Дело № 2-2017/19

26RS0029-01-2019-003055-47

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Пятигорский городской суд Ставропольского края

Пятигорский городской суд Ставропольского края под председательством

председательствующего судьи Суворовой С.М., 

при секретаре судебного заседания Амвросовой А.К.,

с участием:

представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2, 

представителя ответчика ФИО3 по доверенности ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 20 декабря 2019 года в Пятигорском городском суде гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным, признании права отсутствующим,

установил:

В обоснование заявленных требований истец пояснил, что она являлась собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Земельный участок под домовладением также принадлежал ей на праве собственности. На данном земельном участке помимо жилого дома имелись еще ряд строений, в том числе литер К, который ранее являлся гаражом. В 2017 году ее сыну понадобились денежные средства и он обратился к истцу с просьбой дать согласие на оформление принадлежащего ей жилого дома в залог, для чего истцом была оформлена в 

<

адрес> доверенность на сына. Приехав в 2019 году в 

<

адрес>, ей стало известно о том, что ее сыном ФИО5 по доверенности ДД.ММ.ГГГГ подписан договор купли-продажи жилого дома и земельного участка с ФИО3 Истец считает данную сделку мнимой, и просит суд признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества между ФИО1 и ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, признать отсутствующим право собственности у ФИО3 на следующие объекты недвижимости: жилой дом общей площадью 58,8 кв.м., земельный участок с кадастровым номером № площадью 575 кв.м., здание вспомогательного назначения – летняя кухня площадью 73,4 кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес>. Истец также просил суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей.

В судебное заседание не явились третьи лица ФИО5, и представитель УФСГР КиК, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом. С учетом положений ст. 167 ГПК РФ, а также мнения лиц, участвующих в деле, суд счел возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц. 

В судебном заседании полномочный представитель истца просила иск удовлетворить по доводам, изложенным в иске.

Полномочный представитель ответчика ФИО3 против удовлетворения требований возражала, оспариваемую сделку считает законной, оснований полагать ее мнимой не имеется, так как юридические последствия совершенной сделки наступили, доводы истца о том, что предметом сделки был только жилой дом, в то время, как на земельном участке были и другие постройки, также не состоятелен, что подтверждается заключение судебной строительно-технической экспертизы. Суду также представлены письменные возражения, которые приобщены к материалам гражданского дела.

Выслушав истца, его представителя, представителей ответчиков, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства с учетом требований закона об относимости, допустимости и достоверности, а также их значимости для правильного разрешения заявленных требований, суд считает, что требования, заявленные ФИО1, подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Согласно части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу части 1 статьи 196 названного кодекса при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Кроме того, в соответствии с частью 4 статьи 67 и частью 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан в мотивировочной части решения указать доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела, доводы и мотивы, по которым одни доказательства приняты, а другие отвергнуты судом.

В силу ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в надлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Из материалов дела усматривается, что 10.07.2017 между продавцом ФИО1 и покупателем ФИО3 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, согласно которого продавец передал в собственность покупателя следующее недвижимое имущество: жилой дом общей площадью 58,8 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, земельный участок с кадастровым номером № площадью 575 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>. Указанный жилой дом и земельный участок проданы за 800 000 рублей. 

От имени продавца ФИО1 в сделке выступал ФИО5 на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной ФИО6 – нотариусом нотариальной территории Ачапняк, Рееспублика Армення, зарегистрировано в реестре за №, код нотариального акта №. 

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.06.1999 N 8 (ред. от 27.06.2017) "О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса", применяя нормы международных договоров, суд руководствуется тем, что толкование международных правил производится в порядке, определенном разд. 3 ч. 3 Венской конвенции о праве международных договоров от 23.05.1969.

Суд толкует международно-правовую норму добросовестно, в контексте и в соответствии с объемом и целями международного договора Российской Федерации.

В соответствии с частью 4 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации документ, полученный в иностранном государстве, признается письменным доказательством в суде, если не опровергается его подлинность и он легализован в определенном порядке.

Иностранные официальные документы признаются в суде письменными доказательствами без их легализации в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (часть 5 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как указано в статье 408 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, документы, выданные, составленные или удостоверенные в соответствии с иностранным правом по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации в отношении российских граждан или организаций либо иностранных лиц, принимаются судами в Российской Федерации при наличии легализации, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации или федеральным законом. Документы, составленные на иностранном языке, должны представляться в суды в Российской Федерации с надлежащим образом заверенным их переводом на русский язык.

Легализация документов не требуется в отношениях между странами участницами Конвенции, отменяющей требования легализации иностранных официальных документов (заключена в г. Гааге 5 октября 1961 г., далее также - Конвенция). Республика Армения (с 14 августа 1994 года) и Российская Федерация (с 31 мая 1992 г.) являются сторонами, подписавшими данный международный договор.

Согласно абзацу первому статьи 3 названной конвенции единственной формальностью, которая может быть потребована для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и, в надлежащем случае, подлинности печати или штампа, которыми скреплен этот документ, является проставление предусмотренного статьей 4 апостиля компетентным органом государства, в котором этот документ был совершен.

Предусмотренный в первом абзаце статьи 3 Конвенции апостиль проставляется на самом документе или на отдельном листе, скрепляемом с документом; он должен соответствовать образцу, приложенному к Конвенции (абзац первый статьи 4 Конвенции).

Апостиль проставляется по ходатайству подписавшего лица или любого предъявителя документа. Заполненный надлежащим образом, он удостоверяет подлинность подписи, качество, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и, в надлежащем случае, подлинность печати или штампа, которыми скреплен этот документ. Подпись, печать или штамп, проставляемые на апостиле, не требуют никакого заверения (статья 5 Конвенции).

В судебном заседании установлено что ФИО1 является гражданской Российской Федерации, ею на территории Республики Армения выдана доверенность, удостоверенная нотариусом ФИО6, однако апостиль на данной доверенности не проставлен, иным способом документ не легализован, а потому суд приходит к выводу о ничтожности совершенного 10.07.2017 договора купли-продажи недвижимого имущества между ФИО1, от имени которой выступал ФИО5, и ФИО3 

Соответственно, доверенность, подписанная ФИО1 в Республике Армения, не соответствует требованиям закона и ничтожна.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что у ФИО5 не возникло права на подписание оспариваемого договора купли-продажи недвижимого имущества от имени истца ФИО1, в связи с чем данная сделка является ничтожной. 

Суд не может согласиться с доводами истца о том, что оспариваемая сделка является мнимой, так как фактически между сторонами заключался договор залога в обеспечение договора займа между ФИО5 и ФИО3 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в абзаце 2 пункта 86 Постановления от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса РФ" следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Положения пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Суду не представлено надлежащих доказательств, которые подтвердили бы позицию истца о заключенном договоре займа между ФИО5 и ФИО3 В качестве оказательства суду представлена фотокопия расписки, согласно которой ФИО5 взял в долг у ФИО3 денежные средства в размере 7 000 000 рублей и в обеспечение данного займа передает ему принадлежащий его матери спорный жилой дом. При этом представитель ФИО3 в судебном заседании подлинность этой расписки не подтвердила. Оригинал документа суду на обозрение не представлен, в связи с чем суд не может счесть такую расписку надлежащим и допустимым доказательством по гражданскому делу. 

В отсутствие иных доказательств суд приходит к выводу о недоказанности доводов о мнимости совершенной сделки, на которых настаивала представитель истца в судебном заседании.

По делу проведена строительно-техническая экспертиза. В соответствии с выводами которой, жилой дом литер «А» с пристроенными строениями литер «а» и «а1», расположенный по адресу: 

<

адрес>, соответствует правоустанавливающим документам. Экспертом установлено, что на земельном участке по адресу: 

<

адрес> расположены следующие объекты недвижимости: Жилой дом литер «А» с пристроенными строениями литер «а» и «а1». Хозяйственная постройка литер «Б», площадью 16,38 кв.м. Хозяйственная постройка литер «Д», площадью 27,38 кв.м. Строение литер «К» - летняя кухня, 2-х этажная, площадью 188,2 кв.м. Хозяйственная постройка литер «Н», площадью 18,83 кв.м. Санузел литер «1» площадью 2,95 кв.м. Санузел литер «11» площадью 2,39 кв.м. Хозяйственная постройка литер «111», площадью 11,0 кв.м. Пристройка к литер «К» - литер «VI» площадью 17,8 кв.м. Хозяйственная постройка литер «V», площадью 19,31 кв.м. Пристройка к литер «К» - литер «VI», площадью 27,3 кв.м. Также на участке расположены некапитальные строения и сооружения: Навес литер «В» 28,88 кв.м. Навес литер «М» площадью 44,5 кв.м. Навес литер «VII» площадью 3,75 кв.м. Экспертом указано, что правоустанавливающим документам (договору купли-продажи от 10.07.2017г.) соответствует жилой дом и земельный участок, остальные объекты недвижимости в договоре купли-продажи не указаны и являются вспомогательными строениями.

Учитывая нормы ст. 135 ГК РФ, вспомогательные строения, предназначенные для обслуживания главной вещи - жилого дома, следуют судьбе главной вещи. При ответе на вопрос № экспертом установлено, объемно-планировочные характеристики домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, соответствуют объемно-планировочным характеристикам, приведенным в договоре купли- продажи недвижимого имущества от 10.07.2017г. При ответе на 3 вопрос, экспертом установлено, что строение литер «К», 2-х этажное, общей площадью 188,2 кв.м, возведено после 14.11.2017г. (то есть после заключения договора купли-продажи и переходе права собственности к ФИО3); строение литер «а» - возведено до 15.10.1969г.; строение литер «а1» - возведено до 18.09.1992г.; строение литер «М» - возведено до 24.03.2016г. Таким образом, довод истца о том, что на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

адрес> на момент заключения договора-купли-продажи имелось иное недвижимое имущество (здание кафе), которое не стало предметом договора купли-продажи, опровергается выводами экспертного заключения.

О других основаниях признания сделки недействительной суду не заявлено.

Истцом заявлено о признании отсутствующим права собственности у ФИО3 по ничтожному договору купли-продажи от 10.07.2017 на объекты недвижимости жилого дома площадью 58,8 кв.м. с кадастровым номером № и земельного участка площадью 575 кв.м. с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>.

Данное требование истца суд считает не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. 

В силу п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно абз. 4 п. 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29.04.2010 года в случаях, когда запись в ЕГРН нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Требование о признании права отсутствующим в качестве самостоятельного способа защиты может быть предъявлено лишь владеющим собственником имущества к лицу, которое этим имуществом не владеет, но право которого по каким-либо причинам также зарегистрировано в ЕГРН, нарушая, тем самым, право владеющего собственника, не связанное с утратой этого владения.

Таким образом, признание права отсутствующим не может являться последствием ничтожной сделки, так как правовая природа данного способа защиты прав совсем иная, а потому в удовлетворении требования истца о признании отсутствующим права собственности у ФИО3 по ничтожному договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на объекты недвижимости жилого дома площадью 58,8 кв.м. с кадастровым номером № и земельного участка площадью 575 кв.м. с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, следует отказать.

О применении судом иных последствий ничтожной сделки истцом не заявлено.

В силу части 4 статьи 166 ГК РФ суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В данной сделке интересы являются исключительно частно-правовыми, а потому у суда полномочий на применение последствий ничтожной сделки по своей инициативе не имеется.

Истцом также заявлено о взыскании с ответчика в свою пользу компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей.

Данные требования суд также счел не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В силу ст. 151 (абзац первый) ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", учитывая, что вопросы компенсации морального вреда регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В судебном заседании не установлено действий ответчика в отношении истца, нарушающих ее личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину нематериальные блага. Спор о признании сделки недействительной является имущественным спором, и компенсация морального вреда по такому виду спора действующим законодательством не предусмотрена. 

С учетом вышесказанного, суд счел необходимым отказать истцу в удовлетворении требования о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей.

При подаче иска истцом оплачена государственная пошлина в размере 11 500 рублей. 

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 данного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Связи с вышеуказанной нормой. С ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 11 200 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать недействительным ничтожный договор купли-продажи недвижимого имущества – жилого дома площадью 58,8 кв.м. с кадастровым номером № и земельного участка площадью 575 кв.м. с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО3.

В удовлетворении требования о признании отсутствующим права собственности у ФИО3 по ничтожному договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ на объекты недвижимости жилого дома площадью 58,8 кв.м. с кадастровым номером № и земельного участка площадью 575 кв.м. с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, отказать.

В удовлетворении требования ФИО1 о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 11 200 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Пятигорский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Судья С.М. Суворова