Судья Кобелева И.В. Дело № 22-5844/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 24 октября 2024 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Малыгина К.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ахмаровой И.И.,

с участием прокурора Нечаевой Е.В.,

защитника – адвоката Андрюковой Л.В.,

осужденного ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Андрюковой Л.В. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Дзержинского районного суда г. Перми от 4 сентября 2024 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый, 

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 1 году лишения свободы, в соответствии со ст. 531 УК РФ наказание заменено принудительными работами на срок 1 год с удержанием 10% из заработной платы в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев.

Постановлено взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального вреда 350 000 рублей в пользу потерпевшего Р.

Решены вопросы по мере пресечения и о судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы, заслушав выступление защитника Андрюковой Л.В. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Нечаевой Е.В. об изменении приговора, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД РФ, Правила) при управлении автомобилем «Volvo-XC70», г/н **, в состоянии опьянения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью Р.

Преступление совершено 27 мая 2023 года в г. Перми при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Андрюкова Л.В. в защиту осужденного ФИО1, выражая несогласие с приговором суда, просит его отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда. В обоснование указывает, что выводы суда о виновности ФИО1 основаны на недопустимых доказательствах, поскольку при составлении протокола выемки CD-диска с видеозаписью дорожно-транспортного происшествия и протокола его осмотра не были зафиксированы индивидуальные признаки данного диска, идентификационный номер отсутствует, в связи с чем были нарушены требования п. 13 ст. 182 УПК РФ. Также в протоколе необходимо было указать, в каком месте и при каких обстоятельствах был обнаружен диск с видеозаписью и выдан ли он добровольно или изъят принудительно. Полагает, что судом не устранены противоречия в полученных заключениях экспертов № 8 доп/1767 м/д от 17 января 2024 года и № 685доп/8 доп1767 м/д от 24 июля 2024 года, при этом сами эксперты для допроса в судебное заседание вызваны не были. Кроме того, защитник выражает несогласие с решением суда в части размера компенсации морального вреда потерпевшему Р. Считает, что сумма заявленного им иска не соответствует степени причиненного ему вреда и не подтверждена соответствующими заключениями специалистов и документами о приобретении потерпевшим лекарственных препаратов и нахождении на длительном лечении. В обоснование ссылается на заключение судебно-медицинской экспертизы, согласно которому состояние потерпевшего было удовлетворительным, жалоб он не высказывал, а также на отсутствие сведений об ухудшении состояния его здоровья. Кроме того, в ходе предварительного расследования между осужденным и потерпевшим было достигнуто мировое соглашение о компенсации морального вреда. Также защитник оспаривает приговор суда в части назначенного дополнительного наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, ссылается на разъяснения, содержащиеся в п. 12.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», согласно которым, если при новом судебном разбирательстве по данному уголовному делу будет установлено, что лицу в связи с этим правонарушением назначено административное наказание в виде лишения права управления транспортным средством (ст. 3.8 КоАП РФ), то отбытый им срок такого наказания засчитывается в срок назначенного по уголовному делу дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью с приведением в приговоре оснований принятого решения и с указанием периода, подлежащего зачету.

Проверив материалы уголовного дела, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 в совершении данного преступления при указанных фактических обстоятельствах подтверждаются достаточной совокупностью исследованных судом доказательств, подробное содержание и анализ которых содержится в обжалуемом приговоре.

Так, из показаний самого осужденного ФИО1 следует, что 27 мая 2023 года он, находясь за рулем автомобиля «Volvo-XC70», г/н **, заехал во двор дома по адресу: ****. Загрузив вещи, он сел в автомобиль и решил сдать назад, включил заднюю передачу, отпустил педаль тормоза и автомобиль начал медленное движение задним ходом. При этом помощью третьих лиц при выполнении данного маневра он не пользовался. В этот момент он услышал звук, остановился, вышел из транспортного средства и увидел, что Р. лежит на асфальте в позе эмбриона. Он помог Р. подняться, взял его на руки и отнес на скамейку, где стал оказывать ему первую медицинскую помощь, после чего сразу вызвал полицию и скорую помощь. После данного дорожно-транспортного происшествия он неоднократно посещал Р. в больнице, приносил ему продукты, переводил денежные средства на лекарства. После выписки потерпевшего также навещал его дома, помогал по быту и финансово, оплачивал такси до больницы, а также сам отвозил его. Он принес потерпевшему извинения, которые тот принял, выплатил ему 150 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Кроме показаний осужденного его вина в совершении данного преступления подтверждается:

показаниями потерпевшего Р. о том, что 27 мая 2023 года он вышел из подъезда своего дома, остановился, чтобы положить ключи от дома в сумку и почувствовал удар, от которого плашмя упал на асфальт, ударился головой и лицом. Дальнейшие события помнит плохо, очнулся на скамейке у подъезда в сидячем положении и понял, что его сбил автомобиль. ФИО1, оказавшийся водителем данного автомобиля, оказал ему первую медицинскую помощь, вызвал сотрудников ДПС и бригаду скорой помощи, после чего его доставили в больницу. Звуковой сигнал автомобиля он не слышал, проблем со слухом не имеет. ФИО1 приходил к нему в больницу, также навещал его дома, давал деньги на лекарства, выплатил ему 150 000 рублей в счет компенсации морального вреда, принес ему извинения. После дорожно-транспортного происшествия он месяц лежал, три месяца не работал, так как у него болела голова и плохо видел глаз. В настоящее время он чувствует головокружение, у него появилась боязнь ходить по асфальту, зрение восстановилось, в связи с чем им подано исковое заявление о взыскании с ФИО1 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда;

показаниями свидетеля Б. о том, что 27 мая 2023 года за ней приехал ФИО1, помог ей загрузить ее вещи и она села к нему в автомобиль на переднее пассажирское место. ФИО1 включил заднюю передачу, начал движение задним ходом и в этот момент она услышала стук. ФИО1 посмотрел в зеркала и быстро вышел из машины. Она вышла вслед за ним и увидела, что на асфальте лежит Р., у которого на лице в районе лба были видны следы крови. ФИО1 взял его на руки, отнес на скамейку возле подъезда и начал оказывать ему первую медицинскую помощь, вызвал скорую помощь и сотрудников ДПС. При выполнении движения назад ФИО1 помощью третьих лиц не пользовался. Со слов ФИО1 ей известно, что он навещал Р. и разговаривал с его матерью;

показаниями свидетелей П. и Д., сотрудников ДПС ГИБДД Управления МВД России по г. Перми, о том, что 27 мая 2023 года по сообщению о дорожно-транспортном происшествии они приехали по адресу: ****. На месте происшествия было установлено, что на дворовой территории у дома ФИО1, управляя автомобилем «Volvo-XC70», г/н **, совершил наезд на пешехода Р. при выполнении маневра «движение задним ходом». ФИО1 от управления транспортным средством был отстранен и направлен на медицинское освидетельствование. Согласно справке ГБУЗ ПК «ПККНД» у ФИО1 обнаружены признаки, позволяющие предположить наличие опьянения, согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения у ФИО1 установлено состояние опьянения, в связи с чем в отношении него был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ;

видеозаписью, исследованной судом апелляционной инстанции в ходе судебного заседания, на которой зафиксировано совершение ФИО1 наезда при выполнении маневра «движение задним ходом» на пешехода Р., стоявшего спиной к автомобилю на придомовой территории. В результате наезда Р. упал на асфальт;

протоколом осмотра места совершения административного правонарушения от 27 мая 2023 года, в ходе которого по адресу: ****, установлена обстановка, в том числе погода, освещение, состояние видимости с рабочего места водителя автомобиля, расположение автомобиля «Volvo-XC70», г/н **, а также зафиксировано отсутствие следов шин и торможения; на проезжей части в двух метрах от транспортного средства обнаружено вещество бурого цвета;

протоколом от 27 мая 2023 года об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством в связи с наличием достаточных оснований полагать, что он управлял автомобилем в состоянии опьянения;

протоколом о направлении ФИО2 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 27 мая 2023 года, на которое он согласился;

актом медицинского освидетельствования от 30 мая 2023 года, согласно которому у ФИО1 установлено состояние опьянения, у него обнаружено 9-карбокси-11-нор-дельта 9-тетрагидроканнабинол – основной метаболит тетрагидроканнабинола;

заключением эксперта от 24 июля 2024 года № 685доп/8доп/1767м/д, согласно которому Р. 27 мая 2023 года была причинена закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга легкой степени, переломов костей лицевого черепа и свода черепа, ушибленных ран, ссадин, гематом на голове, которая в соответствии с п. 6.1.2 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Кроме того, Р. были причинены ссадины на конечностях, которые в соответствии с п. 9 указанных выше Медицинских критериев расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. Вышеуказанные повреждения образовались от ударных и плотноскользящих (трения) воздействий твердого тупого предмета (предметов). Характер повреждений, их локализация, механизм образования и сведения, полученные из материалов уголовного дела (показания потерпевшего и подозреваемого, видеозапись с места происшествия) допускают возможность получения всех указанных выше повреждений при падении с высоты собственного роста (из положения стоя);

и другими доказательствами.

Выводы суда по результатам оценки исследованных доказательств с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела сделаны в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ, с соблюдением принципов презумпции невиновности (ст. 14 УПК РФ) и свободы оценки доказательств (ст. 17 УПК РФ).

При этом суд привел в приговоре убедительные мотивы, по которым одни доказательства приняты, а другие, в том числе показания осужденного о том, что он в момент ДТП в состоянии опьянения не находился, отвергнуты, как недостоверные, поскольку опровергаются исследованным судом протоколом о направлении ФИО2 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на которое он согласился, а также актом медицинского освидетельствования от 30 мая 2023 года, согласно которому по результатам забора у ФИО1 биологического объекта, произведенного 27 мая 2023 года, у него установлено состояние опьянения.

Вопреки доводам жалобы суд законно сослался в приговоре на выводы, содержащиеся в заключении эксперта от 24 июля 2024 года № 685доп/8доп/1767м/д, поскольку они сделаны по результатам исследования наиболее полных сведений из материалов уголовного дела, в том числе показаний потерпевшего Р. и ФИО1, данных в качестве подозреваемого, а также видеозаписи с места происшествия, являются научно обоснованными и непротиворечивыми. Достоверность выводов эксперта относительно квалификации полученных потерпевшим телесных повреждений и возможности их образования при падении с высоты собственного роста сомнений не вызывают. При этом необходимость в допросе экспертов может быть вызвана лишь недостаточной ясностью изложения ими хода и результатов исследования в заключении, отсутствием должной обоснованности выводов либо неполнотой исходных данных, чего по данному уголовному делу не установлено, в связи с чем оснований для вызова и допроса эксперта в судебном заседании у суда первой инстанции не имелось. 

Кроме того, следует отметить, что в своих показаниях осужденный не оспаривал факта наезда на потерпевшего и причинения ему указанных выше телесных повреждений.

Не являются обоснованными и доводы защитника о недопустимости использования в доказывании видеозаписи дорожно-транспортного происшествия, поскольку данная видеозапись была изъята, исследована и приобщена к уголовному делу в качестве вещественного доказательства с соблюдением процессуальных требований. При этом в протоколе выемки указаны все необходимые обстоятельства проведения данного следственного действия, в том числе сведения, необходимые для идентификации диска с видеозаписью. Также указано, что потерпевший выдал данный диск с видеозаписью добровольно. Таким образом, источник происхождения видеозаписи был установлен, какие-либо сомнения в объективности отображения в ней информации и ее целостности, отсутствуют. Кроме того, сам осужденный после исследования данной видеозаписи в судебном заседании суда апелляционной инстанции подтвердил отображенные на данной записи обстоятельства дорожно-транспортного происшествия.

Данное происшествие имело место в результате нарушения ФИО1 п. 2.7, 17.1 и 8.12 Правил дорожного движения РФ.

В соответствии п. 2.7 ПДД РФ водителю запрещается: управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного). 

Согласно п. 17.1 ПДД РФ в жилой зоне пешеходы имеют преимущество; согласно п. 8.12 ПДД РФ движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Совокупность представленных доказательств позволяют достоверно установить, что ФИО1 в нарушение п. 2.7, 17.1 и 8.12 ПДД РФ, управляя автомобилем в состоянии опьянения, находясь в жилой зоне, не убедившись в безопасности движения транспортного средства задним ходом, и не прибегнув к помощи других лиц, совершил наезд на потерпевшего, в результате чего ему был причинен тяжкий вред здоровью.

Правильно установив фактические обстоятельства уголовного дела, суд дал им надлежащую правовую оценку, верно квалифицировав действия ФИО1 по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ.

Обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость совершенного осужденным деяния, нет.

Рассматривая вопрос о справедливости назначенного ФИО1 наказания, суд апелляционной инстанции находит правильными выводы суда о том, что цели наказания, а именно восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений, могут быть достигнуты исключительно с применением к нему принудительных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Данные выводы соответствуют характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, сделаны с учетом совокупности установленных судом обстоятельств, смягчающих наказание: наличия малолетних детей, оказания иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, оказания первой медицинской помощи, иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, выразившихся в посещении в больнице, покупке лекарств, оказании помощи в быту, принесения извинений потерпевшему, частичного добровольного возмещения морального вреда, причиненного в результате преступления, частичного признания вины, раскаяния в содеянном, участия в боевых действиях по защите Отечества; отсутствия отягчающих обстоятельств, а также с учетом влияния наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Таким образом, судом были учтены все значимые для назначения наказания обстоятельства.

При этом установленные смягчающие наказание обстоятельства, связанные с поведением осужденного после совершения преступления, а именно оказание им помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, вызов скорой помощи, оказание первой медицинской помощи, частичное возмещение морального вреда, и иные действия, направленные на заглаживание вреда потерпевшему, признаны исключительными, позволили суду применить положения ст. 64 УК РФ и назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ. Допущенная судом неточность в изложении применяемого к осужденному правила, предусмотренного ст. 64 УК РФ, с учетом содержания судебной аргументации по соответствующему вопросу, является явной технической ошибкой, каких-либо сомнений в решение суда не вносит и о нарушении норм уголовного закона при назначении наказания не свидетельствует.

Проанализировав данные обстоятельства в совокупности, суд пришел к верному выводу о возможности исправления ФИО1 с применением к нему принудительных работ, но не условного осуждения (ст. 73 УК РФ), в связи с чем, назначив лишение свободы, в соответствии с ч. 2 ст. 531 УК РФ заменил его указанным видом наказания.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, надлежащим образом мотивированы и сделаны с учетом как характера и степени общественной опасности совершенного преступления, так и сведений о личности осужденного как участника дорожного движения, свидетельствующими о привлечении его к административной ответственности в сфере безопасности дорожного движения. Данные факты ФИО1 в суде апелляционной инстанции не отрицал.

Срок основного наказания, так же как срок дополнительного наказания, является справедливым и смягчению не подлежит.

Доводы стороны защиты в суде апелляционной инстанции о том, что осужденным после вынесения обжалуемого приговора было произведено перечисление дополнительных 41000 рублей потерпевшему в счет компенсации морального вреда, не влекут смягчение назначенного наказания, поскольку данные действия осужденного направлены на исполнение приговора в части разрешения гражданского иска. Кроме того, частичное добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, признано судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы решение суда в части разрешения гражданского иска является законным и обоснованным.

При разрешении исковых требований потерпевшего суд надлежаще мотивировал свои выводы о размере денежной компенсации морального вреда, исходя из положений ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ. Судом были изучены и учтены обстоятельства совершения преступления, характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также сведения о трудоспособности и возрасте осужденного, его материальном положении. Определенный судом размер компенсации причиненного потерпевшему морального вреда соответствует требованиям разумности и справедливости.

Так, из представленных доказательств установлено, что в результате нарушения ФИО1 правил дорожного движения потерпевшему Р. была причинена, в том числе закрытая черепно-мозговая травма, составившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, в связи с чем он длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении. Согласно показаниям потерпевшего после выписки из больницы он длительное время не мог осуществлять свою трудовую деятельность, испытывал сильные головные боли, у него наступило ухудшение зрения. До настоящего времени он все еще чувствует головокружение, у него появилась боязнь ходить по асфальту.

При таких обстоятельствах, оснований считать сумму взысканной с осужденного компенсации морального вреда завышенной и ее снижения, не имеется. При этом суд обоснованно отклонил доводы стороны защиты о снижении размера компенсации морального вреда в связи с выплатой потерпевшему страхового возмещения, поскольку согласно ч. 1 ст. 6 Федерального Закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену оспариваемого приговора при производстве по уголовному делу не допущено. В то же время данный приговор подлежит изменению.

Так, ссылаясь в описательно-мотивировочной части, в том числе при описании преступного деяния на нарушение ФИО1 п. 1.3 ПДД РФ, суд не учел, что требования, установленные данным пунктом Правил, носят общий характер и в прямой связи с допущенным дорожно-транспортным происшествием не находятся, в связи с чем не подлежали включению в приговор. В этой связи из описательно-мотивировочной части приговора необходимо исключить ссылку на нарушение ФИО1 п. 1.3 ПДД РФ.

Кроме того, при описании преступного деяния суд допустил суждение о невозможности образования повреждений у потерпевшего Р. при падении на плоскости из положения стоя, которое противоречит положенным в основу приговора выводам заключения эксперта от 24 июля 2024 года № 685доп/8доп/1767м/д о том, что характер повреждений, их локализация, механизм образования и сведения, полученные из материалов уголовного дела (показания потерпевшего и подозреваемого, видеозапись с места происшествия) допускают возможность получения потерпевшим повреждений при падении с высоты собственного роста (из положения стоя). Кроме того, данное суждение не соответствует предъявленному ФИО1 обвинению, в связи с чем подлежит исключению из приговора.

Вместе с тем данные изменения не меняют объема преступных действий ФИО1, за которые он осужден, характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, в связи с чем не влекут смягчения назначенного ему наказания.

Однако следует признать обоснованными доводы апелляционной жалобы о необходимости учета отбытого ФИО1 административного наказания. 

По смыслу закона, если по уголовному делу будет установлено, что лицо в связи с допущенным правонарушением было лишено права управления транспортным средством в порядке ст. 12.8 или 12.26 КоАП РФ, то отбытый им срок лишения права управления транспортным средством засчитывается в срок назначенного по уголовному делу дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью с приведением в приговоре оснований принятого решения и с указанием периода, подлежащего зачету (п. 12.1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения»).

Данные требования закона судом не соблюдены.

Как следует из материалов дела, постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Дзержинского судебного района г. Перми от 24 июля 2023 года ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ за управление 27 мая 2023 года при обстоятельствах настоящего уголовного дела автомобилем «Volvo-XC70», г/н **, в состоянии опьянения, за что подвергнут наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортным средством на срок 1 год 6 месяцев. 

Согласно сведениям, представленным суду апелляционной инстанции Управлением МВД России по г. Перми, 15 сентября 2023 года ФИО1 сдал водительское удостоверение в отделение по исполнению административного законодательства полка ДПС, и с этого дня исчисляется назначенный ему срок лишения права управления транспортными средствами.

Постановлением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 28 июня 2024 года по протесту заместителя прокурора Пермского края постановление мирового судьи от 24 июля 2023 года было отменено на основании п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, поскольку в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело за те же противоправные действия, за которые он привлечен к административной ответственности.

При таких обстоятельствах, отбытое ФИО1 административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами в период с 15 сентября 2023 года по 28 июня 2024 года необходимо зачесть в срок назначенного ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Иных нарушений, влекущих отмену или изменение приговора, по уголовному делу не допущено.

Руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Дзержинского районного суда г. Перми от 4 сентября 2024 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на нарушение ФИО1 п. 1.3 ПДД РФ;

исключить из описания преступного деяния суждение о невозможности образования повреждений у потерпевшего Р. при падении на плоскости из положения стоя;

зачесть в срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, отбытое ФИО1 административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами в период с 15 сентября 2023 года по 28 июня 2024 года.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Андрюковой Л.В. – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 4014 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 40110 – 40112 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись