Дело № 2-659/18

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

п. Каменоломни 26 июля 2018 года 

Октябрьский районный суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Купченко Н.В., при секретаре Семисотовой С.В., с участием истца ФИО3 представителей истца ФИО4, ФИО5, ФИО6, ответчика ФИО7 представителя ответчика ФИО8, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО7 о возмещении имущественного ущерба и о компенсации морального вреда,-

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО7 о возмещении имущественного ущерба и о компенсации морального вреда. В обоснование своих требований указала те обстоятельства, что приговором мирового судьи судебного участка № 1 Октябрьского судебного района Ростовской области по уголовному делу № она была оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в действиях состава преступления, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. Данный приговор вступил в законную силу. Для защиты своих интересов в суде она заключила соглашения с адвокатом Октябрьского филиала РОКА ФИО2 которому уплатила денежные средства всего в сумме 45000 рублей, при этом, за представление интересов суде первой инстанции было уплачено 30000 рублей, а за представление интересов в суде апелляционной инстанции было уплачено 15000 рублей. Истец полагает, что расходы на оплату услуг защитника в этом случае не относятся к числу процессуальных издержек, а должны расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования в соответствии со ст. 15 ГК РФ. В качестве обоснования требования о компенсации морального вреда истец указал на то, что ответчик злоупотребил правом частного обвинителя, его обращение в суд с заявлением о привлечении истца к уголовной ответственности не имело под собой никаких правовых оснований и было продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить истцу моральный вред. Истец в связи с бездоказательным и уголовным преследованием испытывала нравственные страдания, у нее обострились имеющиеся ранее заболевания, она потеряла покой и сон. На основании изложенного истец просила суд взыскать с ФИО7 в ее пользу в качестве возмещения имущественного ущерба в виде понесенных расходов по уголовному делу № на оплату услуг адвоката в сумме денежные средства в размере 45000 рублей и в качестве компенсации морального вреда денежные средства в сумме 50000 рублей.

Истец ФИО3 и ее представители ФИО4, ФИО5, ФИО6, в судебном заседании исковые требования в части компенсации морального вреда уточнили в сторону увеличения и просили взыскать с ответчика в качестве компенсации морального вреда денежные средства в размере 400000 рублей, в остальной части исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске и просили суд их удовлетворить. 

Ответчик ФИО7 и его представитель ФИО8 в судебном заседании уточненные исковые требования не признали, просили в иске отказать. В обоснование своих возражений указали на те обстоятельства, что обращение ФИО7 к мировому судье с жалобой частного обвинения являлось проявлением правомерного поведения со стороны ФИО7 и не имело своей целью причинение какого-либо ущерба истцу. В то же время понесенные истцом расходы на оплату услуг адвоката в уголовном процессе не являлись необходимыми. Доводы о причинении истцу морального вреда полагали недоказанными. Так же указали, что ФИО2 принимал участие в уголовном деле в суде первой инстанции в качестве защитника подсудимой ФИО3 по назначению суда, действуя на основании ордера № от 29.04.2017 г., где в качестве основания выдачи данного ордера указана статья 51 УПК РФ. В материалах уголовного дела № отсутствуют сведения о том, что в суде первой инстанции адвокат ФИО2 осуществлял защиту подсудимой ФИО3, действуя на основании соглашения, заключенного с ФИО3 Кроме того, в представленных суду квитанциях к приходному кассовому ордеру № от 25 июля 2017 г. и № от 15 августа 2017 г., указана сумма 30 рублей и 15 рублей соответственно, при том, что, согласно, условиям договора от 25 июля 2017 г. сумма вознаграждения составляет 15000 рублей и 30000 рублей по договору на оказание юридической помощи от 15 августа 2017 г., что не соответствует существенным условиям договоров. 

Заслушав пояснения истца, ответчика и их представителей, исследовав материалы дела, суд, на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в материалах дела доказательств, приходит к выводу о том, что исковое требование ФИО3 к ФИО7 о возмещении имущественного ущерба подлежит удовлетворению, а исковое требование ФИО3 к ФИО7 о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит, по следующим основаниям:

В соответствии с ч. 1 ст. 20 УПК РФ, в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Согласно ч. 2 ст. 29 УПК РФ, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст. 128.1 УК РФ, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 29 УПК РФ.

Частью 1 ст. 133 УПК РФ установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения за исключением случаев, предусмотренных п. 2 ч. 1 и ч. 4 ст. 147 УПК РФ, возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Вместе с тем, из разъяснений, содержащихся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2013 г. N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам", следует, что, согласно ч. 9 ст. 132 УПК РФ, при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу.

В ст. 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ, к одному из способов защиты гражданских прав относится, в том числе, и возмещение убытков.

Согласно п.1 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Судом установлено и следует из материалов дела, что приговором мирового судьи судебного участка №1 Октябрьского судебного района Ростовской области от 29.08.2017 года, принятым п уголовному делу №, ФИО3 была оправдана по обвинению частного обвинителя ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава указанного преступления. Как было установлено в приговоре от 29.08.2017 года, частный обвинитель ФИО7 добросовестно заблуждался относительно тех фактов, что обращения ФИО3 в органы государственной власти, являвшиеся предметом доказывания по указанному уголовному делу, образуют в действиях ФИО3 состав преступления, предусмотренного ч.1 ст. 128.1 УК РФ.

Апелляционным постановлением Октябрьского районного суда Ростовской области от 16.11.2017 года указанный приговор был оставлен без изменения.

Судом установлено, что в ходе производства по уголовному делу № в первой и апелляционной инстанции ФИО3 были понесены расходы по оплате услуг адвоката ФИО2. всего в сумме 45000 рублей, что подтверждается представленными в материалы дела договором на оказание юридической помощи от 25.07.2017 года на сумму вознаграждения в размере 15000 рублей, договором на оказание юридической помощи от 15.08.2017 года на сумму вознаграждения в размере 30000 рублей, а также квитанциями к данным договорам № от 25.07.2017 г. и № от 15.08.2017 года (л.д.6-11).

Из сообщения заведующего Октябрьским филиалом РОКА ФИО1 следует, что согласно платежной ведомости № от 28.07.2017 г. адвокатом ФИО2 от имени ФИО3 внесены в кассу филиала денежные средства в размере 500 рублей, 29.08.2017 года по платежной ведомости № внесены в кассу филиала денежные средства в размере 1000 рублей, 10.07.2018 года по платежной ведомости № внесены в кассу филиала денежные средства в размере 29500 рублей и по платежному поручению № внесены в кассу филиала денежные средства в размере 14000 рублей, а всего адвокатом ФИО2 от имени ФИО3 внесены в кассу филиала денежные средства в размере 45000 рублей.

На основании установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств, вопреки доводам ответчика и его представителя о том, что ФИО3 фактически не осуществила оплату услуг представителя ФИО2 за представление ее интересов при рассмотрении уголовного дела № в судах первой и апелляционной инстанциях всего в размере 45000 рублей, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО3 к ФИО7 о возмещении имущественного ущерба обоснованны и подлежат удовлетворению, поскольку убытки в размере 45000 рублей по оплате услуг представителя ФИО2 при рассмотрении уголовного дела № в судах первой и апелляционной инстанциях были фактически понесены ФИО3, что, в совокупности, подтверждается договором на оказание юридической помощи от 25.07.2018 года на сумму вознаграждения в размере 15000 рублей, договором на оказание юридической помощи от 15.08.2017 года на сумму вознаграждения в размере 30000 рублей, квитанциями к данным договорам № от 25.07.2017 г. и № от 15.08.2017 года, а также сообщением из Октябрьского филиала РОКА и распиской ФИО2

Положениями ст. 151, 1064 и 1099 ГК РФ устанавливается общее правило ответственности за причинение вреда, в том числе и морального, при наличии вины причинителя. Действующим уголовно-процессуальным законодательством предусмотрено право гражданина обратиться в суд с заявлением в порядке частного обвинения о совершении преступления, которое, как установлено судом, было реализовано ответчиком ФИО7 при обращении с жалобой частного обвинения к мировому судье о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 128.1 УК РФ, по результатам рассмотрения которой мировым судьей было возбуждено уголовное дело №. 

Согласно ч. 2 ст. 136 УПК РФ, иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом положений ст. 132 УК РФ, регулирующих порядок реабилитации, требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм ГК РФ с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Таким образом, анализируя положения ст. 151 ГК РФ и 1064 ГК РФ в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что указанные выше положения закона устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Такие исключения установлены специальными нормами для предусмотренных ст. 1100 ГК РФ случаев, а именно: для случаев причинения вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, - ст. 152 ГК РФ, согласно п. 1 которой гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности; - для случаев причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности - п. 1 ст. 1070 ГК РФ, согласно которому, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет соответствующей казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В соответствии с п. 2 ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 данной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ, то есть, при наличии вины причинителя.

Таким образом, из смысла положений ст. ст. 1064, 1070 и 1100 ГК РФ в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в п. 1 ст. 1070 ГК РФ, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.10.2011 N 22-П по делу о проверке конституционности ч.ч. 1 и 2 ст. 133 УПК РФ, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 УПК РФ государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (п.3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

В названном выше Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации также указано, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5).

Приведенное Конституционным Судом Российской Федерации различие в установлении оснований ответственности в зависимости от субъекта причинителя вреда обусловлено спецификой деятельности правоохранительных органов, при которой возможно невиновное причинение вреда вследствие принятия незаконных решений, в частности, на основании субъективной оценки доказательств, которые, в свою очередь, могут являться следствием фальсификации или ошибки других лиц (экспертов, переводчиков, свидетелей и т.п.). Кроме того, такая особенность объясняется также участием в расследовании уголовных дел широкого круга должностных лиц, вследствие чего установить вину конкретного должностного лица не во всех случаях представляется возможным.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы и конституционного права каждого на судебную защиту.

При этом, в соответствии с ч.2 ст. 21 УПК РФ, в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления.

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02 июля 2013 г. N 1059-О, обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного ст. 23 Конституции Российской Федерации.

В этом же определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу ч. 1 ст. 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 17.10.2011 г. N 22-П, необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Таким образом, не исключается использование гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, истцом ФИО3 не было представлено суду доказательств, объективно подтверждающих тот факт, что ответчик ФИО7, обращаясь в суд с заявлением частного обвинения, преследовал своей целью именно необоснованное привлечение истца к уголовной ответственности и имел намерения причинить ей вред, злоупотребляя своим правом при обращении в суд, поскольку, как установлено судом, частный обвинитель ФИО7 добросовестно заблуждался относительно тех фактов, что обращения ФИО3 в органы государственной власти, являвшиеся предметом доказывания по уголовному делу №, образуют в действиях ФИО3 состав преступления, предусмотренного ч.1 ст. 128.1 УК РФ.

Оправдательным приговором мирового судьи судебного участка №1 Октябрьского судебного района Ростовской области от 29.08.2017 года, принятым по уголовному делу № и оставленным без изменения апелляционным постановлением Октябрьского районного суда Ростовской области от 16.11.2017 года, установлено, что ФИО3 действительно обращалась к вышестоящему должностному лицу государственного служащего ответчика ФИО7 с заявлениями, касающимися конфликтных отношений, сложившихся между ФИО7 и ФИО3, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что проверка законности таких действий истца посредством обращения ответчика к мировому судье с жалобой частного обвинения в полной мере соответствует установленному закону способу реализации конституционного права ФИО7 на судебную защиту и не является фактом проявления злоупотребления правом со стороны ФИО7 исключительно с целью причинения вреда ФИО3, следовательно, при установленных судом обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО3 к ФИО7 о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд,-

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО3 к ФИО7 о возмещении имущественного ущерба, удовлетворить.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО3 в качестве возмещения имущественного ущерба в виде расходов на оплату услуг адвоката по уголовному делу частного обвинения № денежные средства в размере 45000 (сорок пять тысяч) рублей.

ФИО3 в удовлетворении исковых требований к ФИО7, о компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Октябрьский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья: подпись

Решение принято в окончательной форме 31.07.2018 года