РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

20 октября 2020 года в городе Новый Уренгой Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Сметаниной О. Ю., при помощнике судьи Шарановой Л. С., с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-571/2020 по иску ФИО3 к ФИО2 о возмещении убытков,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2 с требованиями о возмещении ущерба, причинённого заливом принадлежащей истице квартиры, указывая, что 23 августа 2019 года по вине ответчика произошёл залив, в результате которого пострадала квартира истицы, расположенная под квартирой ответчика, комиссионным обследованием было установлено, что в квартире ФИО3, стоимость восстановительного ремонта, произведённого ФИО3 за свой счёт, составила 696.207 рублей 59 копеек. Поскольку вред имуществу истицы причинён по вине ответчика, ФИО3 просит суд, с учётом увеличения размера исковых требований от 6 августа 2020 года, взыскать с ответчика убытки в размере 786.425 рублей 70 копеек, компенсацию морального вреда в размере 50.000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины.

В судебном заседании истица ФИО3 участия не принимала, извещена о времени и месте рассмотрения дела.

Представитель истицы ФИО1 (действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, выданной сроком до ДД.ММ.ГГГГ – т. 1 л. д. 13) на удовлетворении иска настаивал в полном объёме, поддержав доводы, изложенные в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании признал исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 50.000 рублей, последствия признания иска ему были разъяснены и понятны. Исковые требования в оставшейся части не признал, полагая их необоснованными.

Дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица ООО «Сити-Сервис», а также третьего лица ФИО4, при их надлежащем извещении.

Третьим лицом ООО «Сити Сервис» представлен в суд письменный отзыв на исковое заявление, который приобщен к материалам настоящего гражданского дела (т. 1 л. д. 116-117).

Заслушав участников судебного заседания, исследовав и оценив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Как установлено, ФИО3 является собственником квартиры 

<

адрес> в городе Новом Уренгое Ямало-Ненецкого автономного округа с 24 мая 2007 года (т. 1 л. д. 134-138).

Согласно сведениям единого государственного реестра недвижимости, собственником вышерасположенной квартиры 

<

адрес> в городе Новом Уренгое Ямало-Ненецкого автономного округа с 11 мая 2019 года является ответчик ФИО2 (т. 1 л. д. 139-143).

Управление многоквартирным домом осуществляет ООО «Сити-Сервис» (т. 1 л. 

<

...>).

Как следует из представленных письменных доказательств и пояснений сторон, 23 августа 2019 года произошёл залив квартиры, вода поступала в квартиру истицы из квартиры, расположенной этажом выше – квартиры ответчика. Залив произошёл вследствие течи стояков системы отопления в трёх комнатах и кухне по причине самостоятельного демонтажа собственником радиаторов отопления. Данный факт признан ответчиком и объективно подтверждается выпиской из журнала регистрации заявок от 23 августа 2019 года (т. 1 л. д. 27), актами от 23 и 26 августа 2020 года, составленными представителями ООО «Сити Сервис» (т. 1 л. д. 28-29), поэтому суд считает его установленным с достаточной степенью достоверности.

Истица, считая, что в заливе виноват ответчик, обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая заявленный спор, суд учитывает следующее.

Ст. 304 ГК РФ установлено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

По общему правилу для наступления ответственности в силу ст. 1064 ГК РФ, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между данными элементами и вину причинителя вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст. 210 ГК РФ собственник несёт бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Права и обязанности собственника жилого помещения определены также в ст. 30 ЖК РФ, согласно ч.ч. 3 и 4 которой собственник жилого помещения несёт бремя содержания данного помещения и обязан поддерживать его в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Согласно п. 1 ст. 290 ГК РФ собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.

В силу п. 6 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 года № 491 (далее - Правила содержания общего имущества) в состав общего имущества включается внутридомовая система отопления, состоящая из стояков, обогревающих элементов, регулирующей и запорной арматуры, коллективных (общедомовых) приборов учёта тепловой энергии, а также другого оборудования, расположенного на этих сетях.

Таким образом, внутридомовая система отопления представляет собой совокупность стояков, обогревающих элементов, регулирующей и запорной арматуры, коллективного (общедомового) прибора учёта тепловой энергии, а также другого оборудования, расположенного на этих сетях.

Согласно позиции, представленной в решении Верховного Суда Российской Федерации от 22 сентября 2009 года № ГКПИ09-725, оборудование, находящееся в многоквартирном доме, может быть отнесено к общему имуществу только в случае, если оно обслуживает более одного жилого или нежилого помещения. Находящиеся в квартирах обогревающие элементы системы отопления (радиаторы), которые имеют отключающие устройства, расположенные на ответвленных от стояков внутридомовой системы отопления, обслуживают одну квартиру, могут быть демонтированы собственником после получения разрешения на переустройство жилого помещения в установленном порядке (ст. 26 ЖК РФ).

В письме Минстроя России от 1 апреля 2016 года № 95.6-АЧ/04 «По вопросу отнесения обогревающих элементов системы отопления, находящихся внутри помещения многоквартирных домов к общему имуществу собственников помещений многоквартирных домов» указано, что обогревающие элементы системы отопления (радиаторы), которые обслуживают более одного жилого помещения, в том числе не имеющие отключающих устройств (запорной арматуры), расположенных на ответвлениях от стояков внутридомовой системы отопления, находящихся внутри квартир, включаются в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

При этом обогревающие элементы (радиаторы) внутридомовой системы отопления, обслуживающие только одну квартиру, в том числе имеющие отключающие устройства (запорную арматуру), использование которых не повлечёт за собой нарушение прав и законных интересов иных собственников помещений многоквартирного дома, в состав общего имущества собственников помещений многоквартирного дома не включаются.

Согласно п. 5.2.1 Постановления Госстроя Российской Федерации от 27 сентября 2003 года № 170 «Об утверждении Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда» эксплуатация системы центрального отопления жилых домов должна обеспечивать, в том числе, герметичность, немедленное устранение всех видимых утечек воды. Неисправности аварийного порядка трубопроводов и их сопряжений устраняются немедленно.

Согласно требованиям «СП 73.13330.2012. Свод правил. Внутренние санитарно-технические системы зданий. Актуализированная редакция СНиП 3.05.01-85», утверждённых Приказом Минрегиона России от 29 декабря 2011 года № 635/17, а также СНиП 3.05.01-85 перед монтажом, радиаторы должны быть испытаны, а также по завершении монтажных работ монтажными организациями должны быть проведены испытания с составлением соответствующего акта (п. 5.4.8 Правил, п. п. 7.1.1, 7.3 Правил).

В силу п. 5.2.4 Договора управления многоквартирным домом, проект которого утверждён решением общего собрания собственников помещений многоквартирного дома № 1 от 31 декабря 2013 года, при самовольном переоборудовании (переустройстве) и (или) перепланировке инженерных систем (оборудования) и (или) конструкций, при производстве иных работ, затрагивающих (затронувших) нормальное и безопасное функционирование инженерных систем (оборудования) и конструкций собственник (и) несет(сут) самостоятельную ответственность за последствия подобных действий.

По смыслу приведенных выше норм ст.ст. 210 и 290 ГК РФ и ст. 30 ЖК РФ, ответственность по содержанию жилого помещения в надлежащем состоянии и соблюдению прав и законных интересов соседей лежит на собственнике данного помещения.

Как установлено по делу, принадлежащая на праве собственности ФИО3 квартира была залита водой из квартиры, расположенной выше, по вине собственника ФИО2 - в результате течи воды в момент запуска системы отопления, поскольку в ходе проведения ремонтных работ, проводимых в квартире ответчика, были срезаны отопительные приборы, при этом заглушки не установлены. 

Согласно письму управления градостроительства и архитектуры администрации города Нового Уренгоя от 21 января 2020 года № 601-12/42, ответчик вопрос о переустройстве и (или) перепланировке квартиры 

<

адрес> в городе Новом Уренгое с органом местного самоуправления не согласовывал (т. 1 л. д. 33). Тем самым ФИО2 при демонтаже системы теплоснабжения нарушил положения ст. 26 ЖК РФ, что в силу п. 5.2.4 Договора управления многоквартирным домом является основанием для возложения ответственности за последствия данных действий на ответчика.

Ответчиком в судебном заседании факт протечки в его квартире в результате неисправности радиатора отопления не оспаривался, как не оспаривался факт самостоятельной замены приборов отопления при отсутствии соответствующего разрешения.

Таким образом, ответчик ФИО2, являясь собственником жилого помещения, в котором без получения в установленном порядке разрешения на переустройство жилого помещения был произведён демонтажа радиаторов отопления, что, в свою очередь, послужило причиной затопления квартиры истицы ФИО5, доказательств, опровергающих вину ответчика в затоплении квартиры истицы, не представил. 

При установленных судом обстоятельствах, основанных на доказательствах, представленных сторонами спора, и приведённых положениях закона, учитывая, что на собственника квартиры в силу закона возложена обязанность по содержанию принадлежащего ему имущества в надлежащем состоянии, суд приходит к выводу, что ущерб истице причинён по вине ответчика, следовательно, на ответчика должна быть возложена обязанность по возмещению ущерба от залива квартиры истицы.

Определяя объём ущерба, причинённого имуществу истицы, суд учитывает следующее.

Из содержания актов обследования квартиры истицы от 26 августа и 26 сентября 2019 года, составленных представителями ООО «Сити Сервис», следует, что в результате обследования квартиры истицы были установлены следующие повреждения: 

- в спальной комнате, объединённой с кухней: потолок двухуровневый, выполнен ГКЛ с точечными электрическими светильниками, окрашен водоэмульсионным составом, по состоянию на 26 августа 2020 года - частично деформировался, наблюдается шелушение окрасочного слоя; отделка стен выполнена обоями улучшенного качества, по состоянию на 26 августа 2020 года - частично отстали от основания, на 26 сентября 2020 года – с внутренней стороны обоев и на шпаклевочном слое наблюдаются тёмные пятна, стена смежная с температурно-осадочным швом обшита листами ГКЛ, нарушена целостность обивки из ГКЛ; пол застелен линолеумом на основе, по состоянию на 26 августа 2020 года - линолеум мокрый, на 26 сентября 2020 года – с внутренней стороны линолеума наблюдаются тёмные пятна; мебель фабричная, по состоянию на 26 августа 2020 года - письменный стол деформирован, кровать, матрац мокрые, наблюдаются коричневые разводы от воды, по состоянию на 26 сентября 2020 года – кровать деревянная, нижняя часть по периметру деформирована;

- в коридоре: потолок двухуровневый, выполнен ГКЛ с точечными электрическими светильниками, окрашен водоэмульсионным составом, по периметру установлен полиуретановый плинтус, по состоянию на 26 августа 2020 года – частично деформировался, наблюдается шелушение окрасочного слоя, по состоянию на 26 сентября 2020 года – плинтус местами деформировался; отделка стен выполнена обоями улучшенного качества, с обустройством пластикового облицовочного уголка, по состоянию на 26 августа 2020 года - частично разошлись на стыках склейки, на 26 сентября 2020 года – с внутренней стороны обоев и на шпаклёвочном слое наблюдаются тёмные пятна, отделочный уголок деформирован; пол застелем линолеумом на основе, по состоянию на 26 августа 2020 года - линолеум мокрый, на 26 сентября 2020 года – основание линолеума в тёмных пятнах;

- в спальной комнате: отделка стен выполнена обоями улучшенного качества, по состоянию на 26 августа 2020 года – обои частично деформировались, на 26 сентября 2020 года – с внутренней стороны обоев и на шпаклевочном слое наблюдаются тёмные пятна; потолок двухуровневый, выполнен ГКЛ с точечными электрическими светильниками, окрашен водоэмульсионным составом, с обустройством полиуретанового плинтуса, по состоянию на 26 августа 2020 года – частично деформировался, плинтус отошёл от основания; пол застелем линолеумом на основе, по состоянию на 26 августа 2020 года - линолеум мокрый, на 26 сентября 2020 года – основание линолеума в тёмных пятнах; мебель фабричная, по состоянию на 26 августа 2020 года – прикроватная тумба 1 шт. частично деформировалась, матрац мокрый, наблюдаются коричневые разводы от воды; дверное полотно, фабричное, по состоянию на 26 августа 2020 года – частично деформировалось;

- в детской комнате: отделка стен выполнена обоями улучшенного качества, по состоянию на 26 августа 2020 года – обои частично деформировались, на 26 сентября 2020 года – с внутренней стороны обоев и на шпаклевочном слое наблюдаются тёмные пятна; потолок двухуровневый, выполнен ГКЛ с точечными электрическими светильниками, окрашен водоэмульсионным составом, с обустройством полиуретанового плинтуса, по состоянию на 26 августа 2020 года – частично деформировался, плинтус отошёл от основания; пол застелем линолеумом на основе, по состоянию на 26 августа 2020 года - линолеум мокрый, на 26 сентября 2020 года – основание линолеума в тёмных пятнах;

- в кладовой: стены обшиты деревянной выгонкой, по состоянию на 26 сентября 2019 года – под обшивкой основание стены влажное; пол застелен линолеумом на основе, по состоянию на 26 сентября 2019 года – основание линолеума в тёмных пятнах;

По состоянию на 26 августа 2019 года, со слов жильца, в квартире частично отсутствует электроснабжение.

На основании определения суда от 17 июля 2020 года по делу была назначена судебная экспертиза.

В заключении судебной экспертизы № RU-00171 ООО «Западно-Сибирский Центр Независимых экспертиз», с учётом произведённого судебным экспертом анализа представленных в материалы дела документарных доказательств, имеющих отношение к рассматриваемому заливу, сопоставления установленных повреждений имущества ФИО3 с обстоятельствами происшествия, указано, что, изложенная в акте технического обследования, причина затопления соответствует характеру и локализации выявленных дефектов, взаимное расположение квартир № 86 и № 80 обуславливает наличие возможности проникновения воды из помещений квартиры № 86 в помещение квартиры № 80; залив помещений квартиры № 80 является фактором образования плесени на отделочных поверхностях стен, потолков и пола квартиры; возможно, что на 26 августа 2019 года следы плесени в квартире № 80 могли быть не обнаружены, поскольку развитие плесени на поверхности и внутри строительных конструкций обуславливается значительным увлажнением материала данной конструкции на протяжении длительного периода времени, согласно общепринятой практике судебно-экспертной деятельности в части установления объёма ущерба, причинённого затоплением, следы поражения конструкций плесенью проявляются по истечению 10 дней после ликвидации аварийной ситуации; чёрные пятна, зафиксированные на фотоснимках и в акте повторного обследования от 26 сентября 2019 года, составленном ООО «Сити Сервис», являются плесенью; в рамках судебной экспертизы не установлено иных факторов, способствующих развитию плесени в жилом помещении, кроме затопления помещений; с целью предотвращения развития плесневого поражения отделочных поверхностей стен, потолков и пола квартиры № 80 необходимо было производить интенсивное осушение внутреннего воздуха в помещении квартиры в кратчайшие сроки после обнаружения аварии, при этом в помещении необходимо было демонтировать линолеум и частично обойные полотнища; образование плесени на поверхности конструкции является строительным дефектом, подлежащим обязательному устранению, эксплуатация жилых помещений с данным дефектом несёт в себе угрозу жизни и здоровью граждан, в рамках экспертизы предусмотрены следующие мероприятия по устранению плесени в помещениях: удаление материалов, повреждённых плесенью (линолеум, шпаклёвочный слой стен, демонтаж коробов ГКЛ), обработка поверхностей, подвергшихся воздействию плесени глубокопроникающими антисептирующими составами, восстановление повреждённой отделки); ремонтно-восстановительные работы, проведённые собственником квартиры № 80 ФИО3 выполнены с целью устранения последствий затопления квартиры, исходя из повреждений, зафиксированных в акте обследования от 26 августа 2019 года и акте повторного обследования от 26 сентября 2019 года. 

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). 

В соответствии с ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда. 

Как разъяснено в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2013 г. № 13 «О применении норм гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нём выводов. В целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. Суд может путём допроса экспертов получить необходимые разъяснения и дополнительное обоснование выводов.

Заключение судебной экспертизы № RU-00171, проведённой ООО «Западно-Сибирский Центр Независимых экспертиз», в части определения объёма повреждений имущества истца, образовавшихся в результате залива квартиры, содержит подробное описание исследования, обоснованные ответы на поставленные перед экспертом вопросы. Заключение составлено на основании материалов гражданского дела. Эксперты, составившие заключение, были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, что также заслуживает внимания при разрешении вопроса об относимости и допустимости данного доказательства. Заключение отвечает требованиям закона, эксперты обладают необходимой квалификацией и стажем работы, в заключении имеются указания на использованную литературу и методику исследования.

Более того, суд также учитывает, что заключение судебной экспертизы, в части объёма повреждений, согласуется с выводами, содержащимися в оценочном заключении ООО «АльянсЭксперт» № 20/23 от 17 июня 2020 года, представленном в дело стороной истца, отвечающем требованиям относимости и допустимости доказательств, а также не противоречит иным доказательствами, имеющимся в деле.

Таким образом, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд находит доказанным факт причинения вреда имуществу истицы в объёме, указанном в акте обследования от 26 августа 2020 года, а также в акте повторного обследования от 26 сентября 2020 года.

Поскольку по вине ответчика имуществу истицы причинён вред, истица имеет право требовать возмещения вреда.

Для восстановления квартиры после залива, произошедшего 23 августа 2019 года, истицей потрачены собственные денежные средства в общей сумме 696.207 рублей 59 копеек, что подтверждается договором на выполнение ремонтно-отделочных работ квартиры (после затопления) от 16 сентября 2019 года, приёмно-сдаточным актом от 31 октября 2019 года и распиской в получении денежных средств к данному договору, на сумму 405.000 рублей; договором на оказание услуг по дезинфекции № 025/2019 от 3 октября 2019 года, актом от 4 октября 2019 года и квитанцией от 3 октября 2019 года к данному договору, на сумму 103.500 рублей; кассовыми и товарными чеками о приобретение строительных материалов на общую сумму 187.707 рублей 59 копеек.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В п. 13 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Таким образом, расходы на приобретение новых материалов, необходимых для восстановления повреждённого имущества, входят в состав убытков, подлежащих возмещению причинителем вреда.

При этом, именно на причинителя вреда возлагается бремя доказывания возможности восстановления имущества без использования новых материалов, а также неразумности избранного потерпевшим способа исправления повреждений. Таких обстоятельств по делу не установлено.

Судом проверены необходимость и объём ремонтных работ, стоимость строительных материалов и их необходимость для выполнения ремонтных работ, предусмотренных договором на выполнение ремонтно-отделочных работ квартиры (после затопления) от 16 сентября 2019 года, в результате чего суд пришёл к выводу о соответствии объёма ремонтных работ составу и площади помещений квартиры истицы, подвергшихся заливу, а также данным о характере и локализации причинённых повреждений. Содержание ремонтно-восстановительных работ, отражённых а договоре от 16 сентября 2019 года, а также площадь дезинфекционных работ, отражённая в договоре № 025/2019 от 3 октября 2019 года, не противоречат сведениям об объёме воздействия воды, включенным в акты управляющей компании.

Судом также учтён вывод судебной экспертизы о том, что ремонтно-восстановительные работы, проведённые собственником квартиры № 80 ФИО3, выполнены с целью устранения последствий залива квартиры, исходя из повреждений, зафиксированных в акте обследования от 26 августа 2019 года и акте повторного обследования от 26 сентября 2019 года.

Таким образом, суд приходит к выводу о разумности избранного потерпевшей способа исправления повреждений и законности её требований о возмещении убытков в размере фактически понесённых расходов по восстановлению квартиры после залива.

Следовательно, поскольку размер расходов на устранение повреждений включается в состав реального ущерба истицы полностью, то основания для его уменьшения в рассматриваемом случае законом не предусмотрены.

Суд полагает, что ущерб, причинённый истице в связи с заливом её квартиры, не может быть взыскан исходя из стоимости восстановительного ремонта, определённого заключением судебной экспертизы, поскольку истцом понесены реальные расходы по восстановительному ремонту принадлежащей ей квартиры, разумность и обоснованность которых не опровергнута стороной ответчика какими-либо допустимыми и относимыми доказательствами (ст.ст. 59, 60 ГПК РФ).

С учётом вышеизложенного, размер убытков, причинённых истице, суд считает возможным определить на основании документов, подтверждающих фактические расходы истицы на восстановление жилого помещения после залива, что составляет 696.207 рублей 59 копеек.

При этом, расчёт убытков на ремонт, произведённый истцом, суд признаёт неверным в части стоимости линолеума – стоимость линолеума в соответствии с кассовым чеком составляет 47.240 рублей (т. 1 л. д. 55), вместо 47.240 рублей 75 копеек, учтённых в расчёте стороны истца, а также в части общей стоимости кровати и матраса – общая стоимость кровати и матраса, оплаченная истицей, в соответствии с кассовым и товарными чеками, составляет 45.690 рублей (т. 1 л. д. 64), вместо 48.600, учтённых в расчёте стороны истца.

Далее, из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что 4 сентября 2019 года ответчик ФИО2 добровольно возместил часть причинённого ущерба, передав истице денежную сумму в размере 16.000 рублей, что подтверждается уведомлением, составленным ФИО3 с указанием о том, что указанная денежная сумма получена в счёт стоимости обоев в комнате-спальне, а также стоимости компьютерного стола (т. 1 л. д. 176).

Поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих несение расходов на приобретение обоев в спальную комнату, а из объёма произведённых восстановительных работ следует, что стены в квартире истца после залива были покрашены, а не оклеены обоями, а равно не представлено доказательств несения расходов на приобретение компьютерного стола, постольку суд приходит к выводу о необходимости уменьшения суммы убытков, заявленных к взысканию в рамках настоящего гражданского дела, на сумму добровольного возмещения ответчиком ущерба в размере 16.000 рублей.

При этом суд считает необходимым ответить, что истица не лишена права предъявления самостоятельного иска о возмещении убытков в виде стоимости компьютерного стола, либо иных расходов, не заявленных ею в рамках настоящего гражданского дело, но фактически понесённых в результате восстановления имущества после залива.

Таким образом, суд считает, что с ответчика в пользу истицы подлежит взысканию сумма ущерба в размере 680.207 рублей 59 копеек, исходя из расчёта: 405.000 рублей (расходы по ремонту квартиры, в соответствии с договором от 16.09.2019) + 103.500 рублей (расходы на оказание услуг по дезинфекции по договору № 025/2019 от 03.10.2019) + 187.707 рублей 59 копеек (общая стоимость строительных материалов) = 696.207 рублей 59 копеек – 16.000 рублей (сумма, выплаченная ФИО2 истице добровольно).

Выражая несогласие с установленным размером подлежащих взысканию убытков, ответчик ссылается на отсутствие уведомления его о дате и месте составления повторного акта о заливе квартиры.

Между тем, изложенные ответчиком возражения, не могут явиться основанием для отказа в иске, поскольку размер причинённого ущерба, определённого судом на основании представленных истцом доказательств, ответчиком не опровергнут. Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность зафиксированных в акте осмотра повреждений в квартире ФИО3, в том числе достоверность повреждений находящегося в ней имущества, принимая во внимание, что акты составлены компетентной организацией, кроме того, ответчиком размер заявленного истицей материального ущерба иными, предусмотренными законом доказательствами не опровергнут, доводы ответчика об объёме повреждений квартиры, образовавшихся в результате затопления из его квартиры, представляют собой вероятностное суждение о реальном размере причинённого материального ущерба.

Суд также не соглашается с доводами ответчика, приведёнными в обоснование своей позиции, о том, что возместить ущерб необходимо только за непосредственно повреждённые квадратные метры стен и потолков. При этом, суд исходит из того, что проведение ремонтных работ по всей площади применяется по строительным нормам, так, как это предусмотрено технологией строительных работ, поэтому является очевидным, что поклейка обоями стен осуществляется полностью, а не фрагментарно, равно как и потолок должен быть покрашен весь, а не локализовано.

Более того, суд учитывает, что в соответствии с заключением судебной экспертизы, в рассматриваемом случае необходимые ремонтные работы, с учётом образования плесени, включают в себя удаление материалов, повреждённых плесенью (линолеум, шпаклёвочный слой стен, демонтаж коробов ГКЛ), обработка поверхностей, подвергшихся воздействию плесени глубокопроникающими антисептирующими составами, и лишь после этого - восстановление повреждённой отделки.

Доводы ответчика о том, что им были собственными силами отремонтированы потолки, поэтому повторный ремонт потолков не требовался, суд признаёт несостоятельными по вышеизложенным основаниям, а именно в связи с тем, что демонтаж потолков был обусловлен необходимостью проведения работ по устранению, возникшей в результате залива, плесени. 

Доводы ответчика относительно того, что действия истицы, не осуществившей должного проветривания квартиры после залива, привели к образованию плесени и, как следствие, увеличению размера убытков, суд признаёт несостоятельности ввиду их необоснованности и предположительности данного суждения.

Вместе с тем, суд находит не подлежащим удовлетворению требования о взыскании с ответчика убытков в виде уплаченных процентов по кредитному договору от 02.10.2019 № 11932-ПБ/19, заключённому между ФИО3 и АО «Газпромбанк», в размере 87.307 рублей 36 копеек, по следующим основаниям.

Для взыскания убытков необходимо доказать факт их причинения, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями последнего, а также вину причинителя вреда.

Отсутствие в совокупности всех элементов для взыскания убытков является основанием для отказа в удовлетворении исковых требованиях об их причинении.

Между тем перечисление ФИО3 денежных средств АО «Газпромбанк», в том числе процентов за пользование кредитом, является результатом исполнения заёмщиком его встречной возмездной обязанности в рамках кредитного соглашения (п. 1 ст. 819 ГК РФ). При этом сторонами кредитного обязательства являются кредитор (Банк) и заёмщик (ФИО3).

По правилам п. 3 ст. 308 ГК РФ, обязательство не создаёт обязанностей для лиц, не участвующих в нём в качестве сторон (для третьих лиц).

Иными словами, ФИО2, несмотря на наличие у него обязательств перед ФИО3, возникших вследствии причинения вреда имуществу, не связан обязанностями ФИО3 по кредитному договору, последняя должна исполнять указанные обязанности надлежащим образом независимо от существующего обязательства в её пользу.

Обязанность по своевременному возврату кредитных денежных средств обусловлена наличием самостоятельного кредитного обязательства, то есть существует и должна исполняться независимо от наличия или отсутствия обязательств ФИО2

Проценты, начисляемые по кредитному договору, являются платой за пользование кредитными ресурсами. ФИО2, не являясь стороной по кредитному договору, не мог каким-либо образом непосредственно своими действиями повлиять на его условия, в том числе на изменение размера процентов.

Следовательно, обязанность истицы оплачивать проценты банку является её обязанностью по самостоятельному договору, исполнение которой обусловлено положениями ст.ст. 309 и 819 ГК РФ и не зависит от действий третьих лиц.

Принятие ФИО3 на себя кредитных обязательств перед банком не являлось необходимым, обусловлено решением самой истицы.

Следовательно, между действиями ответчика и понесёнными истицей расходами по уплате процентов по кредиту отсутствует причинно-следственная связь. Поэтому оснований относить на ФИО2 расходы ФИО3 по погашению процентов по кредиту с позиции ст. 15 ГК РФ не имеется.

Далее, разрешая исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 50.000 рублей, суд руководствуется следующим.

В силу ст. 39 ГПК РФ ответчик вправе признать иск.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 68 ГПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

Согласно п. 3 ст. 173 ГПК РФ, при признании ответчиком иска и принятии его судом принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований.

В силу п. 4 ст. 198 ГПК РФ в случае признания иска ответчиком в мотивировочной части решения суда может быть указано только на признание иска и принятие его судом.

В данном случае признание ответчиком иска в рассматриваемой части не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц, поэтому может быть принято судом. Следовательно, исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 50.000 рублей подлежат удовлетворению.

Таким образом, общая сумма, подлежащая взысканию в ФИО2 в пользу ФИО6, по заявленным исковым требованиям, составит 730.207 рублей 59 копеек (из расчёта: 680.207 рублей 59 копеек (в счёт убытков) + 50.000 рублей (в счёт компенсации морального вреда). Исковые требования в оставшейся части удовлетворению не подлежат.

Далее, согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Перечень издержек, связанных с рассмотрением дела, по ст. 94 ГПК РФ является открытым, поскольку к ним могут быть отнесены и другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.

В п.п. 12, 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст.ст. 98, 100 ГПК РФ, ст.ст. 111, 112 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ст.ст. 98, 100 ГПК РФ, ст.ст. 111, 112 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ).

Принимая во внимание, что решением суда исковые требования удовлетворены частично, заключение судебной экспертизы положено в основу решения суда, при этом расходы по проведению судебной экспертиз оплачены истицей и ответчиком в равных долях – по 35.000 рублей каждым, что подтверждается кассовыми чеками (т. 3 л. д. 159-162), суд приходит к выводу, что расходы на производство экспертизы должны быть взысканы с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворённой части исковых требований, в связи с чем с ФИО2 в пользу ФИО3 подлежит взысканию 30.271 рубль 50 копеек (из расчёта: 86,49 % от 35.000 рублей (часть стоимости судебной экспертизы, оплаченная истицей). 

Также суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания расходов на производство экспертизы с ФИО3 в пользу ФИО2 пропорционально той части исковых требований, в которой ФИО3 отказано, в общей сумме 4.728 рублей 50 копеек (из расчёта: 13,51 % от 35.000 рублей).

В силу ст. 98 ГПК РФ с ФИО2 в пользу ФИО3 подлежат взысканию также расходы по уплате государственной пошлины, размер которой с учётом взысканной в пользу истца суммы, а также положений ст. 33319 НК РФ и п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», составит 10.302 рубля 08 копеек.

Таким образом, общая сумма взыскания с ФИО2 в пользу ФИО3 составит: 680.207 рублей 59 копеек (в счёт убытков) + 50.000 рублей (в счёт компенсации морального вреда) + 30.271 рубль 50 копеек (в счёт расходов по проведению судебной экспертизы) + 10.302 рубля 08 копеек (в счёт расходов по оплате государственной пошлины), итого 770.781 рубль 17 копеек. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

решил:

Иск ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 787.655 (семьсот восемьдесят семь тысяч шестьсот пятьдесят пять) рублей 17 копеек.

В остальной части иска ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2, в счёт расходов по оплате экспертизы, 4.014 (четыре тысячи четырнадцать) рублей 50 копеек.

Настоящее решение может быть обжаловано сторонами в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме 27 октября 2020 года путём подачи апелляционной жалобы через Новоуренгойский городской суд.

Председательствующий: (подпись)

Копия верна: (судья Сметанина О. Ю.) 

(помощник судьи Шаранова Л. С..)