Дело № 2а-1889/2024

***

***

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 сентября 2024 г. город Кола Мурманской области

Кольский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Романюк Л.О.,

при секретаре Ведерниковой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по административному иску ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

В обоснование заявленных требований административный истец указал, что с *** г. по *** г. (общежитие отряда №), с *** г. по *** г. (общежитие отрядов №), с *** г. по настоящее время (общежитие отряда №) отбывал наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, где условия содержания не отвечали установленным требованиям, а именно: место для складирования бытовых отходов примыкает к помещению столовой и отряда №; в санитарных узлах отрядов 1, 4 отсутствует приватность; в помещениях (зданиях) отрядов отсутствует горячее водоснабжение. Просил взыскать компенсацию в размере 200 000 рублей.

В судебное заседание административный истец ФИО1 не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Согласно представленной в материалы административного дела расписке желания принимать участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи не изъявил. 

Представитель административных ответчиков ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Представил письменные возражения на административный иск.

Представитель административного ответчика ФСИН России в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Суд, исследовав материалы административного дела, приходит к следующему.

Правовое положение осужденных регламентировано специальным законом – Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации (далее – УИК РФ), а также принятыми на основании и во исполнение его положений Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений. 

В соответствии с частью 2 статьи 1 УИК РФ одной из задач уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации является охрана прав, свобод и законных интересов осужденных.

В силу части 1 статьи 3 УИК РФ уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными. 

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (статья 10 УИК РФ).

В соответствии со статьей 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии с частью 3 статьи 101 УИК РФ администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, являющееся юридическим лицом, осуществляет деятельность по исполнению наказания в виде лишения свободы, по организационно-правовой форме является федеральным казенным учреждением, расположено по адрес***, является исправительной колонией строгого режима.

Как установлено судом и подтверждается материалами административного дела, ФИО1 отбывает наказание в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области с *** по настоящее время.

По общему правилу, установленному в части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если поименованным Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности. 

При этом в Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2020), Верховным Судом Российской Федерации приведен анализ Европейским Судом по правам человека Федерального закона от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», где также указано, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27 января 2020 г., предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения. Лица, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем Суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты, имеют 180 дней для подачи своих жалоб после окончания срока заключения. 

Анализ приведенных норм в их совокупности свидетельствует о том, что за компенсацией в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27.01.2020), либо независимо от указанных обстоятельств в течение 180 дней, начиная с 27 января 2020 г., в случае подачи в Европейский Суд по правам человека жалоб на нарушение условий содержания, по которым не принято решение. 

В силу изложенного, поскольку административный истец находится в учреждении уголовно-исполнительной системы, где продолжает отбывать уголовную меру наказания, срок на обращение в суд с заявленными требованиями им не пропущен. 

Кроме того, пропуск срока на обращение в суд сам по себе не может быть признано достаточным и веским основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административных требований без проверки законности оспариваемых административным истцом действий, что следует из статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации. 

При разрешении заявленных требований, суд учитывает положения статей 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации, согласно которым право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, предусмотрены законодательством об административных правонарушениях, уголовным, уголовно-процессуальным, уголовно-исполнительным законодательством, иными федеральными законами и представляют собой, в том числе лишение свободы.

Данные меры осуществляются посредством принудительного помещения физических лиц, как правило, в предназначенные (отведенные) для этого учреждения, помещения органов государственной власти, их территориальных органов, структурных подразделений, иные места, исключающие возможность их самовольного оставления в результате распоряжения (действия) уполномоченных лиц (далее - места принудительного содержания), принудительного перемещения физических лиц в транспортных средствах.

Несмотря на различия оснований и порядка применения указанных выше мер, помещение в места принудительного содержания и перемещение физических лиц в транспортных средствах должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам (далее - лишенные свободы лица), которые обеспечиваются Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

В силу пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья (в частности, статьи 20, 21, 41 Конституции Российской Федерации, части 3, 6, 6.1 статьи 12, статьи 13, 101 УИК РФ); право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии (статья 33 Конституции Российской Федерации, статья 2 Федерального закона от 2 мая 2006 г. № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», часть 4 статьи 12, статья 15 УИК РФ); право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, статьи 93, 99, 100 УИК РФ, статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»); право на самообразование и досуг, создание условий для осуществления трудовой деятельности, сохранения социально полезных связей и последующей адаптации к жизни в обществе.

В соответствии с пунктом 3 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 определено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 99 УИК РФ).

В соответствии с частью 1, 2, 4 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом. Права и обязанности осужденных определяются настоящим Кодексом исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определённого морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на определённые ограничения. 

Таким образом, осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). При этом, установленные в отношении них ограничения связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей. 

Непосредственный контроль за деятельностью учреждений, исполняющих наказания, в соответствии со статьей 38 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5473-1 осуществляют федеральный орган уголовно-исполнительной системы и территориальные органы уголовно-исполнительной системы. 

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, следует, что задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Как установлено судом и следует из материалов административного дела, осужденный ФИО1 прибыл в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области *** и был размещен в карантинном отделении; *** – распределен в отряд №; *** – переведен в отряд №; с *** по *** – содержался в хирургическом отделении; *** – переведен в отряд №; с *** по *** – содержался в хирургическом отделении; *** – убыл этапом в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области; *** – прибыл из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, размещен в карантинном отделении; *** – распределен в отряд №; *** – убыл этапом в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области; с *** по *** – прибыл из ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, содержался в хирургическом отделении; *** – убыл в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области; *** – прибыл из ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, размещен в карантинном отделении; *** – распределен в отряд №; *** – переведен в отряд №; *** – переведен в отряд №; *** – переведен в отряд №, в котором содержится по настоящее время.

Оснований ставить под сомнение представленные административным ответчиком в материалы административного дела справки у суда первой инстанции не имеется. Указанные доказательства не опровергнуты.

Оценивая доводы административного истца о примыкании места для складирования бытовых отходов к помещению отряда № и столовой, судом установлено следующее.

В соответствии с частью 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Из письменных возражений представителя административного ответчика следует, что на территории ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области имеется площадка для хранения бытовых отходов учреждения, которая оснащена комплексной подземной установкой для очистки таловых, ливневых и производственных сточных вод, а также оборудована емкостями с крышками для сбора отходов. Вывоз мусора с территории учреждения и его последующая утилизация регулярно осуществлялись как в спорный период, так и в настоящее время на основании заключенных со специализированной организацией договоров.

Представителем административных ответчиков представлены государственные контракты по оказанию услуг по сбору, транспортировке и передаче на утилизацию твердых коммунальных отходов, договоры на оказание услуг по обращению с отходами, согласно которым организован вывоз бытового мусора.

Таким образом, суд приходит к выводу, что исправительным учреждением предпринимаются меры для обеспечения осужденных, в том числе административного истца, надлежащими условиями отбывания наказания.

При этом вероятность наличия в зданиях исправительного учреждения запаха от мусора не свидетельствуют о незаконности действий исправительного учреждения в отношении административного истца, поскольку не позволяют определить объем и степень этого запаха, которые бы достоверно подтверждали его попадание в помещения, где находился ФИО1, а также такую концентрацию вредных веществ, которая бы негативно воспринималась им и отражалась на его здоровье.

Доказательств ухудшения состояния здоровья в период содержания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в спорный период в связи с загрязнением воздуха административным истцом не представлено, а судом не добыто.

Учитывая изложенное, указанные доводы административного истца суд находит надуманными, подлежащими отклонению.

Разрешая требования административного истца о нарушении его прав на надлежащие условия содержания ввиду отсутствия горячего водоснабжения в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области в спорный период, суд приходит к следующему.

Сводом правил 308.1325800.2017 Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях), утвержденным Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 г. N 1454/пр, (пункты 19.2.1 и 19.2.5) предусмотрено, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы горячим водоснабжением согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также действующих нормативных документов. Подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Требования о подводе горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены и ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от 02 июня 2003 г. № 130-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 г. № 217-дсп.

Административными ответчиками отсутствие горячего водоснабжения при рассмотрении дела не оспаривалось.

Таким образом, в спорный период помещения отрядов ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области не были оборудованы инженерными системами централизованного горячего водоснабжения.

Вместе с тем, по смыслу разъяснений, изложенных в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», осужденный вправе претендовать на компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении лишь в случае их существенного отклонения от требований, установленных законом. При разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

Из представленных административным ответчиком ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области письменных возражений следует, что в целях соблюдения требований Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений по обеспечению личной гигиены осужденных, содержащихся в помещениях отрядов учреждения, проводится их помывка со сменой белья в соответствии с графиком работы банно-прачечного комплекса. Подача горячей воды производится от собственной котельной, работающей на твердом топливе. Вещи и постельные принадлежности осужденные имеет возможность сдать в стирку, они проходят обработку, глажку в БПК учреждения и возвращаются в потребном для ношения виде.

Как следует из справки начальника ОКБИ и ХО ФКУ ИК -18 УФСИН России по Мурманской области к раковинам общежития отряда №, в котором содержится административный истец, подведено холодное водоснабжение, но для обеспечения осужденных горячим водоснабжением в помещении санитарного узла отряда в *** г. установлен накопительный водонагреватель (бойлер) с обеспечением подвода к лейке душа в умывальной комнате отряда. 

В жилых помещениях отряда СУОН горячая вода подведена в *** г., в помещениях медицинских палат, расположенных на 2 этаже здания «Областная больница. Корпус 1» горячее водоснабжение подведено в помещениях душевых, посещение которых распорядок дня не ограничивает.

С *** горячая вода подведена во все общежития отрядов учреждения. В жилых помещениях камер, расположенных на втором этаже здания запираемых помещений, подведено горячее водоснабжение после проведённых ремонтных работ в помещения СУОН – с *** г., в помещения ПКТ – с *** г., в помещения камер ШИЗО – с ***

В распоряжении осужденных имеются электрические чайники для кипячения воды. В случае необходимости принятия гигиенических процедур (умывание, чистка зубов) теплой водой имелась возможность подогреть воду. Осужденным, отбывающим наказание на общих условиях содержания, не запрещается использование бытовых электрокипятильников заводского исполнения.

Какие-либо сведения об обращении ФИО1 с жалобами на состояние 

здоровья в связи с отсутствием горячего водоснабжения, в материалах административного дела отсутствуют, как и сведения о том, что у осужденного имеются заболевания, при которых требуется использование горячей воды на регулярной основе.

Согласно сведениям из Мурманской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях за весь период отбывания наказания в виде лишения свободы, осужденный ФИО1 в спецпрокуратуру с жалобами или заявлениями не обращался, надзорное производство по его обращениям не формировалось ввиду отсутствия оснований, меры прокурорского реагирования по его обращениям спецпрокуратурой не принимались.

Пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, поэтому не всякие ссылки административного истца на подобные лишения и ограничения объективируются в утверждение о том, что он подвергся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению со стороны государства. При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.

Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность (неоднократность) такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствии приватности; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.

Согласно действующему законодательству в обязанности государства входит организация своей пенитенциарной системы таким образом, чтобы она обеспечивала уважение достоинства заключенных независимо от финансовых и материально-технических трудностей.

Наличие горячего водоснабжения в отрядах непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий при содержании осужденных к лишению свободы лиц и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания.

Вместе с тем, учитывая, что при отсутствии централизованного горячего водоснабжения ФИО1 не лишен права пользоваться водонагревательными приборами в жилых отрядах исправительного учреждения (бойлерами, электрическими чайниками и индивидуальными водонагревателями), а также отсутствие от него жалоб и заявлений по вопросу обеспечения горячей водой по потребности, как и соответствующих доводов об этом в административном иске, суд приходит к выводу о том, что неоснащение помещений отрядов в спорный период централизованным горячим водоснабжением не свидетельствует о причинении административному истцу каких-либо нравственных страданий, а равно о нарушении административным ответчиком его прав на надлежащие условия содержания.

Доводы административного истца о недостаточности указанного оборудования являются неубедительными и подлежат отклонению, поскольку сам по себе подвод горячего водоснабжения к санитарно-техническим приборам жилых отрядов, в силу указанных выше норм и положений Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений не замещает предоставление помывок в банно-прачечном комплексе.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Следовательно, признание незаконными действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно только при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением прав и законных интересов гражданина. При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», осужденный вправе претендовать на компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении лишь в случае их существенного отклонения от требований, установленных законом. При разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

Применительно к изложенному, характер заявленного административного истцом нарушения, выразившегося в отсутствии подводки горячей воды в отрядах, при предоставлении помывки в бане с еженедельной сменой постельного и нательного белья, наличии возможности пользоваться бойлером, электрическими чайниками и кипятильниками для подогрева воды, в отсутствие доказательств наступления каких-либо неблагоприятных последствий в результате допущенного нарушения, не свидетельствует о существенном отклонении от установленных законом требований к условиям содержания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

Доказательств, подтверждающих ограничение ФИО1 в пользовании нагревательными приборами, электрическими чайниками и кипятильниками, материалы административного дела не содержат.

С учетом изложенного, в отсутствие сведений о невозможности поддержания истцом удовлетворительной степени личной гигиены, суд полагает, что в данном случае не установлено оснований для присуждения в пользу административного истца денежной компенсации в связи с отсутствием централизованного горячего водоснабжения.

Данное обстоятельство, само по себе, не может быть расценено как унижающее человеческое достоинство обращение, а администрацией учреждения принимались меры для создания необходимых условий содержания осужденных, соразмерно восполняющие существующее техническое состояние (оснащение) зданий исправительного учреждения и улучшающие материально-бытовые условия лишенных свобод лиц.

Доказательств, свидетельствующих о жестоком или унижающем человеческое достоинство обращении, не представлено.

При разрешении доводов административного истца об отсутствии приватности в санитарных узлах суд учитывает, что в Кассационном определении Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 27 июля 2022 г. № 73-КАД22-4-К8, Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что наличие туалетного оборудования, которое отгорожено от остального помещения таким образом, чтобы обеспечивалась приватность отправления санитарно-гигиенических процедур, безусловно является обязательным элементом для признания условий содержания в исправительном учреждении надлежащими.

Из представленных сведений в материалы административного дела сведений следует, что помещения уборных отрядов оборудованы чашами «Генуя», писсуарами, раковинами и ножными ваннами. Туалетные помещения отрядов находятся в отдельных от жилых секций помещениях и обеспечены условиями приватности в виде наличия перегородок.

Вместе с тем, достоверных доказательств оборудования санитарных узлов дверьми административными ответчиками не представлено. Напротив, административный ответчик указал, что отсутствие закрывающихся кабинок не нарушало прав и законных интересов истца, поскольку обуславливалось обеспечением необходимого уровня безопасности и контроля за поведением осужденных.

Вместе с тем, вопреки доводам административного ответчика, суд приходит к выводу, что подобное устройство санитарных узлов (огороженных стенками-перегородками) безусловно не обеспечивает приватность при посещении туалета. Доказательств того, что такое обустройство санузлов необходимо в учреждении с целью обеспечения безопасности, административными ответчиками не представлено, в связи с чем, несмотря на отсутствие законодательного определения приватности туалета и требований к его обеспечению в спорный период, указанные доводы административного истца суд находит обоснованными. 

Учитывая, что нарушение условий содержания административного истца в исправительном учреждении, выразившееся в отсутствии приватности в санитарных узлах, нашло свое подтверждение, принимая во внимание продолжительность данного нарушения, обстоятельств, при которых допускалось нарушение, их последствия для административного истца, который претерпевал нравственные страдания, выражающиеся в чувстве несправедливости и незащищенности от неправомерных действий администрации исправительного учреждения, учитывая, что установленные судом нарушения не относятся к существенным нарушениям, в целях восстановления нарушенного права административного истца, суд приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации компенсации в размере 2000 рублей.

Размер указанной компенсации определен судом также с учетом принципов разумности и справедливости, поскольку обязанность по соблюдению данного принципа, предусмотренного законом, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. 

При таких обстоятельствах требования административного истца подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

административное исковое заявление ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области - удовлетворить частично.

Признать незаконным бездействие ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области по обеспечению ФИО1 надлежащими условиями содержания в исправительном учреждении.

Взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, родившегося ***, компенсацию за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении в размере 2 000 (две тысячи) рублей 00 копеек.

В удовлетворении требований о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении на сумму, превышающую 2 000 рублей, ФИО1 - отказать.

Решение в части взыскания компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению, но как и в целом может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Л.О. Романюк