УИД: 56RS0016-01-2025-000013-90

дело № 2-61/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Плешаново 12 марта 2025 года

Красногвардейский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Стройкиной Д.Р., 

при секретаре Миллер Л.В., 

с участием представителя истца ФИО1 - адвоката адвокатского кабинета «Защита» Комбарова А.Н., действующего на основании ордера № А39/10 от 12 марта 2025 года,

ответчика/представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, действующей на основании доверенности от 04 марта 2025 года,

представителя ответчиков ФИО2 и ФИО3 – ФИО4, действующего на основании устного ходатайства,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 и ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий его недействительности,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Красногвардейский районный суд с вышеуказанным иском.

Заявленные требования мотивированы тем, что до 13 января 2023 года он являлся собственником жилого дома, кадастровый номер 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты> на основании договора дарения от 26.04.2016 года и договора дарения от 05.08.2014 года. Также на праве собственности ему принадлежал земельный участок, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, кадастровый номер 

<

данные изъяты>.

13 января 2023 года между ним и ФИО5 был заключен договор дарения вышеуказанных жилого дома и земельного участка.

Указанный договор был зарегистрирован, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделана запись регистрации 13.01.2023 года.

Ввиду скоропостижной смерти одаряемого 04.08.2024 года на СВО в права наследства на указанный жилой дом и земельный участок вступила родная сестра умершего ФИО3

ФИО5 при заключении Договора убедил его в том, что договор будет заключаться только на некоторое время (около двух лет), а по истечении указанного срока ФИО5 обещал переоформить обратно на него жилой дом и земельный участок.

Фактически ни покойный ФИО5, ни его сестра ФИО3, которой написано заявление о вступлении в наследство с момента заключения договора дарения, и по настоящее время, в спорном доме не проживали, с требованием к истцу об освобождении жилища для реализации защиты прав собственности по владению и пользованию недвижимым имуществом не обращались, коммунальные услуги не оплачивали.

В момент заключения рассматриваемой сделки (договора дарения), в условиях вышеуказанных обстоятельств, а именно заверений ФИО5 о том, что, подписывая договор, через два года все имущество вернется ему обратно, истец не осознавал последствия своих действий. Кроме того, природа спорной сделки ФИО5 разъяснена ему не была, соответственно, в силу обстоятельств, указанных выше, юридическая природа сделки оставалась для него неизвестной.

03.08.2023 года его бывшей супругой ФИО6 в отдел полиции №1 МУ МВД России «Оренбургское» было написано заявление по факту нанесения ему телесных повреждений со стороны ФИО5

10.08.2023 года по данному заявлению было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в связи с тем, что его бывшая супруга ФИО6 просила прекратить разбирательство по ее заявлению, так как боялась, что ФИО5 за данное преступление получит реальный срок. При этом ФИО5 около 30-ти лет провел в местах лишения свободы, в том числе за тяжкие и особо тяжкие преступления. Кроме того, ФИО5 употреблял алкоголь и наркотические вещества, в связи с чем, неоднократно проходил лечение в наркологическом диспансере.

Данные обстоятельства подтверждают доводы истца о мнимости заключенного договора дарения, поскольку стороны не имели намерений придать значение этой сделке, вызвать юридические последствия, указанные в договоре, и свидетельствуют о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Истец ФИО1 просит суд признать договор дарения, заключенный между ним и ФИО5 13.01.2023 года недействительным. Применить последствия недействительности сделки, стороны договора вернуть в первоначальное положение, признав право собственности на жилой дом и земельный участок, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> за ФИО1

Определением Красногвардейского районного суда Оренбургской области от 19 февраля 2025 года к участию в качестве соответчика был привлечен ФИО2

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, был надлежащим образом извещен о дате, времени и мест судебного заседания.

Участвуя в предыдущем судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО6 заявленные требования поддержали в полном объеме, по изложенным в иске доводам. Дополнительно указали суду, что 

<

данные изъяты>

Представитель истца ФИО1 - адвокат Комбаров А.Н. в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, указывая, что 

<

данные изъяты>

В судебное заседание ответчик ФИО2 не явился, извещался судом надлежащим образом.

Ответчик ФИО3, действующая также по доверенности от имени ответчика ФИО2, в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просила отказать. По существу заявленных требований пояснила, что 

<

данные изъяты>

Представитель ответчиков –ФИО4 в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просил отказать, указывая, что между сторонами была заключена письменная сделка, которая в установленном порядке была зарегистрирована в Росреестре. Полагает, что истцу ФИО1 хорошо были известны юридические последствия заключения договора дарения, поскольку он сам стал собственником жилого дома и земельного участка на основании договоров дарения. 

В судебное заседание третье лицо - нотариус с. Плешаново и Красногвардейского района Оренбургской области ФИО7 не явился, был извещен надлежащим образом.

Участвуя в предыдущем судебном заседании, пояснил суду, что по факту смерти ФИО5 было заведено наследственное дело по заявлению его отца, представителем которого является ответчик ФИО3, действовавшая на основании нотариально заверенной доверенности. Спорный жилой дом вместе с земельным участком были включены в наследственную массу. 10 февраля 2025 года нотариусом были выданы свидетельства о праве на наследство по закону.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 являлся собственником жилого дома с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенные по адресу: 

<

данные изъяты> до 26 января 2023 года.

Указанный жилой дом и земельный участок принадлежали истцу по праву общей долевой собственности: 1/3 доля на основании Договора дарения от 26 апреля 2016 года (право общей долевой собственности зарегистрировано 23 ноября 2017 года); 2/3 доли на основании Договора дарения от 05 августа 2014 года (право общей долевой собственности зарегистрировано 22 августа 2014 года).

13 января 2023 года между ФИО1 и ФИО5 был заключен договор дарения в простой письменной форме, согласно которому даритель подарил, а одаряемый принял в дар жилой дом с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенные по адресу: 

<

данные изъяты>

Пунктом 12 договора предусмотрено, что переход права подлежит обязательной государственной регистрации в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области. Одаряемый приобретает право собственности на указанные земельный участок и жилой дом с момента государственной регистрации права в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области.

Указанный договор подписан каждой стороной лично, зарегистрирован 13 января 2023 года в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области.

После совершения сделки ФИО5 зарегистрировал за собой право собственности на данные жилой дом и земельный участок, запись регистрации № 

<

данные изъяты> и № 

<

данные изъяты> от 26 января 2023 года.

04 августа 2024 года ФИО5 умер, что подтверждается копией записи акта о смерти № 

<

данные изъяты> от 27 сентября 2024 года.

После смерти ФИО5 нотариусом нотариального округа с. Плешаново и Красногвардейского района Оренбургской области ФИО7 было заведено наследственное дело № 

<

данные изъяты>. По состоянию на 18 февраля 2025 года наследником, принявшим наследство по закону, является отец ФИО5 – ФИО2, которому 10 февраля 2025 года были выданы свидетельства о праве на наследство по закону на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

данные изъяты>.

Из содержания выписок из ЕГРН от 19 февраля 2025 года усматривается, что с 11 февраля 2025 года спорные жилой дом с земельным участком, расположенные по адресу: 

<

данные изъяты> принадлежат на праве собственности ФИО2, в связи с чем ответчик ФИО3 является ненадлежащим ответчиком.

В соответствии с п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

На основании пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с пунктом 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности, таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Под природой сделки следует понимать тип сделки, то есть совокупность признаков, позволяющих отличить один тип сделки от другого, под тождеством - полное совпадение реального предмета сделки с представлением о нем у стороны, совершавшей сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу закона сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные правовые последствия, а не те, которые он имел в виду в действительности.

Таким образом, сделка может быть признана недействительной, если волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.

Обращаясь в суд с иском, истец указывает на то, что он был введен в заблуждение относительно подписываемого договора дарения жилого дома с земельным участком, поскольку полагал, что спорное имущество через 1 год будет возвращено в его собственность, как обещал ФИО5

Следовательно, юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является выяснение вопроса о том, понимал ли истец сущность сделки на момент ее совершения или же воля истца была направлена на совершение сделки вследствие заблуждения относительно ее существа применительно к пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, представитель истца указывает на то, что ФИО1 не осознавал юридические последствия совершаемой им сделки, заключил её по просьбе своей бывшей супруги ФИО6, с которой сожительствовал ФИО5 

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 лично подписывал договор дарения, на момент подписания договора был дееспособным, по состоянию здоровья мог самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности, не страдал заболеваниями, препятствующими осознанию сути подписываемого договора и обстоятельств его заключения, действовал добровольно, у него отсутствовали обстоятельства, вынуждающие совершить данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях, что подтверждается его подписью в договоре дарения.

Допустимых доказательств того, что ФИО1, совершая оспариваемую сделку дарения недвижимости, действовал под влиянием обмана со стороны ФИО5, либо существенного заблуждения, находился в болезненном или ином состоянии, при котором он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, стороной истца в материалы дела не представлено.

Кроме того, при заключении договора дарения от 13 января 2023 года сторонами согласованы все существенные условия договора, четко выражены его предмет и воля сторон, договор не содержит встречных обязательств со стороны одаряемого, в связи с чем, суд приходит к выводу, что воля ФИО1 была направлена на передачу принадлежащих ему объектов недвижимости в дар ФИО5, следовательно, он не мог заблуждаться относительно природы сделки.

Более того, истец ФИО1 сам являлся собственником спорных объектов недвижимости на основании договоров дарения, поэтому юридические последствия заключения подобных сделок ему были известны. 

Участвуя в судебном заседании 19 февраля 2025 года ФИО1 подтвердил, что ему было понятно, что после оформления договора дарения он перестанет быть собственником отчуждаемых объектов недвижимости.

При этом мотивы, по которым ФИО1 была совершена указанная сделка (по просьбе бывшей супруги ФИО6), в данном случае значения не имеет.

Более того, из содержания п. 11 договора следует, что настоящий договор содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства, которые могли быть приняты, или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме, до заключения настоящего договора.

Таким образом, суду не было предоставлено достаточных доказательств заблуждения истца относительно природы сделки, что его действия фактически предполагали передачу спорного недвижимого имущества во временное пользование, а не договора дарения.

Согласно п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу закона мнимые сделки представляют собой, в том числе, действия, совершаемые для создания у лиц, не участвующих в этой сделке, ложное представление о намерениях участников сделки. В случае совершения мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки и целью сторон является возникновение правовых последствий для каждой или для одной из них в отношении третьих лиц.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерны для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Мнимость является самостоятельным основанием ничтожности сделки и в соответствии с ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по общему правилу подлежит доказыванию тем лицом, которое ссылается на это основание.

Указывая на мнимость сделки, истец ссылается на наличие конфликтных отношений с ФИО8 в августе 2023 года, на его многочисленные судимости.

Указанные обстоятельства не могут свидетельствовать о мнимости договора дарения, поскольку конфликт произошел после заключения сделки. Наличие у одаряемого судимости, а также прохождение противоалкогольного лечения, само по себе также не свидетельствует о мнимости сделки.

Истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что ФИО5 был ему ранее знаком, договор дарения заключил по просьбе своей бывшей супруги ФИО6, с которой у него сохранились хорошие отношения.

Довод о том, что ФИО5 не вселялся в спорный жилой дом, с требованием к истцу об освобождении жилища для реализации защиты прав собственности по владению и пользованию недвижимым имуществом, не может быть принят судом во внимание и не свидетельствует о мнимости сделки, поскольку в судебном заседании установлено, что сам истец не проживал в указанном жилом доме с 2017 года, был зарегистрирован по указанному адресу с 13 августа 2008 года по 08 августа 2022 года, что подтверждается справкой Отд МВД России по Красногвардейскому району от 22 января 202 года.

Согласно справке администрации муниципального образования Пушкинский сельсовет Красногвардейского района Оренбургской области от 27 января 2025 года № 21, по адресу: 

<

данные изъяты> с 2020 года по настоящее время фактически никто не живет.

Из объяснений ФИО6 следует, что периодически домом пользовались они с ФИО5, который был зарегистрирован в нем с 29 сентября 2020 года.

Учитывая совместное проживание ФИО6 и ФИО5, оплата коммунальных услуг ФИО6 также не может свидетельствовать о мнимости заключенной сделки.

Оснований для признания оспариваемой сделки мнимой не имеется, поскольку действия сторон, совершенные при заключении сделки, свидетельствуют об их намерении совершить именно сделку по дарению спорного имущества и не подтверждают иных намерений.

На основании изложенного требования истца о признании договора дарения жилого дома и земельного участка по адресу: с

<

данные изъяты> и производные из него применения последствий недействительной сделки удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 и ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий его недействительности, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Оренбургского областного суда через Красногвардейский районный суд Оренбургской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Судья Д.Р. Стройкина

Решение в окончательной форме составлено 17 марта 2025 года.

Судья Д.Р. Стройкина