РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 июня 2021 года г. Тверь

Пролетарский районный суд г. Твери в составе

председательствующего судьи Михайловой Е.В., 

при секретаре Афанасьевой Н.А.

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2

представителей ответчика ГБУЗ «КБСМП» ФИО3, ФИО4, действующих на основании доверенностей

помощника прокурора Пролетарского района г.Твери Быстровой С.А. 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи» (ГБУЗ «КБСМП») о возмещении вреда здоровью и компенсации морального вреда

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к ГБУЗ «КБСМП», в которых с учетом уточнений просил взыскать денежные средства, потраченные на лечение в сумме 34093 рубля, судебные расходы в сумме 1223 рубля, компенсацию морального вреда в сумме 500000 рублей.

В обоснование иска указано, что 23 февраля 2019 ода истец ФИО1 был госпитализирован в урологическое отделение ГБУЗ «КБСМП» с диагнозом «

<

данные изъяты>». 28 февраля 2019 года истец, не смотря на повышенную температуру, был выписан, эпикриз при выписке ему не дали, предложив прийти за ним через два дня. При выписке истец случайно увидел анализ крови и обратил внимание лечащего врача на повышенный билирубин. Около 12 часов в палату пришла медицинская сестра для забора крови из вены на анализ. Истец сообщил ей, что уже принимал пищу, анализ будет неверным, так как должен браться с утра до еды. Однако, медицинская сестра настаивала, взяла кровь из вены прямо в палате, хотя в отделении имеется специальный процедурный кабинет, перчатки новые не надела, инструменты для взятия крови, находившиеся в лотке, уже были открыты. В результате несоблюдения мер безопасности и нарушения требований ГОСТ Р 52623.0-2006 Технологии выполнения простых медицинских процедур, в вену была занесена инфекция. Через полчаса после процедуры истец снял ватку, которую медсестра положила на место прокола вены на правой руке, и поехал домой. На следующий день истец вызвал на дом врача, который поставил диагноз 

<

данные изъяты>, выписал лекарства. В течение трех дней после назначения лечения истец заметил, что кроме повышенной температуры другие симптомы ОРЗ отсутствуют. 06 марта 2019 года истец записался на прием к терапевту, чтобы взять направление на анализ крови на билирубин, а также узнать причину болей в области желудка. Примерно на 4-5 день истец обратил внимание на покраснение в области сгиба локтя правой руки, принял его за аллергическую реакцию на лекарства, стал мазать место покраснения мазью. По совету врача, полученному на приеме 06 марта 2019 года истец перестал принимать выписанные лекарства, однако легче не стало, появилась боль в мышцах руки и при сгибе руки в локте, рука стала опухать. Утром 11 марта 2019 года медсестра отказалась брать кровь из правой руки, поскольку она распухла, взяла кровь из левой руки и посоветовала срочно обратиться к хирургу. В этот же день на приеме у хирурга был поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, выписаны лекарства и рекомендовано провести ультразвуковое исследование вен. 12 марта 2019 года истец обратился в ООО «Клиника Эксперт Тверь», где было проведено ультразвуковое исследование, подтвержден диагноз «

<

данные изъяты>» и выписаны лекарственные препараты. 15 марта 2019 года ФИО1 почувствовал сильные боли справа в области легкого, сразу поехал в ООО «Клиника Эксперт Тверь», где был сделан снимок легкого и обнаружен сильный воспалительный процесс. Далее истец обратился в Поликлинику №7 ГБУЗ «ГКБ №6», откуда он был направлен в ГБУЗ «ГКБ №6» с диагнозом «

<

данные изъяты>». Время оформления в стационар истца заняло около получаса, тогда как в ГБУЗ «КБСМП» - 4 часа при наличии сильных болей. При выписке из ГБУЗ «ГКБ №6» истцу было выдано направление на лечение в ГБУЗ «ОКБ» для продолжения лечения заболевания, полученного в ГБУЗ «КБСМП».

В дальнейшем истец неоднократно обращался к ответчику с претензиями о возмещении расходов на лечение заболевания, полученного при заборе крови в ГБУЗ «КБСМП», однако его законные требования удовлетворены не были, что явилось поводом для обращения в суд с вышеуказанными исковыми требованиями.

Судом к участию в деле в качестве ответчика привлечены Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Министерство здравоохранения Тверской области, ГБУЗ «ГКБ №6», врач урологического отделения ГБУЗ «КБСМП» ФИО5, медицинская сестра ГБУЗ «КБСМП» ФИО6, ООО «Клиника Эксперт Тверь», врач ООО «Клиника Эксперт Тверь» ФИО7

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, обосновав их доводами, изложенными в исковом заявлении.

В судебном заседании представители ответчика ГБУЗ «КБСМП» ФИО3, ФИО4 исковые требования не признали, привели доводы, аналогичные изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, из которых следует, что в течение 2019 – 2020 годов ГБУЗ «КБСМП» по жалобам ФИО1 проводились проверки. На заседании врачебной комиссии 22 января 2020 года с участием доцента кафедры хирургических болезней Тверского медицинского университета не установлено причинно-следственной связи между взятием крови и развитием 

<

данные изъяты>. Так, из проведенной проверки следует, что после выписки из урологического отделения ГБУЗ «КБСМП» 28 февраля 2019 года истец с жалобами на повышение температуры тела, боль в горле при глотании, заложенность носа, общую слабость обратился к терапевту поликлиники №7 ГБУЗ «ГКБ №6». 01 марта 2019 года терапевтом выставлен диагноз «

<

данные изъяты>». В записях терапевта отсутствует указание на жалобы на покраснение и боль в руке в месте забора крови из локтевой вены. 06 марта 2019 года ФИО1 обратился в поликлинику №7 ГБУЗ «ГКБ №6» с жалобами на боли ноющего характера в эпигастральной области преимущественно после приема пищи. Выставлен диагноз под вопросом: 

<

данные изъяты>, назначен анализ крови. 11 марта 2019 года ФИО1 обратился к хирургу, который в своей записи указал на наличие кровоподтека в локтевом сгибе и боли в течение 5 дней, соответственно, боли появились 06 марта 2019 года. 

12 марта 2019 года истец обратился к сосудистому хирургу в ООО «Клиника Эксперт Тверь», где ему проведено УЗИ сосудов верхней правой конечности и вставлен диагноз; «

<

данные изъяты>». При этом плечевая вена в нижней трети плеча, глубокие вены плеча проходимы. Назначено лечение в виде приема антикоагулянтов Ривароксабан, Детралекс, Флебодия. В последующем ФИО1, почувствовав сильные боли справа в области легкого, обратился в ГБУЗ «ГКБ №6». При госпитализации в период с 15 марта 2019 года по 28 марта 2019 года в пульмонологическом отделении ГБУЗ «ГКБ №6» ФИО1 был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Осложнения: ОДН 0-1 инфаркт пневмония в нижней доли правого легкого. Сопутствующий диагноз: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. 26 марта 2019 года ФИО1 проведена МСКТ ангипульмонография, на которой убедительных данных за ТЭЛА 1-2 порядка нет. Постинфарктная пневмония под вопросом, также под вопросом диагноз 

<

данные изъяты>. 28 марта 2019 года ФИО1 выписан с основным диагнозом «

<

данные изъяты>», который не подтвержден при описании компьютерной томографии. Таким образом, отсутствует окончательное подтверждение диагноза как 

<

данные изъяты> так и 

<

данные изъяты>. В декабре 2019 года при обследовании вен нижних конечностей в ООО «Клиника Эксперт Тверь» диагноз «

<

данные изъяты>», поставленный в ГБУЗ «ГКБ №6» также исключен. Таким образом, отсутствуют доказательства по диагнозам 

<

данные изъяты> (по заключению МСКТ ангиопульмонографии от 26 марта 2019 года диагнозы под вопросом); в заключении УЗИ сосудов верхних конечностей от 12 марта 2019 года отсутствует информация о флотации и протяженности тромба в плечевой вене; развитие 

<

данные изъяты> вен верхней конечности, связанное с забором крови из вены представляется сомнительным с учетом данных Российских клинических рекомендаций по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений, в соответствии с которыми забор крови не попадает в число причин для развития тромбоза сосуда, так как это краткое воздействие на сосуд. Тромбоз развивается при длительном стоянии катетера в вене, введении лекарственных препаратов и наличии сопутствующей патологии, приводящей к нарушению реологических свойств крови.

Территориальным фондом обязательного медицинского страхования Тверской области по итогам рассмотрения претензии ГБУЗ «КБСМП» на результаты экспертизы качества медицинской помощи, проведенной Тверским филиалом ООО «Альфа страхование – ОМС», по случаю больничного обслуживания ФИО1 признана обоснованной, финансовая санкция по коду дефекта 4.2 отменена. 25 июля 2019 года в рамках обращения ФИО1 главной медицинской сестрой ГБУЗ «КБСМП» с участием заместителя главного врача по медицинской части проведена проверка санитарно-эпидемиологического состояния урологического отделения, анализ бактериальных посевов, нарушений не найдено, о чем было сообщено в Министерство здравоохранения Тверской области. Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства причинения вреда здоровью ФИО1. действиями медицинского персонала ГБУЗ «КБСМП».

В судебное заседание представитель ответчика Министерства имущественных и земельных отношений Тверской области не явился, извещен надлежащим образом, представил письменный отзыв, в котором просил в удовлетворении иска к Министерству имущественных и земельных отношений Тверской области отказать, указал, что ГБУЗ «КБСМП» является самостоятельным юридическим лицом, которое имеет обособленное имущество, а также финансовые средства от приносящей доход деятельности, отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности. В соответствии с Уставом ГБУЗ «КБСМП» собственником его имущества является Тверская область в лице Министерства имущественных и земельных отношений Тверской области, однако материалами дела не подтверждается факт недостаточности имущества ГБУЗ «КБСМП» для удовлетворения требований ФИО1, в связи с чем условия для наступления субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения отсутствуют. Кроме того, истцом не представлено доказательств невозможности получения медицинских услуг и лекарств, бесплатно в рамках программы ОМС, что в соответствии с п.1 ст.1085 Гражданского кодекса РФ является основанием для отказа в удовлетворении требований потерпевшего.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Тверской области в судебное заседание не явился, просил рассматривать дело в его отсутствие, представил письменный отзыв, в котором просил в удовлетворении требований ФИО1 отказать. В обоснование своей позиции указал, что заключением врачебной комиссии ГБУЗ «КБСМП» от 22 января 2020 года причинно-следственная связь между забором крови, развитием 

<

данные изъяты> и возможностью развития ТЭЛА на его фоне не установлена, проверкой санитарно-эпидемиологического состояния урологического отделения ГБУЗ «КБСМП» нарушений не выявлено. Наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями не установлено, доказательства, свидетельствующие о привлечении работника медицинского учреждения к предусмотренной законодательством ответственности за причинение вреда здоровью ФИО1 отсутствуют. 

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ГБУЗ «ГКБ №6» не явился, извещен надлежащим образом, просил рассматривать дело в отсутствие представителя.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора врач урологического отделения ГБУЗ «КБСМП» ФИО5 пояснил, что пациента ФИО1 не помнит, что свидетельствует о том, что ситуация была штатная и проблем не возникало.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора медицинская сестра ГБУЗ «КБСМП» ФИО6 пояснила, что выполненная ею процедура по забору крови являлась стандартной, каких либо нарушений с ее стороны допущено не было.

В судебном заседании представитель третьего лица ООО «Клиника Эксперт Тверь» ФИО8 пояснила, что ФИО1 является пациентом ООО «Клиника Эксперт Тверь» с 2016 года. В 2019 году он обращался к сердечно-сосудистому хирургу, было проведено ультразвуковое исследование сосудов верхних конечностей, обнаружен 

<

данные изъяты> и назначены лечебные мероприятия в соответствии со Стандартами оказания медицинской помощи. Показаний для госпитализации не имелось. Через два дня пациент приходил на рентгеноскопию и рентгенографию грудной клетки, по результатам которых была обнаружена нижняя долевая пневмония.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора врач ООО «Клиника Эксперт Тверь» ФИО7 пояснила, что ФИО9 пришел к ней на прием спустя неделю после выписки из стационара с явлением 

<

данные изъяты>. Было проведено ультразвуковое исследование и выявлен 

<

данные изъяты>. Головка тромба при исследовании была видна, она не флотировала, высокого риска развития 

<

данные изъяты> не наблюдалось, была выбрана тактика амбулаторного лечения и назначена антикоагулянтная терапия. ФИО1 был выписан из стационара с повышенными показателями билирубина с предположительными явлениями какого-то острого заболевания печени, данное заболевание уточнено не было, поскольку пациент накануне не смог сдать анализы. При патологии печени высокий риск кровотечений, в связи с чем был прописан ривароксабан по 20 мг 1 раз в сутки. Назначенное лечение считает адекватным.

Выслушав лиц участвующих в судебном заседании, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием его обращения в суд с требованиями к ГБУЗ «КБСМП» о компенсации морального вреда и возмещении расходов на лечение явилось некачественное оказание ему в этой больнице медицинской помощи, а именно забор крови из вены с нарушением правил септики и антисептики, что повлекло развитие 

<

данные изъяты>.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ «КБСМП» заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация – ГБУЗ «КБСМП» - должна доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью ФИО1 и в причинении ему морального вреда при оказании медицинской помощи.

Согласно данным медицинской карты стационарного больного №2039, заведенной ГБУЗ «КБСМП» на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, истец поступил на стационарное лечение в урологическое отделение ГБУЗ «КБСМП» 23 февраля 2019 года с диагнозом «

<

данные изъяты>», выписан из отделения 01 марта 2019 года в удовлетворительном состоянии с явлениями ОРВИ, температура тела 36,6С.

01 марта 2019 года ФИО1 по месту жительства осмотрен терапевтом поликлиники №7 ГБУЗ «ГКБ №6», ему поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>», назначено лечение и явка на прием 06 марта 2019 года (том 1 л.д.13).

06 марта 2019 года ФИО1 обратился к терапевту поликлиники №7 ГБУЗ «ГКБ №6» с жалобами на боли ноющего характера в эпигастральной области преимущественно после приема пищи. Врачом указан диагноз «

<

данные изъяты>» под вопросом и назначен анализ крови на HBS, АHCV, билирубин, НСТ, АЛТ с последующим ЭГДС (том 1 л.д.15).

11 марта 2019 года ФИО1 осмотрен хирургом поликлиники №7 ГБУЗ «ГКБ №6», в медицинской карте зафиксировано наличие кровоподтека на локтевом сгибе и жалобы пациента на боль в течение 5 дней на протяжении от средней трети предплечья до средней трети плеча по ходу подкожной вены, поставлен диагноз: «

<

данные изъяты>» (том 1 л.д. 17).

12 марта 2019 года ФИО1 обратился к сердечно-сосудистому хирургу ООО «Клиника Эксперт Тверь». При осмотре ФИО1 предъявлены жалобы на наличие болезненного покраснения по ходу вен правого предплечья и плеча, отек правой верхней конечности. Местно: «на правой верхней конечности по передней поверхности предплечья в верхней трети и плеча в нижней трети и средней трети видно покраснение кожи т отечность по ходу подкожной вены, пальпаторно повышение кожной температуры, болезненность, инфильтрат. Болезненность по ходу основного сосудистого пучка плеча». Проведено УЗДС: 

<

данные изъяты> v.Cephalica от уровня средней трети предплечья в проксимальном направлении, v.intermedia cubiti, v.basilica на плече, плечевой вены проксимальнее места слияния с v.basilica. Подключичная и подмышечная вена, плечевая вена в нижней трети плеча, глубокие вены предплечья проходимы. Диагноз окончательный: 

<

данные изъяты>. ФИО10 назначено амбулаторное лечение: ограничить физическую активность, иммобилизация правой верхней конечности, диосмин (детралекс, Флебодиа 600, Венарус и др.) 1000 мг 1 раз в сутки, Амоксициллин – Клавуланат 1000 мг 2 раза в день 7 дней, Ривароксабан 20 мг 1 раз в день 6 недель. Контрольный осмотр через неделю. (том 1 л.д.18).

Согласно медицинской карты стационарного больного №2306, оформленной ГБУЗ «ГКБ №6» на имя ФИО1, истец поступил на стационарное лечение в пульмонологическое отделение из поликлиники №7 по экстренным показаниям 15 марта 2019 года, диагноз при поступлении – 

<

данные изъяты>. После осмотра в приемном отделении поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>.

В пульмонологическом отделении ГБУЗ «ГКБ №6» истец находился до 28 марта 2019 года, от дальнейшего лечения отказался, выписан с заключительным диагнозом основным диагнозом – 

<

данные изъяты>. Сопутствующий диагноз: 

<

данные изъяты>. Выписан с улучшением.

Из медицинского заключения кардиохирургического кабинета ГБУЗ «ОКБ» от 28 марта 2019 года следует, что ФИО1 поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, назначено лечение: Ксарелто 20 мг 1 раз в день ежедневно длительно до отмены, Детралекс 1000 мг (флебодиа, флебофа, венарус, детравенол) 1 раз в сутки курсами по 2 месяца 2 раза в год, эскузан по 15 капель 3 раза в сутки курсами по 2 месяца 2 раза в год, гепаринсодержащие мази местно, эластичная компрессия правой верхней конечности (2 класс компрессии), возвышенное положение правой верхней конечности (том1 л.д.20).

Из п.2.4 Российских клинических рекомендаций по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО), утвержденных 20 мая 2015 года Ассоциацией флебологов России, следует, что тромбофлебит поверхностных вен плеча и предплечья вследствие катетеризации составляет большую часть тромботических эпизодов в венах верхних конечностей (60-70%) и развивается вследствие травмы эндотелия катетером и вводимыми растворами – наиболее часто хлоридом калия, диазепамом, антибиотиками, средствами химиотерапии, гипотоническими или гипертоническими электролитными растворами. Наибольший риск тромботических осложнений при катетеризации вен верхних конечностей связан с использованием периферически установленных центральных катетеров на длительный срок. Типично поражение основной и головной вен в области локтевой ямки. Тромбоз вен верхних конечностей часто сопровождается развитием флебита, хотя выраженность его и склонность к прогрессированию процесса в проксимальном направлении в сравнении с поражением вен верхних конечностей существенно ниже. Распространение тромба на глубокую венозную систему и легочная эмболия при поражении поверхностных вен верхних конечностей казуистически редки.

Согласно выводам судебной медицинской экспертизы, проведение которой было поручено судом ОГБУЗ «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», медицинская услуга по забору крови у ФИО1 не соответствовала правилам забора крови, так как проведена с нарушением правил асептики и антисептики. Получение ФИО1 

<

данные изъяты> вследствие забора крови, имевшего место 28 февраля 2019 года возможно, имеется прямая причинно-следственная связь между забором крови и развитием 

<

данные изъяты>. При поступлении на лечение в ГБУЗ «ГКБ №6» г.Твери у ФИО1 диагностирована 

<

данные изъяты>. Имеется причинно-следственная связь между забором крови у ФИО1 28 февраля 2019 года и развитием у него 

<

данные изъяты>.

Оценив заключение судебно-медицинской экспертизы, сравнивая соответствие заключения поставленным перед экспертами вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, поскольку оно полностью соответствует требованиям гражданско-процессуального закона, выполнено специалистами, квалификация которых сомнений не вызывает, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу ложного заключения, не заинтересованы в исходе дела, заключение основано на материалах гражданского дела и медицинских документах ФИО1, на все поставленные вопросы даны ответы, выводы экспертов оформлены надлежащим образом, представляются ясными, и понятными.

Из медицинской карты стационарного больного №2306, оформленной ГБУЗ «ГКБ №6» на имя ФИО1 следует, что 25 марта 2019 года пациенту проведено ультразвуковое ангиосканирование вен верхних конечностей, выявлены признаки 

<

данные изъяты>.

Из медицинской карты стационарного больного №2306, оформленной ГБУЗ «ГКБ №6» на имя ФИО1 следует, что 26 марта 2019 года проведена КТ – ангиопульмонография (стандартный метод диагностики патологии легочных сосудов), согласно заключения которой убедительных данных за ТЭЛА 1-3 порядка не найдено, шаровидное образование в S10 нижней доли правого легкого. Участок уплотнения легочной ткани в области заднего косто-диафрагмального синуса справа (последствия легочного инфаркта?). При описании исследования указано, что в S10 нижней доли правого легкого определяется шаровидное образование 1.1*1.0*1.0, с ровными четкими контурами, на неизменном легочном фоне. В области заднего косто-диафрагмального синуса отмечается участок уплотненной легочной ткани неправильной дисковидной формы, гомогенный, размерами 2.2*2.5 см – вероятно последствия мелкого инфаркта.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля врач ГБУЗ «ГКБ №6» ФИО23, пояснила, что диагноз 

<

данные изъяты> при поступлении в пульмонологическое отделение был поставлен на основании клинической картины, в последствии был подтвержден.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности суд приходит к выводу о доказанности прямой причинно-следственной связи между забором крови у ФИО1 в урологическом отделении ГБУЗ «КБСМП» 28 февраля 2019 года и последующим развитием у него 

<

данные изъяты>.

Доводы представителей ответчика ГБУЗ «КБСМП» о том, что диагностировать ТЭЛА возможно только при проведении КТ – ангиопульмонографии, тогда как в случае с ФИО1 при проведении данного исследования объективных данных за ТЭЛА не было найдено, суд находит необоснованными. В данном случае заключительный диагноз был выставлен на основании клинической картины, лабораторных и инструментальных исследований. Последствия ТЭЛА – инфаркт легкого - выявлены при проведении КТ – ангиопульмонографии.

Доводы о том, что у ФИО1 имелись все признаки бактериальной пневмонии, что свидетельствует о возможной неправильной постановке диагноза ТЭЛА также не принимаются судом, поскольку назначенное в пульмонологическом отделении ГБУЗ «ГКБ №6» лечение на основании выставленного диагноза ТЭЛА привело к улучшению состояния ФИО1 При этом антибактериальная терапия ФИО1 не назначалась.

В ходе рассмотрения дела представителями ответчика представлено Заключение специалиста от 13 мая 2021 года на «заключение эксперта №13 от 03 февраля 2021 года ОГБУЗ «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», проведенной в рамках гражданского дела №2-10/2021 по иску ФИО1 о возмещении ущерба», подписанное врачом ФИО24 В данном заключении критикуются выводы судебной экспертизы, указано, что исследование, результаты которого изложены в заключении экспертизы №13 от 03 февраля 2021 года не является полным, всесторонним и объективным, ответы на поставленные вопросы не являются исчерпывающими, выводы экспертной комиссии не обоснованы и вызывают сомнения в правильности. Отмечено искажение текста утвержденных клинических рекомендаций. В данном случае между наступившим неблагоприятным исходом в виде развития 

<

данные изъяты>, предполагаемого развития 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> вследствие забора крови у ФИО1 процедурной медицинской сестрой ФИО6 в урологическом отделении стационара ГБУЗ «КБСМП» 28 февраля 2019 года имеется промежуточное обстоятельство в виде того, что пациенту после выписки из стационара на амбулаторном этапе производился забор крови на гепатиты, а сам пациент пожаловался на боли и покраснения кожных покровов на правой руке только 11 марта на приеме у хирурга, хотя до этого был на приме у терапевта 01 марта и 06 марта, жалоб не предъявлял. 

<

данные изъяты> мог развиться ввиду несвоевременно начатого лечения. Факт 

<

данные изъяты> инструментально не подтвержден и не может быть выставлен в окончательном диагнозе. Обращает на себя внимание неадекватное назначение антикоагулянтной терапии на амбулаторном этапе после выписки пациента из урологического отделения ГБУЗ «КБСМП» до его госпитализации в пульмонологическое отделение ГБУЗ «ГКБ №6», что могло способствовать прогрессированию тромбомболического события и развитию 

<

данные изъяты> (в случае ее подтверждения). Рг архив в виде первичного снимка органов грудной клетки от 15 марта 2019 года специалисту не представлен, описание КТ органов грудной клетки от 26 марта 2019 года крайне неоднозначно и требует привлечение врача-ренгенолога для пересмотра Рг архива. В связи с этим устанавливать взаимосвязь с наступившим неблагоприятным исходом после забора крови из вены без учета экспертного мнения специалиста в области лучевой диагностики (ренгенологии) недопустимо. Имеющиеся обстоятельства, согласно теории судебной экспертизы, больше свидетельствуют о наличии непрямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи, когда между воздействием (забором крови у пациента) и наступлением последствий (

<

данные изъяты>) присутствует некий промежуточный фактор, то есть само воздействие не привело к наступлению последствий, а лишь могло создать условия, благоприятствующие их наступлению (том 2 л.д.210-217). 

Вместе с тем Заключение специалиста, представленное стороной ответчика, не может являться доказательством, опровергающим выводы судебной экспертизы, поскольку процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривает рецензирование экспертных заключений, рецензия содержит лишь субъективную оценку действий эксперта, в то время как оценка доказательств по делу является прерогативной суда. 

Ввиду изложенного указанное заключение специалиста не может быть принято судом в качестве относимого и допустимого доказательства, отвечающего требованиям ст.59, 60 ГПК РФ.

При этом, в ходе судебного разбирательства представители ответчика ГБУЗ «КБСМП» ссылались на выводы заключения специалиста как на обоснование своих возражений относительно заявленных требований.

Так, довод о том, что истцу ФИО10 в период амбулаторного лечения в период после выписки из урологического отделения ГБУЗ «КБСМП» до поступления в пульмонологическое отделение ГБУЗ «ГКБ №6» была назначена неадекватная антикоагулянтная терапия не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. Только лечащий врач устанавливает диагноз и выбирает тактику лечения, с учетом анамнеза, результатов проведенных исследований. Как пояснила в судебном заседании врач ФИО7, которая проводила амбулаторное лечение ФИО1 в вышеуказанный период, несколько сниженная стартовая доза препарата ривароксобан была назначена в связи с повышенными показателями билирубина в крови пациента, возможного острого заболевания печени и риска кровотечений. Назначенная доза является лечебной, лечение – адекватным.

В дальнейшем 28 марта 2019 года аналогичная доза препарата была назначена врачом ГБУЗ «ОКБ», куда ФИО1 был направлен на амбулаторное лечение.

Доводы о том, что пациенту после выписки из стационара на амбулаторном этапе производился забор крови на гепатиты, а сам пациент пожаловался на боли и покраснения кожных покровов на правой руке только 11 марта на приеме у хирурга, хотя до этого был на приме у терапевта 01 марта и 06 марта, жалоб не предъявлял, также не учитываются судом, поскольку в ходе рассмотрения дела было установлено, что забор крови у ФИО1 был осуществлен из левой руки, поскольку правая была опухшей и покрасневшей.

Доводы о том, что к развитию тромбоза правой плечевой вены, предполагаемого развития 

<

данные изъяты> привело несвоевременно начатое лечение также объективно ничем не подтверждены, являются лишь предположением представителей ответчика ГБУЗ «КБСМП». ФИО1 за медицинской помощью обращался своевременно и самолечением не занимался. На момент поступления в пульмонологическое отделение ГБУЗ «ГКБ №6» у ФИО1 единственным выявленным и наиболее вероятным источником 

<

данные изъяты> являлся участок вены правой верхней конечности. 

В обоснование иска истец ФИО1 ссылается на нарушение медицинской сестрой урологического отделения ГБУЗ «КБСМП» правил выполнения простых медицинских услуг, установленных ГОСТ Р 52623.4-2015., что привело к развитию 

<

данные изъяты>, а в дальнейшем 

<

данные изъяты>. 

В ходе судебного заседания ФИО1 последовательно пояснял, что 28 февраля 2019 года ему сообщили о выписки из стационара, около 11 часов он пообщался с лечащим врачом, обратил его внимание на повышенный биллирубин в анализе крови. Около 12 часов ФИО1 вернулся в палату и стал собирать вещи. Затем пришла медицинская сестра и сказала, что ей необходимо взять кровь на анализ. Истец сообщил, что он уже позавтракал и анализ крови не будет соответствовать действительности, после чего медицинская сестра ушла. Когда ФИО1 собирался уйти, в палату снова пришла медицинская сестра и сказала, что не выпустит его из палаты, пока он не сдаст кровь. С собой она принесла поддон с инструментами для взятия крови, на руках были перчатки, в которых она пришла в палату, достала с лотка уже открытые приборы. ФИО1 пришлось согласиться, он сел на кровать, вытянул правую руку. Забор крови осуществлялся с вытянутой руки на весу. Затем медсестра приложила ватку и ушла.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО6 пояснила, что 28 февраля 2019 года с утра она приготовила процедурный кабинет для забора крови у пациентов, пригласила ФИО1, который лежал в палате №1, он пройти в кабинет отказался, сославшись на высокую температуру. Далее она взяла кровь у пациентов, которые могут ходить, затем собрала манипуляционный столик с накрытым стерильным лотком, на него сложила вакуумные системы для забора крови, стерильные салфетки, спирт 70%, стерильные перчатки, антисептик и лоток для мусора. С этим манипуляционным столиком она пошла по палатам, зашла в первую, обработала руки антисептиком, надела стерильные перчатки, объяснила суть процедуры ФИО1, обработала место взятия крови спиртом 70%, затем надела ему жгут и в вакуумные системы набрала кровь, обработала руку спиртом 70%, наклеила пластырь и сказала ФИО1 чтобы он поднял руку и подержал минут 10. Никакого конфликта с ФИО1 у нее не было.

Из объяснительной ФИО6 на имя главного врача ГБУЗ «КБСМП» следует, что 28 февраля 2019 года она пригласила ФИО1 в процедурный кабинет для забора крови на анализ, он сослался на высокую температуру и отказался идти. С манипуляционным столиком и накрытым стерильным лотком со стерильными ватными шариками, 70% этиловым спиртом, лотком для отходов группы В, штативом с вакуумными пробирками, антисептиком для кожи и стерильными перчатками она пришла к ФИО1 в палату. Обработав руки антисептиком, высушив их, одела стерильные перчатки, объяснила ФИО1 суть процедуры, наложила на его руку жгут, обработала место венепункции стерильными шариками с 70% спиртом. Набрав кровь в вакуумные системы, поставила пробирки в штатив, приложила стерильный ватный шарик к месту венепункции, извлекла иглу из вены, заклеив ватный шарик лейкопластырем (том 1 л.д.154). 

Из показаний свидетеля ФИО25 в судебном заседании, не доверять которым у суда нет оснований, следует, что 28 февраля 2019 года около 12 часов ФИО1 позвонил ей и сообщил, что его выписывают. Она приехала за ним, привезла одежду, он спустился с согнутой рукой, сообщил, что ему только что взяли кровь из вены и что надо немного посидеть. Место укола было закрыто только ваткой.

Из «ГОСТ Р 52623.4-2015. Национальный стандарт Российской Федерации. Технологии выполнения простых медицинских услуг инвазивных вмешательств», утвержденного и введенного в действие приказом Росстандарта от 31.03.2015 № 200-ст (далее по тексту - ГОСТ), следует, что взятие крови из периферической вены относится к простым медицинским услугам, право выполнять которые имеет специалист, имеющий диплом установленного образца об окончании среднего профессионального медицинского образовательного учебного учреждения по специальностям: «лечебное дело», «сестринское дело», «акушерское дело». 

Из материалов дела следует, что забор крови у ФИО1 в условиях стационара ГБУЗ «КБСМП» осуществлялось с помощью закрытой вакуумной системы в палате.

Из п. 6.3 вышеуказанного ГОСТа следует, что в алгоритм взятия крови из периферической вены с помощью закрытых вакуумных систем входят следующие действия:

I. Подготовка к процедуре:

1) Идентифицировать пациента, представиться, объяснить ход и цель процедуры. Убедиться в наличии у пациента информированного согласия на предстоящую процедуру взятия крови. В случае отсутствия такового уточнить дальнейшие действия у врача.

2) Предложить пациенту или помочь ему занять удобное положение: сидя или лежа.

3) Промаркировать пробирки, указав ФИО пациента, отделение (с целью исключения ошибки при идентификации пробы биоматериала).

4) Обработать руки гигиеническим способом, осушить.

5) Обработать руки антисептиком. Не сушить, дождаться полного высыхания антисептика.

6) Надеть нестерильные перчатки.

7) Выбрать пробирки, соответствующие заявленным тестам или необходимым пациенту лабораторным исследованиям, приготовить иглу, держатель, спиртовые салфетки, пластырь.

8) Наложить жгут на рубашку или пеленку на 7 - 10 см выше места венепункции. Жгут нужно накладывать не более чем на одну минуту. Большее время сдавливания вены может повлиять на результаты анализов вследствие изменения концентраций в крови некоторых показателей.

9) Попросить пациента сжать кулак. Нельзя задавать для руки физическую нагрузку (энергичное «сжимание и разжимание кулака»), т.к. это может привести к изменениям концентрации в крови некоторых показателей. Выбрать место венепункции. Наиболее часто используются средняя локтевая и подкожные вены, однако можно пунктировать и менее крупные и полнокровные вены тыльной поверхности запястья и кисти.

II. Выполнение процедуры:

1) Взять иглу и снять защитный колпачок с нее. Если используется двусторонняя игла, снять защитный колпачок серого или белого цвета.

2) Вставить иглу в иглодержатель и завинтить до упора.

3) Продезинфицировать место венепункции марлевой салфеткой или тампоном, смоченным антисептическим раствором, круговыми движениями от центра к периферии.

4) Подождать до полного высыхания антисептического раствора (30 - 60 с). Нельзя вытирать и обдувать место прокола, чтобы не занести микроорганизмы. Нельзя также пальпировать вену после дезинфекции. Если во время венепункции возникли сложности, и вена пальпировалась повторно, эту область нужно продезинфицировать снова.

5) Снять колпачок с другой стороны иглы.

6) Обхватить левой рукой предплечье пациента так, чтобы большой палец находился на 3 - 5 см ниже места венепункции, натянуть кожу.

7) Расположить иглу по одной линии с веной скосом вверх и пунктировать вену под углом 15 - 30° к коже.

8) Вставить заранее приготовленную пробирку в иглодержатель до упора и удерживать ее, пока кровь не перестанет поступать в пробирку. Жгут необходимо снять сразу же после начала поступления крови в пробирку. Убедиться, что пациент разжал кулак. Кровь проходит в пробирку, пока полностью не компенсирует созданный в ней вакуум. Если кровь не идет, это значит, что игла прошла вену насквозь - в этом случае нужно немного вытянуть иглу, но не вынимать, пока кровь не пойдет в пробирку. Точность заполнения пробирки составляет +/- 10% от номинального объема.

9) Извлечь пробирку из держателя.

10) Сразу же после заполнения пробирку нужно аккуратно перевернуть для смешивания пробы с наполнителем: пробирку без антикоагулянтов - 5 - 6 раз; пробирку с цитратом - 3 - 4 раза; пробирку с гепарином, ЭДТА и другими добавками - 8 - 10 раз. Пробирки нельзя встряхивать - это может вызвать пенообразование и гемолиз, а также привести к механическому лизису эритроцитов.Если это необходимо, в иглодержатель вставляется ряд других пробирок для получения нужного объема крови для различных исследований. Повторно вводить иглу в вену для этого не нужно.

11) После того как все необходимые пробирки будут наполнены, приложить сухую стерильную салфетку к месту венепункции и извлечь иглу.

III. Окончание процедуры:

1) Использованную иглу вместе с одноразовым держателем поместить в контейнер для острых предметов. Многоразовые держатели отсоединяются путем помещения иглы в специальное отверстие в крышке контейнера. Игла откручивается от держателя, оставаясь в контейнере. В целях предотвращения контакта с кровью запрещается разбирать иглу и держатель в руках!

2) Убедиться, что наружного кровотечения у пациента в области венепункции нет.

3) Наложить давящую повязку на руку или бактерицидный пластырь.

4) Обработать руки в перчатках дезинфицирующим средством.

5) Подвергнуть дезинфекции весь использованный материал. Снять перчатки, поместить в емкость для дезинфекции или непромокаемый пакет/контейнер для утилизации отходов класса Б.

6) Обработать руки гигиеническим способом, осушить.

7) Уточнить у пациента его самочувствие.

8) Сделать соответствующую запись о результатах выполнения услуги в медицинскую документацию или оформить направление.

9) Организовать доставку пробирок с полученным лабораторным материалом в лабораторию

На указанных этапах оказания простой медицинской услуги по забору крови из периферической вены медицинской сестрой, по мнению суда, были допущены следующие отступления от требований ГОСТ: на этапе подготовки: пробирки не маркировались, обработка рук гигиеническим способом и их осушение не производилось; на этапе выполнения процедуры: вакуумная система была вскрыта не непосредственно перед проведением процедуры, на этапе окончания процедуры не наложены давящая повязка или бактерицидный пластырь.

Кроме того, не представлено доказательств, опровергающих доводы истца о том, что медицинская сестра при нем перчатки не надевала, его самочувствием после забора крови не интересовалась, приложила к месту венепункции ватный тампон и ушла, не удостоверилась в отсутствии кровотечения с места прокола. При этом пояснения медицинской сестры и ее объяснительная при отсутствии других доказательств, не могут рассматриваться как достоверные и достаточные доказательства, опровергающие доводы истца

Использование клеенчатой подушечки при заборе крови вакуумной системой, вопреки доводам истца, ГОСТ не предусматривает.

Из материалов дела следует, что забор крови 28 февраля 2019 года производился в палате, при этом в урологическом отделении ГБУЗ «КБСМП» имеется процедурный кабинет, являющийся специально организованным кабинетом, обеспечивающим выполнение забора проб биологических жидкостей на исследования (крови); внутривенных, внутримышечных, подкожных, внутрикожных инъекций и других лечебно-диагностических мероприятий.

Очевидно, что в процедурном кабинете обеспечено соблюдение условий септики и антисептики, тогда как в палате обеспечить данные условия в полной мере невозможно.

Учитывая, что производить забор крови в палате 28 февраля 2019 года не было никакой необходимости, имелась возможность произвести забор крови в процедурном кабинете, суд расценивает данный факт как нарушение правил оказания медицинской помощи. 

Кроме того, суд находит установленным факт оформления медицинской карты ФИО1 ненадлежащим образом, поскольку фактически ФИО1 был выписан из урологического отделения ГБУЗ «КБСМП» 28 февраля 2019 года, тогда как в карте дата выписки указана 1 марта 2019 года. Из медицинской карты следует, что температура тела при выписке 01 марта 2019 года составляла 36.6 С, однако 01 марта 2019 года ФИО1 был осмотрен терапевтом по месту жительства, температура тела составляла 38.0 С 

Таким образом, при оказании медицинских услуг медицинским работником ответчика ГБУЗ «КБСМП» ФИО6 была нарушена Технология выполнения простых медицинских услуг инвазивных вмешательств, что привело к развитию у истца ФИО1 

<

данные изъяты>. Достоверных и допустимых доказательств отсутствия вины в причинении вреда здоровью истца ответчиком ГБУЗ «КБСМП» в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено. Медицинская карта ФИО1 содержит недостоверные сведения, в том числе о состоянии его здоровья на момент выписки.

Из материалов дела следует, что 18 июля 2019 года ФИО1 обратился с заявлением в Министерство здравоохранения Тверской области, в котором в том числе просил принять меры к медицинскому персоналу ГБУЗ «КБСМП» по соблюдению ими санитарных норм при заборе крови (том 2 л.д.187 – 188).

25 июля 2019 года начмедом и главной медсестрой проведена проверка урологического отделения, нарушений не установлено, о чем составлен Акт (том 1 л.д.155-156)..

Представители ответчика ГБУЗ «КБСМП», ссылаясь на вышеуказанные результаты проверки, указывает на отсутствие в урологическом отделении ГБУЗ «КБСМП» нарушений санитарно-эпидемиологических требований. Вместе с тем, из акта следует, что в ходе проверки обследовались процедурный кабинет и перевязочная, тогда как забор крови производился в палате без наличия к тому каких либо причин объективного характера.

Из ответа Министерство здравоохранения Тверской области №3230/0095 от 14 августа 2019 года в адрес ФИО1 следует, что с целью проверки сведений, указанных в обращении истца в ГБУЗ «КБСМП» проведено служебное расследование, проанализирована медицинская документация, изучены объяснительные медицинского персонала, участвовавшего в оказании истцу медицинской помощи. В ходе проверки подтвердился факт забора крови для лабораторного исследования процедурной медицинской сестрой в палате урологического отделения. По итогам проверки главному врачу ГБУЗ «КБСМП» строго указано на недопустимость нарушения санитарно-эпидемиологических требований к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность, рекомендовано привлечь к дисциплинарной ответственности лиц, допустивших выявленные нарушения (том 2 л.д.192-193).

30 апреля 2019 года истец ФИО1 обратился в ГБУЗ «КБСМП» с заявлением, в котором просил возместить расходы на лечение 

<

данные изъяты>, полученного по вине персонала ГБУЗ «КБСМП» (том 2 л.д.196).

Согласно заключения врачебной комиссией ГБУЗ «КБСМП», изложенного в протоколе заседания врачебной комиссии №7 от 16 марта 2019 года, проведенного в связи с обращением ФИО1 по вопросу нарушения санитарных норм в отделении урологии, замечаний по нарушению санитарного законодательства не выявлено, дальнейший разбор невозможен, поскольку пациент не явился на разбор и не представил документацию из других учреждений (том 2 л.д.199-200).

22 января 2020 года проведено повторное заседание врачебной комиссии по обращению ФИО1 по вопросу нарушения санитарных норм в отделении урологии, повлекших развитие 

<

данные изъяты> после внутривенного забора крови с последующим развитием 

<

данные изъяты>, о чем составлен Протокол №2. Согласно выводам, изложенным в Протоколе №2 от 22 января 2020 года, врачебная комиссия не нашла причинно-следственной связи между взятием крови, развитием 

<

данные изъяты> и возможностью развития 

<

данные изъяты> на его фоне, тем более что сам диагноз 

<

данные изъяты> не подтвержден. Главной медицинской сестрой ФИО26 и эпидемиологом …. проведена проверка санитарно-эпидемиологического состояния урологического отделения, анализ бактериальных посевов, нарушений не найдено (том 1 л.д.161-162).

Вышеприведенными заключениями врачебной комиссии выводы суда о причинении вреда здоровью истца некачественно оказанной медицинской услугой по забору крови не опровергаются, сведений о том, что комиссией рассматривались фактические обстоятельства забора крови у ФИО1, протокол не содержит, медицинские документы исследованы были не полностью. Данные заключения наряду с другими доказательствами приняты во внимание судом.

19 февраля 2020 года истец обратился в ООО «Альфа Страхование - ОМС» с заявлением, в котором просил провести проверку качества оказания медицинской помощи в ГБУЗ «КБСМП» в связи с причинением вреда здоровью при заборе крови в урологическом отделении ГБУЗ «КБСМП» 28 февраля 2019 года (том 1 л.д.47-49).

Согласно Экспертного заключения (протокола оценки качества медицинской помощи) ООО «Альфа Страхование – ОМС» от 24 апреля 2020 года №1182419/120342, выявлено отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи (код дефекта 4.2). Из указанного заключения следует, что вопрос о соответствии произведенного у истца забора крови обязательным требованиям, предъявляемым к данному виду медицинских услуг, не исследовался, информация по данному вопросу не собиралась.

Решением ТФОМС Тверской области№42 от 26 июня 2020 года финансовая санкция по коду дефекта 4.2 (акт экспертизы качества медицинской помощи №1182419/120342 от 24 апреля 2020 года отменена по претензии ГБУЗ «КБСМП» (том 1 л.д.150).

05 ноября 2019 года ФИО1 повторно обратился в ГБУЗ «КБСМП» с претензией, в которой требовал возместить понесенные им расходы на лечение в сумме 32764 рубля.

