Судья Маслова В.В.

№ 33-3122/2025

УИД 51RS0001-01-2024-004916-59

Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено

03 декабря 2025 года

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск

03 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

ФИО2

Алексеевой И.В.

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-194/2025 по исковому заявлению иску ФИО4 к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа, убытков по договору ОСАГО,

по апелляционной жалобе страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» на решение Октябрьского районного суда города Мурманска от 16 мая 2025 года.

Заслушав доклад судьи Алексеевой И.В., возражения относительно доводов апелляционной жалобы представителя истца ФИО4 – ФИО5, судебная коллегия

установила:

ФИО4 обратилась в суд с иском к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» (далее – САО «РЕСО-Гарантия») о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа, убытков по договору ОСАГО.

В обоснование заявленных требований указала, что 28 апреля 2024 года по вине водителя ФИО6, управлявшей автомобилем «Митсубиши», произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), в результате которого были причинены механические повреждения принадлежащему истцу автомобилю «Фольксваген».

После обращения ФИО4 в САО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о наступлении страхового случая и требованием об организации восстановительного ремонта автомобиля, страховщиком выплачено страховое возмещение в размере 168 700 рублей.

На направленную истцом претензию САО «РЕСО-Гарантия» письмом от 19 августа 2024 года ответило отказом.

Решением финансового уполномоченного в удовлетворении требований ФИО4 также было отказано.

Для определения стоимости восстановительного ремонта истец обратилась к независимому эксперту индивидуальному предпринимателю ФИО7, согласно заключению которого рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца без учета износа составила 318 400 рублей, стоимость услуг эксперта – 100 000 рублей.

Уточнив заявленные требования, истец просила суд взыскать с ответчика страховое возмещение 154 450 рублей, неустойку – 304598 рублей, штраф за неудовлетворение требований потребителя, убытки – 499 092 рубля, компенсацию морального вреда 10000 рублей, расходы по оплате услуг представителя – 50 000 рублей, расходы по оплате услуг эксперта – 100 000 рублей, расходы по дефектовке 4000 рублей.

Судом принято решение, которым с САО «РЕСО-Гарантия» в пользу ФИО4 взысканы страховое возмещение – 154 450 рублей, убытки – 499 082 рубля, компенсация морального вреда – 7 000 рублей, штраф – 120 000 рублей, неустойка – 100 000 рублей, судебные расходы по оплате независимых заключений – 90 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя 50 000 рублей, по дефектовке транспортного средства 4 000 рублей, в остальной части в удовлетворении требований отказано. Кроме того, с САО «РЕСО-Гарантия» взыскана государственная пошлина в доход соответствующего бюджета в сумме 11 035 рублей.

В апелляционной жалобе представитель САО «РЕСО-Гарантия» просит состоявшееся решение отменить, принять новое решение, которым отказать в удовлетворении иска.

Указывает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении по делу повторной судебной экспертизы, поскольку экспертом ФИО8 неверно оценены обстоятельства рассматриваемого ДТП, нарушены положения Единой методики, что привело к ошибочному расчету затрат по замене колпака заднего левого, балки заднего моста, затрат по замене деталей разового использования, что привело к завышению стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца.

Считает, что судом при принятии решения не учтено, что страховщик принимал меры к поиску станций, с которыми у страховой компании не заключены договоры, однако ни одна из станций технического обслуживания автомобилей (далее – СТОА) не согласилась отремонтировать автомобиль истца с учетом имеющихся повреждений, а также ввиду невозможности обеспечения достаточного количества запасных частей в установленные законом сроки.

Полагает, что при таких обстоятельствах имелись основания для выплаты страхового возмещения в денежной форме.

Отмечает, что страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено как лимитом страхового возмещения, установленным ст.7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданское ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), так и предусмотренным п.19 ст.12 того же закона специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме, в соответствии с Единой методикой.

Обращает внимание, что суд необоснованно не учел, что обязанность по возмещению действительного ущерба лежит на причинителе вреда, и у страховой компании отсутствует обязанность по возмещению убытков потерпевшему, рассчитанных не в соответствии с Единой методикой, а по рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля.

Помимо этого, считает, что возложение на страховщика двойной меры ответственности штрафного характера является недопустимым.

В заседание суда апелляционной инстанции не явились истец ФИО4, представитель ответчика САО «РЕСО-Гарантия», третье лицо ФИО6, представитель АНО «СОДФУ», извещенные о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке, в том числе с учетом положений ст.165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, поскольку их неявка в силу ч.3 ст.167 и ч.1 ст.327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) не препятствует рассмотрению дела.

В соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Поскольку апелляционная жалоба не содержит доводов о несогласии с размером взысканных судом первой инстанции компенсации морального вреда и судебных расходов, законность решения суда в указанной части в силу положений ч.2 ст.327.1 ГПК РФ не является предметом проверки суда апелляционной инстанции.

Проверив материалы дела в пределах апелляционной жалобы, обсудив ее доводы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, истец является собственником автомобиля марки «*», государственный регистрационный знак *.

28 апреля 2024 года по вине водителя ФИО6, управлявшей автомобилем «*», государственный регистрационный знак *, произошло ДТП, в результате которого причинены механические повреждения принадлежащему истцу автомобилю «*».

Обстоятельства ДТП, а также вина в нем ФИО6 сторонами не оспаривается.

06 мая 2024 года ФИО4 обратилась в САО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о наступлении страхового случая с требованием об организации восстановительного ремонта автомобиля.

14 мая 2024 года страховщиком проведен осмотр поврежденного транспортного средства, о чем составлен соответствующий акт, страховщиком организовано проведение независимой экспертизы в ООО «АВТОТЕХ ЭКСПЕРТ».

Согласно экспертному заключению от 21 мая 2024 года № АТ14474044 стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составляет 224 078 рублей 47 копеек, с учетом износа – 156 700 рублей.

Письмом от 22 мая 2024 года САО «РЕСО-Гарантия» сообщило ФИО4 об осуществлении страхового возмещения в денежной форме в связи с отсутствием возможности организовать ремонт транспортного средства.

24 мая 2024 года страховщиком произведена выплата страхового возмещения в размере 156 700 рублей, возмещены расходы по эвакуации в размере 12 000 рублей (платежное поручение № *, реестр денежных средств № * от 24 мая 2024 года).

14 июня 2024 года ФИО4 направила в САО «РЕСО-Гарантия» досудебную претензию с требованием о выплате страхового возмещения, убытков вследствие ненадлежащего исполнения страховщиком обязательства по организации восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, неустойки.

Письмом от 19 июня 2024 года страховщик уведомил об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Решением финансового уполномоченного от 02 августа 2024 года № У-24-66193/5010-007 в удовлетворении требований ФИО4 к САО «РЕСО-Гарантия» о взыскании страхового возмещения по договору ОСАГО, убытков вследствие ненадлежащего исполнения страховщиком обязательства по организации восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, неустойки за нарушение срока выплаты страхового возмещения отказано.

В основу принятого решения финансовым уполномоченным положено экспертное заключение ООО «БРОСКО» от 18 июля 2024 года № У-24-66193/3020-004, по которому размер расходов на восстановительный ремонт в отношении повреждений транспортного средства, возникших в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, без учета износа составляет 205 957 рублей 33 копейки, с учетом износа составляет 144 100 рублей, стоимость транспортного средства до повреждения на дату ДТП составляет 935 455 рублей 50 копеек.

Поскольку выплата страхового возмещения была произведена страховщиком в размере 156 700 рублей, финансовый уполномоченный пришел к выводу об исполнении страховщиком обязательства по выплате страхового возмещения в полном объеме.

Обращаясь в суд с заявленным требованиями, истцом указано на неисполнение страховщиком обязанности по организации и оплате восстановительного ремонта поврежденного автомобиля, в связи с чем с ответчика подлежит взысканию страховое возмещение, рассчитанное без учета износа, а также убытки в виде разницы между определенной рыночной стоимостью восстановительного ремонта автомобиля без учета износа и надлежащим страховым возмещением.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст.15, 393, 397 ГК РФ, ст.ст.12, 16.1 Закона об ОСАГО, разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», оценив представленные доказательства, исходил из ненадлежащего исполнения страховщиком обязательства по осуществлению страхового возмещения потерпевшему в натуральной форме, и, установив факт нарушения прав истца как потребителя, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца недоплаченного страхового возмещения, рассчитанного по Единой методике без учета износа на основании выводов ИП ФИО8, в размере 154 450 рублей (318 400 рублей – 156 700 рублей – 7250 рублей), а также убытков, представляющих собой разницу между рыночной стоимостью восстановительного ремонта и надлежащим страховым возмещением в размере 499 082 рубля (828 100 рублей – 318400 рублей – 10618 рублей).

Установив, что страховщиком выплата страхового возмещения в установленные сроки в полном объеме не произведена, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф, предусмотренный п.3 ст.16.1 Закона об ОСАГО.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца убытков в связи с ненадлежащим исполнением страховщиком возложенных обязанностей по осуществлению ремонта автомобиля истца на СТОА исходя из следующего.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции правильно указал, что по общему правилу страховщик обязан организовать и (или) оплатить восстановительный ремонт поврежденного автомобиля гражданина, то есть провести возмещение вреда в натуре.

Между тем судом установлено, что страховщик в одностороннем порядке осуществил страховое возмещение в денежной форме – перечислил денежные средства в размере стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства с учетом износа.

При этом указанных в п.16.1 ст.12 Закона об ОСАГО обстоятельств, дающих страховщику право на замену формы страхового возмещения, судом не установлено.

Таким образом, должник без установленных законом или соглашением сторон оснований изменил способ исполнения обязательств с натуральной формы на денежную.

Поскольку в Законе об ОСАГО отсутствует специальная норма о последствиях неисполнения страховщиком обязательства организовать и оплатить ремонт транспортного средства на станции технического обслуживания, то в силу общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах потерпевший вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещения необходимых на проведение такого ремонта расходов, рассчитанных без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), и других убытков на основании ст.397 ГК РФ, согласно положениям которой в случае неисполнения должником обязательства выполнить определенную работу или оказать услугу кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов и других убытков.

Страховым возмещением в данном случае будет являться размер стоимости восстановительного ремонта по Единой методике без учета износа, а разница между действительной стоимостью ремонта и надлежащим страховым возмещением – убытками, не входящими в состав страхового возмещения.

Из обстоятельств дела следует, что ремонт поврежденного транспортного средства истца в рамках договора ОСАГО не произведен. Вины в этом потерпевшего не установлено. Иные варианты реализации права на возмещение ущерба посредством восстановительного ремонта транспортного средства, в том числе на условиях доплаты, страховщиком с выгодоприобретателем не согласовывались.

Отсутствие на территории Мурманской области станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, требованиям правил обязательного страхования, само по себе не освобождает страховщика от обязанности осуществить страховое возмещение в натуре, в том числе путем направления потерпевшего с его согласия на другую станцию технического обслуживания, и не предоставляет страховщику право в одностороннем порядке по своему усмотрению заменить возмещение вреда в натуре на страховую выплату.

При этом, ФИО4 реализовала свое право, обратившись в страховую компанию с требованием об осуществлении ремонта автомобиля.

Ссылка в жалобе на наличие оснований, предусмотренных пп.«д» п.16.1 ст.12 Закона об ОСАГО, является безосновательной, поскольку материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих уведомление страховщиком истца о конкретном размере необходимой доплаты за восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства сверх страхового возмещения, а также того, что истец отказался от указанной доплаты, согласовав с финансовой организацией отказ от страхового возмещения в натуральной форме.

Наличие дефицита на рынке автозапчастей и последующий отказ СТОА в принятии автомобилей на ремонт не могут ставить потерпевшего в положение, при котором ремонт автомобиля заранее невозможен, поскольку организация и оплата восстановительного ремонта застрахованного транспортного средства являются надлежащим исполнением обязательства страховщика перед гражданином-потребителем, которое не может быть изменено должником в одностороннем порядке, за исключением случаев, установленных законом.

Данное обязательство подразумевает и обязанность страховщика заключать договоры с соответствующими установленным требованиям СТОА в целях исполнения своих обязанностей перед потерпевшими.

Принимая во внимание, что САО «РЕСО-Гарантия» не организовало восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства истца, в одностороннем порядке изменило способ выплаты страхового возмещения, судебная коллегия полагает верным вывод суда о том, что ответчик должен возместить потерпевшему стоимость ремонта без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), что не противоречит положениям гражданского законодательства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в связи с отказом страховщика в организации и оплате ремонта транспортного средства в натуре правомерными являются выводы суда о взыскании с ответчика убытков в размере действительной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, размер которых в данном случае не может быть ограничен лимитом страховой суммы ст.7 Закона об ОСАГО и рассчитан на основании Единой методики.

С учетом фактических обстоятельств, вывод суда первой инстанции о взыскании со страховой компании убытков в размере сверх установленного законом об ОСАГО лимита в 400000 рублей является обоснованным.

Довод апелляционной жалобы ответчика о том, что со страховой компании не подлежали взысканию убытки в размере рыночной стоимости ремонта поврежденного транспортного средства, основан на неправильном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Поскольку денежные средства, о взыскании которых просит истец являются не страховым возмещением, а понесенными им убытками, их размер должен быть рассчитан не на основании Единой методики, а исходя из действительной стоимости ремонта, который должна была организовать и оплатить страховая компания, но не сделала этого.

Неисполнение страховой компанией обязанности по ремонту автомобиля позволило истцу требовать у страховщика выплаты страхового возмещения в денежной форме на основании выводов по результатам судебной экспертизы ИП ФИО8

Доводы апелляционной жалобы со ссылкой на немотивированный отказ суда в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении повторной автотранспортной судебной экспертизы подлежат отклонению, поскольку полностью повторяют доводы возражений, данных ответчиком в ходе рассмотрения дела на экспертное заключение ИП ФИО8, нашедшие оценку в решении суда.

Так, апеллянтом ставится под сомнение учёт затрат по замене заднего левого колпака по причине того, что повреждения данного элемента не подтверждены фотоснимками.

Вместе с тем, истцом расходы по замене заднего левого колпака (по Единой методике – 7 250 рублей, по рынку – 10618 рублей) исключены из итоговых уточненных исковых требований.

Ссылка на неправомерное установление повреждений балки заднего моста исследуемого транспортного средства, а также учет затрат для их устранения также отклонены судом по результатам опроса эксперта ФИО8, которым указано, что вывод о замене балки заднего моста сделан на основании результатов инструментального контроля, в результате замеров углов в ходе развала-схождения заднее левое колесо было завалено. Эксперт также пояснил, что в результате столкновения вся задняя левая область подверглась блокирующему удару, в результате чего и произошла деформация балки.

При этом повреждение ходовой части автомобиля (к которой относится спорная деталь) истца прямо указано в справке о ДТП от 28 апреля 2024 года.

Таким образом, отсутствие указаний о повреждении конкретно балки заднего моста в документах, составленных сотрудниками ГИБДД, не является основанием для отказа в иске о возмещении затрат на его восстановление. Возможность наличия скрытых дефектов не исключается в силу конструктивных особенностей автомобиля. Деформация балки заднего моста была обнаружена впоследствии при осмотре транспортного средства экспертом ФИО8 в рамках проведения судебной экспертизы.

Учет мелких деталей (крепежей) в заключении о стоимости ремонта транспортного средства в размере 2% от стоимости запасных частей, вопреки выводам ответчика, нарушением Единой методики не является, поскольку технологией выполнения ремонта транспортного средства предусмотрено использование крепежно-связующих деталей. Таким образом, для оптимизации процесса расчета калькуляции экспертом обоснованно принята стоимость мелких деталей в размере 2% от стоимости заменяемых деталей. Учитывая, что мелкие запасные части – это детали разового монтажа, неуказание их каталожного номера не влечет за собой признания экспертного заключения необоснованным и(или) недостоверным.

Довод жалобы о том, что экспертом приведён некорректный каталожный номер «колпака колеса заднего левого», как следствие завышена стоимость данного заменяемого элемента, подлежит отклонению, поскольку в указанной части стороной истца требования уточнены, данная деталь исключена из расчета.

Принимая экспертное заключение ИП ФИО8 в качестве доказательства установления стоимости восстановительного ремонта, суд первой инстанции верно исходил из того, что указанное заключение отвечает требованиям процессуального закона об относимости, допустимости и достоверности доказательств. Заключение соответствует требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», ст.86 ГПК РФ, дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является последовательным.

Эксперт ФИО8 до начала исследования был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, он имеет необходимое для проведения подобного рода экспертиз образование, квалификацию и экспертные специальности, стаж экспертной работы. Оснований не доверять данному заключению у суда апелляционной инстанции не имеется.

Экспертное заключение содержит необходимые ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при проведении исследования, описание произведенных исследований, которые достаточно обоснованы и мотивированы.

При исследовании эксперт руководствовался, в том числе положениями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ, а также положениями Банка России от 04 марта 2021 года № 755-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства».

Кроме того, судебная коллегия полагает, что заключение специалиста № ПР14166217-2025-Р от 14 апреля 2023 года, подготовленное ООО «КАР-ЭКС» не может рассматриваться в качестве достоверного доказательства, поскольку выполнено по заказу заинтересованной стороны спора, без исследования автомобиля истца, а эксперт об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался.

Учитывая выводы эксперта ФИО8, а также исследование, содержащиеся в исследовательской части заключения, судебная коллегия не находит оснований применительно к положениям ст.87 ГПК РФ для удовлетворения ходатайства САО «РЕСО-Гарантия» о назначении повторной судебной экспертизы.

Доводы заявителя об отсутствии доказательств фактического несения убытков на ремонт автомобиля обоснованно отклонены судами, поскольку по смыслу положений ст.15 ГК РФ истец вправе требовать возмещения не только фактически понесенных расходов, но и расходов, которые он должен будет произвести на восстановление поврежденного имущества.

Кроме того, из материалов дела следует, что размер надлежащего страхового возмещения, подлежащего выплате страховщиком истцу, рассчитанного в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства без учета износа, не превышал установленный Законом об ОСАГО размер лимита ответственности страховщика (400 000 рублей), в связи с чем, в случае получения истцом страхового возмещения в натуральной форме, он не должен был производить доплату стоимости ремонта.

Утверждение представителя ответчика о том, что требование о возмещении убытков, превышающих размер лимита ответственности страховщика по договору ОСАГО, должно быть предъявлено к причинителю вреда, являются несостоятельными, поскольку в данном случае именно страховой компанией не выполнена установленная законом обязанность по страховому возмещению, что исключало бы ее ответственность по возмещению убытков, и дает истцу право на возмещение убытков, как последствий неисполнения страховщиком обязательства по договору ОСАГО.

Вопреки доводам жалобы, поскольку требования потерпевшего об осуществлении страховой выплаты удовлетворены, суд первой инстанции, руководствуясь положениями п.3 ст.16.1 Закона об ОСАГО, правомерно взыскал со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф, размер которого сторонами не оспаривается.

Как несостоятельные отклоняются судебной коллегией и доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца неустойки, размер которой ответчиком также не оспаривается.

Пунктом 21 ст.12 Закона об ОСАГО установлено, что в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном п.15.3 ст.12 Закона об ОСАГО, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных Правилами ОСАГО, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с Законом об ОСАГО размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

На основании п.5 ст.16.1 Закона об ОСАГО страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки (пени), суммы финансовой санкции и (или) штрафа, если обязательства страховщика исполнены в порядке и сроки, которые установлены настоящим законом, Федеральным законом от 04 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», а также, если страховщик докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потерпевшего.

Поскольку из материалов дела следует, что страховщиком не исполнено возложенное на него обязательство по организации восстановительного ремонта транспортного средства, является верным вывод суда о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца неустойки.

Оснований полагать неустойку, носящей по ст.394 ГК РФ зачетный по отношению к убыткам характер, судебная коллегия не находит, поскольку неустойка, предусмотренная п.21 ст.12 Закона об ОСАГО, является мерой ответственности страховщика за нарушение сроков выплаты страхового возмещения, то есть по отношению к убыткам носит штрафной, а не зачетный характер, представляет собой санкцию за нарушение страховщиком обязательств, налагаемую помимо (сверх) взыскания убытка, в связи с чем ее выплатой ущерб компенсироваться не может. Одновременное взыскание неустойки и убытков не противоречит законодательству.

Доводы о невозможности одновременного взыскания неустойки и штрафа, не учитываются судебной коллегией, поскольку основаны на ошибочном толковании законодательства.

Вопреки утверждению представителя ответчика, истцом не заявлялось, а судом не рассматривалось требование о взыскании с ответчика процентов на основании ст.395 ГК РФ.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда основано на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании представленных сторонами доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка, соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Применительно к положениям ст.ст.88, 98, 100, 103 ГПК РФ судом разрешен вопрос о распределении судебных расходов и взыскании с ответчика в доход соответствующего бюджета государственной пошлины, от уплаты которой истец был освобожден.

Доводов о несогласии с решением суда в части размера штрафа, а также по вопросу распределения судебных издержек апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем в силу ч.2 ст.327.1 ГПК РФ предметом проверки суда апелляционной инстанции не являются.

В целом доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были проверены или учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения решения по существу спора, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены решения суда.

Нарушений судом норм процессуального права, которые в соответствии с ч.4 ст.330 ГПК РФ являются безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, не усматривается.

При таком положении судебная коллегия находит постановленное решение суда законным и обоснованным.

Предусмотренных ст.330 ГПК РФ оснований к отмене или изменению решения суда, в том числе и по мотивам, приведенным в апелляционной жалобе, не имеется.

Руководствуясь ст.ст.327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда города Мурманска от 16 мая 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи