦРБ ФИО18, в суде пояснила, что, принимая решение об увольнении ФИО1, рассматривала его заявление от 25.08.2017 с требованием оплатить отпуск, акт об отсутствии на работе и объяснительную записку ФИО1 о причинах отсутствия на работе 17.08.2017, учла его предшествующее поведение – его неоднократные жалобы в различные инстанции и критику действий руководства ЦРБ, устные жалобы со стороны персонала больницы на недобросовестное отношение ФИО1 к работе; пояснила, что к дисциплинарной ответственности ФИО1 ранее не привлекался, при этом возможность применения к ФИО1 иной меры дисциплинарного взыскания не рассматривала, учитывая сформировавшееся у нее общее негативное мнение о ФИО1 как работнике.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N2, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен.

Судом установлено, что выход в отпуск 17.08.2017 был предварительно согласован ФИО1 с исполняющим обязанности механика гаража, с заявлением об отпуске истец обратился к работодателю за четыре дня до испрашиваемого дня, при этом об отказе в удовлетворении заявления специалисты отдела кадров ЦРБ истцу не сообщили, хотя имели такую возможность, в том числе, 15.08.2017 во время ознакомления его с должностной инструкцией, тем самым косвенно способствовали совершению работником дисциплинарного проступка. В личном деле ФИО1 сведений о привлечении к дисциплинарной ответственности, жалоб, докладных записок о фактах нарушения трудовой дисциплины или неисполнения трудовых обязанностей не имеется. Доказательств того, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду, работодателем не представлено.

Дисциплинарное взыскание в виде увольнения по пп. "а" п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации применено в отношении истца без учета вышеуказанных обстоятельств и является несоразмерным совершенному им проступку с учетом характера допущенного ФИО1 нарушения трудовой дисциплины, обстоятельств дела и предшествующего поведения истца, не привлекавшегося ранее к дисциплинарной ответственности.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о незаконности увольнения истца, в связи с чем исковые требования о восстановлении на работе подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Согласно разъяснениям, данным в п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N2, средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.

При расчете заработка, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца за время вынужденного прогула, суд исходит из размера среднедневного заработка истца, указанного в справке ответчика, - 812 руб. 86 коп., количества рабочих дней в периоде вынужденного прогула с 29.08.2017 по 11.10.2017 - 32 рабочих дня. Таким образом, размер заработка ФИО1 за время вынужденного прогула составит 812,86 х 32 = 26011 руб. 52 коп. Из данной суммы ответчику при выплате следует вычесть сумму подлежащих удержанию с истца обязательных платежей – НДФЛ.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В связи с нарушением трудовых прав истца со стороны работодателя ввиду его незаконного увольнения, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда, размер которой суд, с учетом конкретных обстоятельств, степени вины нарушителя, определяет в 3000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1580 руб. 35 коп. (980,35 руб. - по требованию о взыскании заработка, 300р. + 300р - по неимущественным требованиям о восстановлении на работе, о компенсации морального вреда), от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

Исковые требования ФИО1 к ГБУЗ РК «Троицко-Печорская центральная районная больница» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 в должности водителя автомобиля ГБУЗ РК «Троицко-Печорская центральная районная больница» с 28 августа 2017 года.

Взыскать с ГБУЗ РК «Троицко-Печорская центральная районная больница» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула с 29 августа 2017 года по 11 октября 2017 года в размере 26011 рублей 52 копейки (с удержанием при выплате обязательных платежей - НДФЛ), компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ РК «Троицко-Печорская центральная районная больница» в доход бюджета муниципального района «Троицко-Печорский» государственную пошлину в размере 1580 рублей 35 копеек.

В удовлетворении требований о компенсации морального вреда в части, превышающей 3000 рублей, отказать.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Троицко-Печорский районный суд Республики Коми в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Н.В. Плесовская

Мотивированное решение составлено 12 октября 2017 года