Претензия ответчиком ГБУЗ «КБСМП» проигнорирована.

Поскольку некачественно оказанная в ГБУЗ «КБСМП» медицинская помощь повлекла развитие у ФИО1 

<

данные изъяты>, истец, безусловно, имеет право на компенсацию морального вреда. Также основанием для компенсации морального вреда является наличие в медицинской карте пациента недостоверных сведений о состоянии его здоровья на момент выписки.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в Постановлении от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Принимая во внимание обязанность медицинской организации осуществлять свою деятельность в соответствии с установленными стандартами медицинской помощи, характер действий медицинских работников ГБУЗ «КБСМП», степень их вины, учитывая возраст истца ФИО1, особенности заболевания, которое являлось опасным для жизни и сопровождалось болевыми ощущениями, в том числе сильными, период времени, который истец находился на стационарном, а затем амбулаторном лечении, степень физических и нравственных страданий истца, материальное положение ответчика, являющегося государственным бюджетным учреждением суд находит обоснованными требования истца о компенсации морального вреда в сумме 100000 рублей. Указанная сумма, по мнению суда, в полной мере отвечает критериям разумности и справедливости.

В соответствии с п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Истцом заявлены требования о возмещении затрат на лечение в общей сумме 34093 рубля. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в подпункте «б» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Истцом в подтверждение понесенных расходов на лечение представлены кассовые чеки на приобретение лекарств, назначение которых для лечения 

<

данные изъяты> подтверждается медицинскими документами, имеющимися в материалах дела, а также договора на оказание платных медицинских услуг в ООО «Клиника Эксперт Тверь» с кассовыми чеками об их оплате (том 1 л.д.29-33).

Изучив, представленные истцом медицинские документы, суд приходит к выводу, что истец ФИО1 в связи с причиненным ГБУЗ «КБСМП» вредом его здоровью нуждался в приобретенных им лекарственных препаратах и полученных им платных медицинских услугах. Доказательств обратного стороной ответчика не представлено. 

Из письма ООО «Альфа Страхование – ОМС» №239 от 02 апреля 2020 года в адрес ФИО1 следует, что при оказании медицинской помощи в амбулаторных условиях, лекарственные средства приобретаются гражданами за счет личных средств, за исключением льготной категории граждан. Возмещение за счет средств ОМС затрат граждан на предоставленные на коммерческой основе медицинские услуги, приобретение лекарственных средств, медицинских изделий и т.п. действующим законодательством не предусмотрено.

Таким образом, требования истца о возмещении расходов на лечение подлежат удовлетворению в полном объеме в размере фактических затрат сумме 34093 рубля, поскольку бесплатно, качественно и своевременно получить данные виды помощи истец ФИО1 не имел возможности, что стороной ответчика в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.

Согласно п. 5 ст. 123.22 Гражданского кодекса РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Собственником имущества ГБУЗ «КБСМП» является Тверская область в лице Министерства имущественных и земельных отношений Тверской области.

Учитывая субсидиарный характер ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, то при недостаточности взысканных с ГБУЗ «КБСМП» денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам данного учреждения необходимо возложить на Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области, осуществляющее полномочия собственника имущества бюджетного учреждения.

К доводам Министерства имущественных и земельных отношений Тверской области об отсутствии оснований для возложения субсидиарной ответственности суд относится критически, поскольку они основаны на неправильном толковании закона.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Определением суда по настоящему гражданскому делу назначалась судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено ОГБУЗ «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», оплата экспертизы возложена на ответчика ГБУЗ «КБСМП».

Экспертами было составлено экспертное заключение № 13 от 03 февраля 2021, которое представлено в суд. Стоимость экспертизы составила 30700 рублей, ответчиком ГБУЗ «КБСМП» не оплачена.

Поскольку исковые требования о взыскании расходов на лечение и компенсации морального вреда были удовлетворены, учитывая положения 98 ГПК РФ, суд считает необходимым взыскать с ГБУЗ Тверской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи» в счет оплаты судебной экспертизы в пользу ОГБУЗ «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» денежные средства в сумме 30700 рублей.

Исходя из ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, п. 2 ст. 61.1 и п.2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от уплаты которой освобожден истец, взыскивается с ответчика в соответствующий бюджет, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Согласно ч. 2 ст. 88 ГПК РФ размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах. В соответствии с п.п. 1, 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчиков ГБУЗ Тверской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи» в бюджет муниципального образования г. Твери подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1522 рубля 79 копеек.

Истцом, освобожденным законом от уплаты государственной пошлины, при подаче иска уплачена государственная пошлина в сумме 1223 рубля, которая подлежит возврату истцу на основании подп.1 п.1 ст.333.40 НК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 о возмещении расходов на лечение и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи» в пользу ФИО1 расходы на лечение в сумме 34093 рубля, компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей, а всего 134093 (сто тридцать четыре тысячи девяносто три) рубля.

При недостаточности денежных средств, находящихся в распоряжении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи», субсидиарную ответственность по его обязательствам перед ФИО1 установленным настоящим решением суда, возложить на Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области.

В остальной части требований отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи» в бюджет муниципального образования городской округ город Тверь государственную пошлину в размере 1522 (одна тысяч пятьсот двадцать два) рубля 79 копеек.

При недостаточности денежных средств, находящихся в распоряжении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи», субсидиарную ответственность по его обязательствам по оплате госпошлины по настоящему делу возложить на Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи» в пользу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Смоленское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» судебные расходы за проведение судебной экспертизы в размере 31000 рубленй.

При недостаточности денежных средств, находящихся в распоряжении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тверской области «Клиническая больница скорой медицинской помощи», субсидиарную ответственность по его обязательствам о возмещении расходов на проведение судебной экспертизы, установленным настоящим решением суда, возложить на Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области.

Произвести возврат государственной пошлины, уплаченной ФИО1 по чеку - ордеру от 22 мая 2020 года (код операции №30) на счет № 40101810600000010005 в отделении Тверь для получателя УФК по Тверской области (Межрайонная ИФНС России № 10 по Тверской области), БИК 042809001, ИНН 

<

***>, КПП 695001001, в размере 1223 (одна тысяча двести двадцать три) рубля.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Пролетарский районный суд г. Твери в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.В. Михайлова

Решение в окончательной форме принято 17 июня 2021 года

Судья Е.В. Михайлова

1версия для печати