Мотивированное 

решение

 изготовлено 27 января 2026 года дело № 2-870/2026 (2-6798/2025)

66RS0007-01-2024-012703-61

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 13 января 2026 года

Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга в составе:

председательствующего судьи Прокопенко Я.В.

при секретаре Еремеевой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Орджоникидзевского района города Екатеринбурга в интересах ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга обратился в суд с иском в интересах ФИО1 к «Уральский центр аттестации» об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указано, что прокуратурой Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга проведена проверка соблюдения требований трудового законодательства в сфере оплаты труда и надлежащего оформления трудовых отношений в деятельности ООО «Уральский центр аттестации». В ходе проверки установлено, что ФИО1 осуществляла трудовую деятельность в ООО «УЦА» с 23.09.2024 по 31.01.2025 в должности специалиста по кадрам. Трудовой договор в письменной форме с работником не заключался, документы для оформления трудового договора работодателем не запрашивались. Согласно объяснениям ФИО1 в период с 23 сентября 2024 года по 31 января 2025 года осуществляла трудовую деятельность в ООО «УЦА» без оформления трудовых отношений. В период трудоустройства заработная плата выплачивалась в размере, оговоренном при трудоустройстве, в последующем с конца ноября 2024 года работодатель перестал выплачивать заработную плату, компенсация за задержку заработной платы не выплачивалась, окончательный расчёт с работником произведен не был. Работодателем работнику определено его рабочее место – офис организации, расположенный по адресу: 

<

...> разъяснены порядок работы и должностные обязанности, объявлено о размере заработной платы (60000 рублей за месяц). ФИО1 работа выполнялась лично на постоянной основе исключительно в интересах работодателя. Работник подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка ООО «УЦА», ему определен режим труда и отдыха: ежедневно с 8-00 до 17-00 часов, кроме выходных и праздничных дней. Отношения между ООО «УЦА» и работником носили устойчивый, стабильный и длительный характер, о чем свидетельствует выполнение трудовой функции работником в указанный выше период. Работнику установлена заработная платав размере 60000 рублей в месяц, которая единожды была выплачена в полном объеме. Заработная плата выплачивалась наличными денежными средствами два раза в месяц 4 и 19 числа. Денежные средства передавались заместителем директора ФИО2. Получение денежных средств фиксировалось подписью ФИО1 в ведомости. Последняя заработная плата была выплачена за период 01.11.2024 по 15.11.2024 в размере 30000 рублей. В связи с чем, период невыплаты заработной платы составляет 2,5 месяца, а именно с 16.11.2024 по 31.01.2025. Также ФИО1 в соответствии с ТК РФ положен ежегодный оплачиваемый отпуск 28 дней. В связи с чем, требуется компенсация за один день неиспользованного отпуска. Выплаты со стороны работодателя служили для работника единственным источника дохода, другого рабочего места у него не имелось. Сложившиеся между ООО «УЦА» и работником отношения содержат признаками трудовых. Однако, ООО «УЦА» трудовой договор в письменной форме с работником заключен не был, запись в трудовую книжку не вносилась, страховые взносы за него в социальный фонд России работодателем не перечислялись, окончательный расчет с ним не произведен. Согласно представленному ответу директора ООО «УЦА» между работодателем и указанным работником трудовых отношений не складывалось, трудовой договор не заключался. Таким образом, между ООО «УЦА» и ФИО1 фактически сложились трудовые отношения в период с 23.09.2024 по 31.01.2025. В нарушение вышеуказанных положений закона трудовой договор с заявителем не заключен, перед работником, имеется задолженность по заработной плате за ноябрь 2024 года – январь 2025 года в размере 150 000 рублей 00 копеек (из расчета 30000 рублей – с 16 по 30 ноября 2024 года, 60000 рублей – декабрь 2024 года, 60000 рублей – январь 2025 года). Также имеется задолженность в размере 2 038 рублей по компенсации за неиспользованные дни отпуска. Неправомерными действиями ООО «УЦА» работнику причинен моральный вред, выразившийся в нарушении личных неимущественных прав, в частности, права на своевременную и в полном объёме выплату заработной платы, на социальное и пенсионное обеспечение в случаях, установленных законом, причинены нравственные переживания.

Просит:

- установить факт трудовых отношений между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» в период с 23.09.2024 по 31.01.2025,

- взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» заработную плату в пользу ФИО1 за период с 01.11.2024 по 31.01.2025 в размере 150 000 рублей 00 копеек,

- взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» денежную компенсацию за неиспользованные дни отпуска в пользу ФИО1 за период с 01.11.2024 по 31.01.2025 в размере 2 048 рублей,

- взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» в пользу ФИО1 компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 55 976 рублей 00 копеек,

- взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» в пользу ФИО1 компенсацию за невыплату денежной компенсации неиспользованных дней отпуска в размере 685 рублей 12 копеек,

- взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей,

- обязать общество с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» произвести предусмотренные законодательством РФ начисления и уплату страховых взносов в Социальный фонд Российской Федерации за период работы ФИО1 с 23.09.2024 по 31.01.2025.

Помощник прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга Толстых М.Р. в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала требования и доводы, изложенные в исковом заявлении.

Представитель ответчика ООО «УЦА» в судебное заседание не явился, извещен о судебном заседании надлежаще, от отложении не ходатайствовал, об уважительных причинах неявки не сообщил, отзыв на иск не представлен.

Судом определено о рассмотрении дела при установленной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав представленные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1, 2 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

В силу части 1, 2, 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно статье 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Договорно-правовыми формами выполнения работ (оказания услуг), подлежащих оплате, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры, которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при разрешении трудовых споров судам следует иметь в виду, что в соответствии со статей 11 Трудового кодекса Российской Федерации нормы этого Кодекса распространяются на всех работников, находящихся в трудовых отношениях с работодателем, и, соответственно, подлежат обязательному применению всеми работодателями (юридическими или физическими лицами) независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности. Если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера и в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части 4 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

При разрешении споров о признании сложившихся между сторонами отношений трудовыми подлежит установлению не только наличие между сторонами соответствующего письменного договора, но и наличие в действительности признаков трудовых отношений и трудового договора, указанных в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

На основании статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключенного ими в соответствии с Трудовым кодексом РФ. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определённую этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно пункту 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

По смыслу статей 11 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением статьи 67 названного Кодекса трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Согласно п. 17, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст. ст. 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Судом установлено, что трудовой договор между истцом и ответчиком не заключался, данное обстоятельство сторонами не оспаривается.

Однако, из искового заявления и объяснений истца следует, что истец был допущен ответчиком к исполнению трудовых обязанностей специалиста по кадрам с 23.09.2024 г. в ООО «УЦА», выполняла трудовую функцию по 31.01.2025.

Истец в судебном заседании дала следующие объяснения: поступила на данную работу по рекомендации, проходила собеседование, принята на должность специалиста по кадрам, занималась восстановлением всего кадрового делопроизводства, восстановлением ЛНА, подбором людей, на сайте hh.ru были вакансии от общества, где указаны ее имя и телефон, подготовкой документов для аккредитации, приемом новых людей, рабочее место находилось в офисе ответчика по ул. Основинская, 7, 2 этаж, номер кабинета не помнит, в одном кабинете позднее сидела с офис-менеджером, принимала ее на работу официально, рабочее время – с 09.00 до 18.00, затем с 08.00 до 17.00, суббота и воскресенье являлись выходными днями. Заработная плата выплачивалась 4 и 19 числа, расписывались в ведомости за ее получение. Была допущена задержка выплаты заработной платы, просили потерпеть, денег не было, видела, что пробуют найти средства, но в итоге в конце января решила уйти, выплат не было, подала заявление об уходе и выплате заработной платы. Последнее время 1-2 раза в неделю приезжала в офис, остальное время работала удаленно, но была постоянно на связи, отчитывалась. Все договоренности по трудоустройству, по рабочим и иным вопросам решала с ФИО2, директора ФИО3 видела один раз, когда предприятие намеревалось получить кредит и банк потребовал присутствие директора. Сомнений в полномочиях ФИО2 никаких не было, она представлялась заместителем директора, ее документов не видела, документы для подписания директором ФИО3 передавала через Нонну – бывшую жену младшего внука ФИО3, и бабушку их подписывала.

В подтверждение наличия между истцом и ответчиком трудовых отношений истец предоставил следующие доказательства: заявление от 31.01.2025 о выплате окончательного расчета до конца февраля 2025 в связи с уходом из компании с отметкой представителя ответчика о получении, переписку с представителем ответчика по рабочих вопросам, а также по вопросам окончательного расчета.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании показал, что официально работал в ООО «УЦА», был заключен трудовой договор, знаком с истцом, она работала у ответчика кадровиком, принимала свидетеля на работу, оформляла документы, работали по адресу: Основинская, 7, руководителем была ФИО3, и.о. ФИО2 Кабинет истца был на 3 этаже, рядом находился кабинет директора, работали 5/2, с 08.00 до 17.00, истец занималась кадрами, подбирала персонал, набрала новый штат, договаривалась о встречах, приносила анкеты соискателей свидетелю. Свидетель поступил на работу 01.11.2024, истец уж работала, уволился в августе 2025, истец уже не работала. У ответчика есть задолженность перед работниками оп оплате труда, оплатили только до ноября 2024 г. У ФИО2 была доверенность от директора, она расписывалась во всех документах, клише подписи было у нее за ФИО3. При трудоустройстве было собеседование, сначала с истцом, потом подошла Боровских, представилась и.о. руководителя, дефектоскопист Попова. С ФИО2 взаимодействовал каждый день, сидели в соседних кабинетах, каких-либо подозрений, что у нее нет полномочий или что она не является директором не было, все было серьезно. Было интересно работать, готов был потерпеть и подождать оплату, но терпение закончилось в итоге. Фактически деятельность не велась, лицензию забрали, аттестация не пройдена, не было оборудования, с истцом искали специалистов на работу. В итоге потом было стыдно перед ними, так как с ним не рассчитались. С истцом общались, истец ушла из-за невыплаты заработной платы, на место истца никто не был принят.

Свидетель ФИО5 в судебном заседании показала, что с истцом познакомились, когда работали в ООО «УЦА», свидетель работала у ответчика с 26.08.2024 по 13.01.2025 начальником центра, истец пришла после трудоустройства истца, когда свидетель уволилась, истец еще работала, Все вопросы, связанные с трудоустройством, свидетель решала с ФИО2, была устроена неофициально, свидетель указала, что хотела бы быть трудоустроенной официально, но просили подождать, так как нет лицензии, и каждый месяц было продление, шла на уступки, так как работа оплачивалась, но с середины ноября 2024 перестали платить, не было средств. Свидетель работала 5/2 с 09.00 до 18.00 кабинет был на 2 этаже, 2 дверь направо кабинет истца на 3 этаже, свидетель ушла из-за невыплаты заработной платы. С истцом делали много совместной работы – писали должностные инструкции, разработали инструкцию по охране труда, данные документы разрабатывались по указанию ФИО2 Кабинет ФИО2 был рядом с кабинетом истца, на кабинете ФИО2 было написано директор, это был кабинет ФИО3. ФИО2 воспринимала как руководителя, та как она сказала, что у нее есть документ, с ней контактировала каждый день, были планерки, ФИО2 формировала задачи.

Свидетель ФИО6 Жанылай в судебном заседании показала, что знакома с истцом, так как пришла в ООО «УЦА» работать уборщицей, работала в период с сентября 2024 по май 2025, видела ее там часто, истцу отдавала свои документы, истец снимала с них копии для трудоустройства, но так официально и не была устроена. Истец работала до прихода свидетеля и ушла раньше увольнения свидетеля. Руководителями были ФИО2 и Артур.

Суд принимает показания свидетеля в качестве доказательства по делу, поскольку свидетель предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ, являлся в спорный период работником ответчика, очевидцем работы истца, непосредственно вела отчеты по выполненной работе и заработной плате.

Отсутствие оформленного трудового договора, приказа о приеме на работу, записи о приеме на работу в трудовой книжке за спорный период само по себе не подтверждает отсутствие между истцом и ответчиком трудовых отношений, а свидетельствует лишь о ненадлежащем выполнении ответчиком обязанности по оформлению трудовых отношений (ст. ст. 67, 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, истцом представлены доказательства наличия трудовых отношений с ответчиком с 23.09.2024 по 31.01.2025, доказательств обратного не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу, что между истцом и ответчиком фактически сложились трудовые отношения, отвечающие требованиям ст. 15, 56 Трудового кодекса Российской Федерации, основанные на личном выполнении истцом конкретной трудовой функции – специалиста по кадрам. Требования истца в части установления трудовых отношений между сторонами с 23.09.2024 по 31.01.2025 подлежат удовлетворению.

Отношения между истцом и ответчиком приобрели статус трудовых после установления их таковыми в судебном порядке. В связи с чем к данным правоотношениям подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено право работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно статье 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо перечисляется на указанный работником счет в банке на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором.

Истец указывает, что ей была установлена заработная плата в виде оклада в размере 60000 рублей ежемесячно, у ответчика имеется задолженности по выплате заработной платы с 01.11.2024 по 31.01.2025 в размере 150 000 рублей 00 копеек.

С учетом отсутствия заключенного сторонами трудового договора и согласования в нем конкретного размера оплаты труда и порядка расчета, суд приходит к выводу о несогласованности сторонами размера ежемесячной заработной платы, ввиду чего суд не соглашается с расчетом задолженности по заработной плате, произведенным истцом.

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 15, в подтверждение размера заработной платы при фактическом допуске к работе надлежит принимать письменные доказательства размера заработка истца, в отсутствие таковых - доказательства обычного вознаграждения работника такой квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера и данного вознаграждения - определять заработную плату исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, ст. 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ответу Управления Федеральной службы государственной статистики по Свердловской области и Курганской области (Свердловскстат) № КП-Т68-08/926-ТС от 06.11.2025, согласно которому средняя начисленная заработная плата работников по профессиональной группе «Специалисты в области подбора и использования персонала» составляет 55 144 рубля.

При определении размера взыскиваемых сумм суд в отсутствие достоверных сведений о размере заработка истца у ответчика производит расчет исходя из размера средней заработной платы специалиста в размере 55 144 рублей, что не противоречит разъяснениям, данным в п. 23 Постановления от 29.05.2018 N 15.

Судом произведен собственный расчет задолженности по заработной плате следующим образом: 55144 руб. (оклад в месяц)х3 мес.(период задолженности 01.11.2024 по 31.01.2025) = 165432 руб.

Итого сумма задолженности по заработной плате за период с 01.11.2024 по 31.01.2025 составила 165432 руб.

Суд, руководствуясь ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, не может выйти за пределы заявленных истцом требований и взыскивает с ответчика в пользу истца задолженность по заработной плате за период с 01.11.2024 по 31.01.2025 в размере 150 000 руб.

Доказательств выплаты истцу заработной платы в указанном размере ответчиком суду не представлено.

Требования истца о взыскании с ответчика заработной платы за период с 01.11.2024 по 31.01.2025 в размере 150 000 руб. подлежат удовлетворению.

Установив факт трудовых отношений с 23.09.2024 по 31.01.2025, руководствуясь требованиями ст. ст. 115, 127, 140 Трудового кодекса Российской Федерации, суд полагает обоснованным возложение на ответчика обязанности по выплате компенсации за неиспользованный отпуск, доказательств предоставления истцу отпуска в период работы и выплаты данной компенсации материалы дела не содержат.

Учитывая период работы истцу должен быть компенсирован отпуск в количестве 9.33 календарных дня за период с 23.09.2024 года по 31.01.2025 года.

Истец указывает о необходимости компенсации 1 дня отпуска в размере 2048 руб.

Следовательно, в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, истцу подлежит компенсация за неиспользованный отпуск в размере 2048 руб.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за неиспользованный отпуск в размере 2048 руб.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Истцом произведен расчет компенсации за задержку выплаты заработной платы за период с 30.11.2024 по 05.09.2025 и компенсации за неиспользованный отпуск за период с 02.01.2025 по 05.09.2025.

Поскольку ответчиком не представлено доказательств выплаты истцу заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск в установленный срок, требования истца о взыскании с ответчика компенсации за задержку выплаты заработной платы являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Суд не находит оснований для удовлетворения требования истца о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы в размере 55976 руб. 00 коп., поскольку расчет данной суммы не представлен, а исходя и расчета, представленного истцом, за указанный период компенсация за задержку выплаты заработной платы составляет 49 382 руб. 00 коп.

Суд не соглашается с расчетом и суммой данной компенсации за неиспользованный отпуск, определенной истцом, поскольку истцом расчет производится с 02.01.2025, в то время как явилось последним рабочим днем истца явилось 31.01.2025, когда с истцом должны быть произведены все расчеты, соответственно, начало задержки выплаты компенсации за неиспользованный отпуск, причитающейся работнику, следует определять с 01.02.2025.

При указанных обстоятельствах, суд производит собственный расчет компенсации за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск по ст. 236 Трудового кодекса РФ, исходя из суммы задолженности по выплате компенсации за неиспользованный отпуск в размере 2 048 руб. 00 коп. за период с 01.02.2025 по 05.09.2025, за указанный период сумма компенсации за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск составит 599 рублей 10 копеек.

Таким образом, взысканию с ответчика в пользу истца подлежит компенсация за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск в общем размере 49 981 рубль 10 копеек.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации – моральный вред, причиненный работнику, оценивается судом с учетом неправомерных действий (или бездействия) со стороны работодателя.

Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Из вышеизложенного следует, что сам факт причинения морального вреда работнику при нарушении его трудовых прав предполагается и доказыванию не подлежит.

Таким образом, установив факт нарушения трудовых прав истца, суд приходит к выводу о наличии оснований для компенсации морального вреда, размер которой определяет с учетом конкретных обстоятельств дела, характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, а также требований разумности и справедливости, и определяет размер компенсации в сумме 10 000 руб. Данный размер, по мнению суда, способствует восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

Из материалов дела следует, что за период трудовых отношений с 23.09.2024 по 31.01.2025 ответчиком не производилась уплата страховых взносов, что свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения требований истца о возложении на ответчика обязанности произвести начисление и оплату страховых взносов в СФР за период работы истца ФИО1 с 23.09.2024 по 31.01.2025.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 13 061 рубль 00 копеек, от уплаты которой истец в силу закона освобожден.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Орджоникидзевского района города Екатеринбурга в интересах ФИО1 (№) к Обществу с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» (ИНН №) об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между истцом ФИО1 и ответчиком Обществом с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» с 23.09.2024 по 31.01.2025 в должности специалиста по кадрам.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате за период с 01.11.2024 по 31.01.2025 в размере 150 000 рублей 00 копеек с удержанием при выплате налога на доходы физического лица, компенсацию за неиспользованный отпуск при увольнении в размере 2048 рублей 00 копеек с удержанием при выплате налога на доходы физического лица, компенсацию за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск по состоянию на 05.09.2025 в размере 49 981 рубль 10 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей 00 копеек.

Возложить на Общество с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» обязанность произвести начисление и уплату страховых взносов в СФР за периоды работы истца ФИО1 с 23.09.2024 по 31.01.2025 г.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Уральский центр аттестации» государственную пошлину в доход бюджета в сумме 13 061 рубль 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья Я.В. Прокопенко