Дело № января 2020 года

В окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ

Р Е Ш Е Н И Е

ИФИО1

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Феодориди Н.К.,

при секретаре ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ООО «ТЭК» к ФИО2 о возмещении материального ущерба, расходов по оплате госпошлины, 

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «ТЭК» обратилось в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском, в котором просит взыскать с ФИО2 в пользу истца убытки в размере 2 400 000 (двух миллионов четырехсот тысяч) рублей, а также сумму государственной пошлины в размере 20 200 (двадцати тысяч двухсот) рублей.

В обоснование иска истец указал, что ответчик в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ исполнял обязанности генерального директора в ООО «Бгк» по направлению «Капитальное строительство» на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, которым ему был установлен оклад за полный отработанный месяц в размере 90 000 (девяноста тысяч) рублей. Решением Невского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № установлено, что ответчик, будучи генеральным директором ООО «Бгк», незаконно увеличил размер собственной заработной платы с 90 000 рублей до 250 000 (двухсот пятидесяти тысяч) рублей. Данные действия ответчик совершил без согласования с единственным учредителем ООО «Бгк», не имея полномочий на повышение размера заработной платы в отношении себя лично, так как представителем работодателя по отношению к нему выступает единственный учредитель. В результате неправомерных действий ответчика ООО «Бгк» был причинен материальный ущерб, выразившийся в неправомерном получении ответчиком в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ заработной платы на сумму 2 400 000 рублей (160 000 рублей ежемесячно), который ответчик обязан возместить своему работодателю в лице общества в силу трудового договора, ст. 277 ТК РФ и ст. 53.1 ГК РФ. Также эти действия привели к возникновению у ООО «Бгк» долгов перед иными работниками общества в связи с увеличением затрат общества на выплату заработной платы ФИО2 ООО «Бгк» направляло ответчику требование о возмещении убытков в добровольном порядке, где указывало, что данное требование является досудебной претензией. Однако ответчик проигнорировал данное письмо и не произвел возмещение ущерба. ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Бгк» и ООО «ТЭК» был заключен договор об уступке права требования (цессия) №, в соответствии с которым ООО «Бгк» в счет погашения задолженности перед ООО «ТЭК» по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ уступает ООО «ТЭК» право (требование) по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ООО «Бгк» и бывшим работником ООО «Бгк» ФИО2, состоявшим в должности генерального директора. В связи с изложенным ООО «ТЭК» обратилось в суд с настоящим иском.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражал, указывал на то, что решение Невского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № не имеет преюдициального значения в настоящем споре, поскольку факты наличия у ООО «Бгк» ущерба в результате виновных действий ответчика данным судебным актом не устанавливались, заработная плата ответчику в повышенном размере выплачивалась генеральным директором ООО «Бгк» ФИО6, одновременно являющимся учредителем данного общества, путем подписания электронно-цифровой подписью переводов на банковскую карту ответчика в течение 16 месяцев, что свидетельствует об известности ФИО6 нового размера должностного оклада ответчика и об отсутствии противоправных виновных действий ответчика, связанных с незаконным начислением и выплатой в свою пользу заработной платы.

Протокольным определением суда, вынесенным в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, ООО «Бгк» привлечено к участию в деле в качестве третьего лица.

В судебное заседание явилась представитель истца по доверенности, ФИО5, поддержала требования по изложенным в иске основаниям, представила дополнительные пояснения, согласно которым выплата заработной платы ответчику в ООО «Бгк» производилась со специального счета, предполагающего представление в уполномоченный банк расчетно-платежных ведомостей, на основании которых было составлено распоряжение о переводе денежных средств в адрес работников, подписанных руководителем и бухгалтером. Указанные документы, предусматривающие перечисление заработной платы адрес ответчика, были подписаны именно им. Использование же электронной подписи ФИО6 для осуществления перечислений со специального счета обусловлена тем, что ФИО2 на момент открытия специального счета не являлся генеральным директором. При этом ФИО6 не присутствовал при подписании данной подписью распоряжений о перечислении заработной платы в адрес ответчика, так как карта с ключом и электронной подписью не находились в личном пользовании ФИО6, а хранилась в офисе ООО «Бгк» у бухгалтера, который использовал ее для перечисления денежных средств на основании соответствующих распоряжений ответчика.

В судебное заседание явились ответчик и представитель ответчика, ФИО7, допущенный в судебное заседание на основании ходатайства ответчика, против удовлетворения исковых требований возражали.

В судебное заседание не явился представитель третьего лица, доказательств уважительности причин своего отсутствия не представил, о времени, дате и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующим выводам.

Согласно части первой ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с данным Кодексом и иными федеральными законами. Причем расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от указанной материальной ответственности (часть третья ст. 232 ТК РФ).

В силу ст. 238 ТК РФ ответственность работника перед работодателем ограничивается причиненным ему прямым действительным ущербом. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. При этом под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В ст. 242 ТК РФ предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами.

Как следует из части первой ст. 277 ТК РФ руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации, а часть вторая указанной статьи обязывает руководителя организации возместить ей убытки, причиненные его виновными действиями, в случаях, предусмотренных ТК РФ и иными федеральными законами. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

Положениями п. 2 ст. 44 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 5 и п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", привлечение руководителя организации к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, осуществляется в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" ТК РФ (главы 37 "Общие положения" и 39 "Материальная ответственность работника"). Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) (ст. 15 ГК РФ). Аналогичные разъяснения содержатся и в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю".

По смыслу ст. 239, ст.ст. 246-247 ТК РФ и в соответствии с разъяснениями, данными в п. 4 последнего из приведенных постановлений Пленума Верховного Суда РФ, к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

По смыслу п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" и п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков, причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненными убытками.

Материалами дела подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Бгк» в лице его участника, ФИО6, и ответчиком ФИО2 был заключен трудовой договор №, в соответствии с п. 1.1 которого ответчик был принят на работу в административно-управленческий персонал на должность генерального директора — направление «Капитальное строительство» («Капстрой»).

Согласно п. 1.4 указанного договора работник подчиняется непосредственно общему собранию учредителей.

В силу п. 4.1 трудового договора работнику устанавливается оклад за полный отработанный месяц 90 000 (девяносто тысяч) рублей. Аналогичный размер оклада указан также в приказе №-к от ДД.ММ.ГГГГ о переводе ответчика на должность генерального директора с должности исполнительного директора в ООО «Бгк».

На основании п. 4.4 трудового договора заработная плата выплачивается путем выдачи наличных денежных средств в кассе работодателя или путем перечисления денежных средств на расчетный счет (банковскую карту) работника.

Как следует из п. 7.5 трудового договора в случае причинения работодателю материального ущерба генеральный директор обязан возместить материальный ущерб в порядке, предусмотренном соответствующим законодательством РФ. Работник несет материальную ответственность как за ущерб, непосредственно причиненный работодателю, так и за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба третьим лицам.

В соответствии с п. 11.5 трудового договора стороны вправе по взаимному согласию пересмотреть условия договора, изменения и дополнения оформляются в виде дополнительных соглашений или приказов и являются неотъемлемой частью этого договора.

Подписью ответчика в данном трудовом договоре также подтверждается, что до его заключения он был ознакомлен с Положением о единоличном исполнительном органе общества.

В свою очередь, п. 2.9 Положения об исполнительном органе (генеральный директор) ООО «Бгк», утвержденного протоколом общего собрания участников данного общества от ДД.ММ.ГГГГ (далее — Положение), предусматривается, что размер вознаграждения единоличного исполнительного органа устанавливается общим собранием участников.

Из материалов дела также следует и ответчиком не оспаривается, что в период с июня 2017 года по август 2018 года выплата заработной платы ответчику производилась исходя из оклада в 250 000 рублей. При этом в материалы дела не было представлено доказательств, подтверждающих заключение между ответчиком и ООО «Бгк» в лице его участника, уполномоченного в силу п. 1 ст. 40 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и п. 2.1 Положения действовать от имени общества при заключении договоров с генеральным директором, каких-либо дополнительных соглашений к трудовому договору ответчика, изменяющих размер его заработной платы, либо документов, подтверждающих принятие общим собранием участников ООО «Бгк» (его единственным участником) решений об изменении размера оклада ответчика.

Вместе с тем, из имеющегося в материалах дела письма ПАО «Сбербанк», направленного в ответ на запрос суда № Ф-225/2-8290/2019 от ДД.ММ.ГГГГ, и приложенных к нему документов следует, что полномочия по распоряжению расчетным счетом ООО «Бгк», с которого производились перечисления заработной платы в адрес ответчика, в период, указанный в заявлении истца, принадлежали ФИО6 Им же были подписаны и платежные документы по перечислению денежных средств на счет №, принадлежащий ответчику.

При этом из пояснений как истца, так и ответчика, а также из представленных в материалы дела приказа №-к от ДД.ММ.ГГГГ о переводе ФИО2, протокола внутрикорпоративного совещания № от ДД.ММ.ГГГГ, решения единственного учредителя ООО «Бгк» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО6 в соответствующий период являлся как генеральным директором ООО «Бгк», так и его единственным участником.

Таким образом, материалы дела подтверждают, что единственным участником ООО «Бгк», который являлся в период с мая 2017 года по август 2018 года лицом, уполномоченным как на принятие решений об изменении размера заработной платы ответчика, так и на заключение с ним соответствующего соглашения, были совершены действия, свидетельствующие об одобрении им размера выплаченной ответчику в данный период заработной платы, так как именно его подписью были заверены распоряжения банку о ее перечислении в соответствующей сумме. Более того, без использования соответствующей подписи получение ответчиком указанных сумм не могло состояться.

Доводы истца о том, что ФИО6 передал ключ электронной подписи главному бухгалтеру общества и не принимал решений о его использовании при перечислении заработной платы ответчику, не могут быть приняты судом во внимание, так как по смыслу ст. 6 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 63-ФЗ "Об электронной подписи" электронная подпись физического лица является аналогом собственноручной подписи.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 63-ФЗ "Об электронной подписи" при использовании усиленных электронных подписей участники электронного взаимодействия обязаны обеспечивать конфиденциальность ключей электронных подписей, в частности не допускать использование принадлежащих им ключей электронных подписей без их согласия, уведомлять удостоверяющий центр, выдавший сертификат ключа проверки электронной подписи, и иных участников электронного взаимодействия о нарушении конфиденциальности ключа электронной подписи в течение не более чем одного рабочего дня со дня получения, не использовать ключ электронной подписи при наличии оснований полагать, что конфиденциальность данного ключа нарушена.

Следовательно, ответственность за исполнение такой подписи в любом случае лежит на ее владельце. Использование электронной подписи с нарушением конфиденциальности соответствующего ключа не освобождает владельца от ответственности за неблагоприятные последствия, наступившие в результате такого использования.

Кроме того, в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих использование ключа электронной подписи ФИО6 третьими лицами как на основании его распоряжений, так и против его воли.

Суд также учитывает, что в соответствии с п. 1.1 и п. 1.4 договора об уступке права требования № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «Бгк» и ООО «ТЭК», уступаемое по такому договору право требования ООО «Бгк» к ФИО2 включает в себя задолженность по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 400 000 рублей излишне выплаченной работнику суммы заработной платы.

В свою очередь, из части четвертой ст. 137 ТК РФ и п. 3 ст. 1109 ГК РФ следует, что заработная плата, излишне выплаченная работнику, не подлежит взысканию с него за исключением случаев счетной ошибки, невыполнения работником норм труда или простоя по его вине, признанной органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, выплаты излишней заработной платы в связи с неправомерными действиями работника, установленными судом.

Доказательств наличия названных в приведенных нормах оснований взыскания с ответчика излишне выплаченной ему заработной платы истцом суду не представлено.

Ссылки истца на преюдициальный характер решения Невского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № в настоящем споре также подлежат отклонению, поскольку данным судом установлено лишь отсутствие представленных в материалы соответствующего дела доказательств для начисления и выплаты ответчику заработной платы в размере 250 000 рублей за период с сентября 2018 года по ДД.ММ.ГГГГ, которая истребовалась ответчиком в рамках указанного дела. Правомерность выплаты ответчику заработной платы за период с мая 2017 года по август 2018 года не была предметом рассмотрения в деле, по которому вынесен указанный судебный акт, какие-либо противоправные действия ответчика, приведшие к выплате ему заработной платы за этот период, решением суда не установлены.

Также суд отмечает, что истцом не представлены доказательства соблюдения работодателем порядка привлечения работника к ответственности за причиненный работником ущерб, в частности, требования ст. 247 ТК РФ, устанавливающие обязанность работодателя предпринять меры по установлению причин возникновения ущерба и запросить у работника письменные объяснения относительно таких причин.

В связи с вышеизложенным суд не находит оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании с ответчика денежных средств в размере 2 400 000 рублей.

Поскольку судебные расходы в силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ подлежат присуждению стороне, в пользу которой состоялось решение суда, подлежат оставлению без удовлетворения и требования истца о взыскании с ответчика судебных расходов на оплату государственной пошлины.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ООО «ТЭК» к ФИО2 о возмещении материального ущерба, расходов по оплате госпошлины оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: