Производство № 2-5815/2025

УИД 28RS0004-01-2025-012599-43

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 декабря 2025 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Самарской О.В.,

при секретаре Калашниковой А.В.,

с участием представителя истцов ФИО1, представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6, ФИО7 к ФИО2, ФИО4 в лице законного представителя ФИО8 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6, ФИО7 обратились в суд с иском к ФИО2, ФИО4 в лице законного представителя ФИО8, в обоснование которого истцы указали, что с 08 сентября 1993 года по 06 июля 2010 года ФИО6 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке. В период брака супругами была приобретена квартира № ***. После расторжения брака указанное жилое помещение осталось в фактическом пользовании ответчика ФИО2, раздел указанного имущества между супругами произведен не был.

Между тем, в августе 2025 года ответчиком стало известно, что указанное жилое помещение на основании договора купли-продажи от 13 июля 2018 года было продано ФИО2 несовершеннолетней ФИО4

Истцы считают указанную сделку недействительной, поскольку она совершена в отсутствии согласия ФИО6, также считают, что оспариваемая сделка является мнимой, поскольку была совершена лишь для вида, расчет по указанному договору фактически не производился.

На основании изложенного, ссылаясь на положения статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцы просят суд: 1) признать недействительным мнимым договор от 25 июля 2018 года купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: ***, заключенный между ФИО2 и ФИО4; 2) исключить из ЕГРН сведения о праве собственности ФИО4 на квартиру, расположенную по адресу: ***, в резолютивной части решения отразить, что данное решение является основанием для исключения сведений о регистрации в ЕГРН права собственности ФИО4 на указанное жилое помещение; 3) взыскать с ответчиков судебные расходы по оплате государственной пошлины.

Определениями Благовещенского городского суда Амурской области от 19 сентября 2025 года, 02 декабря 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, а также законного представителя ФИО4 привлечена ФИО8, Управление Росреестра по Амурской области.

В судебное заседание не явились заблаговременно извещенные о месте и времени судебного заседания истцы, ответчики, третье лицо ФИО8, обеспечившие явку своих представителей, представитель третьего лица Управления Росреестра по Амурской области. Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников дела.

В судебном заседании представитель истцов на иске настаивал, в обоснование приведя доводы, аналогичные доводам, изложенным в исковом заявлении, дополнительно указав, что срок исковой давности на предъявление настоящих исковых требований истцами не пропущен, поскольку о факте совершения оспариваемой сделки истцам стало известно 15 августа 2025 года.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 поддержал заявленные исковые требования, указав, что спорное жилое помещение было приобретено в период брака ФИО2 и ФИО6 После расторжения брака истец ФИО6 вместе с детьми переехала на постоянное место жительство в Приморский край, где и проживает до настоящего времени. В спорной квартире остался проживать ФИО2, который опасаясь, что ФИО6 предъявит к разделу спорную квартиру, заключил оспариваемый договор купли-продажи. Данный договор был осуществлен лишь для вида, расчет по договору не осуществлялся. Покупателем по договору выступает ФИО4, которая приходится дочерью сожительницы ФИО2 ФИО8 В настоящее время отношения между ФИО2 и ФИО8 прекратились, в связи с чем последняя потребовала выезд ФИО2 из спорной квартиры.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 в лице законного представителя ФИО9 с иском не согласился, оспаривая доводы стороны истца о мнимости договора купли-продажи, указал, что расчет по договору был произведен в полном объеме, сделка фактически исполнена. Заявил о пропуске истцами срока исковой давности на предъявление в суд настоящего иска.

Выслушав пояснения представителя истцов, представителей ответчиков, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со статьей 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 2 статьи 8.1, пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации такого права, а именно с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр недвижимости.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (часть 1, 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что в период с 08 сентября 1993 года по 06 июля 2010 года ФИО2 и ФИО6 состояли в зарегистрированном браке.

На основании договора купли-продажи от 01 октября 1997 года, в собственность ФИО2 было приобретено жилое помещение – ***.

На указанное жилое помещение было зарегистрировано право единоличной собственности ФИО2

13 июля 2018 года между ФИО2 (продавец) и ФИО8, действующей как законный представитель несовершеннолетней ФИО4 (покупатель) был заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил жилое помещение – ***.

На основании указанного договора, 25 июля 2018 года произведена государственная регистрация перехода права собственности на жилое помещение – ***, за ФИО4

Оспариваемый договор купли-продажи, заключен между ФИО2 и ФИО4, после прекращения брака со ФИО6, то есть тогда, когда ФИО2 и ФИО6 перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, следует установить наличие или отсутствие полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки. Также установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

Между тем в нарушение требований пункта 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что на момент подписания оспариваемого договора купли-продажи квартиры ФИО8, действующей в качестве законного представителя своей дочери ФИО4, было известно об отсутствии согласия ФИО6, на совершение данной сделки, материалы дела не содержат.

Материалами дела подтверждается, что на момент совершения оспариваемого договора, согласно сведениям ЕГРН, ФИО2 являлся единственным собственником отчуждаемого жилого помещения, в браке не состоял, в связи с чем оснований усомниться в его полномочиях при совершении сделки, у законного представителя ФИО4 – ФИО8 не имелось.

Часть 7 статьи 62 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» устанавливает перечень сведений, которые должны быть представлены в выписке, содержащей общедоступные сведения Единого государственного реестра недвижимости. Разумное и осмотрительное поведение добросовестного участника гражданского оборота, полагающегося на сведения данного реестра, не предполагает выяснения им, находилось ли имущество до его приобретения отчуждателем в общей совместной собственности бывших супругов и выяснять согласие бывшего супруга. Иное возлагало бы на приобретателей недвижимости все риски, связанные с признанием недействительными сделок, совершенных третьими лицами, и тем самым подрывало бы доверие граждан к государственной регистрации недвижимости.

Вместе с тем бывший супруг (сособственник общего совместного имущества), сведений о котором не имеется в Едином государственном реестре недвижимости, будучи заинтересованным в сохранении за собой права на общее имущество супругов, должен сам предпринимать меры - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности - по контролю за ним, и в том числе, когда это отвечает его интересам, совершать действия, направленные на своевременный раздел данного имущества. В том числе он вправе предпринять действия, направленные на внесение указания о нем как о сособственнике в запись о регистрации права собственности на входящее в совместную собственность имущество, о возражении в отношении зарегистрированного права на имущество либо о невозможности государственной регистрации без личного участия правообладателя или его законного представителя. В отсутствие же таких действий с его стороны недопустимо возложение неблагоприятных последствий сделки, совершенной без его согласия, на добросовестного участника гражданского оборота, полагавшегося на сведения указанного реестра и ставшего собственником имущества.

Вместе с тем бывший супруг (сособственник общего совместного имущества), сведений о котором не имеется в Едином государственном реестре недвижимости, будучи заинтересованным в сохранении за собой права на общее имущество супругов, должен сам предпринимать меры - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности - по контролю за ним, и в том числе, когда это отвечает его интересам, совершать действия, направленные на своевременный раздел данного имущества. В том числе он вправе предпринять действия, направленные на внесение указания о нем как о сособственнике в запись о регистрации права собственности на входящее в совместную собственность имущество, о возражении в отношении зарегистрированного права на имущество либо о невозможности государственной регистрации без личного участия правообладателя или его законного представителя. В отсутствие же таких действий с его стороны недопустимо возложение неблагоприятных последствий сделки, совершенной без его согласия, на добросовестного участника гражданского оборота, полагавшегося на сведения указанного реестра и ставшего собственником имущества.

Бремя доказывания того, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки, по смыслу пункта 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации возложено на сторону, заявившую требование о признании сделки недействительной.

В силу указанных норм закона и положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания того, что другая сторона в сделке ФИО4 в лице законного представителя ФИО8 знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга (участника общей собственности) возложено на ФИО6

Однако таких доказательств, отвечающих требованиям статей 55, 59 (относимость доказательств), 60 (допустимость доказательств) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцами не представлено.

Учитывая, что отчуждение жилого помещения произведено спустя более 8 лет после расторжения брака между ФИО2 и ФИО6, при этом на момент совершения сделки ФИО2 являлся титульным владельцем квартиры, доказательств, свидетельствующих о том, что на дату совершения оспариваемой сделки ФИО6, каким-либо образом выражала свое несогласие с отчуждением данного помещения, в том числе путем доведения его до ФИО4 в лице законного представителя ФИО8, в материалы дела не представлено, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи недействительным, в виду отсутствия согласия ФИО6

В соответствии с частью 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Из содержания условий договора купли-продажи от 13 июля 2018 года следует, что квартира приобретается покупателем у продавца за 3 000 000 рублей. На момент подписания договор расчет произведен полностью (пункт 4 договора).

Указанный договор подписан самим ФИО2, что последним в ходе рассмотрения спора не оспаривалось, при этом в течение более 7 лет, со стороны продавца по указанному договору каких-либо претензий относительно условий данного договора, в том числе расчета по нему в адрес покупателя предъявлено не было, в связи чем доводы стороны истцов, а также ответчика ФИО2 об отсутствии расчета по указанному договору, судом отклоняются.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства в их совокупности в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд не может согласиться с доводами стороны истцов, а также ответчика ФИО2 о недействительности в виду мнимости оспариваемого договора купли-продажи, поскольку из буквального толкования, содержащихся в договоре слов и выражений следует, что расчет за приобретаемое имущество между сторонами произведен, спорное жилое помещение передано в фактической владение ФИО4 и ее законного представителя ФИО8, которые имеют регистрацию по месту жительства по спорному адресу, а также фактически проживают в спорной квартире.

Обстоятельства совместного проживания ФИО2 и законного представителя ФИО4 – ФИО8, не имеют правового значения при разрешении настоящего спора, и не свидетельствуют о недействительности оспариваемого договора. ФИО2, действуя в своей воле и в своем интересе, самостоятельно реализовал свое право на выбор покупателя при реализации принадлежащего ему объекта недвижимости.

Рассматривая заявление ответчика ФИО4 в лице законного представителя ФИО8, о пропуске истцами срока исковой давности на обращение в суд с настоящими исковыми требованиями, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В силу п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 г. N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Рассматривая обстоятельства совершения оспариваемой сделки, суд не может согласиться с доводами стороны истца о том, что о нарушении своих прав им стало известно только в августе 2025 года, поскольку истец ФИО6 имела фактическую возможность узнать о совершении оспариваемой сделки в течение сроков исковой давности, проявляя должную заботу к имуществу, которому как следует из позиции истов, ФИО6 считала своим. Между тем, данный истец с момента расторжения брака (более 15 лет), не интересовалась его судьбой, каких-либо правопритязаний не предъявляла. При этом истец ФИО7, являясь сыном ФИО6 и ФИО2, так же имел реальную возможность установить судьбу спорного имущества.

С учетом изложенного, суд считает, что срок исковой давности на обращение в суд настоящими исковыми требованиями истцами пропущен, что также является основанием для отказа в удовлетворении заявленного иска в полном объеме.

При таких обстоятельствах, правовых оснований для удовлетворения заявленного иска, не имеется.

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом отказа в удовлетворении заявленного иска в полном объеме, оснований для возмещения истцам, понесенных судебных расходов по оплате государственной пошлины, не имеется.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО6, ФИО7 к ФИО2, ФИО4 в лице законного представителя ФИО8 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 13 июля 2018 года, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд в течение одного месяца с момента принятия решения в окончательной форме через Благовещенский городской суд Амурской области.

Председательствующий судья О.В. Самарская

Решение в окончательной форме изготовлено 12 января 2026 года.