Дело № 2-2081/2019

(УИД 61RS0020-01-2019-002625-66)

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

11 декабря 2019 года г. Новошахтинск

Новошахтинский районный суд Ростовской области

в составе:

председательствующего судьи Горбань И.А.,

при секретаре Заярской Н.Г.,

с участием:

помощника прокурора г. Новошахтинска Серебрянниковой Э.В.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от 30.08.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2081/2019 по иску ФИО1 к акционерному обществу «Шахтоуправление «Обуховская» о взыскании единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда и судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

Истец, в лице представителя по доверенности ФИО2, обратился в суд с исковым заявлением к ответчику, в котором просит взыскать с последнего в свою пользу единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 261213 руб. 45 коп., а также расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 руб. 00 коп.

В обоснование своих требований истец, в лице представителя по доверенности ФИО2, указал, что 27.06.2019, в период работы у ответчика (АО «ШУ «Обуховская») по специальности горный мастер подземный, ему установлено профессиональное заболевание: пневмокониоз, хронический обструктивный бронхит, дыхательная недостаточность первой-второй степени. Профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия углепородной пыли, длительного стажа работы в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов (25 лет 4 месяца), в связи с несовершенством средств пылеподавления (п. 17 акта о случае профзаболевания). При исполнении им трудовых обязанностей работодателем в нарушение ст. 212 ТК РФ не были созданы условия труда, исключающие повреждение здоровья, в результате чего он повредил здоровье профессиональным заболеванием. Решением Бюро МСЭ от 26.08.2019 ему впервые установлено 30% утраты профтрудоспособности до 01.09.2020. Приказом ГУ РРО ФСС РФ - филиал № от 20.09.2019 № ему была назначена единовременная страховая выплата. Перед принятием на работу в АО «ШУ «Обуховская» он прошел медицинский осмотр, в ходе которого отклонений в состоянии его здоровья (профпаталогии) не установлено, как не установлено таких отклонений и в течение последующих ежегодных медицинских осмотров в период работы у ответчика вплоть до начала 2019 года. Как следует из п. 14 и п. 15 акта № о случае профессионального заболевания от 14.08.2019, именно в период работы у ответчика у него возникло профессиональное заболевание, в результате которого он утратил профессиональную трудоспособность. Предварительный диагноз профзаболевания установлен 04.04.2019, а заключительный диагноз установлен впервые 27.06.2019. Физические страдания он испытывает в связи с затрудненным дыханием, одышкой, болями в грудной клетке, кашлем, головными болями, повышенным артериальным давлением, слабостью и быстрой утомляемостью. Он переживает из-за своей болезни, а также из-за того, что остался безработным (в связи с утратой профтрудоспособности был уволен по медицинским показаниям), из-за того, что не может содержать свою семью на прежнем материальном уровне. Существующее на сегодняшний день его физическое и нравственное состояние явилось следствием трудовой деятельности, поэтому в соответствии с действующим законодательством на ответчика должна быть возложена обязанность по возмещению морального вреда. Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с 01.01.2019 по 31.12.2021 предусмотрено, что: в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза. Пунктом 9.3 Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015-2017 годы, заключенного между АО «ШУ «Обуховская» и Гуковской территориальной организацией Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности, действие которого дополнительным соглашением от 30.10.2017 продлено до 31.12.2020, в редакции дополнительного соглашения от 25.04.2018, предусмотрено, что в случае установления впервые работнику, занятому в обществе и уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20 % среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации). Из содержания приведенных норм следует, что работодатель по соглашению с полномочными представителями работников угольного предприятия определил конкретный размер компенсации морального вреда для случаев, когда работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания. При этом в силу п. 9.3 Коллективного договора установленная данными нормами выплата по своей сути является именно компенсацией морального вреда, рассчитываемой с учетом процента утраты работником профессиональной трудоспособности. В данном случае работодатель и полномочные представители работников предприятия пришли к соглашению о размере компенсации морального вреда и закрепили его в Коллективном договоре. Он обратился к ответчику с просьбой выплатить причитающуюся ему компенсацию. Однако ответчик отказывается выплачивать, в связи с чем последовало обращение в суд. Ответчик выдал справку о заработке для начисления единовременной компенсации (№ от 10.09.2019), согласно которой его среднемесячный заработок за период с августа 2018 года по июнь 2019 года составляет 48561 руб. 19 коп., сумма единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда составляет 261213 руб. 45 коп. Считает, что протокол об определении долевой ответственности и степени вины АО «ШУ «Обуховская» в профзаболевании работника от 14.08.2019 со ссылкой на новую редакцию пункта 9.3 Коллективного договора (в редакции дополнительного соглашения от 25.04.2018) в части определения степени вины работодателя не заслуживает внимания, поскольку в силу ст. 50 Трудового кодекса РФ условия коллективного договора, соглашения, ухудшающие положение работников, недействительны и не подлежат применению. Указанные положения Коллективного договора в новой редакции ограничивают права и его законные интересы, в связи с чем не могут применяться к лицам, трудовые правоотношения с которыми возникли у ответчика до внесения указанных изменений. Помимо вышеизложенного полагает, что применение долевой ответственности недопустимо еще и по той причине, что вина других предприятий не доказана, а механизм определения вины других предприятий не установлен.

Истец и его представитель ФИО2, действующая по доверенности, в судебном заседании поддержали исковые требования и просили их удовлетворить в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская» в судебное заседание не явился, о месте и времени его проведения был извещен надлежащим образом, что подтверждается материалами дела. Каких-либо возражений относительно заявленных требований суду не представил. Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская» в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав пояснения истца, его представителя, изучив материалы дела, принимая во внимание заключение помощника прокурора г. Новошахтинска Серебрянниковой Э.В., полагавшей заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО1 в период с 09.03.2016 по 29.08.2019 состоял в трудовых отношениях с ответчиком в качестве горного мастера подземного участка с полным рабочим днем на подземной работе, уволен по п. 8 ст. 77 ТК РФ (в связи с отказом от перевода на другую работу вследствие состояния здоровья в соответствии с медицинским заключением) (л.д. 7-13 - копия трудовой книжки).

Из материалов дела следует, что ФИО1 длительное время работал на подземных работах, его стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 25 лет 4 месяца.

В период работы у ответчика истцу установлено профессиональное заболевание - пневмокониоз, хронический обструктивный бронхит, дыхательная недостаточность первой-второй степени, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от 14.08.2019 (л.д.14-15).

Согласно справке освидетельствования в федеральном государственном учреждении медико-социальной экспертизы Бюро № -филиал от 26.08.2019 истцу установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности вследствие установленного профессионального заболевания сроком до 01.09.2020 (л.д.20).

Из акта о случае профессионального заболевания № от 14.08.2019 следует, что профессиональное заболевание у истца возникло, в том числе, в связи с его работой на предприятии ответчика, указан стаж работы и условия работы истца на всех предприятиях, где работал истец, при этом ссылки работодателя на долевую ответственность не имеется. Актом подтверждена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда.

Таким образом, судом установлено, что истец испытывал воздействие вредных факторов при исполнении трудовых обязанностей в период работы у ответчика, а также то, что профзаболевание впервые установлено в период работы у ответчика.

Филиалом № ГУ РРО ФСС РФ истцу назначены ежемесячные страховые выплаты, а также единовременная страховая выплата в сумме 30153 руб. 69 коп.

Судом установлено, что компенсация морального вреда в связи с профессиональным заболеванием истцу работодателем не выплачена.

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Частью 1 статьи 21 Федерального закона от 20.06.1996 № 81-ФЗ (в соответствующей редакции) «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ).

В рассматриваемом случае причинителем вреда здоровью истца в связи с профессиональным заболеванием является ответчик - АО «Шахтоуправление «Обуховская», в котором работал истец на момент установления профессионального заболевания.

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 14.08.2019 причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных веществ: воздействие углепородной пыли, полидисперсной, умеренного фиброгенного действия с содержанием кремния менее 10%.

В результате профессионального заболевания ФИО1 причинены нравственные и физические страдания, вызванные болезненными ощущениями в грудной клетке, кашлем, головными болями, затрудненным дыханием, необходимостью периодически обращаться за медицинской помощью, что подтверждается имеющимися в материалах дела медицинскими документами, а также переживаниями по поводу состояния своего здоровья.

Таким образом, истцу причинен моральный вред, компенсацию которого он вправе требовать с ответчика в соответствии со ст. 151 ГК РФ, ч. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

В связи с изложенным истец имеет право на возмещение морального вреда, причиненного ему повреждением здоровья в результате полученного профессионального заболевания, в размере, предусмотренном Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, Коллективным договором, то есть 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из средств Фонда социального страхования Российской Федерации).

Как следует из пункта 9.3 Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015 - 2017 годы, действие которого продлено до 31.12.2020 дополнительным соглашением от 30.10.2017, стороной которого является АО «Шахтоуправление «Обуховская», в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации).

Таким образом, работодатель определил конкретный размер компенсации морального вреда для случаев, когда работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

Согласно представленной в материалы дела справке, выданной АО «ШУ «Обуховская», среднемесячный заработок истца составляет 48561 руб. 19 коп. (л.д.22).

С учетом изложенного истцу должна быть произведена выплата единовременного пособия в счет компенсации морального вреда в связи с установлением профессионального заболевания из следующего расчета: 48561 руб. 19 коп. (средний заработок) х 20 % х 30 (процент утраты профтрудоспособности) - 30153 руб. 69 коп. (выплачено ФСС) = 261213 руб. 45 коп.

Таким образом, суд считает, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 261213 руб. 45 коп.

При этом суд не принимает во внимание имеющийся в материалах дела протокол об определении долевой ответственности и степени вины АО «Шахтоуправление «Обуховская» в профессиональном заболевании работника - горного мастера ФИО1 во исполнение п. 9.3 Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015-2020 годы от 14.08.2019, в соответствии с которым установлена долевая ответственность и степень вины АО «ШУ «Обуховская» в причинении вреда здоровью работнику ФИО1 профессиональным заболеванием - 20,4% по следующим основаниям.

Согласно ст. 44 ТК РФ изменение и дополнение коллективного договора производятся в порядке, установленном ТК РФ для его заключения, либо в порядке, установленном коллективным договором.

Условия коллективного договора, соглашения, ухудшающие положение работников, недействительны и не подлежат применению (ч. 3 ст. 50 ТК РФ).

Пунктом 9.3 Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015-2017 годы предусмотрено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемой из ФСС РФ).

Из содержания п. 9.3 Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015-2017 годы в редакции дополнительного соглашения от 25.04.2018 следует, что установление размера компенсации морального вреда зависит от степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника, определяемой исходя из стажа работы у ответчика (пропорционально периоду работы у ответчика). При этом приведенная формула не учитывает индивидуальные сведения о состоянии здоровья работника, характер и степень воздействия вредных условий труда.

Условиями указанного коллективного договора предусмотрено, что в случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

Таким образом, для уменьшения размера единовременной компенсации пропорционально степени вины ответчика, необходимо установление вины иных организаций, в которых ранее осуществлял трудовую деятельность работник.

Однако приведенная в п. 9.3 Коллективного договора (в редакции дополнительного соглашения от 25.04.2018) формула определения степени вины работодателя в причинении вреда здоровью пропорционально отработанному на данном предприятии периоду, не учитывает индивидуальные особенности пострадавшего, состояние его здоровья при поступлении на работу к ответчику.

Доказательств того, что степень вины работодателя в причинении вреда здоровью истца при выполнении им трудовых обязанностей должна быть исчислена пропорционально продолжительности его работы на каждом конкретном предприятии, в том числе в АО «Шахтоуправление «Обуховская», ответчиком не представлено.

Из акта о случае профессионального заболевания № от 14.08.2019, протокола об определении долевой ответственности и степени вины от 14.08.2019, указанного выше, не усматривается установление вины иных работодателей, у которых осуществлял свою трудовую деятельность истец. Впервые профессиональное заболевание установлено истцу только в период работы у ответчика.

При принятии на работу к ответчику истец был здоров, пригоден к работе в подземных условиях, при этом в п. 4 акта о случае профессионального заболевания № от 14.08.2019 указано, что в 2016-2018 годах ФИО1 был годен в своей профессии, также указано, что ранее установленное профессиональное заболевание у работника не имелось. Указание в акте о случае профессионального заболевания № от 14.08.2019 на работу истца во вредных условиях труда в иных организациях не свидетельствует о наличии вины указанных организаций в возникновении профессионального заболевания.

Таким образом, п. 9.3 Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015-2017 годы, продленным до 31.12.2020 (в редакции дополнительного соглашения от 25.04.2018) в части определения степени вины работодателя в причинении вреда здоровью пропорционально отработанному на данном предприятии периоду, применению не подлежит. Внесением изменений в указанный пункт Коллективного договора ответчик ухудшил положение истца, уменьшив уровень социальных гарантий по сравнению с положениями такого договора на момент принятия его на работу, который не предусматривал формулы расчета степени вины работодателя в причинении вреда здоровью исходя из продолжительности трудовой деятельности у ответчика.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумность размеров, как категория оценочная, определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела и зависит от сложности, характера рассматриваемого спора, категории дела, объема доказательной базы по делу, количества судебных заседаний и их продолжительности, а также ценности защищаемого права.

Как следует из представленного истцом агентского договора от 01.10.2019, заключенному между ним (принципал) и ФИО2 (агент), ФИО1 поручил ФИО2 представлять его интересы по гражданскому делу о взыскании единовременного пособия в счет возмещения компенсации морального вреда. Вознаграждение составляет 25000 руб. 00 коп.

Согласно кассовому чеку указанная сумма была оплачена истцом в кассу ИП ФИО2 01.10.2019.

Таким образом, факт несения истцом указанных расходов у суда сомнений не вызывает.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Разрешая вопрос о возмещении судебных расходов, суд принимает во внимание степень участия представителя истца в суде первой инстанции, объем и сложность рассмотренного дела. С учетом принципа соблюдения баланса интересов лиц, участвующих в деле, и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, приняв во внимание, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, учитывая отсутствие возражений со стороны ответчика относительно размера понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя, суд приходит к выводу о необходимости взыскания расходов на оплату услуг представителя истца в сумме 25000 руб. 00 коп.

Учитывая, что истец при обращении в суд с настоящим исковым заявлением неимущественного характера в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины, в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в сумме 300 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Шахтоуправление «Обуховская» о взыскании единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда и судебных расходов, удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Шахтоуправление «Обуховская» в пользу ФИО1 единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 261213 руб. 45 коп., а также расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 руб. 00 коп, а всего 286213 руб. 45 коп.

Взыскать с акционерного общества «Шахтоуправление «Обуховская» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Новошахтинский районный суд Ростовской области в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья И.А. Горбань

Мотивированное решение суда составлено 16 декабря 2019 года.