Дело № 2-1074/2025

УИД 11RS0005-01-2025-000137-68

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Ухта Республики Коми 20 июня 2025 года

Ухтинский городской суд Республики Коми 

в составе председательствующего судьи Самохиной М.В.,

при секретаре судебного заседания Дуркиной М.Е.,

с участием помощника прокурора г. Ухты Лошаковой Ю.А.,

представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ООО «ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ» о взыскании компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

истец обратилась в суд с иском к ответчику с учетом уточнений о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 руб. вследствие смерти ФИО1 В обоснование требований указав, что 

<

...> г. при исполнении трудовых обязанностей на шахте погиб ФИО1 

Истец, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, участия в судебном заседании не принимал, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие. 

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала по письменным доводам. Указала на то, что при исполнении трудовых обязанностей погиб ФИО1 Приговором Ухтинского городского суда Республики Коми от 

<

...> г., вступившим в законную силу 

<

...> г., ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12, являющиеся сотрудниками ответчика, признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.217 УК РФ, а истцы потерпевшими.

Представитель ответчика с исковыми требованиями не согласился, указал, что ФИО1 на момент несчастного случая являлся работником ООО «ДГСистема» и выполнял работу на основании трудового договора от 

<

...> г., полагал, что ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь» не является надлежащим ответчиком по делу. Указала на то, что под членами семьи понимаются супруги, родители и дети. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи, если они вселены в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. ФИО4 не вела совместное хозяйство с погибшим, проживала отдельно, состояла в браке и имела другую семью.

Третьи лица ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12, извещенные надлежащим образом о времени и места рассмотрения дела, в суд не прибыли, с ходатайствами об отложении дела не обращались

Третье лицо ООО «ДГСистема» в письменном отзыве с заявленными требованиями не согласилось, указав, что приговором суда установлены виновные лица, которые в трудовых отношения с ООО «ДГСистема» не состояли. Кроме того, причиной аварии определены виновные действия работников ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь» ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12, а не нарушения ООО «ДГСистемы» требований ст.214 ТК РФ.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел спор по существу при имеющейся явке и по имеющимся в деле доказательствам.

Заслушав участвующих лиц, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего заявленные требования обоснованными, вместе с тем, сумма компенсации морального вреда завышена и подлежит снижению, суд приходит к следующим выводам.

В силу статей 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статьей 212 ТК РФ установлена обязанность работодателя обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1100 ГКРФ также предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу содержащихся в п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснений моральный вред может заключаться в нравственных страданиях, относящихся к душевному неблагополучию в том числе нарушению душевного спокойствия человека по причине переживания в связи с утратой родственников.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 , 

<

...> г. г.р., состоял в трудовых отношениях с ООО «ДГСистемы» в должности мастера участка бурения обособленного подразделения «Ярега» ООО «ДГС».

<

...> г. в период времени с 19:30 до 03:30 часов в результате несчастного случая – аварии, произошедшей в обособленном подразделении «Ярега», участок бурения, расположенном по адресу: ...., ФИО1 погиб.

Лицами, допустившими нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов признаны сотрудники ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь» ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12

Вина ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12, состоявших на дату событий в трудовых отношениях с ООО «ЛУКОЙЛ-Коми», правопреемником которого в настоящее время является ООО «ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ», в нарушении требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо крупного ущерба, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц, т.е. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.217 УК РФ, установлена вступившим в законную силу 

<

...> г. приговором Ухтинского городского суда Республики Коми от 

<

...> г. ...., с учетом апелляционного постановления Верховного суда Республики Коми от 

<

...> г..

Как следует из приговора, в результате нарушенияФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12 указанных выше требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекших аварию на НШПП «Яреганефть», по неосторожности причинена смерть работникуФИО1 

Факт того, что ФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12 на дату аварии состояли в трудовых отношениях с ООО «ЛУКОЙЛ-Коми» и смерть работникаФИО1 наступила в связи с аварией, обстоятельства несчастного случая, выводы, изложенные в акте о несчастном случае на производстве, ответчиком не оспаривались.

ФИО4 является погибшего ФИО1 

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с положениями ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

При этом, как следует из содержания абз.2 ч.1 ст.1068 ГК РФ, одним из условий ответственности работодателя является причинение вреда работником именно при исполнении им трудовых (служебных, должностных) обязанностей, то есть вред причиняется не просто во время исполнения трудовых обязанностей, а в связи с их исполнением. К таким действиям относятся действия производственного (хозяйственного, технического) характера, совершение которых входит в круг трудовых обязанностей работника по трудовому договору или гражданско-правовому договору. Именно поэтому действия работника расцениваются как действия самого работодателя, который и отвечает за вред.

Как разъяснено в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п.1 ст.1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абз.3 п.46 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 4 п.46 постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33).

В силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

С учетом того, что приговором Ухтинского городского суда от 

<

...> г., с учетом апелляционного постановления Верховного суда Республики Коми от 

<

...> г. установлена винаФИО9, ФИО10, ФИО8, ФИО11, ФИО12, состоявших в трудовых отношениях с ответчиком, в несчастном случае со смертельным исходом, что не подлежит оспариванию в рамках настоящего гражданского дела, суд приходит к выводу о возложении ответственности по требованиям истца на ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь» как правопреемника работодателя лиц, виновных в произошедшей аварии.

Учитывая, что Нефтешахта .... НШПП «Яреганефть», эксплуатируемая ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь», в соответствии со свидетельством о регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов №А25-00976, выданным 

<

...> г. Печорским управлением Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, является опасным производственным объектом 1 класса опасности, имеет регистрационный номер №А25-00976-0090, дата регистрации в государственном реестре производственных объектов -

<

...> г.. Эксплуатацию Нефтешахты .... осуществляет обособленное структурное подразделение ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь» - НШПП «Яреганефть».

Разрешая заявленные требования, руководствуясь ст.ст. 151, 1064, 1068, 1079, 1100 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в пунктах 20, 21, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», ст.41 ГПК РФ, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, исходя из того, что вредпогибшему ФИО1 , причинен деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, а также виновными противоправными действиями (бездействием) ответчиков, являющихся работниками ООО «ЛУКОЙЛ-Пермь» при непосредственном исполнении своих должностных обязанностей, следовательно, обязанность по компенсации истцам морального вреда, причиненного смертью брата, должна быть возложена на ответчика.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Смерть близкого, родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение. Причинение смертью брата нравственных страданий его сестре ФИО4 очевидно и не нуждается в доказывании. Принимая во внимание, то обстоятельство, что она навсегда утратила заботу, поддержку, в том числе материальную, внимание брата, что не могло не отразиться на ее психологическом состоянии, учитывая характер и степень страданий истца, представитель которого в судебном заседании указала, что истец на момент смерти брата находилась в несовершеннолетнем возрасте, проживала совместно одной семьей в доме родителей, брат для нее являлся авторитетом, опорой, отношения между ними складывались близкие и доверительные. ФИО1 всегда оказывал поддержку, в том числе и материальную, присутствовал на выпускном сестры, она по сей день испытывают глубокие переживания по поводу невосполнимой утраты брата, степень вины ответчика, обусловленную нарушением правил безопасности при ведении горных работ, учитывая, требования разумности и справедливости, а также то, что компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер, суд считает подлежащим взысканию в пользу ФИО4 денежную компенсацию морального вреда в размере 1000 000 руб. 

По правилам ст.103 ГПК РФ в связи с удовлетворением требований истцов с ответчика в доход бюджета муниципального округа «Ухта» также надлежит взыскать госпошлину в размере 3000 руб., от уплаты которой истец освобожден при подаче иска. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ» (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4, 

<

...> г. г.р., уроженки ...., паспорт ., компенсацию морального вреда в размере 1000 000 (один миллион) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в сумме, превышающей 1000 000 руб., - отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ» (ОГРН 

<

***>) государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей с зачислением в доход бюджета муниципального округа «Ухта» Республики Коми.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение одного месяца со дня составления в мотивированной форме – 23.06.2025.

Председательствующий М.В. Самохина