Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 04 августа 2021 года

Ленинградский областной суд в составе судьи Дроздецкой Т.А., 

с участием:

государственного обвинителя – прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Орлова И.С., 

представителя потерпевшего С.В.А. – адвоката Пискаевой Е.С., 

осужденного Лобанова О.А., 

защиты осужденного в лице адвоката Крутицкой Г.Л., 

при секретаре Николаеве С.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Лобанова О.А., адвоката Крутицкой Г.Л. в защиту прав и законных интересов осужденного на приговор Выборгского городского суда Ленинградской области от 17 марта 2021 года, которым

ЛОБАНОВ Олег Анатольевич, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, с высшим образованием, женатый, несовершеннолетних детей не имеющий, трудоустроенный 

<

данные изъяты>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>А, несудимый, 

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с применением ст. 47 УК РФ, с лишением права заниматься определенной деятельностью, а именно лишением права управлять транспортными средствами сроком на 1 год 8 месяцев. 

На период отбывания наказания в виде ограничения свободы Лобанову О.А. установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту постоянного проживания и работы – 

<

адрес> и 

<

адрес>, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы и возложены на Лобанова О.А. обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Постановлено взыскать с Лобанова О.А. в качестве компенсации морального вреда в пользу С.В.А. 1 000 000 (один миллион) рублей.

Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Дроздецкой Т.А., выслушав объяснения осужденного ФИО1, адвоката Крутицкой Г.Л., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Орлова И.С., представителя потерпевшего – адвоката Пискаевой Е.С., полагавших приговор суда изменению не подлежащим, Ленинградский областной суд

установил:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Согласно приговору, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с № по № на № километре плюс 300 метров федеральной автодороги № «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес> в условиях светлого времени суток, ясной погоды, без осадков, при сухом асфальтовом покрытии, при видимости около 300 метров, водитель ФИО1, находясь в трезвом состоянии, управляя технически исправным транспортным средством легковым автомобилем «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, двигаясь со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> со скоростью около 95 км/ч, при разрешенной 90 км/ч, проявил преступную небрежность и невнимательность к дорожной обстановке и ее изменениям, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление общественно опасных последствий, не учел дорожные и метеорологические условия, при движении на транспортном средстве перевозил пассажира Л.О.О., не пристегнутую ремнем безопасности, при возникновении опасности не принял возможных мер к снижению скорости, вплоть до полной остановки транспортного средства, отвлекся от управления транспортным средством и потерял контроль над управлением транспортным средством, выехал с правосторонней полосы движения транспортных средств на встречную полосу движения, на левостороннею полосу движения транспортных средств, не предназначенную для его движения, где совершил дорожно-транспортное происшествие, столкновение с движущимся во встречном направлении со стороны 

<

адрес> транспортным средством легковым автомобилем «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением водителя С.В.А., после чего с указанным автомобилем «

<

данные изъяты>» совершил столкновение с легковым автомобилем «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением водителя Я.Я.А., двигавшимся в попутном направлении с указанным автомобилем «

<

данные изъяты>».

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия, водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» С.В.А. получил телесные повреждения, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; пассажир автомобиля «

<

данные изъяты>» Л.О.О. получила телесные повреждения, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 вину по предъявленному обвинению признал частично. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, полагая его незаконным, необоснованным, несправедливым ввиду чрезмерной суровости. 

Ссылается, что вину признал частично, полагая, что в данном ДТП вина обоюдная: по мнению осужденного, потерпевший С.В.А. пострадал большей частью от столкновения с автомобилем «

<

данные изъяты>» под управлением водителя Я.Я.А., который не соблюдал дистанцию и скоростной режим, в результате чего и врезался в водительскую дверь «

<

данные изъяты>».

Приводит довод о том, что автомобиль под его управлением двигался со скоростью около 95 км/ч, так как это была скорость автомобильного потока, двигаться с меньшей скоростью он не мог, иначе мешал бы движению потока машин. Настаивает, что на полосу встречного движения не выезжал, как указано на составленной схеме ДТП; он допускает, что выехал на линию, разделяющую встречные потоки движения автомобилей, но не на середину встречной полосы. 

Отмечает, что на месте ДТП он и водитель автомашины «

<

данные изъяты>» общались с С.В.А., однако, в судебном заседании С.В.А. показал, что находился без сознания. Ссылается на незаконный отказ следователя в удовлетворении его ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетеля водителя автомашины «

<

данные изъяты>». 

Приводит довод о том, что версия обвинения опровергается показаниями свидетеля Р.Р.В., согласно которым автомобиль «

<

данные изъяты>» занимал часть своей полосы движения и часть обочины, что при встрече с автомобилем ФИО1 он видел, что этот автомобиль двигался по своей полосе движения, слышал двойной удар, то есть столкновения трех легковых автомобилей, что произошло практически одномоментно; по мнению осужденного сообщенные свидетелем сведения подтверждают несоблюдение водителем Я.Я.А. дистанции от впереди идущего автомобиля С.В.А. 

Р.Р.В. также пояснял, что инспектор ГИБДД брал у него объяснения как у очевидца ДТП, надобность в которых отпала, так как сообщили о наличии записи видеорегистратора; что он помогал водителю «

<

данные изъяты>», перевязывал ему раны, разговаривал с ним, видел, что тот находится в сознании. 

Осужденный ФИО1, приводя показания свидетелей Я.Я.А. и Б.В.В. (пассажира автомобиля Я.Я.А.), согласно которым они двигались по середине своей полосы движения, ставит их под сомнение, так как автомобиль «

<

данные изъяты>», который опережал автомобиль, управляемый Я.Я.А., занимал часть их полосы, в связи с чем они не могли ехать посередине и скорость их движения была гораздо выше названной скорости 90 км/ч. Обращает внимание на многочисленные нарушения Я.Я.А. скоростного режима, допущенные им ранее, что подтверждается выпиской о привлечении Я.Я.А. к административной ответственности, имеющейся в материалах уголовного дела. 

В жалобе приводит довод о том, что в целях выполнения служебных обязанностей по месту работы ему приходится много ездить на автомобиле, и лишение его права управления автомобилем повлечет невозможность исполнения им своих трудовых обязанностей. Между тем, работа - это единственный источник его дохода, с которого он намеревается компенсировать моральный вред, причиненный потерпевшему С.В.А., однако это обстоятельство судом не было учтено.

Полагает чрезмерно завышенной сумму, определенную судом к взысканию в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением потерпевшему. 

Просит приговор изменить, исключить дополнительное наказание в виде лишения права управлять автомобилем на срок 1 год 8 месяцев, уменьшить размер суммы, определенной судом в счет компенсации морального вреда в пользу С.В.А. до 400 000 рублей. 

В апелляционной жалобе адвокат Крутицкая Г.Л. в защиту прав и законных интересов осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, полагая его незаконным, необоснованным, несправедливым. 

По мнению защитника, стороной обвинения не представлены и в судебном заседании не исследованы неоспоримые доказательства совершения её подзащитным преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Полагает, что в нарушение положений ст. 14 ч. 3 УПК РФ судом все сомнения истолкованы в пользу виновности ФИО1

Обращает внимание, что ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления признал частично, так как считает, что в происшедшем ДТП имеется обоюдная вина. Сторона защиты полагает, что С.В.А. пострадал в бОльшем объеме от столкновения с автомобилем под управлением водителя Я.Я.А., а не от столкновения с автомобилем под управлением водителя ФИО1 Указанное, по мнению защитника, подтверждается заключением специалиста АНО «Акцент-судебная экспертиза» № от ДД.ММ.ГГГГ и заключением специалиста-автотехника. Обращает внимание, что Я.Я.А. неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения.

Отмечает, что её подзащитный последовательно давал показания о том, что двигался со скоростью потока – около 95 км/ч, сторона защиты не согласна со схемой ДТП, в которой отражено, что столкновение произошло на середине встречной по отношении к ФИО1 полосе движения, по мнению ФИО1, столкновение произошло на полосе, разделяющей встречные потоки движения. 

Полагает, что в ходе предварительного следствия не были предприняты действия, направленные на установление истины по уголовному делу: не было удовлетворено ходатайство ФИО1 о допросе в качестве свидетеля водителя «

<

данные изъяты>», не был обнаружен видеорегистратор, по делу не были проведены необходимые экспертные исследования, истребованы доказательства. 

Ссылается, что противоречия, которые, по мнению защитника, имелись в показаниях свидетелей Р.Р.В. и Я.Я.А., не были устранены. 

Полагает приговор несправедливым, так как суд не учел сведения, положительно характеризующие личность ФИО1; несмотря на наличие сведений об имеющейся у ФИО1 необходимости управлять транспортным средством в силу трудовых обязанностей, судом при постановлении приговора наряду с основным наказанием назначено наказание дополнительное – в виде лишения права управлять транспортным средством,

Выражает несогласие с размером компенсации морального вреда, определенной судом, считая его чрезмерно завышенным и несоразмерным причиненным С.В.А. телесным повреждениям.

Просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить, исключив дополнительное наказание в виде лишения права управлять автомобилем на срок 1 год 8 месяцев и уменьшив размер взысканной суммы в счет компенсации морального вреда в пользу С.В.А. до 400 000 рублей. 

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Крутицкой Г.Л. государственный обвинитель Голубева Я.Б. приводит доводы о законности, обоснованности и справедливости приговора суда и о несостоятельности доводов апелляционных жалоб стороны защиты. 

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, считает приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Вопреки доводам стороны защиты, выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и правильно изложенных в приговоре, получивших надлежащую оценку суда, и они соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Так, виновность ФИО1 подтверждается показаниями лиц, допрошенных в ходе судебного следствия, а также оглашенными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона показаниями, данными в ходе предварительного следствия: 

потерпевшего С.В.А. о том, что ДД.ММ.ГГГГ около № при следовании на технически исправном автомобиле «

<

данные изъяты>» с разрешенной скоростью по своей полосе движения по автодороге «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, маневра не совершал, на полосу встречного движения не выезжал, момента ДТП не помнит из-за полученной травмы, очнулся в больнице, где врачи сообщили ему о том, что произошло ДТП, в котором он получил травму головы и тела, автомобиль поврежден до состояния, при котором невозможно его восстановление;

потерпевшей Л.О.О. о том, что ДД.ММ.ГГГГ в качестве пассажира двигалась по автодороге «

<

данные изъяты>» в сторону 

<

адрес> в автомобиле «

<

данные изъяты>» под управлением отца – ФИО1, момента столкновения не видела, так как спала, проснулась от удара, получила травму головы и тела, претензий к отцу не имеет, весь вред ей возмещен;

свидетеля Я.Я.А. сообщившего о том, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время он управлял автомобилем «

<

данные изъяты>», двигался вместе с пассажиром Б.В.В. по автодороге «

<

данные изъяты>» в сторону 

<

адрес> без превышения скоростного режима по своей полосе движения. Впереди него двигались легковой автомобиль «

<

данные изъяты>» и грузовой автомобиль «

<

данные изъяты>», который сместился на правую обочину по ходу их движения. Далее автомобиль «

<

данные изъяты>» приступил к маневру опережение, указателей поворота никаких не включал, на встречную полосу не выезжал, продолжал двигаться посередине правой полосы по ходу их движения, поскольку автомобиль «

<

данные изъяты> двигался полностью по обочине, он продолжал двигаться за автомобилем «

<

данные изъяты>». В этот момент им навстречу выехал легковой автомобиль «

<

данные изъяты>», произошло столкновение между автомобилем «

<

данные изъяты>» и автомобилем «

<

данные изъяты>», передними частями автомобилей. После чего он столкнулся с автомобилем «

<

данные изъяты>» на правой обочине по ходу его движения, при этом удар пришелся на переднюю часть его автомобиля и левую сторону автомобиля «

<

данные изъяты>». Водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» извлекли из автомобиля и госпитализировали;

свидетеля Б.В.В., показавшего, что он находился в качестве пассажира в автомобиле «

<

данные изъяты>», которым управлял Я.Я.А., двигались в сторону 

<

адрес>, когда во время движения перед ними произошло столкновение попутного им автомобиля «

<

данные изъяты>» и встречного им автомобиля «

<

данные изъяты>». Столкновение произошло на полосе для их движения, удар пришелся на передние части автомобилей. Я.Я.А. не смог уйти от столкновения, они столкнулись с отброшенным после удара автомобилем «

<

данные изъяты>»; 

свидетеля Р.Р.В. - водителя грузового автомобиля «

<

данные изъяты>» пояснившего, что он двигался по автодороге «

<

данные изъяты>», когда произошло столкновение автомобилей «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты> перед ДТП автомобили «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» совершали опережение его автомобиля, автомобиль «

