Мотивированное 

решение

 суда изготовлено 07.12.2017 г.

Дело № 2-2799/2017 ДД.ММ.ГГГГ

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга

в составе председательствующего судьи Мончак Т.Н., 

при секретаре Хазалия Р.Б., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5 обратилась с суд с иском, указав, что ДД.ММ.ГГГГ ею и её бывшим супругом ФИО2 в период брака в общую совместную собственность была приобретена квартира по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>. Титульным собственником зарегистрирован ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ истец получила из Управления Росреестра по Санкт- Петербургу выписку из ЕГРП, согласно которой собственником квартиры значится ФИО3

Указывая, что на совершение данной сделки или каких-либо других сделок по отчуждению квартиры истец согласия не давала и нотариально не удостоверяла таких документов, денежных средств за квартиру не получала, ответчик ФИО2 до сих пор зарегистрирован и проживает в спорной квартире, приобретатель квартиры должен был знать о предусмотренной семейным законодательством обязательности получения ФИО2 нотариально удостоверенного согласия супруги, ссылаясь на положения ст.ст. 253,167, 173.1, 304 Гражданского кодекса РФ, ст.ст. 34, 35 Семейного кодекса РФ, истец просила признать недействительной сделку, в результате которой право собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес> перешло от ФИО2 к ФИО3; применить последствия недействительности сделки, признав недействительной запись о государственной регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ

Впоследствии представителем истца представлено уточненное в порядке ст. 39 ГПК РФ исковое заявление: просил признать недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГг. между ФИО2 и ФИО4; признать недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО3; применить последствия недействительности сделки, признав недействительной запись о государственной регистрации права за № от ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель истца – адвокат Пшизов А.Н., действующий на основании доверенности и ордера, судебное заседание явился, уточненные исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО7 – ФИО9 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска по доводам, изложенным в письменном Отзыве.

Представитель ответчика ФИО6 – ФИО10 полагал исковые требования ФИО5 подлежащими удовлетворению.

Ответчик ФИО8 извещался надлежащим образом о слушании дела, в судебное заседание не явился, своего представителя не направил, в соответствии с ч.4 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в его отсутствие.

Суд, изучив материалы настоящего дела, приобщенного гражданского дела №, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, оценив в совокупности все собранные по делу доказательства, приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что ФИО2 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке, который ДД.ММ.ГГГГ прекращен на основании решения мирового судьи судебного участка № Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ.

В период брака ФИО2 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ приобрел квартиру по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи ФИО2 продал указанную квартиру ФИО4, а ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 продал ее ФИО3 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Из выписки из ЕГРП следует, что собственником спорной квартиры в настоящее время является ФИО3 

В соответствии с п. 1 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Абзацем первым пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от ДД.ММ.ГГГГ "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Поскольку добросовестный приобретатель становится собственником недвижимого имущества с момента государственной регистрации права в ЕГРП, первоначальный собственник не вправе истребовать имущество и в том случае, если оно перешло к последующему приобретателю по безвозмездной сделке.

В соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель). Для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения.

Приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неправомочным отчуждателем.

Ответчик ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ обратился в Фрунзенский районный суд с требованием о признании договоров купли-продажи недействительными по причине того, что он не подписывал договор купли-продажи с ФИО4, однако в соответствии произведенной судебной почерковедческой экспертизой, было установлено, что договор купли-продажи подписан самим ФИО2 Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу № в удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании сделки недействительной отказано. ФИО2 в указанном процессе не заявлялось о правах ФИО1 на спорную квартиру.

Оспариваемые договоры купли-продажи спорной квартиры заключены в 2015 году, т.е. когда ФИО2 и ФИО1 не являлись супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 названной статьи каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, надлежит установить наличие или отсутствие полномочий у другого участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки.

Также суд устанавливает наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

По данному делу юридически значимым обстоятельством является выяснение вопроса, были ли осведомлены ФИО4, ФИО3 об отсутствии у ФИО2 полномочий распоряжаться спорной квартирой.

С учетом того, что истец оспаривает совершенные бывшим супругом ФИО2 сделки по распоряжению спорной квартирой, то именно она должна доказать недобросовестность поведения ответчиков ФИО3, ФИО4 на предмет их осведомленности об отсутствии у ФИО2 полномочий распоряжаться квартирой.

Между тем, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО4, ФИО3 знали или заведомо должны были знать об отсутствии согласия ФИО1 на совершение сделок по продаже ФИО2 спорной квартиры, истцом не представлено. Материалы дела также не содержат сведений, подтверждающих недобросовестность ответчиков при заключении договоров купли-продажи квартиры.

Так, в соответствии с договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ к ФИО3 A.JI. перешло право собственности на спорное помещение. До заключения данного договора ответчиком ФИО4 были представлены следующие документы: Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (с отметкой о регистрации); Свидетельство о праве собственности; выписка из ЕГРП. По заключенному с ФИО4 договору купли-продажи ФИО2 получил 3 000 000 рублей.

Между ответчиками ФИО4 и ФИО3 был заключен нотариально удостоверенный договор купли-продажи спорной квартиры.

Ответчик ФИО3 A.JI. не мог и не должен был знать о наличии брачных отношений между ФИО2 и ФИО1, так как приобретал квартиру у ФИО4 Расчеты по договору купли-продажи произведены ФИО3 A.JI. с ФИО4 в полном объеме.

При этом, как следует из содержания договоров купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, на момент их подписания спорная квартира, со слов продавцов, никому не продана, не заложена, не обременена правами третьих лиц, в споре и под запретом (арестом) не состоит.

Соответственно ни ФИО4, ни ФИО3 A.JI. не знали и не могли знать о том, что когда-то ФИО2 состоял в браке.

Положения статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению недвижимости другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги.

В данном случае на момент заключения оспариваемых договоров купли-продажи квартиры брак между ФИО1 и ФИО2 был прекращен и, соответственно, получения нотариального согласия ФИО1 на отчуждение спорной квартиры бывшим супругом не требовалось.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» в силу п. 1 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Пункт 1 ст. 253 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Истец ФИО1 в рамках настоящего иска не заявляет о разделе имущества, в связи с чем признание сделок недействительными не повлечет для нее желаемые правовые последствия, восстановление ее нарушенного права.

Поскольку ФИО2 распорядился совместным имуществом, то в силу ст. 253 ГК РФ, ФИО1 не лишена права требовать в судебном порядке половины вырученных от продажи спорного имущества денежных средств, при предъявлении требований о разделе имущества.

Относительно заявленного требования о применении последствий недействительности сделки в виде признания недействительной записи о государственной регистрации права за № от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу об отказе в иске в этой части также в связи со следующим. 

В соответствии с ч. 3, 4 ст. 1 Закона о регистрации государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества. Государственная регистрация прав осуществляется посредством внесения в Единый государственный реестр недвижимости записи о праве на недвижимое имущество, сведения о котором внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

Согласно ч. 5 cт. 1 Закона о регистрации государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Следовательно, оспариванию подлежат основания регистрации соответствующего права, а не государственная регистрация права и не соответствующая регистрационная запись о праве. На основании изложенного, в требованиях о признании недействительной записи в Едином государственном реестре недвижимости надлежит отказать.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО5 к ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца посредством подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд.

Судья: