16RS0021-01-2023-000594-20

Стр. 2.204

дело № 2-511/2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

23 октября 2023 года г. Мензелинск РТ

Мензелинский районный суд Республики Татарстан в лице председательствующего судьи Ворониной А.Е., с участием прокурора Мензелинского района Аскарова Р.К., истцов ФИО1, ФИО2, ответчика ФИО3, участвующего посредством видеоконференц-связи, при секретаре Григорьевой Е.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО3 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением. В обоснование иска указано, что ФИО3 обвинялся в том, что период времени с 23 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 02 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ, более точные дата и время следствием не установлены, на острове, расположенном вблизи островов «Золотой» и «Три Ика» Нижнекамского водохранилища территории 

<

адрес> Республики Татарстан, на расстоянии около 9,2 км в северо-восточном направлении от 

<

адрес> Республики Татарстан (с географическими координатами местности 55.782680 СШ, 53.253866 ВД), будучи в состоянии алкогольного опьянения, из-за сложившихся личных неприязненных отношений, действуя умышленно, с целью убийства ФИО4, вооружившись неустановленным следствием твердым предметом, обладающим рубящими свойствами, нанес им последнему не менее пяти ударов в область расположения жизненно важных органов - в область головы, лица и грудной клетки, в результате чего потерпевшему ФИО4 были причинены телесные повреждения в виде пяти рубленых ран волосистой части головы, лица, грудной клетки, сопроводившихся открытым вдавленным переломом затылочной кости, разрывом всех оболочек головного мозга, размозжением вещества головного мозга в затылочной доле, осложнившиеся шоком, наружным кровотечением, отеком головного мозга, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения, состоящих в причинной связи со смертью. В результате указанных действий ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 00 часов 05 минут до 06 часов 00 минут, более точное время следствием не установлено, на месте происшествия наступила смерть ФИО4 от множественных (пяти) рубленых ран волосистой части головы, лица и грудной клетки, сопроводившихся открытым вдавленным переломом затылочной кости, разрывом всех оболочек головного мозга, размозжением вещества головного мозга в затылочной доле, осложнившиеся шоком, наружным кровотечением, отеком головного мозга. Указанные действия ФИО3 квалифицированы органами следствия по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Они приходятся дочерью и супругой умершему. Постановлением Мензелинского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО3, обвинявшегося по ч. 1 ст. 105 УК РФ, прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Таким образом, факт причинения ФИО3 смерти ФИО4 установлен постановлением суда в порядке уголовного судопроизводства. ФИО4 был их отцом и супругом, который являлся как для них близким человеком. Его утрата невосполнима для их семьи. Бесспорно, что у нее, так и у многих близких родственников и членов семьи возникли сильнейшие психологические потрясения и стрессы, которые однозначно имеют затяжной характер. Как следствие, из-за потери близкого человека у нас возникли финансовые проблемы, так как он являлся главным и единственным кормильцем в ее семье. После убийства ФИО2 осталась с двумя маленькими детьми, одной из которых было всего неделя. Хотя ее горе и страдания несравнимы ни с какими материальным ценностями, считает, что ответчик, преступными действиями которого причинены нравственные страдания в связи со смертью близкого человека, обязан компенсировать моральный вред, который она оценивает в размере 1000000 рублей. Также она понесла расходы на юридические услуги, которые с учетом консультирования, составления искового заявления в суд составили 5000 рублей. Просили взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 моральный вред в размере 1000000 рублей, в пользу ФИО2 моральный вред в размере 3 000 000 рублей, расходы на составление заявления в размере 5000 рублей.

Определением Мензелинского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела № по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, и № по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, с присвоением гражданскому делу №.

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. 

Ответчик ФИО3, содержащийся в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по РТ, участвовал в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, и исковые требования не признал в полном объеме. Указал, что он не совершал преступления в отношении ФИО4, судом данный факт не установлен. Поэтому, оснований для взыскания с него компенсации морального вреда не имеется.

Выслушав истцов, ответчика, изучив материалы дела, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению в части по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. 

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). 

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). 

Согласно п. 17 указанного постановления Пленума факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага. 

В соответствии с п. 19 постановления Пленума № 33 от 15.11.2022 - по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ). 

В п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 ГК РФ). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. 

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абз. 2 ст. 1100 ГК РФ). 

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). 

По смыслу указанных положений законодательства степень вины причинителя вреда подлежит учету и оценке судом в случаях, когда компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины. 

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО3 обвинялся в том, что период времени с 23 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 02 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ, более точные дата и время следствием не установлены, на острове, расположенном вблизи островов «Золотой» и «Три Ика» Нижнекамского водохранилища территории 

<

адрес> Республики Татарстан, на расстоянии около 9,2 км в северо-восточном направлении от 

<

адрес> Республики Татарстан (с географическими координатами местности 55.782680 СШ, 53.253866 ВД), будучи в состоянии алкогольного опьянения, из-за сложившихся личных неприязненных отношений, действуя умышленно, с целью убийства ФИО4, вооружившись неустановленным следствием твердым предметом, обладающим рубящими свойствами, нанес им последнему не менее пяти ударов в область расположения жизненно важных органов - в область головы, лица и грудной клетки, в результате чего потерпевшему ФИО4 были причинены телесные повреждения в виде пяти рубленых ран волосистой части головы, лица, грудной клетки, сопроводившихся открытым вдавленным переломом затылочной кости, разрывом всех оболочек головного мозга, размозжением вещества головного мозга в затылочной доле, осложнившиеся шоком, наружным кровотечением, отеком головного мозга, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения, состоящих в причинной связи со смертью. В результате указанных действий ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 00 часов 05 минут до 06 часов 00 минут, более точное время следствием не установлено, на месте происшествия наступила смерть ФИО4 от множественных (пяти) рубленых ран волосистой части головы, лица и грудной клетки, сопроводившихся открытым вдавленным переломом затылочной кости, разрывом всех оболочек головного мозга, размозжением вещества головного мозга в затылочной доле, осложнившиеся шоком, наружным кровотечением, отеком головного мозга. Указанные действия ФИО3 квалифицированы органами следствия по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. Расследование указанного преступления окончилось составлением обвинительного заключения в отношении ФИО3 и направлением уголовного дела в Мензелинский районный суд Республики Татарстан. 

Постановлением Мензелинского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО3, обвинявшегося по ч. 1 ст. 105 УК РФ, прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

ФИО2, ФИО1 обратились в суд с иском о возмещении морального вреда, причиненного преступлением. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», следует, что прекращение уголовного дела в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности не является реабилитирующим основанием, не свидетельствует об отсутствии в деянии состава преступления. 

Исходя из изложенного, постановление суда о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности в силу положений ст. 61 ГПК РФ не имеет преюдициального значения для суда при разрешении гражданского иска о возмещении вреда, однако является одним из доказательств по делу, свидетельствующих о согласии ответчика с основанной на материалах расследования констатацией в данном постановлении, что он совершил деяние, содержащее все признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. 

Исходя из положений ст. 133 УПК РФ, прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования не является реабилитирующим обстоятельством, а следовательно, не свидетельствует о том, что обвиняемый (подозреваемый) не совершал инкриминируемого ему преступления. 

При прекращении уголовного дела ответчик имел возможность отказаться от такого прекращения в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, имел возможность настаивать на рассмотрении дела по существу с целью установления его невиновности, чего сделано им не было, ответчик согласился с прекращением в отношении него уголовного дела по указанному основанию, пояснив, что ему понятен порядок и последствия прекращения уголовного дела по не реабилитирующим основаниям. 

При этом суд учитывает, что жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание конкретные фактические обстоятельства дела, характер, объем и тяжесть причиненных истцам ФИО1, ФИО2 нравственных страданий. 

Смерть ФИО4, с учетом его возраста, привязанности к супруге и дочери, в установленных по данному делу обстоятельствах, является сильным моральным потрясением, причинение глубоких и длительных душевных страданий, что в данном случае является очевидным. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшим за перенесенные страдания. 

Более того, нравственные страдания истцов носят длительный характер и сохраняются по настоящее время, возможно их проявление в виде отрицательных переживаний, затрагивающих личность истцов ФИО2 и ее дочери ФИО1, их психику, здоровье, самочувствие, настроение; заявленные требования согласуется с основополагающим представлением о человеческой природе, характеризующейся любовью и привязанностью к близкому, родному человеку; возникновение нравственных страданий в связи со смертью близкого человека, которая является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, сомнений не вызывает. 

Суд также учитывает степень вины ответчика, его поведение после совершенного преступления, его имущественное и семейной положение, а также требования разумности и справедливости в целях соблюдения баланса интересов обеих сторон заявленного спора, и определяет размер денежной компенсации в возмещение морального вреда, причиненного супруге ФИО4 - ФИО2 в размере 250000 руб., его дочери ФИО1 в размере 200 000 рублей. 

Также подлежат взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО2 расходы на оплату юридических услуг в размере 5000 руб., подтвержденные документально, с учетом объема оказанных представителем юридических услуг по составлению искового заявления, а также затраченного для оказания названных услуг времени.

В силу пп. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, освобождаются от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.

Поскольку истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика ФИО3 в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 рублей.

На основании изложенного, и, руководствуясь статьями 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО1, 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 200000 (двести тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО2, 

<

данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 250000 (двести тысяч) рублей, судебные расходы в сумме 5000 (пять тысяч) рублей.

В остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2, отказать.

Взыскать с ФИО3, 

<

данные изъяты> госпошлину в доход государства в размере 600 (шестьсот) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение будет изготовлено 27.10.2023.

Судья А.Е. Воронина

Решение вступило в законную силу ____________________ 2023 года

Судья А.Е. Воронина