Дело №(17) 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Покровское «14» февраля 2017 года 

Неклиновский районный суд Ростовской области под председательством судьи Шпорт В.В.,

при секретаре Кравченко Е.А.

с участием государственного обвинителя прокуратуры Неклиновского района Ростовской области Надолинского И.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника – Матвеевой И.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1 

<

данные изъяты>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30; п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО1 незаконно хранил и перевозил без цели сбыта наркотические средства в крупном размере при следующих обстоятельствах.

Подсудимый ФИО1, 07 апреля 2015 г. передвигаясь в качестве пассажира на заднем пассажирском сидении автомобиля «Honda Civic» государственный регистрационный знак №, двигаясь направлением из г. Новочеркасск в г. Таганрог, по автодороге г. Ростов-на-Дону - г. Таганрог, не преследуя цели сбыта, с целью личного употребления незаконно перевозил и хранил при себе в личных вещах шесть полимерных пакетиков, и два самодельных бумажных свертка в которых находились наркотические средства: растительная масса зеленого, светло-зеленого, коричневого и светло-коричневого цветов, содержащая в своем составе вещество а-пирролидиновалерофенон (a-PVP), которое рассматривается как производное наркотического средства N-метилэфедрон, вещества [1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол и 3,3,4-триметил-1-[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]пент-4-ен-1-он, которые рассматриваются как производные наркотического средства 3-бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он] и вещество N-(1-карбамоил-2-метил-пропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид, которое рассматривается как производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид, общей первоначальной массой 0,992 грамма, и порошкообразное вещество, содержащее в своем составе вещество а-пирролидиновалерофенон (a-PVP), которое рассматривается как производное наркотического средства N-метилэфедрон, общей первоначальной массой 2,003 грамма, вплоть до 00 часов 40 минут 07 апреля 2015 г., до момента их обнаружения и изъятия сотрудниками полиции в помещении административного здания ГУ МВД России по Ростовской области, расположенного на 54 км автодороги г. Таганрог-г. Ростов-на-Дону в Неклиновском районе Ростовской области.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании виновным себя не признал, и показал, что стал жертвой полицейской провокации, 07 апреля 2015 г. случайно оказался в машине с лицами, употребляющими наркотические средства и при его личном досмотре сотрудниками полиции на посту ДПС в с. Самбек Неклиновского района ему были подброшены наркотические средства и блокнот с чужими записями.

Виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями свидетеля З, который в судебном заседании показал, что 06 апреля 2015 г. он вместе с подсудимым ФИО1 и Б на автомобиле под управлением Б следовали из г. Новочеркасск в г. Таганрог. На посту ДПС их остановили сотрудники ДПС и стали проверять салон автомобиля, их завели на пост, проводили личный досмотр, а затем повезли ФИО1 и водителя Б на освидетельствование в г. Таганрог, со слов сотрудников полиции он узнал, о том, что у ФИО1 обнаружены наркотики;

- показаниями свидетеля Д, который в судебном заседании показал, что он работает в должности инспектора ДПС Донского ОБДПС ГИБДД № 1 ГУ МВД России по Ростовской области. Во время несения службы 07 апреля 2015 года примерно в 00 часов 30 минут на 54 км автодороги Ростов – Таганрог – гр. Украины в ходе проведения операции «Анаконда» им был остановлен автомобиль марки «Honda Civic» двигавшийся со стороны г. Ростова на Дону в сторону г. Таганрога. В салоне данного автомобиля на заднем пассажирском сидении находился ФИО1, который не был пристегнут ремнем безопасности, ему было предложено пройти в помещение поста для составления административного материала по данному нарушению согласно ч. 1 ст. 12.29 КоАП РФ, на что гр. ФИО1 согласился при этом ФИО1 вел себя неестественно, его речь была невнятной, зрачки расширены, не мог сосредоточиться при ответе на поставленные вопросы, озирался по сторонам, руки дрожали, при этом запаха алкоголя от того не было. ФИО1 постоянно прижимал к себе и ощупывал находящуюся при себе сумку – барсетку черного цвета. При составлении административного материала по ст. 12.29 ч. 1 КоАП РФ им было принято решение о проведении личного досмотра гражданина ФИО1, в присутствии двух понятых, а именно содержимое карманов, одежды и находящейся при ФИО1 сумки, перед проведением личного досмотра ФИО1 были разъяснены его права предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, а так же примечания к ст. 228, 222 УК РФ и предложено добровольно выдать какие – либо находящиеся при нем запрещённые к обороту предметы, разъяснив при этом в присутствии двух понятых, что лицу добровольно выдавшему находящиеся при лице какие – либо запрещенные вещества, оружие освобождается от уголовной ответственности, на что ФИО1 в присутствии двух понятых пояснил, что каких – либо запрещенных к свободному гражданскому обороту предметов при себе не имеет, добровольно предъявить ничего не желает. Далее при проведении личного досмотра в присутствии двух понятых у ФИО1 при досмотре вышеуказанной сумочки находящейся при ФИО1 было обнаружено: сверток завернутый в тетрадный лист полиэтиленовые пакеты, перемотанные изолетной, в носках ФИО1 были обнаружены пакеты с белым веществом. На вопрос что это за предметы и кому они принадлежат, ФИО1 не ответил. Далее ими на место происшествия вызвана группа СОГ ОМВД Неклиновского района Ростовской области, по прибытии которых вышеуказанные предметы изъяты протоколом осмотра места происшествия и направлены на исследование. 

- показаниями свидетеля С, который в судебном заседании дал показания, аналогичные показаниям свидетеля Д, дополнив их тем, что при личном досмотре ФИО1 в карманах его куртки были также обнаружены пакетики с веществом, в барсетке был блокнот вероятно с адресами закладок наркотических средств;

- показаниями свидетеля У, который в судебном заседании показал, что 07 апреля 2015 г. на посту ДПС в с. Самбек его остановили сотрудники полиции и предложили принять участие в качестве понятого при личном досмотре ФИО1. Он и ещё один понятой зашли вместе с инспектором ДПС в помещение поста в котором находился подсудимый. Сотрудниками полиции были разъяснены права и обязанности понятым, права разъяснены также ФИО1, предложено выдать запрещённые к обороту предметы, на что тот ответил, что ничего запрещённого у него нет. При личном досмотре ФИО2 у него в сумке были обнаружены блокнот, сверток и два полимерных пакета, в кармане брюк обнаружены пакеты, замотанные изолентой, в носках пакеты с порошком. Сотрудники ДПС вызвали следственно-оперативную группу. Он также присутствовал в качестве понятого при оформлении осмотра места происшествия следователем. Всё обнаруженное у Хомченко было описано, опечатано и изъято;

- показаниями свидетеля О, который в судебном заседании показал, что он работает в должности старшего оперативного уполномоченного ОМВД РФ по Неклиновскому району. 07.04.2015, в 08 часов он пришел на работу. Начальником ОУР ОМВД РФ по Неклиновскому району ему было поручено принять объяснение от гражданина ФИО1, которого ночью задержали сотрудники ГИБДД. Объяснения ФИО1 давал без какого-либо давления, добровольно, пояснял, что сам бывший сотрудник полиции;

- показаниями свидетеля Е, который в судебном заседании показал, что 07 апреля 2015 г. в составе следственно-оперативной группы в качестве специалиста принимал участие в осмотре места происшествия на посту ДПС в с. Самбек. Когда группа прибыла по сообщению о преступлении, то в помещении поста ДПС были понятые, сотрудники ДПС, на столе он увидел предметы, ранее изъятые сотрудниками ДПС у ФИО1. Он фотографировал пакеты с веществом, блокнот, сделал смывы с рук ФИО1, следователь составил протокол осмотра места происшествия, указал изъятые предметы, которые Е изъял и упаковал;

- показаниями свидетеля Ч, который в судебном заседании показал, что около года назад был понятым на посту ДПС в с. Самбек при личном досмотре подсудимого ФИО1. В помещении поста ФИО1 сидел, обняв сумку и наклонив голову, ему было предложено выдать запрещённые к обороту предметы, он ответил, что таковых у него нет. При досмотре в сумке, в носках и брюках Хомченко были обнаружены пакеты прозрачные и перемотанные изолетной, задержанный был раздет до трусов. Всё изъятое опечатали, прикрепили бирки с пояснениями и подписями понятых;

- показаниями свидетеля Б, который в судебном заседании показал, что он работал водителем «такси» в фирме «Феникс». 06 апреля 2015 г. в г. Новочеркасске он заехал за своим знакомым З, который предложил поехать в г. Таганрог. Около 20 часов они заехали за ФИО2 и поехали в г. Таганрог, при этом ФИО2 обещал оплатить поездку. В г. Ростове на Дону по просьбе ФИО1 они останавливались, он выходил из автомобиля и отсутствовал несколько минут, когда вернулся, то в руках была бутылка воды и сигареты. Во время следования их остановили сотрудники ДПС на посту в с. Самбек и стали досматривать автомобиль, ФИО2 отвели в помещение поста. Сотрудники полиции провели досмотр Б и З, освидетельствовали Б и отпустили их, а ФИО1 был задержан;

- показаниями свидетеля В, который в судебном заседании показал, что ранее работал в должности оперативного сотрудника отдела полиции Неклиновского района, в ночь с 06 на 07 апреля 2015 г. принимал участие в работе следственной группы при осмотре места происшествия на посту ДПС в с. Самбек, присутствовал при опросе ФИО1, далее дал показания, аналогичные показаниям свидетелей Е и О;

- показаниями свидетеля П, который в судебном заседании показал, что в ночь с 06 на 07 апреля 2015 г., работая в должности участкового, принимал участие при проведении осмотра места происшествия в помещении поста ДПС в с. Самбек, подтвердил оформление и изъятие пакетов у ФИО1;

- показаниями свидетеля К, который в судебном заседании показал, что, работая в должности следователя ОМВД России по Неклиновскому району в ночь с 06 на 07 апреля 2015 г. на посту ДПС в с. Самбек оформлял материалы по факту обнаружения у ФИО1 пакетов с веществом, которое по результатам дальнейшей проверки, оказалось наркотическим, подтвердил наличие при оформлении материалов и изъятии наркотических средств понятых, отсутствие замечаний в ходе осмотра места происшествия со стороны понятых и самого ФИО1. 

Вина подсудимого ФИО1 подтверждается также оглашенными в судебном заседании с соблюдением требований ст. 285 УПК РФ материалами уголовного дела:

- показаниями свидетеля З, изложенными в протоколе допроса от ДД.ММ.ГГГГ, оглашенными в судебном заседании в связи с наличием существенных противоречий в показаниях свидетеля, данных им в судебном заседании, из которых следует, что 06 апреля 2015 г., по пути следования на автомобиле под управлением Б с пассажиром ФИО1 из г. Новочеркасска в г. Таганрог, по просьбе ФИО1 в г. Ростове на Дону они заезжали на одну из улиц Западного района города, где ФИО1 отлучался на 10 минут. Несмотря на то, что свидетель З в судебном заседании не подтвердил показания, данные им на предварительном следствии, суд находит их достоверными, поскольку они даны непосредственно после исследуемых событий, подтверждены показаниями свидетеля Б, объяснениями ФИО3 в которых он пояснял, что в г. Ростове на Дону заезжал на ул. Амбулаторную за закладкой с наркотическими средствами (том 1 л.д. 47-50);

- протоколом личного досмотра № 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается факт изъятия у ФИО1 двух прозрачных полиэтиленовых пакетов с веществом бело-голубого цвета, двух пакетов запаянных в чёрную изолетну, двух скрепок с пустыми пакетами, вещества растительного происхождения, завернутого в лист белой бумаги (том 1 л.д. 5);

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается процессуальное закрепление изъятых при личном досмотре предметов у ФИО1 и факт передачи их сотрудниками ДПС следователю, более подробное описание изъятых предметов (том 1 л.д. 13-17);

- Актом медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается факт нахождения ФИО1 в состоянии наркотического опьянения (том 1 л.д.31);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого растительное вещество массой 0,090 г, изъятая 07.04.2015 г. при осмотре места происшествия в помещении административного здания ГУ МВД РФ по РО, расположенного на 54 км автодороги г. Ростов-на-Дону - г. Таганрог, содержит в своем составе вещество, которое рассматривается как производное наркотического средства N-метилэфедрон, вещества [1- (5-фторпентил)- 3- (2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол и 3,3,4-триметил-1-[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]пент-4-ен-1-он, которые рассматриваются как производные наркотического средства 3-бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он] и вещество N-(1-карбамоил-2-метил-пропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид, которое рассматривается как производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид, составляла 0,140 г., порошкообразные вещества массами 0,069 г, 0,002 г, 0,385 г, 0,472 г, 0,413 г, 0,422 г, общей массой 1,763 г, содержат в своем составе вещество а-пирролидиновалерофенон (a-PVP), которое рассматривается как производное наркотического средства N-метилэфедрон (том 2 л.д.32-39);

- протоколом осмотра предметов и постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств подтверждается, что изъятые у ФИО1 предметы были упакованы в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, их перечень и описание совпадает с указанными перечнем и описанием в протоколах личного досмотра ФИО1 и протоколе осмотра места происшествия, на бирках имеются отметки о вскрытии упаковок экспертами при исследовании (том 2 л.д. 184-189);

- протоколом осмотра документов- протокола соединений абонентского номера 

<

***> за период времени с 00 часов 00 минут 06.04.2015 г. по 00 часов 00 минут 07.04.2015 г. и постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств подтверждается факт перемещения ФИО1 06.04.2015 г. из г. Новочеркасска через г. Ростов на Дону, а также его подтверждаются его первичные объяснения о заказе наркотических средств посредством сети Интернет и получении СМС-сообщений о месте закладки наркотических средств в г. Ростове на Дону (том 2 л.д. 199-203);

- рапортом ИДПС ДОБ ДПС ГИБДД № 1 ГУ МВД России по Ростовской области лейтенанта полиции Д, зарегистрированным в КУСП ОМВД России по Неклиновскому району за № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому 07.04.2015 в 00 часов 40 минут на посту «Самбек» при досмотре а/м «Honda Civic» г/н № в салоне были обнаружены наркотические вещества (том 1 л.д.4);

- постановлением по делу об административном правонарушении 

<

адрес>1 от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается факт совершения ФИО1 административного правонарушения предусмотренного ч. 1 ст. 12.29 КоАП РФ (том 1 л.д. 12);

- объяснением ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается факт хранения и перевозки им наркотических средств для личного потребления (том 1 л.д. 33-34);

- протоколами очных ставок между обвиняемым ФИО1 и свидетелями С, У, Д, В, О, Ч в ходе которых свидетели в присутствии обвиняемого ФИО1 подтвердили свои показания, изобличающие ФИО1 в хранении и перевозке наркотических средств, в законности проведения личного досмотра, осмотра места происшествия, изъятия наркотических средств. Свои показания, данные на очных ставках свидетели подтвердили в судебном заседании (том 1 л.д. 185-224; том 2 л.д. 41-46; том 2 л.д. 80-85; том 2 л.д. 91-94).

Органами предварительного расследования действия ФИО1 были квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Обвиняя ФИО1 в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, государственный обвинитель привел в качестве доказательств изложенные выше показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства. Мотивируя необходимость квалификации действий подсудимого, государственный обвинитель указал, что о покушении на сбыт наркотического средства свидетельствует тот факт, что ФИО1, не имеющий законного источника дохода, незаконно приобрел у неустановленного лица большое количество наркотического средства, расфасованного в удобные для сбыта пакетики, которые хранил при себе, при нём также обнаружены пустые пакеты для фасовки наркотических средств, блокнот с записями о закладках наркотических средств.

Между тем, указанные обстоятельства, на которые ссылается обвинение, не свидетельствуют с достаточной степенью о наличии у ФИО1 умысла на сбыт изъятых у него наркотических средств. Более того, по смыслу закона, само по себе количество обнаруженного у виновного наркотического средства, не может свидетельствовать о наличии у него умысла на сбыт этого наркотического средства.

Кроме того, из материалов дела следует, что оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО1 не проводилось, какой-либо оперативной информации о том, что подсудимый занимается незаконным сбытом наркотических средств, в распоряжении сотрудников полиции не имелось, его досмотр был проведен только лишь в связи с задержанием его как лица, вызвавшего своим поведением у сотрудников полиции подозрение; не были установлены и лица, которым ФИО1 в тот день мог попытаться сбыть это наркотическое средство.

Из первоначальных объяснений ФИО1, подтверждённых показаниями свидетеля оперуполномоченного ОУР О следует, что наркотическое средство он приобрел и хранил для личного употребления. Принадлежность блокнота с записями подсудимому ФИО1 в ходе следствия не доказана, рукописный текст в блокноте написан не подсудимым. Рапорт сотрудника полиции Д (том 1 л.д. 4), протокол личного досмотра ФИО1 (том 1 л.д. 5) и протокол осмотра места происшествия от 07.04.2015 г. (том 1 л.д. 13-17) не содержат сведений об изъятии у ФИО1 блокнота с записями.

Вместе с тем, анализ показаний свидетелей Д, С, К, Е, О, В- сотрудников полиции, свидетелей У, Ч, участвующих в качестве понятых, свидетелей Б, З не позволяет сделать бесспорный вывод о характере действий подсудимого, направленных именно на сбыт наркотического средства; у ФИО1 были изъяты два свертка с растительным веществом и 6 пакетиков с порошкообразным веществом, по поводу чего задержанный сообщил, что в свертках находится наркотическое средство, именуемое «спайс и соль», именно в расфасованном виде он приобрёл наркотические средства для личного употребления; при этом указанные сотрудники полиции не располагали какой-либо информацией о том, что ФИО1 занимается сбытом наркотического средства.

Сам подсудимый ФИО1 в момент задержания находился в состоянии наркотического опьянения. 

Об отсутствии сведений об умысле подсудимого на сбыт наркотических средств на стадии возбуждения уголовного дела, свидетельствует также наличие в деле рапорта сотрудников полиции О об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ (том 1 л.д. 41), постановления следователя М о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ (том 1 л.д. 1), постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 09.04.2015 г. (том 1 л.д. 106-108).

Каких-либо доказательств, опровергающих данные обстоятельства, стороной обвинения в ходе судебного заседания предоставлено не было.

Таким образом, по делу объективно установлено, что при задержании у ФИО1 было обнаружено и изъято находившееся при нем наркотическое средство в крупном размере. При этом доказательств, объективно подтверждающих покушение на сбыт изъятого у него наркотического средства, в ходе судебного разбирательства добыто не было, в связи с чем суд не может согласиться с обоснованностью квалификации действий подсудимого по ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

В связи с отсутствием достаточной совокупности доказательств, подтверждающих умысел ФИО1 на сбыт изъятых у него наркотических средств, суд с учетом положений ч. 3 ст. 14 УПК РФ, согласно которым все неустранимые сомнения должны быть истолкованы в пользу осужденного, приходит к выводу о переквалификации его действий с ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 2 ст. 228 УК РФ, поскольку его действия, выразились в незаконном хранении и перевозке без цели сбыта наркотического средства в крупном размере.

Согласно постановлению о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и обвинительному заключению, органом предварительного следствия не было установлено время, место и способ приобретения осужденным наркотических средств.

Поскольку органом предварительного расследования не установлено время, место и способ приобретения осужденным наркотических средств, указанное обстоятельство лишает суд возможности проверить сроки давности, истечение которых влечет освобождение от уголовной ответственности. При таких обстоятельствах возникают неустранимые сомнения в виновности ФИО1 в незаконном приобретении без цели сбыта наркотических средств, которые, согласно действующему уголовно-процессуальному законодательству, должны толковаться в пользу осужденного. С учетом изложенного признак незаконного приобретения наркотических средств без цели сбыта подлежит исключению из обвинения ФИО1.

Таким образом, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч. 2 ст. 228 УК РФ, поскольку он совершил незаконное хранение и перевозку без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Суд находит доказанным совершение подсудимым ФИО1 инкриминируемого ему деяния с учётом исследованных по делу доказательств.

Виновность ФИО1 в совершении преступления в сфере незаконного оборота наркотических средств подтверждается показаниями свидетелей Д, С, К, Е, О, В- сотрудников полиции, свидетелей У, Ч, участвующих в качестве понятых, свидетелей Б, З, заключениями судебных экспертиз и иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Показания вышеприведенных свидетелей являются последовательными и непротиворечивыми, при этом они согласуются друг с другом с первоначальными объяснениями самого ФИО1 и с иными исследованными доказательствами, устанавливая одни и те же факты.

Оснований полагать, что уголовное дело в отношении ФИО1 было сфальсифицировано, а предварительное расследование проведено с нарушениями закона, не имеется.

Процедура привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, равно как и порядок возбуждения в отношении него уголовного дела, органом предварительного расследования не нарушены.

Анализируя позицию защиты о недостоверности показаний свидетеля Ч, принимавшего участие в изъятии наркотических средств в качестве понятого по тем основаниям, что свидетель перенёс два инсульта, суд находит её надуманной. Показания Ч последовательны, согласуются с показаниями свидетеля У, не доверять которым у суда оснований не имеется.

Утверждения стороны защиты о подделке объяснений ФИО1, суд находит несостоятельными, поскольку в них подробно изложены обстоятельства заказа, оплаты и приобретения наркотических средств, указано место закладки, эти объяснения от ФИО1 приняты сотрудником полиции О в присутствии свидетеля В. Ссылка защиты на выводы почерковедческого исследования № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что рукописный текст в объяснении и подписи от имени ФИО1 вероятно выполнены иным лицом, не может быть принята судом, поскольку исследование проведено вне рамок расследования и судебного следствия, эксперт не предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, для исследования ему были представлены копии документов. О невозможности дачи заключения без предоставления подлинников эксперт неоднократно указывает в исследовании (том 4 л.д. 134-143).

Ссылка стороны защиты на тот факт, что в ходе предварительного расследования следователем Ш были выявлены признаки должностных преступлений со стороны сотрудников ДПС при сборе первичного материала и как следствие доказательства, собранные на этой стадии не могут быть положены в основу обвинения, по мнению суда, является несостоятельной, поскольку следствием предприняты меры для процессуальной проверки доводов ФИО1 о фальсификации доказательств его вины и по результатам этой проверки его доводы не нашли своего подтверждения, что подтверждается постановлением старшего следователя Неклиновского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ ФИО4 от 21.12.2016 г. (том 4 л.д. 127-130).

Утверждение стороны защиты о том, что личный досмотр ФИО1 проведён незаконно, поскольку он не являлся водителем остановленного сотрудниками полиции транспортного средства, основан на ошибочном толковании норм права.

В силу части 1 статьи 27.7 КоАП Российской Федерации личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице, как мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении осуществляются в случае необходимости в целях обнаружения орудий совершения либо предметов административного правонарушения. Такая мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении, как личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице, применяемая в целях обнаружения орудий совершения либо предметов административного правонарушения, носит кратковременный и безотлагательный характер и не предполагает получение согласия лица, в отношении которого она применяется.

Основанием для личного досмотра ФИО1 послужило непосредственное обнаружение сотрудником полиции в действиях пассажира автомобиля признаков административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.29 КоАП РФ (нарушение пассажиром п. 5.1 Правил дорожного движения РФ) о чём было составлено постановление, с которым ФИО1 был ознакомлен и согласен (том 1 л.д. 12).

Утверждение ФИО1 и защитника об отсутствии понятых при оформлении первичного материала опровергается материалами уголовного дела, показаниями свидетелей Д, С, К, Е, У, Ч. Данные о понятых, их подписи имеются в протоколе личного досмотра, протоколе осмотра места происшествия, в связи с чем оснований полагать, что понятые не присутствовали при совершении соответствующих процессуальных действий и оформлении их результатов, не имеется. Кроме того, при подписании процессуальных документов сам ФИО1 не был лишен возможности выразить свое отношение к производимым в отношении него процессуальным действиям, однако никаких замечаний и дополнений в этой части не сделал, от подписи отказался. Кроме того, ч. 3 ст. 27.7 КоАП РФ не предполагает обязательного применения видеозаписи в случае, когда названная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении производится в присутствии двух понятых.

Вопреки доводам, защиты, присутствие защитника при написании объяснения лицом, не имеющим статуса подозреваемого либо обвиняемого, законом не предусмотрено. Более того, объяснение от 07.04.2015 г. не содержит заявлений ФИО1 о предоставлении ему адвоката, права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ ему разъяснены, что подтверждается его подписью.

Утверждение защитника о том, что распечатка с соединениями телефона с № не может быть признана доказательством по делу, поскольку данный номер не использовался ФИО1- противоречит материалам уголовного дела. Так, с момента оформления административного материала, до получения объяснений от ФИО1, допроса его в качестве подозреваемого и обвиняемого во всех документах все данные о нём указывались с его слов, в том числе и его номер телефона, что отражено в постановлении по делу об административном правонарушении (том 1 л.д. 12), протоколе личного досмотра (том 1 л.д. 5), протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (том 1 л.д. 30), объяснении ФИО1 и в других документах. Все исследованные судом документы составлены разными должностными лицами со слов ФИО1, который имел возможность внести коррективы в эти документы, но не сделал этого.

Доводы защиты о том, что свидетели Б и З являлись агентами спецслужб и спровоцировали задержание ФИО1 ничем не обоснованы. Тот факт, что они оба позже были привлечены и осуждены за незаконный оборот аналогичных наркотических средств подтверждает лишь то, что как Б, З так и ФИО1 имели общие пороки и интересы. Их статус в настоящем деле как свидетелей не противоречит материалам дела и предъявленному ФИО1 обвинению.

Ссылка защиты на пропажу личных вещей ФИО1, а также сумки- барсетки не может влиять на выводы суда о виновности подсудимого, поскольку пропавшие предметы не признавались вещественными доказательствами и не изымались процессуальным путём.

Анализируя доводы защиты о недопустимости таких доказательств как допросы должностных лиц правоохранительных органов, суд учитывает следующее.

Уголовно-процессуальный кодекс не содержит перечня лиц из числа участников уголовного судопроизводства, которые не могут быть свидетелями. Поэтому в судебном заседании в качестве свидетелей могут быть допрошены оперативные работники, дознаватели, следователи, прокуроры, адвокаты.

Такой допрос может касаться лишь обстоятельств получения какого-либо доказательства, допустимость которого оспаривается в судебном заседании. 

Поскольку стороной защиты, как на стадии предварительного следствия, так и в судебном заседании оспаривались обстоятельства получения доказательств, а именно оформление личного досмотра, проведения законности осмотра места происшествия, назначение экспертизы, соблюдения прав ФИО1 возникла необходимость допросов указанных должностных лиц.

Правовая позиция КС РФ по вопросу вызова и допроса в судебном заседании дознавателя, следователя отражена в Определении от 6 февраля 2004 г. N 44-О. Такие лица могут быть допрошены в качестве свидетелей, в том числе об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий, но их нельзя допрашивать о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым для восстановления содержания этих показаний.

Доводы защиты о признании заключения эксперта недопустимым доказательством ввиду наличия сомнений в том, что эксперт обладает специальными познаниями, им применялись неверные методики, копировались хронограммы из одного исследования в другое, повторная экспертиза проведена тем же экспертом, что и первичная, суд находит их несостоятельными исходя из следующего.

Оценивая результаты проведенных по изъятым у ФИО1 веществам, как при производстве экспертизы, так и при исследовании указанных веществ, проведенных до возбуждения уголовного дела (том 1 л.д. 36-38; 100-105; 134-135; том 2 л.д. 32-39), суд считает, что отбор проб осуществлялся в соответствии с "Методическими рекомендациями по отбору проб при исследовании наркотических средств" (утвержденными Постоянным комитетом по контролю наркотиков 16 ноября 1993 года), что экспертное исследование проведено в соответствии с требованиями УПК РФ лицами, имеющими соответствующие образование и стаж работы; заключение оформлено надлежащим образом, научно мотивировано, в нем содержатся исчерпывающие ответы на поставленные перед экспертами вопросы.

Из допроса в судебном заседании следователя Ш и эксперта Р следует, что при назначении дополнительной экспертизы, следователь ошибочно назвал её повторной, что не может служить основанием для признания результатов проведённой экспертизы недостоверными и недопустимыми.

Не вызывает сомнений масса изъятых наркотических средств у ФИО1 Материалами уголовного дела подтверждается первоначальная масса а-пирролидиновалерофенон (a-PVP), которое рассматривается как производное наркотического средства N-метилэфедрон, вещества [1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол и 3,3,4-триметил-1-[1-(5-фторпентил)-1Н-индол-3-ил]пент-4-ен-1-он, которые рассматриваются как производные наркотического средства 3-бутаноил-1-метилиндол [1-(1-метил-1Н-индол-3-ил)бутан-1-он] и вещество N-(1-карбамоил-2-метил-пропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид, которое рассматривается как производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид, общей первоначальной массой 0,992 грамма, и порошкообразное вещество, содержащее в своем составе вещество а-пирролидиновалерофенон (a-PVP), которое рассматривается как производное наркотического средства N-метилэфедрон, общей первоначальной массой 2,003 грамма, образующая крупный размер, поскольку именно указанное количество вещества было представлено на первоначальное исследование.

Использование экспертом при проведении новой экспертизы результатов исследований и первичных экспертиз не может расцениваться как недостаток экспертного заключения. Сущность судебной экспертизы состоит в исследовании по заданию следователя или суда сведущим лицом (экспертом) предоставляемых в его распоряжение документов (предметов, объектов, материалов уголовного дела) с целью установления фактических данных, имеющих значение для правильного разрешения дела. Заключение судебного эксперта представляет собой результат исследования, основанного на применении целого ряда специальных методов, которыми судья в полном объеме владеть не может. Экспертиза не объясняет уже имеющийся факт, а добывает новый и дает ему профессиональную оценку, которая и составляет содержание судебного доказательства - заключения эксперта.

По мнению суда, заключение эксперта в полной мере соответствует требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Ссылки защитника на письмо заведующего судебно-химическим отделением Т на обращение адвоката, судом не принимаются во внимание, поскольку данное письмо получено вне процессуальных рамок, носит характер пояснений и рассуждений автора, дано без исследования материалов дела. 

Утверждения защиты о том, что было нарушено право обвиняемого на защиту в связи с ознакомлением с постановлениями о назначении экспертиз после их проведения, суд отвергает и не усматривает указанных нарушений, поскольку участники процесса были ознакомлены со всеми материалами экспертиз, а также с материалами уголовного дела при выполнении требований ст. 217 УПК РФ и имели возможность реализовать свое право на заявление ходатайств как на предварительном следствии, так и в ходе судебного разбирательства.

Доводы защиты о незаконности Постановления Правительства РФ суд находит основанными на неверном толковании норм права. Правовые основы государственной политики в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также в области противодействия их незаконному обороту в целях охраны здоровья граждан, государственной и общественной безопасности определены в Федеральном законе от 8 января 1998 г. N 3-ФЗ, статьей 1 которого к наркотическим средствам отнесены вещества синтетического или естественного происхождения, препараты, включенные в Перечень в соответствии с законодательством Российской Федерации, международными договорами Российской Федерации, в том числе Единой конвенцией 1961 года.

Российская Федерация, ратифицировав Единую конвенцию 1961 года (с поправками, внесенными в нее Протоколом 1972 года) и Конвенцию о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 года, тем самым взяла на себя обязательство принимать в пределах своей территории любые необходимые, по ее мнению, специальные меры контроля в отношении какого бы то ни было наркотического средства, включенного в Список I Единой конвенции о наркотических средствах, учитывая его особо опасные свойства, а также - если существующие в стране условия делают это наиболее подходящим способом охраны здоровья и благополучия - вводить законодательные и административные меры, какие могут быть необходимы для того, чтобы выполнять принятые на себя обязательства (пункт 5 статьи 2 и пункт "а" статьи 4 Единой конвенции 1961 года).

Исходя из этого законодателем в статье 2 Федерального закона от 8 января 1998 года N 3-ФЗ установлено, что наркотические средства, психотропные вещества и их прекурсоры, подлежащие контролю в Российской Федерации, включаются в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации (пункт 1), который утверждается Правительством Российской Федерации по представлению федерального органа исполнительной власти в области здравоохранения и федерального органа исполнительной власти по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ (пункт 2).

По смыслу приведенных законоположений, наркотические средства и психотропные вещества считаются таковыми, если они включены в перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации.

Во исполнение названных нормативных предписаний Правительством Российской Федерации постановлением от 30 июня 1998 г. N 681 утвержден Перечень и определено, что внесение изменений в Перечень осуществляется на основании предложений Министерства здравоохранения Российской Федерации либо Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков, которые представляют в установленном порядке соответствующие проекты актов Правительства Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 октября 2010 г. N 882 "О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации по вопросам, связанным с оборотом наркотических средств и психотропных веществ" внесены изменения в Перечень, в соответствии с которыми производные наркотических средств и психотропных веществ, указанные в Перечне, являются наркотическими средствами и психотропными веществами, в том числе для целей статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Понятие "производные", приведенное в Перечне, является общепринятым и используется в ряде нормативных правовых актов, в том числе международных.

Доводы защиты о нарушении следователями Приказа МВД РФ N 840, Минюста РФ N 320, Минздрава РФ N 388, Минэкономики РФ N 472, ГТК РФ N 726, ФСБ РФ N 530, ФПС РФ N 585 от 09.11.1999 "Об утверждении Инструкции о порядке изъятия из незаконного оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, инструментов и оборудования, находящихся под специальным контролем и используемых для производства и изготовления наркотических средств и психотропных веществ, а также их учета, хранения, передачи, использования и уничтожения" по тем основаниям, что вещественные доказательства длительное время не признавались следователями таковыми и не сдавались в камеру хранения, суд находит не влияющими на виновность подсудимого.

После проведения экспертизы наркотики постановлением органа дознания, следователя, прокурора или определением (постановлением) суда приобщаются к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств и в течение суток передаются в камеру хранения наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, оборудованную с учетом требований пункта 14 Инструкции, а инструменты и оборудование - в камеру хранения вещественных доказательств.

По мнению суда, как следователь, так и суд, решая вопрос о признании того или иного имущества вещественным доказательством, должны определять, подлежит ли это имущество изъятию и хранению при уголовном деле либо в другом установленном дознавателем, следователем или судом месте или же оно может быть сфотографировано, снято на видео- или кинопленку и возвращено владельцу.

Процессуальный порядок и условия хранения вещественных доказательств должны обеспечивать сохранность всех предметов, ценностей, иного имущества; невозможность их подмены или фальсификации; сохранение на них доказательственной информации. Эти требования следователями выполнены, вещественные доказательства были упакованы, опечатаны, упаковки подписаны в присутствии понятых и иных участников следственного действия в процессе обнаружения и изъятия этих объектов. При их исследовании всякий раз проверялась упаковка, печать и подписи на ней, что зафиксировано в соответствующих процессуальных документах (протоколах, заключении эксперта), а после исследования они вновь упаковывались и опечатывались в аналогичном порядке.

В целях обеспечения вынесения судом правосудного решения процессуальное законодательство регламентирует процедуру получения доказательств и закрепляет гарантии их достоверности.

Суд соглашается с позицией стороны защиты о недопустимости таких доказательств, как фототаблица, изготовленная следователем Ш и видеозапись личного досмотра ФИО1, так как они не могут быть признаны допустимыми доказательствами по делу, поскольку не содержат указание на дату и время фотосъемки и видеосъёмки, не содержат данных о месте и времени составления фототаблицы, порядке получения снимков, подписи понятых, фототаблица подписана Ш, не присутствующим при проведении проверки, источник получения видеозаписи личного досмотра не известен.

Согласно ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обсуждая вопрос о мере наказания подсудимому ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления и считает необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы, поскольку полагает, что именно этот вид наказания будет способствовать его исправлению, не окажет существенного влияния на жизнь его семьи. 

При определении размера наказания суд учитывает также личность подсудимого, положительно характеризующегося по месту жительства и работы, в качестве смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд учитывает наличие малолетних детей у виновного, а также учитывает тот факт, что подсудимый является ветераном боевых действий, состояние его здоровья. Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Объяснения ФИО1 от 07.04.2015 г. суд не признаёт в качестве смягчающего наказание обстоятельства - явки с повинной, поскольку они были даны уже после его задержания сотрудниками полиции в связи с совершенным преступлением. По смыслу закона явка с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, учитывается в тех случаях, когда лицо в устном или письменном виде добровольно сообщило органу, осуществляющему уголовное преследование, о совершенном им преступлении. В том случае, если органы следствия располагали сведениями о преступлении, и задержанному лицу было известно об этом, то подтверждение им факта участия в преступлении не может расцениваться как явка с повинной.

Суд не находит оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного ФИО1 преступления, его ролью и поведением во время и после совершения преступления, которые бы существенным образом уменьшили общественную опасность совершенного им преступления и могли бы быть признаны основанием для применения указанной нормы уголовного закона, не усматривается. 

Оснований для применения ст. 73 УК РФ, а также для применения дополнительного наказания, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 228 УК РФ в виде ограничения свободы суд не усматривает. Вместе с тем, с учётом материального положения подсудимого, наличия имущества, на которое может быть обращено взыскание, суд считает необходимым применить дополнительное наказание в виде штрафа.

Принимая во внимание положения ч. 6 ст. 15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств совершенного подсудимым преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст.58 УК РФ отбывание наказания подсудимому ФИО1 суд назначает в исправительной колонии общего режима.

Суд не может согласиться с позицией защиты о необходимости исчисления ФИО1 срока содержания под стражей с 07 апреля 2015 г., поскольку он был задержан следователем 08 апреля 2015 г. в 19 ч. 05 мин., что подтверждено протоколом задержания (том 1 л.д. 79- 82). 

Пункт 15 ч. 1 ст. 5 УПК РФ дает определение моменту фактического задержания как моменту фактического лишения свободы, производимого в соответствии с УПК РФ. При этом ст. ст. 91 и 92 УПК РФ определяют, что задержание осуществляют орган дознания и следователь после доставления к ним подозреваемого с составлением в срок до 3 часов соответствующего протокола.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, ФИО1 не был лишён свободы передвижения, к нему не применялись специальные средства с момента остановки автомобиля, в котором он находился в качестве пассажира, до момента задержания его следователем.

В связи с назначением подсудимому наказания в виде лишения свободы, суд считает необходимым изменить меру пресечения в виде домашнего ареста на заключение под стражу.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вещественные доказательства:

1) CD- RW диск «VS» 700мв/80 min 4-12Х, с фонограммой носящей в себе видео и звукозапись произведенные в ходе составления протокола личного досмотра от 07.04.2015 № 61 АА 365221, Блокнот с записями, храниться при материалах уголовного дела (т. 2 л.д. 21); протокол соединений абонентского номера 

<

***>, которым пользовался ФИО1, а так же информация о месте нахождения данного абонента за период с 00 часов 00 минут 06.04.2015 по 00 часов 40 минут 07.04.2015, (т. 2 л.д. 203)- следует хранить в материалах уголовного дела;

2) растительное вещество зеленого и светло-зеленого цветов массой 0,040 г, упакованное в бумажный конверт № 1; порошкообразное вещество массой в остатке 0,049 г. упакованное в бумажный конверт № 1; пустой прозрачный бесцветный полимерный пакетик, упакованный в бумажный конверт под № 2; порошкообразное вещество массой в остатке 0,365 г, упакованное в бумажный конверт под № 3; порошкообразное вещество массой в остатке 0,452 г, упакованное в бумажный конверт под № 3; порошкообразное вещество массой в остатке 0,393 г, упакованное в бумажный конверт под № 4; порошкообразное вещество массой в остатке 0,402 г, упакованное в бумажный конверт под № 4; растительную массу зеленого и светло-зеленого цветов массой 0,672 г, упакованную в бумажный конверт под № 5; шесть пустых прозрачных бесцветных полимерных пакетика, с клапанами, самодельный сверток из фрагмента бумаги, самодельный сверток из тетрадного листа в «клетку», два металлических зажима для бумаги, четыре фрагмента полимерной липкой ленты, черного цвета, упакованные в бумажный конверт под № 6; два марлевых тампона, упакованные в бумажный конверт под № 7; марлевый тампон, упакованный в бумажный конверт под № 8- подлежат уничтожению, как не представляющие ценности.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 100 000 (ста тысяч) рублей.

Меру пресечения ФИО1 в виде домашнего ареста изменить на заключение под стражу, взять его под стражу в зале суда, срок наказания исчислять с 14 февраля 2017 года. 

Зачесть в счёт отбытого наказания содержание под стражей по данному делу с 08 апреля 2015 года по 09 декабря 2016 года и срок содержания под домашним арестом с 09 декабря 2016 г. по 14 февраля 2017 года.

Вещественные доказательства: 1) CD- RW диск «VS» 700мв/80 min 4-12Х, с фонограммой носящей в себе видео и звукозапись произведенные в ходе составления протокола личного досмотра от 07.04.2015 № 61 АА 365221, Блокнот с записями, храниться при материалах уголовного дела (т. 2 л.д. 21); протокол соединений абонентского номера 

<

***>, которым пользовался ФИО1, а так же информация о месте нахождения данного абонента за период с 00 часов 00 минут 06.04.2015 по 00 часов 40 минут 07.04.2015, (т. 2 л.д. 203)- хранить в материалах уголовного дела;

2) растительное вещество зеленого и светло-зеленого цветов массой 0,040 г, упакованное в бумажный конверт № 1; порошкообразное вещество массой в остатке 0,049 г. упакованное в бумажный конверт № 1; пустой прозрачный бесцветный полимерный пакетик, упакованный в бумажный конверт под № 2; порошкообразное вещество массой в остатке 0,365 г, упакованное в бумажный конверт под № 3; порошкообразное вещество массой в остатке 0,452 г, упакованное в бумажный конверт под № 3; порошкообразное вещество массой в остатке 0,393 г, упакованное в бумажный конверт под № 4; порошкообразное вещество массой в остатке 0,402 г, упакованное в бумажный конверт под № 4; растительную массу зеленого и светло-зеленого цветов массой 0,672 г, упакованную в бумажный конверт под № 5; шесть пустых прозрачных бесцветных полимерных пакетика, с клапанами, самодельный сверток из фрагмента бумаги, самодельный сверток из тетрадного листа в «клетку», два металлических зажима для бумаги, четыре фрагмента полимерной липкой ленты, черного цвета, упакованные в бумажный конверт под № 6; два марлевых тампона, упакованные в бумажный конверт под № 7; марлевый тампон, упакованный в бумажный конверт под № 8- уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ростовский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течении 10 суток со дня вручения копии приговора, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. О желании участвовать в заседании суда апелляционной инстанции осуждённый должен указать в апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или по жалобе другого лица, - в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо представление в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора либо копии жалобы или представления. Для обеспечения возможности осуществления права на защиту после подачи апелляционной жалобы осуждённый имеет право пригласить адвоката (защитника) по своему выбору, отказаться от защитника, ходатайствовать о назначении другого защитника (ч. 4 ст. 16 УПК РФ). В случае неявки приглашённого защитника в течение 5 суток суд вправе предложить пригласить другого защитника, а в случае отказа- принять меры по назначению защитника по своему усмотрению.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131, ст. 132 УПК РФ суммы, выплаченные адвокату за оказание юридической помощи в случае участия адвоката по назначению, относятся к процессуальным издержкам, которые суд вправе взыскать с осуждённого.

О своём желании иметь защитника в суде апелляционной инстанции или о рассмотрении дела без защитника осужденным необходимо сообщить в суд, постановивший приговор, в письменном виде и в срок, установленный для подачи возражений применительно к ст. 389.4 УПК РФ.

Судья