Дело №2-69/2025

УИД 42 RS0012-01-2024-002098-07

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Мариинский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Тураевой Н.Р.,

при секретаре Тарасенко О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Мариинске Кемеровской области 04 марта2025 года гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Агентство Финансового контроля» о защите прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Агентство Финансового контроля» о защите прав потребителей.

Исковые требования мотивированы тем, что между АО «ОТП Банк» и ООО «Агентством Финансового контроля» был заключен договор уступки прав (цессии) 

<

...> от 27.12.2017, в соответствии с которым право требования по договору 

<

...> от 14 ноября 2012 года было передано ООО «АФК», задолженность в размере 234531,33 рубля.

С договором уступки прав (цессии) 

<

...> от 27.12.2017 ФИО1 была ознакомлена только при рассмотрении дела по заявлению ООО «Агентством Финансового контроля» о взыскании процентов, согласно ст.395 ГК РФ.

Данный договор уступки прав (цессии) 

<

...> от 27.12.2017 ФИО1 никогда не вручался.

Данный договор о переуступки прав (цессии) 

<

...> от 27.12.2017, заключенный между АО «ОТП Банк» и ООО «Агентством Финансового контроля» не может являться недействительным, поскольку заключен с нарушением действующих законодательных норм.

Пункт 1 ст.168 ГК РФ устанавливает правило о недействительности сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта.

В соответствии с ч.1 ст.388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Согласно системного толкования п.1 ст.382, а также ст.ст.388 и ст.819 ГКРФ и ст.13 Федерального закона №995-1 от 02.12.1990 «О банках и банковской деятельности», следует, что для кредитного правоотношения характерен особый субъектный состав, установлена специальная правосубъектность кредитора, поэтому право требования из кредитного договора может быть передано лишь субъектам, имеющим лицензию на осуществление банковской деятельности. Кроме того, вступление гражданина в заемные отношения с организацией, имеющей лицензию на осуществление банковской деятельности, означает, что личность кредитора имеет для должника существенное значение. Помимо этого, при уступке права требования возврата кредита субъекту небанковской сферы кредитная организация передает информацию, составляющую банковскую тайну, в нарушение норм как общегражданского, так и специального законодательства. Следовательно, уступка банком своих прав требования третьему лицу, не равноценному банку (иной кредитной организации) по объему прав и обязанностей в рамках лицензируемого вида деятельности, в соответствии с п.2 ст.388 ГК РФ допускается только е согласия должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

В соответствии с ч.1 ст.435 ГК РФ офертой признается предложение, которое достаточно определено и выражает намерение лица сделать заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать все существенные условия кредитного договора, которые содержатся в ст.30 ФЗ «О банках и банковской деятельности», в ст.432 ГК РФ, ст.10 «Закона о защите прав потребителей», ст.5 ФЗ №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)». Пункт 1 комментируемой статьи содержит более полное по сравнению с закрепленным в п.2 ст.432 ГК РФ легальное определение оферты. Данное определение в совокупности с нормой ч.2 п.1 комментируемой статьи предъявляет требования, которым должна соответствовать оферта как предложение о заключении договора.

В силу пункта 2 статьи 857 ГК РФ банк гарантирует тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте. Сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям, а также представлены в бюро кредитных историй на основаниях и в порядке, которые предусмотрены законом. Государственным органам и их должностным лицам такие сведения могут быть предоставлены исключительно в случаях и порядке, которые предусмотрены законом.

В соответствии со статьей 26 Закона №395-1 «О банках и банковской деятельности» кредитная организация, Банк России, организация, осуществляющая функции по обязательному страхованию вкладов, гарантируют тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов.

Все служащие кредитной организации обязаны хранить тайну об операциях, счетах и вкладах ее клиентов и корреспондентов, а также об иных сведениях, устанавливаемых кредитной организацией, если это не противоречит федеральному закону.

Указанной нормой четко определен объем предоставляемой информации и установлен круг лиц, которым кредитные организации и банки могут предоставлять информацию по счетам и вкладам физических лиц.

Следовательно, к информации, составляющей банковскую тайну, относятся сведения об операциях, о счетах и вкладах клиентов и корреспондентов, а также сведения о клиенте.

При этом законом установлена ответственность за разглашение банком (то есть передачу иным лицам) указанной информации, составляющей в силу статьи 857 ГК РФ банковскую тайну.

Из изложенного следует, что законом предусмотрено право заемщика на сохранение информации о его банковском счете, операций по этому счету, а также сведений, касающихся непосредственно самого заемщика, в тайне и разглашение этих сведений третьим лицам, не указанным в законе, нарушает его права.

Кроме того, как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 февраля 1999 года №4-П «По делу о проверке конституционности положения части второй статьи 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 года «О банках и банковской деятельности» в связи с жалобами граждан В., В. и Л.», гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны, т.е. для банков.

Из изложенного следует, что Банк не может уступить права требования по договору любому третьему лицу, поскольку в таком случае нарушается право потребителя на гарантированную тайну банковского счета, операций по счету и сведений о клиенте.

Более того, условия договора займа не содержат согласия заемщика на предоставление информации о заемщике третьим лицам, привлекаемым банком для взыскания задолженности по кредитному договору.

Пунктом 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» предусматривает, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Таким образом, уступка права требования возврата долга по договору займа третьему лицу противоречит не только природе кредитного договора, кредитной операции, но и требованиям закона, что делает такую уступку невозможной.

В силу п.1 ст.388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Поскольку указанные выше нормы устанавливают ограничения при заключении договора уступки права требования, вытекающих из кредитного договора, истец по встречному иску считает, что уступка требования по спорному заемному обязательству между АО «ОТП Банк» и ООО «Агентством Финансового контроля», привела также к разглашению банковской тайны, что является существенным нарушением требований ст.857 ГК РФ, ст.26 Закона №395-1 «О банках и банковской деятельности, нарушает права ФИО1

Просит признать договор о переуступки прав (цессии) 

<

...> от 27.12.2017, заключенный между АО «ОТП Банк» и ООО «Агентством Финансового контроля», недействительным.

В судебное заседание истец ФИО1, её представитель истца ФИО2 не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела, просят дело рассмотреть в свое отсутствие, исковые требования поддерживают в полном объеме.

В судебное заседание представитель ответчика ООО «Агентство Финансового контроля» не явился, надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела.

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика АО «ОТП Банк» не явился, надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, рассмотрев данное гражданское дело, исследовав материалы дела, считает, что заявленные требования необоснованные и не подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Согласно ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Аналогичные разъяснения содержатся в п.78 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». 

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Таким образом, правом предъявления требования о признании сделки недействительной или о применении последствий недействительности ничтожной сделки обладают только стороны сделки. Иные лица вправе обращаться с подобными заявлениями в суд только в случаях, определенных законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 20 декабря 2011 года ФИО1 обратилась в АО «ОТП Банк» с заявлением на получение потребительского кредита 

<

...> (л.д.5). Указанное выше заявление является (офертой) на открытие банковского счета и выдачу банковской карты, а также предоставление услуги по кредитованию в виде овердрафта по банковскому счету.

14.11.2012 ФИО1 заключила с АО «ОТП Банк» договор о предоставлении и использовании кредитной карты, которому банком присвоен 

<

...>. Установленный размер кредита составляет 118400 рублей 00 копеек. При подписании заявления на кредит заемщик подтвердил и подписал собственноручно, что ознакомлен, получил и согласен со всеми Условиями кредитного договора и Тарифами банка.

27.12.2017 АО «ОТП Банк» и ООО «Агентство Финансового Контроля» заключили договор уступки прав требования (цессии) 

<

...> (л.д.12-14, л.д.30-33), в соответствии с которым, право требования по кредитному договору 

<

...> от 14.11.2012 было передано ООО «АФК», в том числе в отношении ФИО1 в размере задолженности на сумму 234531 рубль 33 копейки (л.д.34-35).

Как усматривается из реестра почтовых отправлений 20.01.2018 ФИО1 по адресу: 

<

...>, заказным письмом направлено уведомление об уступке прав (требований) и досудебная претензия (требование) по кредитному договору 

<

...>.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Уступка требования кредитором (Цедентом) другому лицу (Цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1 статьи 388 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Тем самым, действующее законодательство не исключает возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, данная уступка допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

При обращении 20.12.2011 в АО «ОТП Банк» с заявлением на получение потребительского кредита ФИО1 была ознакомлена и полностью согласна с Условиями договора займа и Тарифами Банка, выразила свое согласие на обработку Банком ее персональных банных, а также на их передачу иным организациям, ФИО1 была уведомлена о своем праве отозвать согласие путем подачи письменного заявления, о чем свидетельствует собственноручная подпись ФИО1

В соответствии с положениями статьи 5 Федерального закона от 02.12.1990 №395-1 «О банках и банковской деятельности» исключительное право по осуществлению операций по привлечению во вклады денежных средств физических и юридических лиц, размещению указанных средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, открытие и ведение банковских счетов физических и юридических лиц принадлежит только банку.

При этом, вопреки доводам истца, уступка прав требования по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в ст.5 Федерального закона от 02.12.1990 №395-1 «О банках и банковской деятельности».

Кроме того, суд принимает во внимание то, что в соответствии с п.8.4.4.5 Общих условий кредитования (л.д.10) Банк вправе уступить полностью или частично свои права требования договору третьему лицу.

Таким образом, истец, вопреки его доводам об обратном, дал согласие на уступку прав требования любому лицу вне зависимости от наличия у него лицензии, в связи с чем, банк вправе был уступить свои права кредитора любому третьему лицу, как имеющему, так и не имеющему лицензию на осуществление банковской деятельности, что полностью опровергает основания иска.

Ссылка истца на пункт 2 статьи 388 ГК РФ о том, что личность кредитора имеет существенное значение, не может быть применима к рассматриваемым правоотношениям, поскольку в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

При этом исходя из пункта 17 указанного постановления уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ). Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной.

Поскольку никакого особого договора между должником и цедентом об условиях обязательной дачи согласия не было, обязательства о возмещении задолженности возникли из решения суда, то пункт 2 статьи 382 ГК РФ к данным правоотношениям не применим, оснований для признания сделки недействительной, по указанному обстоятельству не имеется.

Суд полагает, что невручение должнику договора уступки прав (цессии) само по себе не может служить основанием для признания договора недействительным, поскольку в силу норм пункта 3 статьи 382 и пункта 1 статьи 385 ГК РФ указанное обстоятельство не освобождает должника от выполнения обязательств, возникших перед первоначальным кредитором.

Истец ФИО1 не является стороной оспариваемого договора уступки прав (цессии). Вместе с этим, надлежащих и бесспорных доказательств, подтверждающих нарушение оспариваемым договором прав истца либо прав иных лиц, в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено. Истец не может быть признан заинтересованным лицом по смыслу статьи Гражданского кодекса Российской Федерации, которое вправе предъявить требование о признании сделки недействительной, поскольку истцом в нарушение ст.56 ГПК РФ не доказано наличие интереса в оспаривании сделки, участником которой он не является.

В силу положений статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебной защите подлежат только нарушенные или оспоренные гражданские права.

Исходя из положений пункта 1 статьи 10 ГК РФ, учитывая что доказательств для признания договора уступки прав (цессии) от 27.12.2017 недействительной не представлено, а равно не представлено доказательств тому, что сделка нарушает права или охраняемые законом интересы ФИО1, либо повлекла неблагоприятные для неё последствия суд полагает необходимым оставить исковые требования ФИО1 без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Агентство Финансового контроля» о защите прав потребителей - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Кемеровского областного суда, путем подачи апелляционной жалобы через Мариинский городской суд Кемеровской области, в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья - Н.Р. Тураева

Мотивированное решение изготовлено 13 марта 2025 года.

Судья - Н.Р.Тураева

Решение не вступило в законную силу.

Судья - Н.Р. Тураева

Секретарь - О.Н. Тарасенко 

Подлинный документ подшит в материалах гражданского дела №2-69/2025 Мариинского городского суда Кемеровской области

Секретарь - О.Н. Тарасенко