Судья Буленко С.В. Дело № 22-2190/2019 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Саратов 18 июля 2019 года 

Саратовский областной суд в составе:

председательствующей судьи судебной коллегии по уголовным делам Изотьевой Л.С.,

при секретаре Шамиловой М.Н., 

с участием прокурора Нефедова С.Ю., 

потерпевшего К.Д.,

осужденного ФИО1, 

защитника Морозова А.А., представившего удостоверение № 2934 и ордер № 41 от 18 июля 2019 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам и дополнениям к ним осужденного ФИО1 и его защитника Морозова А.А. на приговор Заводского районного суда г. Саратова от 29 апреля 2019 года, по которому 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимый 22 июля 2014 года Волжским районным судом г. Саратова по ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 226, ч. 1 ст. 222 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, освобожденный 28 февраля 2017 года на основании постановления Ленинского районного суда г.Саратова от 16 февраля 2017 года условно-досрочно на 5 месяцев 7 дней,

осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по эпизоду хищения имущества К.Д.) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, ч. 3 ст. 30 п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по эпизоду покушения на хищение имущества К.В.) к 2 годам лишения свободы. 

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, ФИО1 назначено окончательное наказание в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

Заслушав доклад судьи Изотьевой Л.С., выступления осужденного ФИО1 и его защитника Морозова А.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений, пояснения потерпевшего К.Д., возражавшего против удовлетворения доводов жалоб, мнение прокурора Нефедова С.Ю., полагавшего приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в краже, то есть тайном хищении имущества К.Д., совершенном с причинением значительного ущерба гражданину, а также в совершении покушения на кражу имущества К.В., с причинением значительного ущерба гражданину. 

Как установил суд, преступления совершены ФИО1 25 февраля 2018 года и 28 февраля 2018 года соответственно при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1, выражая несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным. Указывает, что предварительное и судебное следствие проведены с нарушением норм уголовно-процессуального закона. Видеозаписи с камер видеонаблюдения из ТЦ «Оранжевый» за 25 и 28 февраля 2018 года, исследованные в судебном заседании, не доказывают его виновность в совершении преступлений, поскольку на них не зафиксированы сами моменты совершения преступлений, невозможно определить личность человека, попавшего в объектив видеокамеры, экспертиза сходства лица на видеозаписи с ним, ФИО1, не проводилась. Экспертиза сумки, зафиксированной на видеозаписи, на предмет ее принадлежности потерпевшему К.Д. не проводилась. Суд, встав на сторону обвинения, дал оценку указанным видеозаписям, как подтверждающим его виновность, не ознакомившись с ними. Указывает, что 28 февраля 2018 года свидетели его задержания не были приглашены для досмотра, а понятые появились только после доставления его спустя несколько часов в отдел полиции. Один из понятых - Б. является бывшим сотрудником полиции и в судебном заседании не смог пояснить, что было изъято в ходе личного досмотра, пока ему не напомнили. Второй понятой М.Е. утверждал, что на момент их участия в личном досмотре все вещи находились у сотрудников полиции, а не у него, ФИО1 В нарушение закона в протоколе личного досмотра не были указаны все сотрудники полиции, которые присутствовали в кабинете отдела полиции в момент его проведения. Согласно показаниям М.А., проверка брелка от автосигнализации «Шериф» на предмет того, работает ли он как кодграббер, не проводилась. Обращает внимание на то, что суд учел наличие у него малолетнего ребенка, однако не применил п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Считает, что наличие у него тяжелого заболевания следует признать исключительным обстоятельством и рассмотреть вопрос о применении положений ст. 64 УК РФ. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник Морозов А.А. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением норм УПК РФ. Полагает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Ссылается на то, что ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия ФИО1 не признавал вину в совершении преступлений, утверждал, что никаких краж не совершал, в ТЦ «Орнажевый» находился, так как проживает недалеко и часто ходит туда за покупками, похищенный планшет изъяли не у него, планшет достали сотрудники полиции из сумки, находившейся в отделе полиции. Указывает, что приговор по факту кражи имущества К.Д. основан на предположениях о том, что лицо на видеозаписи и ФИО1 - это одно и то же лицо. В основу приговора положены только показания потерпевшего, протокол осмотра места происшествия, протокол осмотра диска с видеозаписью от 25 февраля 2018 года из ТЦ «Оранжевый», других доказательств по данному эпизоду преступления не имеется. По факту кражи имущества К.В. в основу приговора положены показания свидетелей Г. и Свидетель №2, которые проводили задержание ФИО1 При этом личный досмотр ФИО1 был проведен более чем через 3 часа после задержания, где находился ФИО1 в течение этого времени и что с ним в это время происходило, судом не выяснялось. В протоколе выемки не указано, что при личном досмотре ФИО1 присутствовали и другие сотрудники полиции, что подтверждается показаниями понятых Б. и М.Е., и свидетельствует о нарушении требований закона, устанавливающих порядок проведения данного следственного действия. При этом показания свидетеля Б. о том, что ФИО1 держал в руках планшет, вызывают сомнения в их достоверности, поскольку ФИО1 утверждал, что при личном досмотре руки у него были в наручниках. Ходатайство стороны защиты о признании недопустимым доказательством протокола выемки было необоснованно оставлено судом без удовлетворения. Просит приговор отменить. 

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника Морозова А.А. государственный обвинитель Кабалдин А.С. опровергает доводы жалобы и просит оставить ее без удовлетворения.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционных жалоб, дополнений, а также поданных возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминированных ему преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и подтверждаются проверенными в судебном заседании доказательствами.

По эпизоду в отношении потерпевшего К.Д. виновность ФИО1 подтверждается: 

- показаниями потерпевшего К.Д. о том, что 25 февраля 2018 года в дневное время он приехал на своем автомобиле к ТЦ «Оранжевый» и припарковался на парковочной стоянке, поставив автомобиль на сигнализацию. Он понял, что сигнализация сработала не так, как обычно, поэтому еще раз нажал кнопку, после чего ушел. Вернувшись, он уехал домой, и хотел забрать портфель, находившийся на заднем сидении автомобиля, в котором были ноутбук, мобильное зарядное устройство и другие вещи, однако портфеля не обнаружил, после чего заявил об этом в отдел полиции;

- протоколом осмотра места происшествия – автомобиля, из которого было совершено хищение;

- протоколом осмотра предметов – диска с видеозаписью с камер видеонаблюдения ТЦ «Оранжевый» за 25 февраля 2018 года. 

Данная видеозапись, вопреки доводам осужденного, просматривалась в суде первой инстанции. С целью проверки доводов ФИО1 запись была просмотрена и в суде апелляционной инстанции всеми участниками судебного разбирательства. ФИО1 ознакомлен повторно с записью накануне судебного заседания суда апелляционной инстанции. 

На данной видеозаписи от 25 февраля 2018 года на одной из камер зафиксировано, как в 13 часов 43 минуты мужчина плотного телосложения в куртке с одетым на голову капюшоном, на которой имеются надписи в центральной части капюшона и на передней боковой поверхности куртки слева, выходит из ТЦ «Оранжевый» без каких-либо сумок и направляется в сторону камеры. Лицо данного мужчины можно зафиксировать крупным планом. ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции пояснил, что на изображении он узнает себя, куртка, надетая на нем, принадлежит ему. 

На записи с другой камеры, расположенной несколько дальше от входа в ТЦ «Оранжевый» и фиксирующей события в том же направлении, видно, как мужчина такого же телосложения в той же куртке, начиная с 13 часов 43 минут двигается вдоль торгового центра, затем проходит между машинами, задерживаясь около некоторых из них, после чего наклоняется за одним из автомобилей со стороны задней левой двери, пропадая из зоны видимости на несколько секунд, затем появляется и начинает удаляться в противоположную сторону, вешая портфель на длинной ручке на правое плечо. Просмотренные с указанных камер записи зафискировали одно и то же событие: первая камера с близкого расстояния зафиксировала выход ФИО1 из ТЦ «Оранжевый», а вторая с дальнего расстояния – последующее передвижение мужчины того же телосложения и в той же куртке, которые были зафиксированы на первой камере, что приводит суд апелляционной инстанции к убеждению, что на записях камер зафиксированы передвижения одного и того же лица – ФИО1 

Кроме того, в судебном заседании суда первой инстанции был исследован протокол осмотра предметов, изъятых у ФИО1 28 февраля 2018 года, в том числе куртки, и фототаблица к нему, на которой имеется изображение куртки с капюшоном с надписями в центральной части капюшона и на передней боковой поверхности куртки слева, по своему внешнему виду такой же, в которой запечатлен ФИО1 на видеозаписи от 25 февраля 2018 года. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции находит доводы осужденного и его защитника о непричастности ФИО1 к совершению хищения имущества 25 февраля 2018 года несостоятельными, поскольку его виновность установлена в судебном заседании исследованными доказательствами. При этом оснований для проведения какой-либо экспертизы по установлению идентичности внешности ФИО1 и мужчины на видеозаписи не имелось и в настоящее время не имеется.

Доводы ФИО1 о том, что не была установлено принадлежность сумки, зафиксированной на видеозаписи, потерпевшему К.Д., не могут быть приняты во внимание. Потерпевший К.Д. при просмотре видеозаписи в суде апелляционной инстанции пояснил, что портфель в его автомашине находился на заднем сидении около левой задней двери, куда наклонялся мужчина на записи, и что портфель, который потом оказался на плече у этого мужчины, - это его портфель на длинном ремне.

Виновность ФИО1 в покушении на хищение имущества К.В. также подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании:

- показаниями потерпевшего К.В. о том, что 28 февраля 2018 года в обеденное время он приехал в ТЦ «Оранжевый», закрыл автомобиль на сигнализацию и ушел в магазин. Примерно через 20 минут по громкой связи его попросили подойти к автомобилю, где сотрудники полиции поинтересовались, был ли у него в машине планшет, на что он ответил утвердительно. После приезда следственно-оперативной группы он открыл автомобиль и обнаружил, что планшет пропал. После этого в его присутствии и с участием задержанного ФИО1 был проведен осмотр места происшествия. ФИО1 отказался подписывать протокол, но ему пояснил, что это он пытался похитить планшет и обещал возместить ущерб;

- показаниями свидетелей Г. и Свидетель №2 (сотрудников полиции), пояснивших, что в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий у ТЦ «Оранжевый» 28 февраля 2018 года ими был замечен ФИО1, который передвигался по парковке, переходя с одной стороны на другую. Когда ФИО1 подошел к автомобилю, из которого ушел хозяин, они увидели, что у автомобиля сработали световые сигналы, а ФИО1 залез в салон автомобиля, через некоторое время вышел с планшетом в руках. После этого ФИО1 был задержан. После доставления его в отдел полиции был произведен личный досмотр ФИО1, у которого были изъяты планшетный компьютер, ключи от автомобиля и брелок «Шериф»;

- протоколом личного досмотра ФИО1, у которого были изъяты планшетный компьютер, ключи от автомобиля и брелок «Шериф»;

- показаниями М.А., пояснившего, что визуально кодграббер (устройство, предназначенное для сканирования эфира и передачи сигнала) отличается от брелка сигнализации тем, что кодграббере указана принадлежность фирме кодграббера или сайт магазина, где он был приобретен, а на брелке от сигнализации указан серийный номер и уникальный идентификационный номер;

- протоколами выемки и осмотра изъятых у ФИО1 предметов, в том числе протоколом осмотра брелка «Шериф» с участием М.А., который пояснил, что данный брелок является кодграббером, поскольку на его оборотной стороне имеется номер модели и адрес сайта поставщика данного изделия, производителя кодграбберов;

- другими исследованными доказательствами, которым в приговоре дана надлежащая оценка.

Доводы стороны защиты о том, что досмотр ФИО1 был проведен с нарушением требований закона, тщательно проверялись судом и правильно признаны несостоятельными.

Нарушений закона, влекущих признание данного доказательства недопустимым, допущено не было. 

Факт изъятия у ФИО1 планшета, ключей и брелка подтвердили в судебном заседании участвовавшие в качестве понятых свидетели Б. и М.Е. То обстоятельство, что Б. ранее работал в полиции, не является основанием для признания протокола досмотра недопустимыми доказательством. М.Е. в судебном заседании сначала пояснил, что вещи изымались не у ФИО1, и лежали на столе, а после оглашения его объяснения, полученного сразу после досмотра подтвердил свои подписи в нем и пояснил, что он сам не помнит этот случай, но до судебного заседания в коридоре разговаривал с подсудимым, который напомнил, как все происходило. Допрошенный Б. показал, что к нему перед судебным заседанием подходил товарищ подсудимого и угрожал ему. 

Учитывая изложенные обстоятельства, а также то, что каких-либо замечаний по содержанию протокола личного досмотра ФИО1 от участников данного процессуального действия, в том числе ФИО1, на тот момент не поступило, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что сведения, изложенные в данном протоколе являются достоверными, а сам протокол досмотра является допустимым доказательством. 

Неуказание в протоколе личного досмотра всех лиц, которые на момент его проведения присутствовали в кабинете отдела полиции, но не участвовали в досмотре, а также проведение личного досмотра ФИО1 после доставления его в отдел полиции, а не на месте задержания, не является нарушением требований закона.

Непроведение проверки изъятого у ФИО1 брелка на предмет того, работает ли он как кодграббер, не повлияло на полноту предварительного и судебного следствия и законность принятого судом решения. 

Все исследованные в судебном заседании доказательства суд оценил в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ - с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. При этом суд указал в приговоре, почему он принял одни доказательства и отверг другие. 

Исследовав в совокупности все представленные сторонами доказательства, дав им надлежащую оценку, суд пришел к правильному выводу о виновности осужденного в совершении инкриминируемых ему преступлений и верно квалифицировал действия ФИО1 по каждому эпизоду.

Приговор в отношении ФИО1 соответствует требованиям ст.ст. 307-309 УПК РФ.

При рассмотрении дела суд в соответствии со ст. 15 УПК РФ создал сторонам необходимые условия для выполнения своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Данных, свидетельствующих об обвинительном уклоне со стороны суда, не усматривается.

Председательствующим выполнены в полном объеме требования ст. 243 УПК РФ по обеспечению состязательности и равноправия сторон. Все ходатайства, заявленные сторонами, разрешены в соответствии с требованиями процессуального закона. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств не допущено. 

Наказание осужденному ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденного, наличия смягчающих и отягчающего обстоятельств, состояния здоровья осужденного, влияния наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Как видно из приговора, наличие малолетнего ребенка у осужденного было признано обстоятельством, смягчающим его наказание, и учтено при назначении наказания. Отсутствие при этом ссылки на п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ не свидетельствует о невыполнении судом требований закона. 

С учетом всех установленных по делу обстоятельств, а также данных о личности ФИО1, суд пришел к выводу о назначении осужденному наказания в виде реального лишения свободы, не усмотрев при этом оснований для применения ст.ст. 64, 73, 53.1, ч. 3 ст. 68 УК РФ, а также для изменения категории совершенных преступлений на более мягкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ. Суд апелляционной инстанции также не усматривает таких оснований.

Назначенное ФИО1 наказание соответствует требованиям ст.ст. 6, 60 УК РФ, является соразмерным содеянному и справедливым. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, в ходе предварительного следствия и при рассмотрении дела судом не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20,389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Заводского районного суда г. Саратова от 29 апреля 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы и дополнения к ним осужденного ФИО1 и его защитника М.А. - без удовлетворения. 

Председательствующая