АПЕЛЛЯЦИОННОЕ 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

№22-36/2017

7 марта 2017 года

город Чита

Восточно-Сибирский окружной военный суд в составе:

председательствующего Соседова Д.Е.,

судей – Бояркина Д.В. и Конфеты В.Л.,

при секретаре судебного заседания Мункуевой Д.А., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Борзинского гарнизонного военного суда от 30 декабря 2016 года, согласно которому военнослужащий войсковой части 11111 

<

...>

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>, 

<

...> – 

<

...>, 

<

...>, 

осуждён за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, к трём годам шести месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком три года с лишением права занимать в государственных органах и органах местного самоуправления должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком на два года.

Заслушав доклад судьи Конфеты В.Л., кратко изложившего содержание приговора, существо апелляционной жалобы и поступивших на неё возражений, выступления осужденного и защитников – Леднева А.М. и адвоката Найдешкиной М.И. в поддержание доводов жалобы, а также прокурора – военного прокурора отдела военной прокуратуры Восточного военного округа капитана юстиции ФИО2, полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, окружной военный суд

установил:

ФИО1 признан виновным в превышении должностных полномочий, с применением насилия, при следующих, изложенных в приговоре, обстоятельствах.

Примерно в 18 часов 23 минуты 27 мая 2016 года на территории воинской части, дислоцированной в 

<

адрес>, в помещении казармы ФИО1, являясь должностным лицом – начальником по служебному положению и воинскому званию для младшего сержанта Л., выражая недовольство тем, что Л. допустил ошибку при оформлении документации, явно превышая свои должностные полномочия, действуя вопреки требованиям Устава внутренней службы Вооружённых Сил РФ и Дисциплинарного устава Вооружённых Сил РФ, нанес несколько ударов рукой по голове и уху, причинив физическую боль и нравственные страдания.

В апелляционной жалобе осуждённый, полагая, что дело рассмотрено с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, просит приговор отменить, а его оправдать, приводя в обоснование следующие доводы.

По мнению автора жалобы, вывод суда о его виновности не соответствует обстоятельствам дела и не подтверждён доказательствами, приведёнными в приговоре.

Так, из показаний свидетеля С. следует, что он не запомнил человека, применявшего насилие к потерпевшему. При этом, вопреки указанию в приговоре, в показаниях С. и Л. имеется несогласованность, поскольку они имеют отличия в части локализации и количества ударов, нанесённых потерпевшему.

Кроме того, свидетель К., показания которого также положены в основу приговора, не смог в суде привести источник своей осведомлённости о применённом насилии к Л.

Помимо этого, автор жалобы ссылается на то, что суд необоснованно отверг показания свидетелей Т., Б., Ч. и И., подтвердивших не применение им насилия к потерпевшему.

В поступивших на апелляционную жалобу возражениях государственный обвинитель – помощник военного прокурора 

<

...> гарнизона 

<

...> П. просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Рассмотрев уголовное дело, проверив и обсудив доводы, приведённые в апелляционной жалобе и в возражениях, окружной военный суд приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО1 в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которые полно и подробно изложены в приговоре и им дана надлежащая оценка.

Так, признавая ФИО1 виновным в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, с применением насилия, суд первой инстанции обоснованно исходил из последовательных и согласующихся между собой показаний потерпевшего Л., свидетелей А., Ф. и С., протоколов проверки показаний на месте от 1 августа 2016 года с участием потерпевшего, очной ставки от 3 сентября 2016 года, проведённой между потерпевшим и свидетелем Ч., а также детализации телефонных переговоров и других доказательств, которые сомнений в своей достоверности не вызывают.

В основу приговора правомерно положены показания Л., который как на предварительном следствии, так и в суде первой инстанции утверждал о применении, при указанных в приговоре обстоятельствах, к нему со стороны ФИО1 физического насилия и причинении в результате этого физической боли и нравственных страданий. 

При этом материалы дела не содержат сведений о применении 27 мая 2016 года к Л. насилия другими лицами.

Оценивая показания потерпевшего, суд первой инстанции обоснованно признал их правдивыми, поскольку они являются последовательными, подробными и согласуются с иными исследованными судом первой инстанции доказательствами, а именно: протоколами следственных действий (т.1 л.д. 200-217, т.2 л.д. 61-67, 81-82, 100-110, 153-160, 184-187), детализацией разговоров по телефонному номеру, принадлежащему потерпевшему, за период с 27 по 28 мая 2016 года, а также показаниями свидетелей А., Ф. и С..

Свидетели А. и Ф., каждая в отдельности, показали, что со слов потерпевшего им стало известно о применении насилия к Л. именно ФИО1. 

Кроме того, свидетель С. показал, что он видел как осужденный наносил потерпевшему удары по голове. Данные показания, вопреки утверждениям автора жалобы, не противоречат показаниям потерпевшего.

Имеющиеся в показаниях данного свидетеля отличия от показаний потерпевшего в части, касающейся количества нанесённых ударов потерпевшему, не влияющие на правильность установленных судом обстоятельств преступления и доказанность вины осужденного, обусловлены тем, что в момент совершения преступления С. не находился в непосредственной близости к осужденному и потерпевшему, а, исполняя обязанности дневального по роте, отвлёкся на прибывшего в тот момент в подразделение другого дневального, в связи с чем и не смог пояснить точное количество нанесённых ФИО1 ударов Л.. 

Утверждение о том, что свидетель С. не запомнил человека, применявшего насилие к потерпевшему, является надуманным и противоречит приведённым доказательствам.

Помимо этого, не установлен в суде повод и мотив оговора потерпевшим осужденного. При этом какой-либо заинтересованности в исходе дела со стороны потерпевшего и указанных свидетелей по делу также не имеется. 

Обстоятельств тому, что свидетели Т., Б., Ч. и И. не видели применение ФИО1 насилия к потерпевшему не свидетельствует о невиновности осужденного, поскольку из показаний этих лиц не следует, что они непосредственно присутствовали при применении ФИО1 насилия к потерпевшему и высказывании ему недовольства в связи с ненадлежащим оформлением им документов. При этом никто из них непосредственно на Л. как на лицо, которому было высказано недовольство осужденным, не указывал, а из их показаний лишь следует о высказывании ФИО1 недовольства военнослужащему.

В частности, свидетель И. в ходе проведения опознания 15 сентября 2016 года вовсе не опознал потерпевшего Л., как человека к которому ФИО1 в период с 18 часов до 18 часов 30 минут одного из дней в конце мая 2016 года выражал недовольство по поводу представленных им документов, а указал на другого человека (т.2 л.д. 153-159, т. 4 л.д. 168). 

Кроме этого, в ходе проведения очной ставки между свидетелем Ч. и потерпевшим Л. от 17 сентября 2016 года Ч. не смог подтвердить то обстоятельство, что в указанную дату он видел, как ФИО1 разговаривал именно с Л.., а в суде указал на то, что вовсе не видел происходящего между ФИО1 и военнослужащим, неправильно составившим документы (т. 2 л.д.184-186, т. 4 л.д. 155).

Свидетель Т. всего происходящего также не видел, поскольку в данное время находился в канцелярии роты и указывал лишь на то, что о факте применения ФИО1 в тот день насилия к кому-либо ему неизвестно, а о произошедшем он был только «наслышан» (т. 1 л.д. 226-230, т. 4 л.д. 174).

Приведённые в приговоре показания свидетеля К., не указавшего источник своей осведомлённости о применённом насилии к Л., не ставят под сомнение выводы суда о виновности ФИО1.

Отношения подчинённости между осужденным ФИО1 и потерпевшим Л. установлены судом первой инстанции на основании доказательств. В частности, приказов командира войсковой части 11111 от 27 марта 2015 года № 71 и от 25 апреля 2016 года № 77, из содержания которых усматривается, что на момент совершения преступления 

<

...> ФИО1 проходил военную службу в одной воинской части с младшим сержантом Л. и являлся для него начальником по служебному положению и воинскому званию.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что выводы гарнизонного военного суда о виновности ФИО1, а также о том, что именно в результате его действий потерпевшему были причинены физическая боль и нравственные страдания, являются правильными, обоснованными и подтверждаются совокупностью имеющихся по делу доказательств.

Является правильной и юридическая оценка содеянного осужденным по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Как следует из материалов уголовного дела, судом достоверно установлены все фактические обстоятельства по делу. Каких-либо данных, свидетельствующих о нарушении судом ст. 15 УПК РФ, регламентирующей состязательность сторон, из материалов уголовного дела, в том числе и протокола судебного заседания, не усматривается. Доказательств, указывающих на невиновность ФИО1, в материалах уголовного дела не имеется. 

Вопреки доводам жалобы, нарушений норм уголовно-процессуального закона при расследовании дела, а также исследовании и оценке судом доказательств, которые могли повлиять на правильность установления фактических обстоятельств, не допущено. 

Вместе с тем при квалификации действий ФИО1 по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ суд в нарушение ст. 252 УПК РФ вышел за пределы предъявленного ему обвинения, указав, что в результате превышения должностных полномочий были существенно нарушены права и законные интересы общества и государства, тогда как этот признак преступления ему в вину не вменялся.

В связи с изложенным указанный признак подлежит исключению из приговора, а действия ФИО1 по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ следует квалифицировать, как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего, с применением насилия.

Кроме того, во вводной части приговора указанно, что ФИО1 осужден 15 сентября 2014 года 

<

...> гарнизонным военным судом за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, к наказанию в виде штрафа в размере двухсот тысяч рублей. При этом штраф уплачен осужденным 22 июля 2015 года.

Таким образом, на момент совершения тяжкого умышленного преступления по рассматриваемому уголовному делу (май 2016 года) ФИО1 имел судимость за ранее совершенное тяжкое умышленное преступление.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 5 п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», следует, что суд при наличии оснований обязан в описательно-мотивировочной части приговора со ссылкой на пункт, часть ст. 18 УК РФ указать на наличие в действиях подсудимого определенного вида рецидива преступлений и привести сведения о судимостях, которые приняты судом во внимание при решении данного вопроса.

Между тем судом первой инстанции данные требования не учтены и в описательно-мотивировочной части приговора, признавая в соответствии со ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание, рецидив преступлений, ссылка на судимость ФИО1 судом сделана не была. При этом не указано и о применении ч. 1 ст. 18 УК РФ, в соответствии с которой рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление. 

Данное нарушение является существенным, поскольку в соответствии с ч. 5 названной статьи рецидив преступлений влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных УК РФ, а также иные последствия, предусмотренные законодательством РФ.

В связи с отсутствием в описательно-мотивировочной части приговора указанных сведений, суд апелляционной инстанции считает необходимым в данной части приговор изменить и привести его в соответствие с требованиями закона и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, указав в описательно-мотивировочной части приговора сведения об осуждении ФИО1, а также признать, в соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ в его действиях рецидив преступлений.

Приходя к этому выводу суд апелляционной инстанции, учитывает, что данными изменениями положение осужденного не ухудшается. 

При таких обстоятельствах наказание ФИО1 в виде лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ является справедливым, соответствует характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, данным о личности виновного, а также обстоятельствам, смягчающим и отягчающим наказание.

С учетом вносимых в приговор изменений, связанных с исключением из приговора квалифицирующего признака – «существенного нарушения права и законных интересов общества и государства», суд апелляционной инстанции считает необходимым снизить срок назначенного ФИО1 основного наказания.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, окружной военный суд

определил:

приговор Борзинского гарнизонного военного суда от 30 декабря 2016 года в отношении ФИО1 изменить, исключив ссылку на его осуждение за нарушение им прав и законных интересов общества и государства.

Указать в описательно-мотивировочной части приговора сведения об осуждении ФИО1 15 сентября 2014 года 

<

...> гарнизонным военным судом по ч. 3 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере двухсот тысяч рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ признать в действиях ФИО1 рецидив преступлений.

Снизить срок назначенного ФИО1 наказания в виде лишения свободы до трёх лет четырёх месяцев. 

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий Д.Е. Соседов

Судьи: Д.В. Бояркин

В.Л. Конфета