<

данные изъяты>» двигался во встречном им направлении, при его наблюдении, автомобиль «

<

данные изъяты>» разметку не пересекал;

свидетеля Р.Д.Ю. - инспектора ДПС ОГИБДД УМВД России по 

<

адрес>, оформлявшего ДТП, о том, что ДД.ММ.ГГГГ около № произошло ДТП на 101 км + 300 м автодороги «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> с участием автомобилей «

<

данные изъяты>», «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>». По результатам осмотра места ДТП и поврежденных автомобилей, опроса водителей, по осыпи стекол и пятну масла, он установил, что место первичного столкновения автомобилей «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» расположено на проезжей части, предназначенной для движения автомобиля «

<

данные изъяты>», о чем составил схему ДТП. Данное ДТП произошло в результате того, что водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» ФИО1 выехал на встречную полосу, где совершил столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты>».

Показания указанных лиц не содержат существенных противоречий относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по настоящему уголовному делу; выводы суда полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Сомнений в достоверности показаний потерпевших и свидетелей обвинения у суда первой инстанции обоснованно не имелось, поскольку какой-либо заинтересованности в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, наличии у указанных лиц оснований для оговора ФИО1 судом первой инстанции не установлено, не усматривает причин для оговора осужденного и суд апелляционной инстанции. 

Вина осужденного также подтверждена исследованными судом письменными доказательствами: протоколом осмотра места совершения административного правонарушения с фототаблицей к нему, схемой к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия, заключениями судебно-медицинских экспертов, установивших наличие телесных повреждений у потерпевших С.В.А. и Л.О.О. и причинной связи между ДТП и полученными повреждениями, отнесенными к тяжкому вреду здоровья, заключением трасологической экспертизы, другими доказательствами. 

Выводы проведенных по делу экспертных исследований у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывают, поскольку полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона: выполнены экспертом – лицом, имеющим специальное образование, соответствующую квалификацию, большой опыт работы по специальности, заключения оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, являются ясными и понятными, а потому обоснованно были приняты судом первой инстанции в качестве допустимых доказательств по делу.

В соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, суд первой инстанции проверил и оценил все доказательства, представленные ему сторонами, проанализировал их в приговоре и указал основания, по которым принял одни доказательства, признав их совокупность достаточной для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора, а также указал мотивы, по которым отверг другие доказательства. 

Выводы суда о допустимости представленных стороной обвинения доказательств, полученных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, основаны на их непосредственном исследовании; изложенные в приговоре выводы базируются только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, им соответствуют, являются результатом анализа и оценки доказательств, представленных сторонами в условиях состязательного процесса. 

Суд апелляционной инстанции считает, что, как предварительное расследование, так и судебное следствие по делу проведены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального закона полно, объективно и всесторонне. Из протоколов судебных заседаний следует, что участникам процесса судом были созданы необходимые условия для реализации предоставленных им процессуальных прав и осуществления ими процессуальных обязанностей, все ходатайства сторон были в установленном законом порядке разрешены, с заслушиванием мнений сторон по каждому ходатайству, по ним судом приняты законные и обоснованные решения. Несогласие стороны защиты с решениями, принятыми судом по заявленным ходатайствам, не свидетельствует о незаконности этих решений.

Приговор в отношении ФИО1 постановлен судом в строгом соответствии с требованиями ст.ст. 307-309 УПК РФ. 

Тщательно, объективно и всесторонне исследовав представленные доказательства, установив на их основе фактические обстоятельства дела, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ, при этом суд установил, как именно двигались транспортные средства, что стало причиной ДТП, какие конкретные действия осужденного привели к нарушению конкретных пунктов ПДД РФ, установил причинно-следственную связь между допущенными ФИО1 нарушениями и наступившими последствиями.

Оснований для изменения приговора, как об этом ставится вопрос в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции не усматривает и не считает возможным согласиться и с доводами жалоб стороны защиты. 

Довод жалоб о том, что имеет место обоюдная вина, что С.В.А. пострадал большей частью от столкновения с автомобилем под управлением водителя Я.Я.А., а не от столкновения с автомобилем под управлением ФИО1, является предположительным, субъективным мнением авторов жалоб, который опровергается исследованными судом доказательствами. 

Выводы проведенной по делу трасологической судебной экспертизы у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывают, поскольку экспертное исследование в полной мере соответствует требованиям уголовно-процессуального закона: оно выполнено экспертом – лицом, имеющим высшее техническое образование, квалификацию инженера-механика, соответствующую экспертную специализацию, длительный стаж работы по специальности; заключение оформлено надлежащим образом, научно обосновано, оснований сомневаться в компетентности, объективности и достоверности заключения эксперта-автотехника у суда не имелось, как не имеется таковых у суда апелляционной инстанции 

Ссылка стороны защиты на то, что последствия ДТП усугубились действиями Я.Я.А., что в произошедшем ДТП имеется обоюдная вина, судом апелляционной инстанции во внимание не принимается. Строго следуя положениям ст. 252 УПК РФ о том, что судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, суд рассмотрел уголовное дело в отношении ФИО1 по выдвинутому в отношении него обвинению, совокупность представленных доказательств оценил как достаточную для вынесения обвинительного приговора в отношении ФИО1, тем самым фактов, свидетельствующих о причастности другого лица к преступлению, инкриминированному ФИО1, не установлено. 

Доводы защитника и осужденного о том, что в произошедшем ДТП наличествует вина и Я.Я.А., что С.В.А. получил серьезные телесные повреждения в результате столкновения с автомобилем под управлением Я.Я.А., базируется на заключении специалиста С.И.П., на заключении специалиста Б.И.П., приобщенных в заседании суда первой инстанции к материалам уголовного дела. Суд апелляционной инстанции отмечает, что, исходя из требований уголовно-процессуального закона, согласно которым привлечение лица в качестве специалиста по делу относится к исключительной компетенции органа следствия и суда, защитник вне судебного разбирательства полномочиями по привлечению специалиста для дачи каких-либо заключений не наделен. В соответствии со ст. 58 УПК РФ оценка доказательств не входит в круг прав и обязанностей специалиста, в связи с чем представленные стороной защиты заключения специалистов С.И.П., Б.И.П. не подлежали использованию судом как в качестве доказательств по делу, так и при проверке представленных стороной обвинения доказательств, в связи с чем суд правильно указал в приговоре о невозможности доверять заключениям указанных специалистов.

Ссылка стороны защиты на показания свидетеля Р.Р.В. как на доказательство невиновности осужденного также является несостоятельной. Согласно показаниям Р.Р.В., он не видел момента столкновения транспортных средств, показания свидетеля о месте столкновения автомобилей, о соблюдении/несоблюдении участниками дорожного движения скоростного режима, о возможности/невозможности нахождения автомобилей «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» на своей полосе движения одновременно со следующим в попутном направлении грузовым автомобилем «КамАЗ», расположенном частично на обочине и частично на полосе, отведенной для движения, не являются категоричными, носят характер предположений, а потому безусловно не опровергают выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления. 

Оснований полагать ошибочным установление и указание в схеме ДТП места столкновения транспортных средств не имеется: схема составлена надлежащим должностным лицом, на основании объективной обстановки, имевшейся на месте ДТП, которая изменению не подвергалась, что следует из показаний свидетелей, схема подписана участниками осмотра, которые не имели к ней замечаний. 

Ссылки стороны защиты на неполноту проведенного по делу следствия несостоятельны: водитель «

<

данные изъяты>» Р.Р.В. допрошен судом, необходимые экспертные исследования по делу проведены, доказательства, совокупность которых признана судом достаточной для постановления приговора, в ходе расследования уголовного дела добыты, сторона защиты по окончании исследования доказательств, представленных суду, дополнений к проведенному судебному следствию не имела, ходатайств об исследовании новых доказательств, о проведении новых экспертных исследований не заявляла, не возражала против окончания судебного следствия, что нашло отражение в протоколе судебного заседания. 

Нахождение С.В.А. после ДТП в сознании или в бессознательном состоянии не влияет на доказательственное значение его показаний об обстоятельствах и последствиях ДТП. 

Таким образом, доводов, ставящих под сомнение законность постановленного судом приговора, апелляционные жалобы стороны защиты не содержат, они направлены на иную оценку доказательств, надлежаще оцененных судом в приговоре, что не является основанием для отмены или изменения итогового судебного решения. Какие-либо существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, влияющие на выводы суда о доказанности вины осужденного и квалификацию его действий, вопреки доводам апелляционных жалоб, по делу отсутствуют.

Назначенное ФИО1 наказание в полной мере соответствует положениям ст.ст. 6, 60 УК РФ: суд учел характер и степень общественной опасности содеянного виновным, конкретные обстоятельства дела, данные о личности осужденного, наличие обстоятельства, смягчающие наказание осужденному, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание. Все заслуживающие внимание данные о личности осужденного ФИО1 учтены судом и отражены в приговоре.

Принятое судом решение о виде и размере наказания, о необходимости назначения дополнительного наказания с учетом положений ч. 3 ст. 47 УК РФ в приговоре мотивировано и оснований с ним не соглашаться не имеется. Таким образом, назначенное ФИО1 наказание - как основное, так и дополнительное, является справедливым, соразмерным содеянному.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

Вопреки доводам жалоб, при определении размера компенсации вреда С.В.А. судом учтены требования разумности и справедливости. 

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Из указанного следует, что при удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда суд наделен правом определения размера указанной компенсации, при этом размер компенсации не зависит от того, в каком денежном размере определил ее сам истец. 

Суд первой инстанции правильно установил, что по вине осужденного потерпевшему С.В.А. были причинены физические страдания, вызванные причинением тяжкого вреда здоровью. Указанные повреждения повлекли необходимость оперативного вмешательства, длительное стационарное лечение, продолжающуюся до настоящего времени реабилитацию, установление инвалидности № группы. 

В соответствии со ст. 2 УК РФ, важнейшей задачей уголовного законодательства является охрана прав и свобод человека и гражданина. Согласно ст. 6 УПК РФ, одной из целей уголовно-процессуального закона является обеспечение защиты прав и свобод лиц, потерпевших от преступлений. Охрана прав и свобод человека и гражданина, как и обеспечение защиты прав и свобод лица, потерпевшего от преступления, невозможны без восстановления социальной справедливости в случае совершения преступного деяния в отношении конкретного лица, что означает возмещение ущерба применительно как к отдельному потерпевшему, так и к обществу в целом. По отношению к потерпевшему социальная справедливость восстанавливается путем защиты его прав и законных интересов, нарушенных преступлением. В связи с указанным, судебное решение призвано обеспечить возможность возмещения причиненного вреда и в возможных пределах - соразмерность лишения или ограничения прав и свобод осужденного материальному вреду и нравственным страданиям потерпевшего. Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с приговором в части принятого решения по гражданскому иску потерпевшего С.В.А., считает, что компенсация морального вреда, подлежащая взысканию с осужденного ФИО1 в размере, установленном судом, позволяет восстановить социальную справедливость. При этом судебная инстанция учитывает, что в ходе предварительного и судебного следствия ФИО1 вред, причиненный С.В.А. преступлением - частично или в полном объеме - возмещен не был, сумма компенсации морального вреда, установленная судом в 1 000 000 рублей, соразмерна причиненным потерпевшему страданиям. Указанную сумму компенсации морального вреда, вопреки доводам жалоб стороны защиты, учитывая трудоспособный возраст ФИО1, наличие у него постоянного места работы и заработка, значительно превышающего размер средней заработной платы по региону, отсутствие иждивенцев, завышенной признать нельзя. В этой части доводы жалоб стороны защиты суд апелляционной инстанции считает несостоятельными и не подлежащими удовлетворению. 

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

Вместе с тем, приговор суда в отношении ФИО1 подлежит изменению. 

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ относится к преступлениям небольшой тяжести. Согласно положениям п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекли два года. Как это следует из приговора суда, преступление ФИО1 совершено ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, со дня совершения ФИО1 преступления на момент рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции прошло более двух лет; от следствия и суда ФИО1 не уклонялся, поэтому течение срока давности не приостанавливалось. 

При таких обстоятельствах, учитывая, что на момент рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке истек срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, апелляционная инстанция считает необходимым внести изменение в приговор суда, освободив осужденного от назначенного ему наказания на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, Ленинградский областной суд

постановил:

Приговор Выборгского городского суда Ленинградской области от 17 марта 2021 года в отношении ФИО1 изменить:

на основании ст. 24 ч. 1 п. 3 УПК РФ, ст. 78 ч. 1 п. «а» УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования, освободить ФИО1 от отбывания назначенных ему по ч.1 ст. 264 УК РФ основного наказания в виде ограничения свободы и дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить. 

В остальном приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Крутицкой Г.Л. оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу. 

Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья