№ 2 – 580/2020

24RS0002-01-2020-000250-65

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 октября 2020 года г. Ачинск Красноярского края,

ул. Назарова, 28-Б

Ачинский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Большевых Е.В.,

с участием истца-ответчика ФИО1, а также его представителя по устному ходатайству ФИО2, 

представителей ответчика-истца ООО «Ментал - Плюс» ФИО3, действующей на основании доверенности от 01.08.2019г. (л.д.29, т.3), ФИО4, действующей на основании доверенности от 14.02.2019г. сроком до 31.12.2021г. (л.д.6-7, т.3),

при секретаре Тюрюхановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело 

по первоначальному иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Ментал-Плюс» о взыскании заработной платы, компенсации при увольнении, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации морального вреда, расходов по командировке, судебных расходов,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Ментал-Плюс» к ФИО1 о взыскании задолженности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 с учетом уточнений обратился в Ачинский городской суд с иском к ООО «Ментал-Плюс» о взыскании заработной платы, компенсационных выплат при увольнении, компенсации за задержку заработной и компенсации морального вреда. Свои требования мотивировал тем, что 21.01.2019г. приказом №2 он был принят на должность начальника участка в строительстве в основное строительное подразделение. В нарушение действующего трудового законодательства трудовой договор с ним заключен не был. В последующем он был направлен в командировку в 

<

адрес> в обособленное подразделение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, офис 112, где работал до увольнения в должности руководителя до 19.09.2019г. При этом приказ об увольнении не издавался, он с ним не знакомился. Обособленное подразделение ООО «Ментал-Плюс» было занято выполнением подрядных работ на Омском НПЗ. Режим работы с 08-00 часов утра до 17-00 вечера. За период с февраля по сентябрь 2019г. ответчиком производилось начисление заработной платы и стимулирующих выплат нерегулярно и не в полном объеме, в связи с чем недоплата по заработной плате составила 95 690 руб. Кроме того, ответчиком истцу не начислены и не выплачены суточные расходы за 170 дней работы, которые из того, что оплата в день составляет 500 руб. составили задолженность в размере 85 000 руб. Кроме того, истицу не выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в сумме 41 359,78 руб., хотя за время работы у истца в отпуск он не ходил. Также во время работы у ответчика он осуществлял распоряжение денежными средствами, выделяемыми предприятием на текущие расходы обособленного подразделения. Денежные средства перечислялись ответчиком на его личную дебетовую карту с последующим предоставлением им авансового отчета. При этом в последние месяцы работы у ответчика был постоянный дефицит наличности, заработная плата выплачивалась не в полном объеме, в связи с чем на текущие расходы были потрачены личные средства в сумме 105 978 руб., что подтверждается авансовыми отчетами, а также движением денежных средств по личному счету. С учетом несвоевременной выплаты заработной платы и иных платежей просит взыскать компенсацию, предусмотренную ст.236 ТК РФ в сумме 19 208,64 руб., компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб., а также судебные расходы в размере 16 000 руб. (л.д. 5-8, т.1, л.д.144-145, 228 т.2, 30-33, т.3).

В ходе рассмотрения дела от представителей ответчика поступило встречное исковое заявление, в котором ООО «Ментал – плюс» просит взыскать с ФИО1 денежные средства в сумме 121 446 рублей, мотивируя свои требования фактически теми же обстоятельствами фактической работы, которые указаны выше и состоят, в частности, в том, что 09.09.2019г. от ФИО5 поступило заявление об увольнении по собственному желанию с 16.09.2019г. После получения заявления об увольнении 11.09.2019г. в адрес ФИО1 было направлено письмо с требованием о передаче документов, о необходимости произвести отчет подотчетным денежным средствам, о задолженности на дату 11.09.2019г. в размере 66 552 руб., который был рассчитан исходя из имеющихся утвержденных авансовых отчетов на дату письма. Получение данного письма ФИО1 не отрицал, объяснение относительного него не представил. В период осуществления трудовых функций ФИО1 были перечислены в подотчет денежные средства в сумме 1 129 869 рублей, из которых ФИО1 полностью отчитался за денежные средства в сумме 976 881 руб., следовательно, размер неизрасходованных денежных средств составил 152 988 руб. согласно справке ООО «Ментал-Плюс» от 03.03.2020г. Задолженность последнего перед ФИО1 на дату увольнения составляла 31 541,13 руб. и на основании №47 от 24.07.2019г. задолженность по заработной плате была удержана в счет неизрасходованных подотчетных средств, в связи с чем размер невозвращенной части составил 121 446 руб., который ООО «Ментал – Плюс» и просит взыскать с ФИО1 (л.д.176-177, т.2).

В судебном заседании ФИО1, а также его представитель ФИО2 первоначальные исковые требования поддержали по основаниям изложенным в них, по встречным исковым требованиям возражали. Дополнительно суду пояснили, что передача денежных средством в подотчет ФИО1 осуществлялась работодателем путем перечисления на карту. Каких-либо указаний по расходованию денежных средств на предприятии не было. Строго следовало отдать заработную плату рабочим и иным сотрудникам, остальное расходование осталось на усмотрение ФИО1 Каких-либо служебных записок по расходованию денежных средств не требовалось, расходование обсуждалось им с руководителем по телефону. Впоследствии он собирал чеки, оформлял авансовые отчеты и передавал их для оплаты в г. Красноярск в головное подразделение. Четкого порядка направления авансовых отчетов не было, он направлял их либо почтой либо с кем-то передавал. За все время его работы претензий к оформлению авансовых отчетов, равно как и к порядку расходования денежных средств не было. Он сдавал отчеты, ему перечислялись деньги в подотчет. Не регулярно, иногда не в полном объеме, но перечислялись. Он указывал в подотчете на перерасход, однако ему данные суммы не компенсировались, он полагал, что работодатель оплатит их впоследствии, так как нареканий ни к оформлению отчетов, ни к порядку использования денежных средств не было. 11.09.2019г. непосредственно перед увольнением работодатель вручил ему письмо с требованием отчитаться по служебной документации, а также указал, что у него не приняты авансовые отчеты на сумму около 60 000 руб. Что входило в эту сумму он знает, работодатель ему также более ничего не пояснил, лишь в суд уже предъявив встречный иск, в котором просит взыскать уже 152 000 руб., вновь не указывая, из чего складывается данная сумма. При этом пояснить детально, что входит во взыскиваемую им в качестве неосновательного обогащения сумму 105 000 руб. не может в связи с просшествием времени, рассчитывает ее как разницу между всеми затратами по авансовым отчетам №1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 22, понесенными им, и суммой, которую ему возместили путем зачисления на карту. Поясняют также, что не согласны с позицией работодателя об исчислении заработной платы просто итоговой суммой, поскольку если ему перечислены денежные средства в определенном месяце с указанием наименования того, что это заработная плата или премия за этот месяц, то данное перечисление следует отнести именно к этому платежу. В то время как работодатель за время рассмотрения дела отнес эти платежи самовольно на разные месяцы и даже направил уточненную справку по форме 2-НДФЛ. Так, если учесть назначения платежей, то ему не выплатили в полном объеме заработную плату за сентябрь 2019г., а также отпускные. Пояснил также, что просит взыскать невыплаченные ему суточные, поскольку весь период в г. Омске он находился в командировке, несмотря на то, что подписал приказ о своем переводе в г. Омск на постоянную работу, так как считает, что его заявления на перевод не было. Предъявленные требования он и его представитель поддержали в последней уточненной редакции. 

Представители ответчика ООО «Ментал – Плюс» ФИО3, ФИО4 в судебном заседании против первоначальных исковых требований возражали по основаниям, указанным во встречном исковом заявлении. Суду пояснили, что авансовые отчеты ФИО1 сдавались нерегулярно, в связи с чем точную дату и перечень документов, которые представлялись с каждым авансовым отчетом, они указать не могут. Часть авансовых отчетов, сданных ФИО1 ими принята не была полностью, часть отчетов не была принята частично (по отдельным позициям в них), в связи с чем они и пришли к выводам, что работник не отчитался по части переданных ему в подотчет денежных сумм и их следует взыскать с него. Всего ими было не принято от ФИО1 платежных документов на сумму большую, чем 180 000 руб. При этом не пояснили, что входит в сумму взыскания в размере 152 000 рублей. Задолженность по заработной плате и компенсациям не признают, поскольку на момент увольнения все причитающиеся ФИО1 суммы были исчислены и удержаны работодателем в связи с наличием задолженности ФИО1 перед ним.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд полагает, что первоначальные исковые требования подлежат удовлетворению в части, встречные исковые требования надлежит оставить без удовлетворения на основании следующего.

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из изложенных норм трудового законодательства следует, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации. Обязательными для включения в трудовой договор являются, в частности, условия об оплате труда и о режиме рабочего времени. Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором, согласно действующим у данного работодателя системам оплаты труда. Трудовой договор заключается в письменной форме и составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Трудовой договор вступает в силу со дня подписания его работником и работодателем. Определенные сторонами условия трудового договора могут быть изменены только по соглашению сторон трудового договора, которое заключается в письменной форме.

Согласно части 4 статьи 129 ТК РФ оклад (должностной оклад) - это фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

В соответствии с ч. 2 ст. 7 Конституции РФ - в целях создания условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, в Российской Федерации устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда; каждый имеет право на вознаграждение за труд не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, согласно ч. 3 ст. 37 Конституции РФ.

Часть 1 ст. 129 Трудового кодекса РФ определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) и дает понятия тарифной ставки, оклада (должностного оклада), базового оклада (базового должностного оклада), базовой ставки заработной платы.

На основании ст. 133 Трудового кодекса РФ месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Как следует из ст. 146 Трудового кодекса РФ, труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями оплачивается в повышенном размере.

При этом ст. 148 Трудового кодекса РФ предусматривает, что оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями производится в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, вышеуказанные нормы трудового законодательства допускают установление окладов (тарифных ставок), как составных частей заработной платы работников, в размере менее минимального размера оплаты труда при условии, что их заработная плата будет не менее установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Как установлено по делу, ООО «Ментал-Плюс» является юридическим лицом, зарегистрированным в ЕГРЮЛ 17.05.2006г., генеральным директором является ФИО6, основным видам деятельности согласно реестру следует считать строительство жилых и нежилых зданий (л.д.92-106, 133-139, т.1).

Приказом от 21.01.2019г. ФИО1 был принят на работу в ООО «Ментал-Плюс» на должность начальника участка (в строительстве) с 21.01.2019г. с окладом 12 500 руб., а также начислением районного коэффициента в размере 30% и процентной надбавки в размере 30% (л.д.126, т.1).

Трудовая книжка работодателю ФИО1 не передавалась, чего он и не отрицал в ходе рассмотрения дела, уклонившись от объяснения причин данного обстоятельства. 

21.01.2019г. с ФИО1 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому он, в частности, должен был вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товаро-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенных ему материальных ценностей. Также работник несет материальную ответственность, если ущерб причинен по его вине (л.д.13, т.1). 

Из пояснений ФИО1 следует, что к работе он приступил в феврале 2019г., когда ему и начала начисляться и выплачиваться заработная плата. Данные обстоятельства представители работодателя также не отрицали.

01.03.2019г. ФИО1 был переведен с должности начальника участка (в строительстве) на должность руководителя проекта в обособленное подразделение г. Омска, о чем был издан соответствующий приказ, с которым ФИО1 ознакомился, подписал его без замечаний. Из приказа следует, что ему установлен оклад в размере 36 000 руб., районный коэффициент и процентную надбавку в размере 60% в сумме 21600 руб., то есть 57600 руб. в месяц (л.д.131, т.1).

Аналогичный размер заработной платы установлен ФИО1 как руководителю проекта штатным расписанием (л.д.1, т.2).

В ходе рассмотрения дела ФИО1 пояснял, что заработная плата, указанная в приказе об его приеме на работу в общей сумме начислений 57 600 руб., не являлась окончательной, работодатель обещал первые три месяца платить ему 70 000 руб. в месяц, впоследствии 90 000 руб. Когда по истечение первых трех месяцев заработная плата не была перечислена ему в оговоренном размере, он обратился к директору с вопросом, после чего ему в начале июня 2019г. перечислили премию в размере 70 000 руб., а впоследствии отдельно по ведомости в июле 2019г выдали еще 39 888 руб. Однако письменных соглашений о размере такой заработной платы у него не было, поэтому, понимая, что доказательства отсутствуют, он просит взыскать недополученную им заработную плату исходя из зафиксированного в приказе размера в сумме 57 600 руб.

Стороны спора пояснили, что трудовой договор, дополнения и изменения к нему в связи с установленными обстоятельствами они не заключали. Должностные инструкции в отношении ФИО1 ни по одной, ни по другой должностям не подписывали. 

За время работы на счет ФИО1, открытый в ПАО «ВТБ» на основании достигнутого между ним и работодателем устного соглашения было перечислено в подотчет 1 220 709 руб., а также в качестве заработной платы на 344 793,55 рублей, следующими платежами с наименованием каждого из них (л.д.21-40):

-11.03.2019г. – 17 400 руб. (2-ая половина февраля 2019г.),

- 03.04.2019г. – 10 000 руб. (1-ая половина марта 2019г.),

- 16.04.2019г. – 40 112 руб. (март 2019г.),

- 26.04.2019г. – 10 000 руб. (1- ая половина апреля 2019г.),

- 08.05.2019г. – 40 112 руб. (апрель 2019г.),

- 28.05.2019г. – 10 000 руб. (1-ая половина мая 2019г.),

- 10.06.2019г. – 40 112 руб. (май 2019г.),

- 11.06.2019г. – 70 000 руб. (премия),

- 28.06.2019г. – 5000 руб. (1 –ая половина июня 2019г.),

- 17.07.2019г. – 7500 руб. (июнь 2019г.),

- 26.07.52019г. (июнь 2019г.),

- 05.09.2019г. 12 681, 22 руб. (2-ая половина июля 2019г.),

- 27.08.2019г. – 20 000 руб. (1-ая половина июля 2019г.),

- 10.09.2019г. – 24 264,33 руб. (августа 2019г.)

Кроме того, судом установлено, что в июле 2019г. по отдельной платежной ведомости было выплачено в качестве заработной платы за июнь 39 888 руб. (л.д.225, т.1), то есть общая сумма выплаченной заработной платы составила – 384 681,55 руб.

Отличные от указанных выше данных были переданы работодателем в УПФР РФ (л.д.111-112, т.1), представлены в справке по форме 2-НДФЛ (л.д.133, т.2), которая в ходе рассмотрения дела была им уточнена (л.д.41-42, т.3), расчетных листках (л.д.114-124, т.1), начисления и по которым разнится с данными самого же работодателя, отраженными в указанных справках и не соответствует произведенным выплатам.

Относительно представленных вариантов подсчета заработка ФИО1 со стороны работодателя, представители ООО «Ментал-Плюс» в ходе рассмотрения дела поясняли, что выдаивая ФИО1 заработную плату по расходному ордеру наличными в июле 2019г. с указанием, что это заработная плата за июнь 2019г., работодатель фактически выдал ее за август, сентябрь 2019г. авансом. Указание иной даты является ошибкой бухгалтера, суммы и наименование периода платежа, указанные при переводе на банковскую карту ФИО1 являются также ошибкой бухгалтера либо счетной ошибкой. Фактически переведенную ФИО1 заработную плату, несмотря на наименования и указание платежей, следует суммировать исходя из установленного ему размера оплаты труда в месяц и распределить по отработанным месяцам, что и было сделано работодателем в последнем представленном суду варианте справки по форме 2-НДФЛ (л.д.40-41, т.3).

09.09.2019г. ФИО1 была написано заявление на увольнение с 16.09.2019г. (л.д.127, т.1), которое работодателем было удовлетворено, увольнение состоялось 16.09.2019г. (л.д.128, т.1). С приказом об увольнении ФИО1 не ознакомлен, поскольку в день увольнения на работе отсутствовал по неустановленным работодателем причинам, чего в ходе рассмотрения дела не отрицал.

В день увольнения с ФИО1 не был произведен окончательный расчет, поскольку 11.09.2019г. администрацией ООО «Ментал - Плюс» ФИО1 было направлено уведомление, в котором генеральный директор общества указывает, что рассмотрел заявление ФИО1 от 09.09.2019г. на увольнение с 16.09.2019г. и сообщает, что ему необходимо отчитаться по расходованию денежных средств, перечисленных ему в подотчёт, остаток денежных средств на его подотчете составляет 66 552 руб., также указывает о необходимости сдачи исполнительной документации по объектам заказчику (л.д.16, т.1).

Разрешая требования о взыскании недополученной суммы заработной платы суд исходил из фактических перечислений, установленного размера заработной платы, а также количества рабочих дней ФИО1, которые отражены в табеле учета рабочего времени, представленного работодателем и не оспоренного истцом, согласившись с количеством рабочих дней, проставленных в табеле учета рабочего времени представителем работодателя. 

При этом согласиться с методикой подсчета заработной платой со стороны работодателя суд не может, так как перечисление каждого из платежей в счет выплаты заработной платы ФИО1 следует отнести именно к тому периоду, за который он фактически перечислен. Суммирование всех перечислений и распределение их исходя из размера заработной платы истца в месяц, допустимым не является. В том случае, если произошла счетная ошибка, о чем в ходе рассмотрения дела поясняют представители работодателя, с работника не могут быть удержаны либо взысканы данные денежные средства на основании абз. 3 ч. 2 ст. 137 ТК РФ, гласящей, что заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть 3 статьи 155 ТК РФ) или простое (часть 3 статьи 157 ТК РФ); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Кроме того, аналогичные положения предусмотрены частью 2 статьи 1109 ГК РФ, ограничивающей основания для взыскания заработной платы, предоставленной гражданину в качестве средства к существованию, как неосновательного обогащения, при отсутствии его недобросовестности и счетной ошибки.

Предусмотренные статьями 137 ТК РФ, 1109 ГК РФ правовые нормы согласуются с положениями Конвенции международной организации труда от 1 июля 1949 года N 95 "Относительно защиты заработной платы (ст. 8), статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, обязательных для применения в силу части 4 статьи 15 Конституции РФ, статьи 10 ТК РФ, и содержат исчерпывающий перечень случаев, когда допускается взыскание с работника излишне выплаченной заработной платы.

С учетом изложенного судом отклоняются доводы работодателя о неоднократно допущенных ошибках при начислении ФИО1 заработной платы и каждая сумма, перечисленная ему, учитывается судом за тот период, когда она была перечислена с указанием наименования платежа, поскольку счетной ошибки и недобросовестности со стороны работни ка не усмотрено.

Исходя из произведенных работодателем выплат заработная плата ФИО1 в полном объеме, то есть в сумме 57 600 руб. выплачена за февраль, март, апрель, май, июнь 2019г. В августе 2019г. согласно расчету работодателя за 8 рабочих дней ФИО1 надлежало выплатить 18 224,43 руб. (л.д.134, т.2), в то время как фактически выплачено 24 264 руб. (за минусом подоходного налога 13%, без налога – 27 889,65 руб.)

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не выплачена заработная плата за июль и сентябрь 2019г. в сумме 27 835,71 руб. исходя из следующего расчета:

- июль 2019г.: перечислено на карту (без учета подоходного налога 13%) 37 564,37 руб., подлежало начислению за 18 рабочих дней 39 218, 27 руб. (л.д.134, т.2), долг 1653, 90 руб., 

- сентябрь 2019г.: 57600 руб. (начисление) : 22 рабочих дня (кол-во рабочих дней по табелю-календарю) х 10 раб. дней (отработано фактически), долг 26 181,81 руб.

Таким образом, с ООО «Ментал - Плюс» в пользу ФИО1 следует взыскать задолженность по заработной плате в сумме 27 835,71 руб.

Кроме того, в случае увольнения работника, в силу ч. 1 ст. 127 ТК РФ, ему выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Статьей 140 ТК РФ определено, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

В соответствии с п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках (утв. НКТ СССР 30.04.1930 N 169) при увольнении работнику должна быть выплачена компенсация за неиспользованный отпуск пропорционально отработанному времени. Если работник отработал менее 11 месяцев, дни отпуска, за которые должна быть выплачена компенсация, рассчитываются пропорционально отработанным месяцам (п. 35 указанных Правил). 

Статьей 139 ТК РФ определено, что средний дневной заработок для выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней). Порядок исчисления средней заработной платы установлен Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы (утв. Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 N 922).

В силу пункта 35 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных Постановлением НКТ СССР от 30 апреля 1930 года N 169, которым предусмотрено, что при исчислении сроков работы, дающих право на пропорциональный дополнительный отпуск или на компенсацию за отпуск при увольнении, излишки, составляющие менее половины месяца, исключаются из подсчета, а излишки, составляющие не менее половины месяца, округляются до полного месяца.

За период работы в ООО «Ментал-Плюс» отпуск ФИО1 не предоставлялся, что стороны не отрицали.

При наличии данных о фактически начисленной, выплаченной, а также взысканной настоящим решением заработной платы в пользу ФИО1 суд полагает, что работодателем ему должна была быть предоставлена компенсация за неиспользованный отпуск в сумме 65 527,45 руб. исходя из следующего расчета:

469 998 : 180,4 =2605,31,

2605,31 руб. х 24 = 65 527,45, где:

469 998 руб. – общее начисление по заработной плате за период работы ФИО1 по 16.09.2019г. (февраль – 20 000 руб., март – 57600 руб., апрель – 57 600 руб., май 2019г. – 57 600 руб., июнь 2019г. – 57 600 руб. + 80 460 (премия) руб. +45 848,27 руб. (заработная плата по отдельной ведомости), за июль 2019г. – 39 218, 27 руб., август 27 889,65 руб., сентябрь – 26181,81 руб.),

180,4 – среднемесячное число дней отпуска за период работы истца (февраль – 29,3, март -29,3, апрель – 29,3, май – 29,3, июнь – 29,3, июль:29,3:31х25=23,6, август: 29,3:31х11=10,3),

2605, 312 руб. – среднедневной заработок,

24 - количество дней отпуска за период работы истца.

Поскольку компенсация при увольнении ФИО1 выплачена не была, с учетом произведенного расчета суд полагает необходимой взыскать ее в сумме 65 527,45 руб.

Учитывая положения ст.236 ТК РФ, устанавливающей материальную ответственность работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

В связи с несвоевременной выплатой заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск ФИО1 за период с февраля 2019 г. по день вынесения решения судом, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию за задержку выплаты исходя из того, что сроки выплаты заработной платы 25 числа текущего месяца и 10 числа следующего месяца согласно положению об оплате труда работников, действующему в ООО «Ментал – Плюс» с 10.01.2018г. (л.д.2, т.2).

При расчете компенсации суд исходит из того, что полный расчет за месяц производится 10 числа следующего месяца и определяет ко взысканию с ООО «Ментал – Плюс» в пользу ФИО1 сумму в размере 18 275,90 руб. исходя из следующего:

Период, сумма выплаты в рублях 

Дата установленной выплаты 

Дата фактической выплаты 

Размер компенсации в рублях 

Февраль – 20 000 

10.03.2019 

11.03.2019 

3445,67 

Март -57 600 

10.04.2019 

16.04.2019 

208,32 

Апрель – 57 600 

10.05.2019 

08.05.2019 

- 

Май - 57 600 

10.06.2019 

10.06.2019 

- 

Июнь – 57 600 

10.07.2019 

26.07.2019 

489,60 

Июль – 37 567,67 1653,90 

10.08.201910.08.2019 

05.09.201915.10.2020 

490,22275,74 

Август – 27 889,65 

10.09.2019 

10.09.2019 

- 

Сентябрь 26 181,81 

10.10.2019 

15.10.2020 

3606,55 

Компенсация за отпуск – 65 527,45 

16.09.2019 

15.10.2020 

9760,32 

Итого 

18 275,90 руб. 

Определяя указанные выше ко взысканию в большем, чем заявлено ФИО1 размере, суд исходит из того, что в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, с целью защиты трудовых прав работника, законодатель позволяет суду выйти за пределы заявленных исковых требований.

Помимо изложенного ФИО1 заявлено также требование об оплате ему суточных расходов, которые суд находит не подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст.167 ТК РФ при направлении работника в служебную командировку ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных со служебной командировкой.

Согласно ст. 168 ТК РФ в случае направления в служебную командировку работодатель обязан возмещать работнику: расходы по проезду; расходы по найму жилого помещения; дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные); иные расходы, произведенные работником с разрешения или ведома работодателя.

Порядок и размеры возмещения расходов, связанных со служебными командировками, работникам, заключившим трудовой договор о работе в федеральных государственных органах, работникам государственных внебюджетных фондов Российской Федерации, федеральных государственных учреждений определяются нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации.

Порядок и размеры возмещения расходов, связанных со служебными командировками, работникам, заключившим трудовой договор о работе в государственных органах субъектов Российской Федерации, работникам территориальных фондов обязательного медицинского страхования или государственных учреждений субъектов Российской Федерации, лицам, работающим в органах местного самоуправления, работникам муниципальных учреждений определяются соответственно нормативными правовыми актами органов государственной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

Порядок и размеры возмещения расходов, связанных со служебными командировками, работникам других работодателей определяются коллективным договором или локальным нормативным актом, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Особенности направления работников в служебные командировки установлены в Положении, утвержденном Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 октября 2008 года N 749. В соответствии с пунктом 3 Постановления N 749 работники направляются в командировки на основании решения работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы. Фактический срок пребывания работника в месте командирования определяется по проездным документам, представляемым работником по возвращении из служебной командировки (пункт 7 Постановления N 749). Согласно пункту 11 Постановления N 749 работникам возмещаются расходы по проезду и найму жилого помещения, дополнительные расходы, связанные с проживанием вне постоянного места жительства (суточные), а также иные расходы, произведенные работником с разрешения руководителя организации.

Размеры расходов, связанных с командировкой, определяются коллективным договором или локальным нормативным актом (ч. 4 ст. 168 ТК РФ).

Целью выплаты суточных является возмещение работнику дополнительных расходов, связанных с проживанием вне места постоянного жительства (абз. 4 ч. 1 ст. 168 Трудового кодекса Российской Федерации). Работодатель обязан выплатить работнику суточные (абз. 3 п. 11, п. 25 Положения о служебных командировках, Письмо Минтруда России от 05 сентября 2013 года N 14-2/3044898-4415) за каждый день пребывания в командировке, включая выходные и нерабочие праздничные дни, а также дни, проведенные в пути, в том числе время вынужденной остановки.

Исходя из анализа приведенных выше положений следует, что при направлении работника в командировку за ним сохраняется не только средний заработок, но и работнику предоставляются дополнительные гарантии по оплате командировочных расходов - суточных и расходов на проезд к месту командировки и обратно, при этом только оплата суточных.

Материалами дела установлено, что направление работника в командировку в ООО «Ментал-Плюс» оформляется в соответствии с Положением о служебных командировках, утвержденных генеральным директором 02.04.2018г. (л.д.201-211, т.2), в которой под служебной командировкой понимается инициированная руководителем либо иным уполномоченным должностным лицом поездка работника по письменному приказу (распоряжению) работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы, которым, в свою очередь, является место нахождения общества (его обособленного подразделения), указанное в трудовом договоре как место работы работника (л.д.201, т.2).

Из данного положения также следует, что в целях направления работника в служебную командировку руководитель подразделения, в котором, работает командируемый работник, пишет на имя генерального директора общества служебную записку, в которой, в частности, указывает цель командировки и ее срок. Впоследствии издается приказ, а офис-менеджер заказывает билеты (л.д.203,т.2).

При этом суточные (дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства) возмещаются работникам за каждый день нахождения в служебной командировке, включая выходные и нерабочие праздничные дни в сумме 500 руб. при направлении в служебную командировку по территории РФ. 

За весь период работы ФИО1 ни один приказ о направлении его в командировку не издавался, служебных записок о направлении его в командировку на 170 дней либо иное количество также им не подавалось.

Учитывая, что ФИО1 был переведен на должность руководителя проекта в подразделение г. Омска, на постоянную работу суд полагает, что оснований для взыскания в его пользу суточных не имеется. Доводы ФИО1 о том, что он не подписывал заявление на переводе, опровергаются соответствующим приказом от 01.03.2019г., в котором имеется его подпись и который ни после его издания, ни в момент рассмотрения дела им не оспаривался. 

При этом сам же ФИО1 пояснял, что ему необходимо оплачивать командировочные расходы при убытии из г. Омска в г. Красноярск. Объяснить при этом, каким образом он направлялся из командировки в командировку в ходе рассмотрения дела истец не смог. 

На протяжении всего времени работы он сам указывал в сдаваемых им в головное подразделение табелях учета рабочего времени рабочие дни, а не дни командировок, в связи с чем не понимать, что омское подразделение ООО «Ментал-Плюс» является его основным местом работы он не мог, занимая должность руководителя проекта и подписывая табеля учета рабочего времени на всех сотрудников подразделения. Более того, предприятием компенсировались его расходы по аренде жилого помещения за весь период работы в подразделении г. Омска.

На основании изложенного в удовлетворении требований о взыскании суточных расходов при командировании работника суд отказывает.

Относительно требований ФИО1 о взыскании в его пользу подотчетных денежных средств с учетом уточнения требований (л.д.31-33, т.2) в сумме 105 978 руб. и встречных требований ООО «Ментал-Плюс» о взыскании недостачи в размере 121 446 руб. (л.д.176-177, т.2) суд полагает следующее.

Согласно части 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации исключается материальная ответственность работника в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Согласно части 2 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. N 823 "О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" Министерству труда и социального развития Российской Федерации поручено в том числе разработать и утвердить перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного работникам имущества, а также типовую форму договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт (часть 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику. Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю").

Из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пункте 4 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие имущественного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинная связь между противоправным действием (бездействием) работника и имущественным ущербом у работодателя, вина работника в совершении противоправного действия (бездействия), если иное прямо не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом.

Бремя доказывания наличия совокупности названных выше обстоятельств, дающих основания для привлечения работника к материальной ответственности, законом возложено на работодателя. Работодатель, кроме того, обязан доказать отсутствие предусмотренных статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, а также доказать исполнение им обязанности по обеспечению надлежащих условий для сохранности имущества, вверенного работнику.

В то же время порядок выдачи наличных денежных средств работникам организации (индивидуального предпринимателя) установлен Указанием Банка России от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" (далее - Указание N 3210-У).

Согласно пункту 4.1 Указания N 3210-У кассовые операции (то есть операции по приему наличных денег, включающих их пересчет, выдаче наличных денег) оформляются кассовыми документами - приходными кассовыми ордерами (далее - ПКО) и расходными кассовыми ордерами (далее - РКО), обязательные формы которых утверждены Постановлением Госкомстата России от 18.08.1998 N 88 "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации".

В соответствии с пунктом 6.3 Указания N 3210-У для выдачи наличных денежных средств работнику под отчет (далее - подотчетное лицо) на расходы, связанные с осуществлением деятельности хозяйствующего субъекта, необходимо оформить соответствующий распорядительный документ либо получить от подотчетного лица письменное заявление в произвольной форме. Данное заявление должно содержать запись о сумме наличных денег и о сроке, на который они выдаются, подпись руководителя и дату.

Также в соответствии с пунктом 6.3 Указания N 3210-У подотчетное лицо должно отчитаться о ранее выданных суммах в подотчет в срок, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который были выданы наличные деньги под отчет, или со дня выхода на работу после командировки. 

К авансовому отчету необходимо приложить оправдательные документы о произведенных расходах. Это могут быть чеки, товарные чеки, квитанции, билеты и иные документы, подтверждающие фактически произведенные расходы.

В случае если работнику подотчетной суммы не хватило, и он использовал собственные денежные средства при расчетах, то сумма перерасхода компенсируется сотруднику в том же порядке, что и сама выдача подотчетных средств, то есть на основании РКО.

Унифицированная форма авансового отчета (форма АО-1) утверждена Постановлением Госкомстата России от 01.08.2001 N 55 "Об утверждении унифицированной формы первичной учетной документации N АО-1 "Авансовый отчет".

Кроме того, в Письме от 25.08.2014 N 03-11-11/42288 Минфин России указал на то, что при перечислении денежных средств на личные банковские карты сотрудников для оплаты хозяйственных нужд (товаров, материалов) в нормативном акте, определяющем учетную политику организации, следует предусмотреть положения, определяющие порядок расчетов с подотчетными лицами.

При этом в платежном поручении организации следует указать, что перечисленные средства являются подотчетными, при этом организации необходимо получить от сотрудника письменное заявление о перечислении подотчетных сумм на его личную банковскую карту с указанием реквизитов, а сотруднику к авансовому отчету необходимо приложить документы, подтверждающие оплату банковской картой.

По данным требованиям судом установлено, что в подотчет ФИО1 на его личную банковскую карту было перечислено 1 220 709 руб., что ни истцом, ни ответчиком не оспаривалось и подтверждается выпиской по счету, представленной ФИО1 (л.д.21-40, л.д.1).

Единственным документом, который регламентировал предоставление ФИО1 в подотчет денежных средств за весь период его работы, являлся приказ генерального директора ООО «Ментал-Плюс» №47 от 24.07.2019г. (л.д.150, т.1), из которого следует, что руководитель подразделения ФИО1 получает в подотчет денежные средства в сумме 100 000 руб. в неделю на закупку инструмента, расходных материалов, спецодежды, хозяйственных принадлежностей, канцелярских товаров. Авансовые отчеты в бухгалтерию подотчетному лицу следует предоставить не позднее 10 дней после окончания месяца, на который они выдавались. В случае не предоставления авансового отчета либо если работник не вернул остаток подотчетных средств в течение двух дней после утверждения авансового отчета, соответствующая сумма денежных средств удерживается из его заработной платы. 

До июля 2019г. никаких документов, регламентирующих порядок передачи денежных средств в подотчет ФИО1, работодателем не издавалось. Как пояснил ФИО1 в судебном заседании при направлении его в подразделение г. Омска в устном порядке им с генеральным директором ООО «Ментал-Плюс» было определено, что ему в подотчет на его личную карту перечисляются денежные средства, он приобретает все необходимое для организации работы подразделения, а впоследствии отчитывается посредством направления авансовых отчетов, сроки предоставления и порядок предоставления которых не оговаривались.

Суд полагает, что именно такой порядок взаимодействия и сложился между сторонами спора, которые точные даты поступления авансовых отчетов из Омска в Красноярск указать не смогли, поясняя, что их передавали в разные периоды времени, в разной последовательности, в связи с чем никто подтвердить данные обстоятельства не может.

Также в ходе рассмотрения дела стороны спора не отрицали, что письменных заявлений от ФИО1 на предоставление ему в подотчёт денежных средств не в ООО «Ментал-Плюс» имеется, поскольку стороны спора взаимодействие по перечислению денежных средств в подотчёт работнику и отчет его по ним организовали указанным выше способом. 

Наличие приобретенных по авансовым отчетам материальных средств на предприятии представители ООО «Ментал-Плюс» не отрицали.

При этом до момента увольнения по авансовым отчетам у ООО «Ментал-Плюс» к ФИО1 каких-либо претензий не имелось, ему не сообщалось, что какие-либо авансовые отчеты не приняты полностью либо в части, а также о том, что какие-то денежные средства израсходованы им ненадлежащим образом. Лишь непосредственно перед самим увольнением ФИО1 11.09.2019г. было направлено письмо работодателя, в котором он указал, что у работника перед предприятием имеется задолженность по подотчету на сумму 66 552 руб. (л.д.188, т.2). В ходе рассмотрения дела представители работодателя не смогли пояснить, из чего данная сумма сложилась и какие авансовые отчеты лежат в ее основании.

Более того, сама сумма задолженности ФИО1 перед ООО «Ментал-Плюс» последним определялась на протяжении рассмотрения дела различным образом.

Так, первоначально указывалась сумма в размере 66 552 руб., впоследствии работодателем в материалы дела была представлена справка о том, что задолженность ФИО1 составила 130 301 руб. (л.д.148, т.1), далее сумма, определенная работодателем, составила 152 988 руб., которая за вычетом удержанной ФИО1 31 541, 13 руб. и была предъявлена ко взысканию во встречном иске (л.д.176-177, т.2).

Между тем, сама сумма удержания из заработной платы как и ее размер, указываемый на протяжении всего рассмотрения дела работодателем, менялся. В представленной суду справке было указано, что удержание из заработной платы ФИО1 в счет возмещения ущерба составило 55 526, 04 руб. (л.д.148, т.14), впоследствии работодатель указал, что удержано было 31 541,13 руб. (л.д. 194, т.2).

Из анализа авансовых отчетов, проведенного стороной работодателя, какой-либо логики также не усматривается, поскольку с учетом изложенного выше сумма взыскания и удержания постоянно менялись. Из бухгалтерского анализа работодателя усматривается, что долг ФИО1 перед предприятием составил 130 301 руб. (л.д.151-152, т.1), л.д.187, т.2), неподтверждённые расходы 152 072,54 руб. В то же время сам работодатель представлен детальный анализ ряда авансовых ответов, в котором не принятой указывает сумму в размере 180 891,55 руб. (л.д.114-119, т.2).

Учитывая наличие столь существенных разночтений, а также исходя из того, что рассматриваемые в данной части требования сторон являются взаимоисключающими друг друга, судом был проведен самостоятельный анализ всех представленных авансовых отчетов (л.д.60-87, 88-89, 153-233, 236-254, т.1, л.д.99-106, т.2), справки работодателя по принятым и непринятым авансовым отчетам (л.д.151-152, т.1, л.д.136, 187 т.2), а также иные представленные в обоснование позиций сторон материалы дела, на основании которых суд пришел к следующему.

Самим ФИО1 заполнялись и представлялись работодателю следующие авансовые отчеты, суммы по которым он не оспаривает: №1 (л.д.236, т.1), №2 (л.д.238, т.1), №3 (л.д.240, т.1), №4 (л.д.243, т.1), №5 (л.д.246, т.1), №6 (л.д.248, т.1), №7 (л.д.251, т.1), №8 (л.д.253, т.1), №9 (л.д.153, т.1)№10 (л.д.166, т.1), №11 (л.д.172, т.1), №12 (л.д.183, т.1), №13 (л.д.190, т.1), №14 (л.д.195, т.1), №15 (л.д.198, т.1), №16 (л.д.206, т.1), №17 (л.д.217, т.1), №18 (л.д.223, т.1), №19 (л.д.227, т.1), №22 (л.д.85, т.1).

Авансовый отчет №22 не содержит подписи ФИО1, однако получение и расходование денежных средств по нему он не отрицал, поскольку он подтверждает выдачу заработной платы рабочим, чего представители ООО «Ментал-Плюс» не опровергли в ходе рассмотрения дела, не соглашаясь по сути только с порядком оформления данного расчета. 

Еще два авансовых отчета под номерами №21 (л.д.99-106, т.2) оформлены непосредственно самим работодателем, ФИО1 с ними не знакомился, их оформление лично отрицал. Представители работодателя пояснили, что они были оформлены непосредственно бухгалтером предприятия и указанные в них суммы приняты как надлежаще израсходованные к учету.

Учитывая позицию работодателя о не принятых и частично принятых авансовых отчетах, отображенную в сводной справке (л.д.187, т.2), сами авансовые отчеты и подтверждающие документы к ним суд приходит к выводу, что работодателем фактически признаны в качестве обоснованно понесенных расходов ФИО1 следующие: 

- авансовый отчет №1 (л.д.236, т.1) – 30 000 руб., 

- №2 (л.д.238, т.1) – 40000 руб., 

- №4 (л.д.243, т.1) – 130 000 руб., 

- №6 (л.д.248, т.1) – 280 000 руб.,

- №8 (л.д.253, т.1) - 54 000 руб., 

- №9 (л.д.153, т.1) – 30110,39 руб., 

- №10 (л.д.166, т.1) - 14 909,39 руб., 

- №11 (л.д.172, т.1) – 11 291,26 руб., 

- №12 (л.д.183, т.1) – 17 273,49 руб.,

- №13 (л.д.190, т.1) -100 000 руб.,

- №14 (л.д.195, т.1) – 24 000 руб.,

- №15 (л.д.198, т.1) -7200 руб., 

- №16 (л.д.206, т.1) – 17 891 руб., 

-№17 (л.д.217, т.1) - 4913 руб., 

- №18 (л.д.223, т.1) – 251 869 руб., 

- №21 (л.д.104, т.2) – 11 644 руб.,

- №21 (л.д.106, т.2) – 36700 руб.

Таким образом, исходя из всей совокупности авансовых отчетов, принятых работодателем и в полном объеме и частично суд приходит к выводу, что общая сумма денежных средств, учтенных работодателем как надлежаще израсходованные, составляет 1 061 800,50 руб. 

Не принятые к учету суммы, детально зафиксированы в сводной таблице, оформленной представителями ООО «Ментал-Плюс» в размере 180 (л.д.114-119, т.2), с которой суд может согласиться в части расходов на сумму 21 983,02 руб., из которых:

- на изготовление печати в сумме 1600 руб. (л.д.114, т.2), поскольку она ко взысканию ФИО1 не предъявлялась ни в одном из отчетов, 

- в сумме 14,76 руб. начисленных бонусов (л.д. 115, т.2) в силу того, что бонусы расходом не являются,

- в сумме 4 020, 50 руб., затраченных на покупку железнодорожного билета Омск-Ачинск, так как основания для этой поездки в виде приказа работодателя о командировке не представлены (л.д.116, т.2),

- в сумме 2000 руб. за составление сметного расчета, поскольку представители работодателя поясняли, что необходимости привлечения стороннего сметчика не имелось, так как на предприятии имеется штатный (л.д.116, т.2),

- в сумме 692 руб. на покупку дверных ручек, поскольку указать, куда конкретно они были поставлены и зачем приобретались ФИО1 не смог,

- в сумме 4000 руб., переданных ФИО7 в качестве залога за имущество в арендованной ФИО1 квартире по договору, заключенному с указанным лицом, так как залог передавался им и мог быть им же впоследствии также истребован (л.д.117, т.2),

- в сумме 3000 руб. за ускоренное изготовление справки для сварщика, поскольку такая справка была получена нелегальным путем как пояснял сам ФИО1 в ходе рассмотрения дела (л.д.117,т.2),

- в сумме 5 141 руб., затраченных на покупку железнодорожного билета Омск-Красноярск, так как основания для этой поездки в виде приказа работодателя о командировке не представлены (л.д.117, т.2),

- в сумме 14,76 руб. начисленных бонусов (л.д. 117, т.2) в силу того, что бонусы расходами не являются,

- в сумме 1500 руб. (за не указанный в чеке товар), поскольку такой ФИО1 по представленным авансовым отчетам не предъявлялся (л.д.118, т.2).

Иные расходы на сумму 158 908,53 руб., по мнению суда, являлись обоснованными и необходимыми для нужд предприятия. В частности, приобретение ГСМ для служебного автомобиля ФИО1 объяснял тем, что работодателем непосредственно арендодателю служебного автомобиля, на котором возили рабочих на объекты два раза в день поступал нерегулярно. Если бы он не расходовал денежные средства на приобретение ГСМ осуществление производственной деятельности было бы невозможным.

В опровержение данной позиции ООО «Ментал-Плюс» представлен договор аренды транспортного средства с экипажем от 15.02.2019г., по условиям которого арендная плата в месяц установлена в сумме 75 000 руб. с учетом расходов на ГСМ и НДФЛ в размере 9750 руб. (л.д.108-11, т.2), а также актом сверки с собственником автомобиля (л.д.107, т.2). Между тем, данные документы свидетельствуют, что платежи по заключенному договору ООО «Ментал- Плюс» осуществляло нерегулярно, не в полном объеме оговоренного договором платежа в месяц, в то время как потребность в исполнении обязанностей рабочими предприятии была каждодневной и регулярной, в связи с чем все чеки на приобретение ГСМ, представленные ФИО1 к авансовым отчетам и указанные работодателем и приведенной сводной таблице принимаются как обоснованные. 

Более того, за весь период работы ФИО1 до момента увольнения ему ни разу не сообщили о том, что чеки на приобретение ГСМ не принимаются и эти расходы компенсированы будут лишь в части, произвольно определенной работодателем. 

Отклоняются судом и доводы работодателя в той части, что передавать арендодателю ФИО7 денежные средств в счет оплаты по договору аренды (л.д.18-20, т.1) не было, поскольку работодатель данные денежные средства перечислял ей непосредственно через банк (л.д. 8-18, 120-121, т.2). 

Работодателем, в частности, не приняты как обоснованные два платежа ФИО1 арендодателю в апреле и мае 2019г. (л.д.117, 118, т.2). Однако оплата за май переведена предприятием в конце июня (л.д.120, т.2), а за апрель – во второй половине мая 2019г. (л.д.121, т.2), то есть со значительной задержкой. ФИО1 при этом пояснил, что арендодатель не желал ждать поступления арендной платы с таким опозданием, в связи с чем он передавал ей плату по распискам, которые затем передавал с авансовыми отчетами работодателю. Даже если и прошла двойная оплата, ООО «Ментал-Плюс» не лишено было возможности осуществить перерасчет и не вносить плату за месяц, в котором она поступила фактически авансом, чего последним сделано не было.

При таких обстоятельствах возлагать на ФИО1 несение данных расходов суд полагает невозможным.

Иные, учтенные судом расходы в виде покупки контейнера для хранения инструментов, б/у мебели в офис, модемов и прочего, суд относит к нормальными расходам при осуществлении хозяйственной деятельности, объяснение по несению которых даны ФИО1 и в авансовых отчетах с приложением подтверждающих документов и в суде, в связи с чем признает их обоснованными тем более, что их население было определено работодателем в мае 2019г. посредством издания приказа. 

Суд учитывает и то обстоятельство, что отсутствие данных материальных актив на предприятии работодателем в ходе рассмотрения дела не подтверждено, указаний ФИО1 о нецелесообразности их приобретения в разные периоды времени с февраля 2019г. данных предметов суду не представлены, а судом не добыты. При этом и самим работодателем приобретенное ФИО1 имущество последнему не возвращалось, находится в фактическом пользовании на предприятии.

Таким образом, на основании изложенного суд приходит к выводу о том, что ФИО1 фактически доказал обоснованность расходования им денежных средств на 1 220 709 руб. (158 908,53 руб.+ 1 061 800,50 руб.).

Учитывая, что на карту в подотчет работодателем ему перечислено 1 129 869 руб., задолженность работодателя перед ним составит 90 840 руб. (1 220 709 -1 129 869), которые суд полагает необходимым взыскать в его пользу, отказав тем самым в удовлетворении встречных требований в полном объеме.

В соответствии со ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Установив нарушение трудовых прав истца, суд полагает возможным удовлетворить исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда. Вместе с тем, заявленную истцом сумму в 20 000 рублей, суд полагает завышенной и с учетом обстоятельств дела и требований разумности и справедливости определяет к взысканию с ответчика в счет компенсации морального вреда – 3 000 рублей.

Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В силу п.1 ст.100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснений, содержащихся п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 21.01.2016 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В силу п. 13 Постановления разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что ФИО1 ООО «Городской правовой центр» за оказание юридических услуг были внесены следующие платежи: 15.01.2020г. за составление искового заявления 4000 руб. (л.д.9, т.1), 16.03.2020г. за представительство в суде в сумме 6000 руб. (л.д.146, т.2), 3000 руб. за представительство (л.д.229, т.2).

Расходы в сумме 10 000 руб. суд полагает обоснованными, разумными и подлежащими удовлетворению соразмерно объему защищенного права, учитывая, что ФИО1 на протяжении всего рассмотрения дела трижды уточнялись исковые требования как в сторону уменьшения, так и в сторону увеличения, а от части требований он отказался после первой же проведенной подготовки по делу, таким образом, данные требования удовлетворятся судом частично. 

На основании изложенного с ООО «Ментал-Плюс» в пользу ФИО1 подлежит 215 479, 06 руб.: недополученная заработная плату в сумме 27 835, 71 руб., компенсацию за отпуск в сумме 65 527,45 руб., расходы по авансовым отчетам в сумме 90 840 руб., компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в сумме 18 275,90 руб., моральный вред в сумме 3000 руб., судебные расходы в сумме 10 000 руб., а всего 202 036 (двести две тысячи тридцать шесть) рублей 01 копейку, в удовлетворении остальной части исковых требований следует отказать. Встречные исковые требования суд оставляет без удовлетворения в полном объеме. 

Также в ходе рассмотрения дела представителем ООО «Ментал-Плюс» было подано ходатайство об отмене наложенных судом обеспечительных мер в виде ареста на имущество, мотивированное тем, что оснований для их применения не имеется (л.д.95, т.2). 

Между тем, суд удовлетворил требования первоначального истца и отказал в удовлетворении встречных требований. При этом за весь период рассмотрения дела работодателем требования ФИО1 о выплате ему в числе прочего заработной палаты, компенсации за отпуск удовлетворены добровольно не были. Учитывая, что работник по отношению к работодателю является экономически более слабой стороной спора, суд полагает необходимым сохранить обеспечительные меры, принятые судом в определении от 16.01.2020г., до момента исполнения решения суда (л.д.2, т.2).

Кроме того, согласно абзацу 2 ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решения суда подлежит немедленному исполнению в части выплаты работнику заработной платы в течение трех месяцев, в связи с чем, решение суда о взыскании заработной платы в сумме 27 835, 71 руб. подлежит немедленному исполнению.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с учетом суммы удовлетворенных исковых требований, а также требований о компенсации морального вреда, с ответчика в доход местного бюджета следует взыскать государственную пошлину в сумме 5524,79 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Первоначальные исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать общества с ограниченной ответственностью «Ментал-Плюс» в пользу ФИО1 недополученную заработную плату в сумме 27 835, 71 руб., компенсацию за отпуск в сумме 65 527,45 руб., расходы по авансовым отчетам в сумме 90 840 руб., компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в сумме 18 275,90 руб., моральный вред в сумме 3000 руб., судебные расходы в сумме 10 000 руб., а всего 215 479 (двести пятнадцать тысяч четыреста семьдесят девять тысяч) рублей 06 копеек. 

В удовлетворении остальной части первоначальных требований – отказать.

В удовлетворении встречных требований отказать в полном объеме.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ментал-Плюс» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования г. Ачинск в сумме 5 524 (пять тысяч пятьсот двадцать четыре) рубля 79 копеек.

Обеспечительные меры по иску виде наложения ареста на принадлежащее ответчику обществу с ограниченной ответственностью «Ментал-Плюс», наложенные определением суда от 16.01.2020г. – сохранить до момента исполнения решения суда.

Решение суда в части взыскания заработной платы в сумме 27 835 (двадцать семь тысяч восемьсот тридцать пять) рублей 71 копейку – обратить к немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ачинский городской суд.

Судья Е.В. Большевых

Мотивированное решение изготовлено 22.10.2020г.