Дело № 2-14/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Кыра 8 апреля 2019 года

Кыринский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Курсиновой М.И.

при секретаре Батурине И.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

старшего помощника прокурора Кыринского района Лыгдыновой А.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Государственному учреждению здравоохранения «Кыринская центральная районная больница» о признании приказов незаконными и о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратилась в суд с иском о признании приказа о переводе незаконным, о восстановлении на работе в прежней должности, о взыскании разницы в заработной плате за время выполнения другой работы и о взыскании компенсации морального вреда, указав, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 час. 20 мин. к ее дому приехала 

<

данные изъяты> отдела кадров ГУЗ «Кыринская ЦРБ» Г.Я.Г. и заставила ее подписать уведомление от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ №, приказ о переводе ее на другую работу с оплатой 

<

данные изъяты> ставки. Копия приказа ей не была вручена. С данным приказом она не согласна, поскольку об условиях изменения организационных или технологических условий труда она не была ознакомлена за 2 месяца, а также она не была ознакомлена с причинами, вызвавшими необходимость таких изменений, нарушена ч.1 и ч.2 ст.74 ТК РФ. Согласия на перевод на 

<

данные изъяты> ставки она не давала, заявление о переводе на 

<

данные изъяты> ставки она не писала, переводиться на 

<

данные изъяты> ставки не собиралась. В соответствии со ст.72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по письменному соглашению сторон трудового договора, что работодателем было нарушено. На своей должности 

<

данные изъяты> она выполняет трудовую функцию в соответствии со своим образованием и считает нецелесообразным переводить ее на 

<

данные изъяты> ставки, поскольку количество неблагополучных семей возросло. Просит признать приказ от ДД.ММ.ГГГГ о переводе ее на другую работу на 

<

данные изъяты> ставки незаконным, восстановить ее в прежней должности 

<

данные изъяты> в соответствии с трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №, взыскать с работодателя разницу в заработке за все время выполнения ею другой работы на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей. 

В ходе судебного разбирательства истец ФИО3 изменила свои исковые требования и просила признать приказ № от ДД.ММ.ГГГГ и приказ № от ДД.ММ.ГГГГ в части, касающийся ее, о сокращении 

<

данные изъяты> ставки 

<

данные изъяты> и о переводе на 

<

данные изъяты> ставки 

<

данные изъяты> незаконными и отменить, признать приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о переводе ее на другую работу на 

<

данные изъяты> ставки незаконным и отменить его, восстановить ее на прежней должности 

<

данные изъяты> на прежнею ставку, взыскать с работодателя компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей, указав в измененном исковом заявлении, что с приказами № и № от ДД.ММ.ГГГГ она не была ознакомлена, копии данных приказов были предоставлены ее представителю в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, ссылка ответчика на приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ №366н от 16.04.2012 «Об утверждении порядка оказания педиатрической помощи» незаконна и противоречит действующему законодательству, поскольку данный приказ касается деятельности участковых педиатров, а не специалистов по социальной работе, в приложении №5 к приказу №366н, на который ссылается ответчик, в пункте 61 указана должность социального работника, а также в указанном приказе речь идет о кабинете врача-педиатра участкового, прививочного кабинета детской поликлиники (отделения), процедурного кабинета, физиотерапевтического кабинета, кабинета лечебной физкультуры, кабинета массажа, дневного стационара детской поликлиники, о кабинете социальной работы нет ни слова. Должность специалиста по социальной работе была введена на основании приказа от 16 августа 2012 года №374 «Об организации работы медицинских учреждений с социально-неблагополучными и социально-уязвимыми семьями на территории Забайкальского края» во исполнение Федерального закона от 24.06.1999 №120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», а не приказа №366н «Об утверждении порядка оказания педиатрической помощи». Согласно Положения об организации деятельности кабинета социальной работы – приложение №1 пункт 2 к приказу Министерства здравоохранения Забайкальского края от 16 августа 2012 года №373 кабинет по социальной работе является структурным подразделением медицинской организации ГУЗ «Кыринская ЦРБ», а не детской поликлиники. Считает, что основания для перевода ее на 

<

данные изъяты> ставки необоснованные и незаконные, перевод работника на 

<

данные изъяты> ставки по инициативе работодателя может быть осуществлен при предстоящих кардинальных, существенных изменениях условий труда. 

Истец ФИО3, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие с участием ее представителя ФИО1.

Представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании от исковых требований о восстановлении на работе по прежней должности отказалась, в остальной части исковые требования поддержала, пояснив суду, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была принята на работу в ГУЗ «Кыринская ЦРБ» на должность 

<

данные изъяты>, с ней был заключен трудовой договор, издан приказ о приеме на работу, разработана должностная инструкция, с которой ФИО3 была ознакомлена. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 было вручено уведомление №, в котором было указано, что ФИО3 переводят на 

<

данные изъяты> ставки на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ «О сокращении штатных единиц и внесении изменений в штатное расписание ГУЗ «Кыринская ЦРБ». В материалах дела также имеется приказ № от ДД.ММ.ГГГГ «О сокращении физических лиц ГУЗ «Кыринская ЦРБ», в котором идет речь о сокращении 

<

данные изъяты> ставки должности 

<

данные изъяты>, должность же ФИО3 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была ознакомлена с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ о переводе ее на другую работу, в котором имеется ссылка, что основанием является личное заявление, которое ФИО3 не писала. Приказ издан и подписан после рабочего времени. С приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не согласна, поскольку заявления она не писала. Приказы № и № противоречат статье 74 Трудового кодекса РФ, так как данная норма должна была быть применена при издании этих приказов. Данными приказами были нарушены права ФИО3 на выполнение работы в полном объеме и на заработную плату. Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ противоречит ст.74 и ст.72 ТК РФ. ФИО3 на другую работу с изменением трудовой функции, а также на 

<

данные изъяты> ставки не переводилась, заработную плату получила в полном объеме. Какие права ФИО3 были нарушены приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, пояснить не может. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была уволена по сокращению численности работников. Решением Кыринского районного суда от 22 февраля 2019 года ФИО3 была восстановлена на должность 

<

данные изъяты> на 

<

данные изъяты> ставку, с ДД.ММ.ГГГГ до настоящего времени она работает в ГУЗ «Кыринская ЦРБ». В связи с переводом и увольнением ФИО3 были причинены нравственные страдания, вызванные несправедливостью, ограничением возможности трудиться, она обращалась в больницу, затем она продолжила лечение в 

<

адрес>. 

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования признала частично, пояснив суду, что она согласна с тем, что в приказах № и № неправильно указана должность ФИО3, в остальной части исковые требования она не признает. ФИО3 была принята на работу в ГУЗ «Кыринская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ на должность 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ на заседании комиссии ГУЗ «Кыринская ЦРБ» было принято решение о сокращении работников, в том числе 

<

данные изъяты> ставки 

<

данные изъяты> из-за уменьшения численности населения Кыринского района, прикрепленного к Кыринской ЦРБ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 было вручено уведомление о том, что ее должность переводится на 

<

данные изъяты> ставки с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ был издан приказ о переводе специалиста по социальной работе на 

<

данные изъяты> ставки. ФИО3 отказалась от перевода и была уволена по сокращению численности работников, ей было выплачено выходное пособие в ДД.ММ.ГГГГ года. ФИО3 на другую работу не переводилась, заработная плата ей была выплачена в полном объеме, приказ № к ней не применялся. В приказе № ошибочно указано про личное заявление, заявление от ФИО3 не поступало. По решению Кыринского районного суда от 22 февраля 2019 года ФИО3 была восстановлена на работу и вышла на работу ДД.ММ.ГГГГ после выходных дней, по настоящее время состоит в трудовых отношениях с ГУЗ «Кыринская ЦРБ». Решение суда от ДД.ММ.ГГГГ было исполнено полностью, ФИО3 выплачена заработная плата за время вынужденного прогула и компенсация морального вреда. 

Выслушав объяснения представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора о частичном удовлетворении исковых требований, суд приходит к следующему выводу.

Согласно положениям ст.22 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно п. 2 ч.1 ст. 81 ТК РФ, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации.

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ) при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом РФ порядка увольнения и гарантий, предусмотренных в ч. 3 ст. 81, ч. 1 ст. 179, ч. ч. 1 и 2 ст. 180 Трудового кодекса РФ.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (ст. 34 ч. 1; ст. 35 ч. 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями ст.37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Таким образом, из смысла приведенных выше норм действующего трудового законодательства следует, что право определять численность и штат работников принадлежит работодателю.

Прекращение трудового договора на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ – сокращение численности или штата работников организации признается правомерным при условии, что сокращение численности или штата работников в действительности имело место и соблюден установленный порядок увольнения. Обязанность доказать данные обстоятельства возлагается на работодателя.

То обстоятельство, что в организации действительно (реально) проведено сокращение численности или штата работников, должно быть подтверждено, в том числе приказом руководителя организации об утверждении нового штатного расписания или о внесении в него соответствующих изменений.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была принята на работу в ГУЗ «Кыринская ЦРБ» на должность 

<

данные изъяты>, что подтверждается приказом № § 3 от ДД.ММ.ГГГГ и трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Как следует из протокола собрания комиссии от ДД.ММ.ГГГГ, на заседании данной комиссии был рассмотрен вопрос о сокращении работников ГУЗ «Кыринская ЦРБ» и было принято решение о внесении изменений в штатное расписание ГУЗ «Кыринская ЦРБ» путем сокращения 

<

данные изъяты> ставки специалиста по социальной работе, 

<

данные изъяты> ставки медицинской сестры картотеки, 

<

данные изъяты> ставки медицинской сестры процедурной и о предупреждении о предстоящем сокращении ФИО3 и других работников.

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ главного врача ГУЗ «Кыринская Кыринская центральная районная больница» в целях повышения эффективности использования ресурсов и в связи с необходимостью рационализации штатной структуры учреждения, принято решение о внесении изменений в штатное расписание ГУЗ «Кыринская ЦРБ» с ДД.ММ.ГГГГ путем сокращения 

<

данные изъяты> ставки социального работника, 

<

данные изъяты> ставки медсестры картотеки и 

<

данные изъяты> ставки медсестры процедурной.

Как следует из приказа главного врача ГУЗ «Кыринская центральная районная больница» № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с сокращением с ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ставки социального работника, 

<

данные изъяты> ставки медсестры картотеки, 

<

данные изъяты> ставки медицинской сестры процедурной следует предупредить работников, в том числе ФИО3 – 

<

данные изъяты> ГУЗ «Кыринская ЦРБ» о предстоящем переводе на 

<

данные изъяты> ставки с ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ ГУЗ «Кыринская ЦРБ» издан приказ № о переводе ФИО3 с должности 

<

данные изъяты> 1 ставка на должность 

<

данные изъяты> 0,5 ставки. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 вручено уведомление из которого следует, что в связи с ее отказом от перевода на 0,5 вакантной ставки 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с п. 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор, заключенный с ней ДД.ММ.ГГГГ, будет расторгнут ДД.ММ.ГГГГ. При расторжении трудового договора ей будут предоставлены соответствующие гарантии и компенсации, предусмотренные ч. 1 статьи 178 ТК РФ.

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ главного врача ГУЗ «Кыринская ЦРБ» трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ № прекращен, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 – 

<

данные изъяты> уволена по п. 2 ст. 81 ТК РФ - сокращение численности или штата работников организации, на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ «О сокращении штатных единиц и внесении изменений в штатное расписание ГУЗ «Кыринская ЦРБ». 

Решением Кыринского районного суда Забайкальского края от 22 февраля 2019 года увольнение ФИО3 было признано незаконным, она была восстановлена на работу в ГУЗ «Кыринская ЦРБ» в должности специалиста по социальной работе, в ее пользу была взыскана заработная плата за время вынужденного прогула и компенсация морального вреда.

Как следует из указанного решения суда, основанием восстановления ФИО3 на работе в прежней должности послужило нарушение установленного законом порядка увольнения и отсутствие законного основания для увольнения.

Как следует из пояснений сторон, ФИО3 восстановлена на работе с ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время состоит с ответчиком в трудовых отношениях. 

С учетом установленных обстоятельств, исходя из приведенных выше правовых норм и, что принятие решения о внесении изменений в штатное расписание относится к компетенции работодателя и является его самостоятельным полномочием, а также исходя из того, что на момент рассмотрения данного дела истец восстановлена на прежней должности, суд считает требования истца о признании приказов № и № от ДД.ММ.ГГГГ в части, касающихся истца ФИО3, незаконными и об их отмене не подлежащими удовлетворению. 

К тому же, как следует из материалов дела и установлено судом, сам факт наличия оспариваемых приказов работодателя в отношении истца не нарушает прав истца ФИО3, так как решением Кыринского районного суда от 22 февраля 2019 года права истца на работу и на заработную плату, о нарушении которых в результате издания оспариваемых приказов в отношении истца указала в судебном заседании представитель истца ФИО1, восстановлены. 

Доводы представителя истца о том, что оспариваемые приказы № и № от ДД.ММ.ГГГГ противоречат ст.74 Трудового кодекса РФ, суд признает несостоятельными, как основанные на неправильном толковании норм материального права. 

Статья 74 ТК РФ регулирует порядок изменения работодателем определенных сторонами условий трудового договора по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда, к которым относятся изменение в технике и технологии производства, совершенствование рабочих мест на основе их аттестации, структурная реорганизация производства и т.п..

Сокращение же численности или штата работников организации — это уменьшение количества штатных единиц по определенной должности или полное исключение из штатного расписания некоторых должностей. 

При принятии решения о сокращении численности работников, об изменении структуры, штатного расписания, работодатель действует исходя из целей осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом, то есть работодатель может принять указанное решение в результате оптимизации производства, сокращение видов осуществляемой деятельности и т.п..

Таким образом, положения ст.74 ТК РФ не применимы при решении работодателем вопроса о сокращении численности или штата работников организации. 

Поэтому при принятии ответчиком приказа № о сокращении численности работников учреждения и приказа № о предупреждении работников о предстоящем сокращении численности работников, ответчик не должен был применять и соблюдать требования ст.74 ТК РФ об изменении существенных условий трудового договора, поскольку при сокращении численности работников организации существенные условия трудового договора не изменяются, а происходит исключение из штатного расписания определенного количества штатных единиц. 

К тому же в силу ст.180 ТК РФ работодатель обязан предупредить работника о предстоящем сокращении численности или штата работников организации за 2 месяца. Поэтому издание ответчиком приказа № от ДД.ММ.ГГГГ о предупреждении работников о предстоящем сокращении работников не противоречит трудовому законодательству и не нарушает права истца. 

Разрешая исковые требования истца о признании приказа ГУЗ «Кыринская ЦРБ» № от ДД.ММ.ГГГГ о переводе на другую работу незаконным и об его отмене, суд приходит к следующему. 

Согласно ст.72 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В соответствии с частью первой статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации перевод на другую работу - это постоянное или временное изменение трудовой функции работника или структурного подразделения (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре) при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.

Как следует из пояснений сторон, материалов дела и установлено судом, после издания приказа № о переводе на другую работу истец ФИО3 не была переведена на другую работу с изменением ее трудовой функции или структурного подразделения, трудовая функция и размер заработной платы истца остались прежними. 

Таким образом, после издания оспариваемого приказа № от ДД.ММ.ГГГГ правовые последствия перевода для истца не наступили, истец не приступил к исполнению обязанности по другой должности, в другом структурном подразделении, а работал в прежней должности по ДД.ММ.ГГГГ по день увольнения и истцу была выплачена заработная в полном объеме в установленном размере. 

Доказательств обратного истцом не представлено, напротив, представитель истца в судебном заседании подтвердила, что перевод истца на другую работу не производился ответчиком, заработная плата истцу была выплачена в полном объеме, а также представитель истца в судебном заседании не смогла пояснить какие права ФИО3 были нарушены приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что, несмотря на издание и наличие приказа № от ДД.ММ.ГГГГ о переводе истца на другую работу, права истца работодателем не были нарушены.

Исходя из того, что после издания приказа № от ДД.ММ.ГГГГ перевода истца на другую работу ответчиком не производилось, существенные условия трудового договора и трудовая функция истца не изменялись, суд приходит к выводу, что правовые последствия перевода для истца не наступили и трудовые права истца ответчиком не нарушены в связи с чем по делу отсутствует предмет спора как таковой.

Кроме того, как указано выше истец ФИО3 решением Кыринского районного суда Забайкальского края от 22 февраля 2019 года восстановлена на работу в ГУЗ «Кыринская ЦРБ» в должности 

<

данные изъяты> и с ДД.ММ.ГГГГ работает в данной должности.

С учетом того, что права истца работодателем не нарушены, суд считает требования истца о взыскании компенсации морального вреда не подлежащими удовлетворению. 

К тому же, как следует из пояснений представителя истца ФИО1 в судебном заседании и из письменных пояснений истца, приобщенных представителем истца в ходе судебного заседания, моральный вред истца, о компенсации которого заявлено истцом, выражается в нравственных страданиях, причиненных истцу в результате перевода и увольнения. 

Однако, как установлено судом и указано выше, правовые последствия перевода для истца не наступили, права истца работодателем нарушены не были, а решением Кыринского районного суда от 22 февраля 2019 года в связи с незаконным увольнением истца с ответчика ГУЗ «Кыринская ЦРБ» в пользу истца была взыскана компенсация морального вреда. 

Издание приказа о переводе на другую работу без фактического перевода истца на другую работу и без изменений существенных условий трудового договора не влечет за собой негативных последствий для истца и не нарушает его трудовые права. 

На основании изложенного в удовлетворении исковых требований истца надлежит отказать. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к Государственному учреждению здравоохранения «Кыринская центральная районная больница» о признании приказов незаконными и о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Кыринский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: М.И. Курсинова

Мотивированное решение составлено 13 апреля 2019 года.