Гражданское дело № 2-699/2019

УИД: 66RS0032-01-2019-000877-87

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 27 декабря 2019 года

РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

19 декабря 2019 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре судебного заседания Диланян А.С.,

с участием старшего помощник прокурора г. Кировграда Желновода Д.В.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующего на основании ордера 079736 от 20 декабря 2019 года,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-699/2019 по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие несчастного случая на производстве, в размере 100000 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления в размере 3000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 01 августа 2015 года была принята на работу к ИП ФИО3 на должность администратора гостиницы; приказом от 31 декабря 2016 года истец уволена на основании пункта 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по соглашению сторон). 23 сентября 2016 года с истцом, находившейся при исполнении трудовых обязанностей, произошел несчастный случай, в результате чего она получила производственную травму. По факту несчастного случая работодателем ИП ФИО3 25 сентября 2016 года составлен акт по форме Н-1, согласно которому причиной несчастного случая явился пожар (поджог), лица, допустившие нарушение требований охраны труда, отсутствуют. В результате несчастного случая на производстве истцу причинен средней тяжести вред здоровью, истец длительное время находилась на лечении и до настоящего времени состояние здоровья не восстановлено, требуется дополнительное лечение. Полагая, что несчастный случай на производстве с истцом произошел по вине ответчика, не принявшего всех необходимых и достаточных мер к обеспечению безопасных условий труда, истец, ссылаясь на положения статей 212, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, обратилась в суд с настоящим иском и просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, выразившегося в физических страданиях и нравственных переживаниях, в размере 100000 рублей, а также судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления в размере 3000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2, действующий на основании ордера 079736 от 20 декабря 2019 года, исковые требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержали, просили удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, ссылаясь на их необоснованность по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Старший помощник прокурора города Кировграда Желновод Д.В. дал заключение об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение старшего помощника прокурора г. Кировграда Желновода Д.В., показания свидетеля Д.Э.В., исследовав письменные доказательства, в том числе показания свидетеля Д.Э.В., материалы уголовного дела № 160581131, медицинские документы на имя ФИО1, в совокупности, суд находит иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

В соответствии со статьями 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе, безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Согласно части 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли, в частности в течение рабочего времени на территории работодателя (ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации).

Аналогичные положения установлены в пункте 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Минтруда России от 24 октября 2002 года № 73.

Понятие несчастного случая на производстве содержится в статье 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под которым понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ответчиком ИП ФИО3 с 01 августа 2015 года в должности администратора гостиницы «Прогресс», расположенной по адресу: г. Верхний Тагил, ул. *** на основании приказа о приеме на работу № 9 от 01 августа 2015 года и трудового договора № 9 от 01 августа 2015 года; на основании приказа № 12 от 31 декабря 2016 года трудовой договор № 9 от 01 августа 2015 года прекращен, а ФИО1 уволена 31 декабря 2016 года на основании пункта 1 статьи 77 Трудового кодекса российской Федерации (по соглашению сторон). 

Из материалов дела также следует, что должностные права, обязанности, а также ответственность администратора гостиницы «Прогресс» определены в должностной инструкции, утвержденной ИП ФИО3 03 января 2015 года.

Судом также установлено и следует из материалов дела, что 23 сентября 2016 года с ФИО1, находившейся при исполнении трудовых обязанностей, произошел несчастный случай, в результате чего она получила производственную травму.

В последующем, согласно акту судебно-медицинского обследования (освидетельствования) № 387 от 04 октября 2016 года, а также согласно заключению эксперта № 251 от 24 июля 2019 года, в результате данного несчастного случая ФИО1 причинены телесные повреждения. Указанные телесные повреждения носят единый механизм образования и оцениваются по признаку длительности расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель и по этому признаку квалифицируются как причинившие средней тяжести вред здоровью. 

По факту несчастного случая работодателем ИП ФИО3 25 сентября 2016 года составлен акт по форме Н-1, согласно которому причиной несчастного случая явился пожар (поджог), а лица, допустившие нарушение требований охраны труда, отсутствуют, при этом, обучение по охране труда, проверка знаний по охране труда, не проводились, а затем, 27 сентября 2016 года работодателем ИП ФИО3 составлен второй акт по форме Н-1 (с которым истец не была ознакомлена), согласно которому вводный инструктаж проводился 01 августа 2015 года, а причиной несчастного случая явилось нарушение пунктов 11, 12 должностной инструкции, утвержденной ИП ФИО3 03 января 2015 года, а также пунктов 4.1.2.2., 4.1.2.3., 4.1.2.5. Правил внутреннего трудового распорядка и пункта 1.4 Инструкции по охране труда, которые стороной ответчика в материалы дела не представлены. Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, указана администратор гостиницы ФИО1, которая нарушила пункты 11, 12 должностной инструкции, утвержденной ИП ФИО3 03 января 2015 года, а также пунктов 4.1.2.2., 4.1.2.3., 4.1.2.5. Правил внутреннего трудового распорядка и пункта 1.4 Инструкции по охране труда (пункт 10). При этом, в пункте 10 акта также указано, что факт грубой неосторожности в действиях ФИО1 не установлен. 

19 октября 2016 года по факту поджога помещения гостиницы «Прогресс», расположенного по адресу: г. Верхний Тагил, ул. ***, возбуждено уголовное дело № 160581131 в отношении неустановленного лица по признакам состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации, в рамках которого ФИО1 признана потерпевшей. Кроме того, постановлением от 08 ноября 2017 года из материалов уголовного дела № 160581131 по факту *** ФИО1 выделены в отельное производство материалы в отношении неустановленных лиц.

Полагая, что несчастный случай на производстве с истцом произошел по вине ответчика, не принявшего всех необходимых и достаточных мер к обеспечению безопасных условий труда, истец, ссылаясь на положения статей 212, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, обратилась в суд с настоящим иском и просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, выразившегося в физических страданиях и нравственных переживаниях.

Оценивая доводы истца в указанной части, суд, вопреки доводам стороны ответчика, применительно к вышеприведенным нормам материального права, приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца с ответчика компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие несчастного случая на производстве, поскольку в судебном заседании достоверно установлен факт бездействия работодателя ИП ФИО3, выразившегося в ненадлежащем исполнении обязанности по созданию надлежащих условий труда работнику ФИО1, непринятие работодателем мер для недопущения беспрепятственного доступа на территорию гостиницы посторонних лиц (отсутствие тревожной кнопки и надлежащей работы системы видеонаблюдения, а также круглосуточной физической охраны), способствовало причинению вреда здоровью ФИО1, которая в связи с применением к ней противоправных действий, а также поджога помещения гостиницы неустановленными лицами, вынуждена была ***, в результате чего ей были причинены телесные повреждения. 

Так, из материалов дела следует, что в ходе расследования вышеуказанного уголовного дела № 160581131 в адрес ООО «СК «Согласие», с которой у ИП ФИО3 28 июня 2016 года был заключен договор страхования гражданской ответственности за причинение вреда № 2006087-0444274/16ГОПВПН, вынесено представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления, в котором указано, что здание гостиницы оснащено камерами видеонаблюдения, однако в период совершения преступления не все камеры работали исправно, в вечернее время в 22:00 в здании гостиницы остается только администратор – женщина, которая занимается приемом клиентов гостиницы, однако, учитывая, что здание двухэтажное; администратор не имеет физической возможности отслеживать весь периметр здания и все помещения, также администратор не является сотрудником охраны и согласно должностных обязанностей, она не является лицом, осуществляющим охрану; помимо пожарной сигнализации, тревожная кнопка, равно как и физическая круглосуточная охрана в помещении гостиницы отсутствуют. 

Данные обстоятельства также установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 18 июля 2017 года по делу № А60-9078/2017, которое суд оценивает в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами, в том числе показаниями свидетеля Д.Э.В., по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, доводы стороны ответчика об отсутствии вины работодателя в причинении вреда здоровью работнику вследствие несчастного случая на производстве суд отклоняет как несостоятельные.

Доводы стороны ответчика о том, что вред истцу причинен уголовно наказуемыми действиями неустановленных лиц нельзя признать правомерными, поскольку в качестве основания заявленных требований истцом было указано на наличие вины работодателя, выразившейся в необеспечении им надлежащих условий труда работнику, в том числе, по непринятию мер по недопущению беспрепятственного доступа на территорию гостинцы, неустановленных лиц (отсутствие тревожной кнопки и надлежащей работы системы видеонаблюдения, а также круглосуточной физической охраны), что способствовало совершению преступления.

Более того, по смыслу положений части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд обязан принимать решение по заявленным истцом требованиям, то есть исходя из предмета и фактических оснований заявленного иска.

В силу положений 4 и абзаца 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществление технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами международного права и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве обязанность по компенсации членам семьи работника вреда, в том числе морального, может быть возложена на работодателя, не обеспечившего работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В Постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу «Максимов (Maksimov) против России» указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Таким образом, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца с ответчика, суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых истцу был причин вред здоровью вследствие несчастного случая на производстве, а также нарушены личные неимущественные права истца, физические и нравственные страдания, связанные с индивидуальными особенностями истца, которые она испытывала и испытывает вплоть до настоящего времени в связи с повреждением здоровья вследствие несчастного случая на производстве, что подтверждается представленными в материалы дела медицинскими документами, наличие вины ответчика, не обеспечившего истцу безопасных условий труда, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе отсутствие в действиях ФИО1 грубой неосторожности, на что прямо указано работодателем в пункте 10 акта по форме Н-1 от 27 сентября 2016 года и в связи с этим об отсутствии оснований для снижения размера компенсации морального вреда (статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации), принципы разумности и справедливости, руководствуясь вышеприведенным нормам права, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в заявленном размере 100000 рублей; оснований для взыскания компенсации морального вреда в меньшем размере суд, исходя из установленных по делу обстоятельств, не усматривает.

В силу статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из госпошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся, помимо прочего, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Из материалов дела следует, что истец понесла расходы по оплате юридических услуг по составлению искового заявления по настоящему делу в размере 3 000 рублей (квитанция к приходному кассовому ордеру серии АД № 001962 от 15 августа 2019 года – том № 1 л.д. 20), в связи с чем, указанные расходы относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела, подлежащим возмещению на основании статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в полном объеме.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате юридических услуг по составлению иска в сумме 3 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева