Судья Белоусов А.С. Дело №33-85/2026 (33-1776/2025)

Дело № 2-5652/2025

УИД 41RS0001-01-2025-007017-36

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 февраля 2026 года г. Петропавловск-Камчатский

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего Мартьяновой С.Ю.,

судей Барышевой Т.В., Томашевской М.В.,

при секретаре Шинкееве М.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» о защите прав потребителя,

по апелляционной жалобе публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» на решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 16 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Томашевской М.В., объяснения представителя истца ФИО2, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Плугарь О.Б. обратилась в суд с иском к ПАО «Камчатскэнерго» о защите прав потребителя, указав, что 24 ноября 2024 года заключила с ответчиком договор № № об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям для электроснабжения объекта – «Садоводство», расположенного по адресу: 

<

адрес> (кадастровый №), стоимость услуги составила 63 840 руб. Оплата по договору произведена истцом 12 декабря 2023 года. 07 мая 2024 года истец уведомила ответчика o выполнении технических условий, 04 июня 2024 года ответчик произвел осмотр, o чем был составлен акт, однако в установленный договором срок ответчик принятые на себя обязательства по присоединению электропринимающих устройств к электрическим сетям не исполнил. Досудебная претензия истца от 10 октября 2024 года ответчиком оставлена без удовлетворения со ссылкой на отсутствие разрешительной документации на осуществление строительства линии электропередач (далее – ЛЭП).

Просила взыскать с ответчика неустойку за нарушение срока выполнения работ за период с 13 ноября 2024 года по 01 сентября 2025 года в размере 63 840 руб., компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя, обязать ответчика выполнить принятые обязательства по договору в срок до 01 ноября 2025 года.

Рассмотрев дело, суд постановил решение о частичном удовлетворении иска, взыскав с ПАО Камчатскэнерго в пользу Плугарь О.Ю. неустойку за нарушение срока выполнения работы за период с 13 июня 2024 года по 16 июля 2025 года в размере 63 840 руб., компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке в размере 46 920 руб.

В апелляционной жалобе ответчик просит изменить решение суда в части размера взысканных сумм, ссылаясь на то, что нарушение срока исполнения обязательств произошло не по его вине, а в связи с отсутствием согласия садоводческого некоммерческого товарищества «Узон» на строительство линии электропередачи. Полагает, что суд первой инстанции необоснованно применил к правоотношениям сторон Закон РФ «О защите прав потребителей» и рассчитал неустойку, поскольку к моменту рассмотрения дела энергопринимающие устройства уже были подключены, неустойку следовало рассчитывать согласно пункту 16(в) Правил технологического присоединения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 27 декабря 2004 г. № 861 (далее – Правила № 861), и снизить с учетом учетной ставки Банка России. Считает сумму компенсации морального вреда завышенной и просит снизить ее до 5 000 руб., а также соответственно уменьшить размер штрафа.

Возражения на апелляционную жалобу не поступили.

Истец Плугарь О.Ю., извещенная о времени и месте судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, представителей в суд не направила.

С учетом положений ч. 1 ст. 327, ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Представитель истца ФИО2 в заседании суда апелляционной инстанции просил апелляционную жалобу удовлетворить по доводам, изложенным в ней.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя истца, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом первой инстанции установлено, что между сторонами заключен договор № № от 24 ноября 2023 года об оказании платной услуги по технологическому присоединению к электрическим сетям объекта «Садоводство»; истец, являясь потребителем, 12 декабря 2023 года оплатил услугу стоимостью 63 840 руб.; ответчик допустил нарушение установленного срока исполнения обязательства (до 12 июня 2024 года), фактически исполнив договор 08 июля 2025 года, о чем уведомил истца 21 июля 2025 года.

В силу п. 1 ст. 27 Закона РФ «О защите прав потребителей» исполнитель обязан осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ (оказания отдельных видов услуг) или договором о выполнении работ (оказании услуг).

Согласно статье 26 Федерального закона от 26 марта 2003 г. № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства осуществляется на основании договора, который является публичным. При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 38 того же Федерального закона гарантирующий поставщик (коим в рамках данных правоотношений является ответчик) обязан самостоятельно урегулировать отношения, связанные с приобретением и передачей электрической энергии обслуживаемым потребителям, с иными осуществляющими указанные виды деятельности организациями, и несет ответственность перед потребителем, в том числе за действия третьих лиц, привлеченных для оказания услуг.

Пунктом 6 Правил № 861 установлено, что технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленными данными Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации. Пунктом 12.1 Правил № 861 специально регламентирован порядок технологического присоединения энергопринимающих устройств, принадлежащих физическим лицам, с максимальной мощностью до 15 кВт включительно, используемых для бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, что прямо соответствует обстоятельствам настоящего дела. Таким образом, отношения между истцом-гражданином, заказывающим услугу для личных нужд, и ответчиком-исполнителем регулируются Законом «О защите прав потребителей».

Таким образом, права истца как потребителя были нарушены, что является основанием для применения законодательства о защите прав потребителей.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг, Закон РФ «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) применяется в части, не урегулированной специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права.

Правила № 861, утвержденные во исполнение Федерального закона «Об электроэнергетике», являются специальным нормативным актом, детально регулирующим отношения в сфере технологического присоединения, включая вопросы ответственности сторон. Абзацем третьим подпункта «в» пункта 16 Правил № 861 для физических лиц – потребителей, присоединяющих энергопринимающие устройства мощностью до 15 кВт включительно для бытовых нужд на уровне напряжения до 0,4 кВ (к которым относится истец), установлен специальный размер неустойки за нарушение срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению, равный 0,25% от общего размера платы за каждый день просрочки. Данная норма является специальной по отношению к общим нормам Закона о защите прав потребителей о размере неустойки и подлежит применению в спорных правоотношениях. В пункте 17 договора, заключенного сторонами, также содержится условие о неустойке в размере 0,25% от платы за каждый день просрочки.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требование о взыскании неустойки, допустил нарушения в применении норм материального права, ссылаясь на положения п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей. В нарушение п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 17 суд не учел, что размер ответственности за просрочку исполнения обязательства по договору технологического присоединения с участием потребителя-гражданина специально урегулирован Правилами № 861. Указанные нарушения привели к неправильному определению размера подлежащей взысканию неустойки.

Период просрочки, установленный судом первой инстанции, составляет 399 дней (с 13 июня 2024 года по 16 июля 2025 года). Размер неустойки за один день просрочки равен 159,6 руб. (63 840 руб. * 0,25% / 100%). Расчетная сумма неустойки за весь период: 159,6 руб. * 399 дней = 63 680,4 руб.

Вместе с тем, истец заявила требования о взыскании неустойки за период с 13 ноября 2024 года по 01 сентября 2025 года. В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции истец не заявляла ходатайств об уточнении исковых требований и не изменяла указанный период. Таким образом, суд первой инстанции был связан рамками заявленных требований. Однако, разрешая спор и присуждая неустойку, суд вышел за пределы этих требований, определив период для ее взыскания с 13 июня 2024 года по 16 июля 2025 года (день вынесения решения суда).

Данное действие суда первой инстанции противоречит принципу диспозитивности, закрепленному в гражданском процессуальном законодательстве, и прямо нарушает требования ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, согласно которой суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Суд не вправе по собственной инициативе выходить за пределы заявленных требований, если истец от них не отказывается и не изменяет их. Следовательно, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для взыскания неустойки за период, предшествующий 13 ноября 2024 года, и его выводы в этой части являются незаконными.

Суд апелляционной инстанции, исправляя данную ошибку, полагает необходимым произвести расчет неустойки за заявленный истцом период. Истец просила взыскать неустойку за нарушение сроков с 13 ноября 2024 года по 01 сентября 2025 года. Однако, как следует из акта допуска в эксплуатацию прибора учета электрической энергии от 08 июля 2025 года № фактическое присоединение энергопринимающих устройств истца к электрическим сетям ответчика, возможно, было после 09 июля 2025 года. Следовательно, период нарушения, за который может быть взыскана неустойка, ограничивается датой фактического исполнения обязательства и составляет с 13 ноября 2024 года по 09 июля 2025 года, что в общей сложности составляет 239 дней. Соответственно, размер неустойки, подлежащей взысканию на основании абзаца третьего подпункта «в» пункта 16 Правил № 861 и пункта 17 договора, составляет 38 144,40 руб. (63 840 руб. * 0,25% / 100% = 159,6 руб. в день; 159,6 руб. * 239 дней = 38 144,40 руб.).

Таким образом, размер неустойки, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 38 144,40 руб.

Доводы апелляционной жалобы о снижении размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ, судебной коллегией отклоняются по следующим основаниям.

Неустойка, подлежащая взысканию в пользу потребителя-гражданина за нарушение срока оказания услуги по технологическому присоединению, рассчитана по специальной норме – абзацу третьему подпункта «в» пункта 16 Правил № 861. Данный размер неустойки установлен законом в качестве специальной меры ответственности в публичных договорах с участием граждан-потребителей и носит стимулирующий характер.

Апеллянтом не представлено доказательств явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Ответчик не обосновал, какие конкретно убытки могли бы возникнуть у потребителя и почему они были бы значительно ниже начисленной неустойки.

Установленный судом факт отсутствия электроснабжения на садовом участке истца в течение указанного периода, бесспорно свидетельствует об ущемлении ее прав как потребителя, поскольку лишает ее возможности использовать принадлежащее ей имущество по назначению, реализовывать свои бытовые потребности и права на комфортное и безопасное пребывание на участке, а взысканная неустойка, являясь адекватной мерой гражданско-правовой ответственности, призвана компенсировать потребителю последствия, вызванные ненадлежащим исполнением ответчиком принятых на себя обязательств.

Довод о необходимости применения при снижении неустойки двукратной учетной ставки Банка России относится к сфере предпринимательских отношений и не применим к правоотношениям с участием потребителя-гражданина.

Само по себе обращение ответчика с ходатайством о снижении неустойки, без предоставления убедительных доказательств ее чрезмерности, не обязывает суд применять положения ст. 333 ГК РФ. Бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о явной несоразмерности, лежит на должнике, и это бремя ответчиком не исполнено. Таким образом, взыскиваемая судебной коллегией сумма неустойки является законной, соразмерной характеру и длительности допущенного нарушения, и оснований для ее снижения по правилам ст. 333 ГК РФ не имеется.

Ссылка ответчика на отсутствие его вины в связи с необходимостью получения согласия СНТ «Узон» также не может служить основанием для освобождения от ответственности или снижения неустойки, поскольку в силу п. 5 ст. 38 Закона «Об электроэнергетике» и п. 4 ст. 13 Закона о защите прав потребителей именно ответчик как исполнитель услуги и гарантирующий поставщик несет ответственность за действия третьих лиц и обязан самостоятельно урегулировать все необходимые вопросы для надлежащего исполнения договора. Бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности, лежало на ответчике, однако представленные им доказательства не свидетельствуют о невозможности исполнения обязательств по независящим от него причинам в рамках положенного срока.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, оценив обстоятельства дела и доводы апелляционной жалобы, приходит к выводу о необходимости снижения размера компенсации морального вреда, взысканной судом первой инстанции. В соответствии со ст. 151 и п. 2 ст. 1101 ГК РФ, при определении размера компенсации морального вреда суд должен учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, а также требования разумности и справедливости.

Принимая во внимание, что настоящий спор связан с защитой прав потребителя, факт нарушения прав истца подтвержден материалами дела, что в силу ст. 15 Закона о защите прав потребителей является безусловным основанием для взыскания компенсации. Однако, определяя размер компенсации в 30 000 руб., суд первой инстанции в полной мере не учел конкретные обстоятельства дела: период просрочки после обращения истца в суд, отсутствие доказательств причинения истцу тяжких физических или нравственных страданий, а также тот факт, что истец не проживает на садовом участке постоянно, что уменьшает степень ее бытовых неудобств, связанных с отсутствием электроснабжения. Кроме того, как указано в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», размер присуждаемой компенсации морального вреда должен определяться с учетом характера и объема причиненных потребителю нравственных и физических страданий, а также принципа разумности и справедливости, что предполагает дифференцированный подход.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание доводы ответчика о наличии объективных трудностей при исполнении договора (необходимость получения согласия СНТ), которые не освобождают от ответственности, но могут быть учтены при определении соразмерной компенсации. С учетом изложенного, руководствуясь принципами разумности и справедливости, а также принимая во внимание период просрочки, установленный размер неустойки и отсутствие доказательств наступления для истца тяжких необратимых последствий, судебная коллегия полагает возможным снизить размер компенсации морального вреда до 15 000 руб., что будет соответствовать характеру и степени нарушения прав потребителя, отвечать требованиям разумности и справедливости, а также учитывать баланс интересов сторон.

В связи с изменением судом апелляционной инстанции размера взысканных с ответчика сумм неустойки и компенсации морального вреда, подлежит изменению и размер штрафа, исчисляемого в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей», согласно которому при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Поскольку после пересмотра дела общая сумма, присужденная в пользу Плугарь О.Ю., составила 53 144, 40 руб. (38 144,40 руб. неустойки + 15 000 руб. компенсации морального вреда), размер штрафа, подлежащего взысканию с ответчика, составляет 26 572,20 руб.

На основании изложенного решение суда первой инстанции в части размера взысканных сумм неустойки, компенсации морального вреда и штрафа подлежит изменению.

Руководствуясь статьями 327.1 – 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 16 сентября 2025 года в части взысканных неустойки, штрафа, компенсации морального вреда изменить.

Изложить резолютивную часть решения в следующей редакции:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Камчатскэнерго» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, неустойку за нарушение срока выполнения работы по договору от 24 ноября 2023 года № № за период с 13 ноября 2024 года по 09 июля 2025 года (включительно) в размере 38 144,40 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя в размере 26 572,20 руб.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Камчатскэнерго» в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 7 000 руб.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 февраля 2026 года