Дело № 2-24/2019 г. Выборг

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Резолютивная часть решения оглашена в судебном заседании 12 февраля 2019 года.

Мотивированное решение составлено 13 февраля 2019 года.

Выборгский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Вериго Н. Б.,

с участием прокурора Тайдаковой И. Н.,

при секретаре Саидовой Х. К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ГБУЗ Ленинградской области «Рощинская районная больница», ФИО2 о возмещении морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГБУЗ Ленинградской области «Рощинская районная больница», ФИО2 о возмещении морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи его матери Н. повлекшей её смерть, в сумме 2 000 000 рублей, судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг в сумме 30 000 рублей, уплатой госпошлины в сумме 300 рублей.

В обоснование своих требований истец указывает на то, что Дата его мать, Н. после осмотра участковым терапевтом была направлена на лечение в ГБУЗ ЛО «Рощинская районная больница». 

Дата в 10.00 Н. скончалась. В соответствии со справкой о смерти № от Дата, причиной смерти Н. стала сердечно-легочная недостаточность и хроническая обструктивная болезнь легких.

Считает, что формальное и халатное отношение медицинского персонала ГБУЗ JIO «Рощинская районная больница» к состоянию здоровья Н., результатом которого стало установление недостоверного диагноза основного заболевания, неверно назначенное лечение, привело к развитию двусторонней крупноочаговой деструктивной пневмонии, что стало причиной смерти Н.

Смертью его матери Н. ему причинен моральный вред, который он оценивает в 2 000 000рублей.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО3, действующий на основании ордера, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, в заявлении, адресованном суду, представитель истца просил рассмотреть дело в их отсутствие.

Ответчики ФИО2 и ГБУЗ JIO «Рощинская районная больница» в лице главного врача ФИО4 в судебном заседании возражали против удовлетворения требований истца, обосновав их тем, что истцом не представлено ни одного доказательства того, что смерть Н.. наступила по вине ответчиков, не установлена причинно-следственная связь между смертью Н.. и оказанием ненадлежащего качества медицинских услуг.

Третье лицо Комитет по здравоохранению Ленинградской области, привлеченный к участию в деле определением суда от 05 июня 2018 года, надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела, представитель в судебное заседание не явился. 

Суд, выслушав объяснения представителей ответчика, заключение прокурора Тайдаковой И. Н., исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации находятся координация вопросов здравоохранения; защита семьи, материнства, отцовства и детства; социальная защита, включая социальное обеспечение (ст. 72 Конституции РФ).

Статьей 25 Всеобщей декларации прав человека и ст. 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, а также ст. 2 Протокола N 1 от 20.03.1952. к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод признается право каждого человека на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права или посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Основания компенсации морального вреда предусмотрены ст. 1099, ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Согласно пунктам 3, 4 приведенной нормы права медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под качеством медицинской помощи в соответствии с пунктом 21 указанной выше статьи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с п. 9 части 5 ст. 19 Федерального закона РФ от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ст. 98 указанного Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 06.11.2014 N 27-П, когда речь идет о смерти человека, не ставится под сомнение реальность страданий членов его семьи. Это тем более существенно в ситуации, когда супруг или близкий родственник имеет подозрение, что к гибели его близкого человека привела несвоевременная или некачественно оказанная учреждением здравоохранения медицинская помощь.

Между тем, ответственность за вред (ущерб) наступает в случае лишь наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у пациента.

Иное означало бы нарушение принципа равенства, закрепленного в статье 19 Конституции Российской Федерации и статье 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Установлено, что непосредственной причиной смерти Н. страдавшей хронической обструктивной болезнью легких на фоне ишемической болезни сердца и сахарного диабета, следует считать двустороннюю крупноочаговую деструктивную пневмонию. 

Тот факт, что потеря матери причинила истцу нравственные страдания, ответчиками не оспаривается, и в силу положений части 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не требует доказывания.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел о защите прав потребителей", к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Частью 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" установлено, что исполнитель освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом, в связи с чем, оказание качественных медицинских услуг, а, следовательно, отсутствие вины в наступлении смерти ФИО5 должен доказать ответчик.

Согласно выводам экспертов Санкт – Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы», изложенных в заключении от 30 ноября 2018 года № 595 при первой госпитализации пациентки Н.. в ГБУЗ JIO «Рощинская районная больница» с 15.10.16 г. по 24.10.16 г. медицинская помощь оказана своевременно: пациентка сразу после обращения за скорой медицинской помощью была госпитализирована в стационар, где через 10 минут проведен первичный осмотр пациентки (доставлена в 11:55, осмотрена в 12:05) Своевременно назначены в необходимом объеме лабораторные и инструментальные исследования (ЭКГ, рентгенологическое исследование органов грудной клетки), необходимые для установления диагноза. Своевременно (в день поступления) установлен клинический диагноз «Внебольничная нижнедолевая пневмония справа. Осл.: ДН 0-1 ст. Соп. ИБС: атероскелеротический кардиосклероз. ГБ 2 ст. 3 ст. РССО высокий. СН 2 ст. 3 ф.к. Сахарный диабет 2 тип, инсулинонепотребный. Диабет, энцефалопатия и ангиопатия сосудов н/конечностей». Проведена адекватная состоянию пациентки терапия, включавшая антибактериальный препарат широкого спектра действия (цефограмм). Больная выписана 24.10.16 г. под наблюдение участкового терапевта после контрольного рентгенологического исследования (от 24.10.16 г.), показавшего отсутствие очагово- инфильтративных изменений в легких, общего анализа крови, показатели которого не выходили за границы нормы, с отсутствовавшими клиническими признаками продолжавшегося заболевания (пневмонии). Необходимые рекомендации при выписке даны.

При оказании медицинской помощи ФИО5 в ГБУЗ JTO «Рощинская районная больница» были допущены дефекты:

Дефекты оформления медицинской карты стационарного больного №: на титульном листе отсутствует диагноз при поступлении; нет подписи лечащего врача под клиническим диагнозом; не оформлено обоснование клинического диагноза соответствующей записью в стационарной карте, подписанного лечащим врачом и заведующим профильным отделением. Дефекты диагностики: однократное определение сахара в крови у больной сахарным диабетом; отсутствие клинической трактовки выраженных фиброзных изменений в легких, выявленных при проведении рентгенологического исследования.

Оказание медицинской помощи пациентке Н. в ГБУЗ JIO «Рощинская районная больница» с 22.11.16 г. по 16.12.16 г. было своевременным: больная экстренно была доставлена бригадой скорой медицинской помощи в медицинский стационар, где она была осмотрена в 03:10 минут. Пациентке своевременно и в необходимом объеме проведены лабораторные и инструментальные диагностические мероприятия для установления диагноза. Лечение проводилось в соответствии с установленными диагнозами (за исключением сахарного диабета). Пациентка выписана из стационара без клинических и рентгенологических признаков пневмонии.

При оказании медицинской помощи в период с 22.11.16 г. по 16.12.16 г. усматриваются следующие дефекты: дефекты диагностики: больной сахарным диабетом не проведена консультация врача-эндокринолога; не проведен контрольный клинический анализ крови перед выпиской (последний анализ 07.12.16 г. с повышенным количеством лейкоцитов - 12х 109/л, норма 4-9х109/л); отсутствие клинической трактовки выраженных фиброзных изменений в легких, выявленных при проведении рентгенологического исследования, что не позволило диагностировать (заподозрить) у пациентки хронические заболевания легких; несвоевременно (с опозданием - только после в/в урографии 02.12.2016г.) диагностирован конкремент (камень) в устье правого мочеточника, обусловивший развитие острой почечной недостаточности, косвенным признаком которого являлась установленная по данным УЗИ от 24.11.2016 г. пиелоэктазия (расширение почечной лохани). Дефекты лечения: исходя из листа назначений пациентке, в период ее нахождения на хирургическом отделении, лечение сахарного диабета не проводилось. Дефекты оформления медицинской карты стационарного больного № 6926: нет подписи лечащего врача под клиническим диагнозом; не оформлено обоснование клинического диагноза соответствующей записью в стационарной карте, подписанного лечащим врачом и заведующим профильным отделением; неправильная дата установки клинического диагноза (22.11.16 г.), вынесенного на титульный лист, так как «камень в устье правого мочеточника» был выявлен 02.12.16 г. при проведении внутривенная урография; в клинический и заключительный клинический диагноз не вынесена развившаяся у Н. острая почечная недостаточность.

Кроме того, при неясности причин продолжавшихся жалоб пациентки и подозрении на онкологическое заболевание, в период ее нахождения на терапевтическом отделении не проведен консилиум для определения тактики ведения пациентки.

Между выявленными дефектами и наступлением смерти причинно-следственная связь отсутствует, так дефекты не явились причиной смерти, последовавшей от имевшихся у нее заболеваний в виде двусторонней пневмонии (воспаления легких), правостороннего плеврита (воспаление плевры), правосторонней флегмоны правой ягодицы, протекавших на фоне имевшихся у нее хронических заболеваний легких (бронхоэктатическая болезнь, эмфизема легких, хроническая ишемическая болезнь сердца, гипертоническая болезнь, сахарный диабет), и не способствовали ее наступлению.

Двусторонняя госпитальная пневмония, выявленная у Н. в СПб ГБУЗ «Городская больница №» в данном случае явилась вновь возникшим заболеванием легких, что подтверждается отсутствием, как клинической симптоматики пневмонии, так и рентгенологических данных при ее выписке из ГБУЗ JIO «Рощинская районная больница».

Медицинская помощь Н. в ГБУЗ JIO «Рощинская районная больница» в основном соответствует общепринятой практике лечения диагностированных у нее заболеваний, изложенной в стандартах, методических рекомендаций, руководствах.

Отсутствие причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи Н. в ГБУЗ JIO «Рощинская районная больница» и наступлением ее смерти в СПб ГБУЗ «Городская больница № 40» указывает на то, что отсутствие этих дефектов не могло гарантировать благоприятный исход течения заболеваний (сохранение жизни), по поводу которых она лечилась в городской больнице №.

Диагнозы Н. при ее лечении в октябре и ноябре-декабре 2016 г. были правильными, но не полными, так как отсутствовали данные о хронических заболеваниях легких (бронхоэктатическая болезнь, эмфизема легких). Выявление хронических заболеваний легких существенно не изменило бы проводимое в условиях ГБУЗ JIO «Рощинская районная больница» лечение установленных у пациентки заболеваний и не повлияло на исход этих заболеваний.

Суд не находит оснований не доверять представленному заключению, поскольку экспертиза проведена лицами, обладающими специальными познаниями, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов научно обоснованы, мотивированы, согласуются с материалами гражданского дела, не допускают двойного толкования. Заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ и ФЗ РФ от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации.

Суд полагает, что истцовой стороной не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (либо бездействием) работников учреждения здравоохранения, ответчиков по делу, и наступившими последствиями у пациента Н.

Доводы истцовой стороны также опровергаются и другими материалами дела.

Доказательств того, что сотрудниками больницы не были выполнены все мероприятия по оказанию надлежащей медицинской помощи больной, которые привели к смерти Н., в материалы дела истцовой стороной не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что совокупностью доказательств не установлен факт некачественного оказания Н. работниками ответчика медицинской услуги, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований истца ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, связанного с ненадлежащим оказанием медицинской помощи пациенту, повлекший смерть Н., не имеется, поскольку доказательств прямой причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и смертью Н. судом в ходе рассмотрения дела не установлено.

Указанные обстоятельства подтверждаются также и заключением экспертов Санкт – Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Кроме того, поскольку исковые требования не подлежат удовлетворению в полном размере, суд не находит оснований для удовлетворения требований истцовой стороны в части взыскания с ответчиков судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг в сумме 30 000 рублей и уплатой госпошлины в сумме 300 рублей. 

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУЗ Ленинградской области «Рощинская районная больница», ФИО2 о возмещении морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи его матери Н., повлекшей её смерть, в сумме 2 000 000 рублей, судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг в сумме 30 000 рублей, уплатой госпошлины в сумме 300 рублей, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья: Н. Б. Вериго