№ 

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

02 мая 2017 года в гор. Кисловодске

Кисловодский городской суд Ставропольского края в открытом судебном заседании под председательством судьи Супрунова В.М. при секретаре Аджибековой Н.Р. с участием представителя истца – ООО «Валфекс-Групп» - ФИО1, ответчика ФИО2, его представителя - ФИО3 и представителя ответчика ФИО4 - ФИО5

рассмотрел дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Валфекс-Групп» гор. Ростова-на-Дону к ФИО2 и ФИО4 о взыскании материального ущерба

у с т а н о в и л:

истец ООО «Валфекс-Групп» является работодателем в отношении ответчиков ФИО2, который работал в обособленном структурном подразделении (офисе) общества в гор. Ессентуки СК заведующим складом с ДД.ММ.ГГГГ. до увольнения по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ. и ФИО4, работавшего там же кладовщиком с ДД.ММ.ГГГГ. до увольнения по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ

Работодатель предъявил к уволившимся работникам требование о взыскании материального ущерба в уточнённых в ходе судебного разбирательства размерах: с ФИО2 – 

<

данные изъяты> рубля, с ФИО4 – 

<

данные изъяты> рублей. 

Поддерживая исковые требования, представитель истца ФИО1 в их обоснование пояснила следующее. ФИО2 был принят ДД.ММ.ГГГГ. на должность заведующего складом и ДД.ММ.ГГГГ. при участии ФИО2 и прежнего завскладом ФИО6 назначенная для этого комиссия произвела инвентаризацию оборудования и материалов. Инвентаризационная опись подписана всеми и в т.ч. ФИО2, который принял товаро-материальные ценности (ТМЦ) под свою ответственность и с ним в тот же день, ДД.ММ.ГГГГ., был заключён договор о полной индивидуальной материальной ответственности. ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ. был принят на работу кладовщиком в тот же склад, проведения инвентаризации он не потребовал, а подписал инвентаризационную опись от ДД.ММ.ГГГГ. и указал, что доверяет результатам этой инвентаризации. После этого ДД.ММ.ГГГГ. с ФИО2 и ФИО4 был подписан договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственностью. Оба работника были ознакомлены со своими должностными инструкциями. Факт передачи ответчикам ТМЦ в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. подтверждается инвентаризационной описью от ДД.ММ.ГГГГ. и представленными в полном объёме накладными на перемещение и на отпуск ТМЦ в названный период. По приказу директора ООО «Валфек-Групп» на складе была проведена инвентаризация, по результатам которой ДД.ММ.ГГГГ. составлен акт, подписанный комиссией, иными лицами и ответчиками ФИО2, ФИО4. На основании акта инвентаризации, сличительной ведомости, ведомости учёта результатов инвентаризации и актом № от ДД.ММ.ГГГГ. результатах инвентаризации выявлена недостача ТМЦ на сумму 

<

данные изъяты> рублей, о причинах которой у Глинского и ФИО4 отобраны письменные объяснения и сделаны выводы, что недостача возникла вследствие недобросовестного отношения ответчиков к своим трудовым обязанностям. Как разъяснено в п.4 Постановления №52 Пленума ВС РФ от 16.11.2006г. в делах данной категории работодатель должен доказать правомерность заключения с работниками договора о полной материальной ответственности и наличия у них недостачи, что и доказано в данном деле, а работники должны доказать отсутствие в этом их вины. Полагает, что ответчики пропорционально проработанному ими времени и выплаченной каждому зарплате должны возместить ущерб в размере исковых требований согласно ст.ст. 238, 242, 243 ТК РФ. Довод ответчиков о том, что ключи от склада они по требованию руководителя обособленного подразделения ФИО7 они передали ей, также свидетельствует об их халатном отношении к своим обязанностям, поскольку директору общества никто из них об этом не докладывал. Требования ФИО7 о передаче ей ключей выполнять не следовало. Довод ответчиков о том, что им не были созданы условия необходимые для обеспечения сохранности вверенного им имущества и в частности при перемещении в ДД.ММ.ГГГГ. ТМЦ из одного склада, располагавшегося на территории ООО «КВС» в другой, арендованный у ООО «Данко» в двух разных помещениях, неоснователен. Сохранность товара при его перемещении и в новом складе должны были обеспечивать сами материально-ответственные лица, ответчики. Приказа о перемещении ТМЦ в другой склад, о привлечении для этого перевозчиков у истца не имеется. В связи с перемещением ТМЦ из одного склада в другой, инвентаризация не проводится и в данном случае не проводилась; погрузка на автомашины и перемещение ТМЦ со склада на новый склад не документировались. Поскольку оснований для освобождения ответчиков от материальной ответственности за ущерб, причинённый недостачей ТМЦ нет, в силу ст.ст. 243-245 ТК РФ просит иск удовлетворить. 

Ответчик ФИО2 иск не признал и пояснил, что работал заведующим складом в Ессентукском подразделении ООО «Валфекс-Групп» с ДД.ММ.ГГГГ. и на следующий день после приёма на работу подписал инвентаризационную опись и договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Отпуск ТМЦ со склада был организован так, бухгалтер приносила на склад и передавала ему «голые» накладные без подписей. Он и кладовщик сами загружали товар в машину и нигде не расписывались, водитель тоже нигде не расписывался. Сборочные накладные он тоже отдавал бухгалтеру после того как у клиента всё сходилось. Потом при инвентаризации он «оптом» расписался во всех накладных. Склад находился в Ессентуках на территории ООО «КВС» по 

<

адрес>, он был переполнен и руководством предприятия были заключены договоры аренды двух складских помещений малого и большого с ООО «Данко». В ДД.ММ.ГГГГ было три помещения склада, которые ему для использования под хранение ТМЦ официально не передавались, охранного оборудования и сигнализации нигде не имелось, были обычные навесные замки. В сентябре месяце начался перевоз ТМЦ на территорию ООО «Данко» для чего были предоставлены обычные грузовики и сторонние грузчики, вследствие чего в ходе транспортировки имелся свободный доступ перевозчика и посторонних лиц к перевозимым ценностям. Документы на транспорт и грузчиков ему не предоставлялись. Документирование отправляемых с территории ООО «КВС» грузов и их принятие на территории ООО «Данко» не велось, инвентаризации ТМЦ до и после переезда на другой склад не было. Ему и другим работникам истца письменных указаний о перемещении ТМЦ на другой склад не давалось, хотя он и обращался к руководству с этим вопросом. Возражать против переезда они не имели возможности. При переезде он находился на складе на территории ООО «КВС», а кладовщик ФИО4 на новом складе; сопровождать транспорт с ТМЦ он не мог места не было, т.к. грузчики грузили машину и на ней же ехали её разгружать. Примерно 150 тонн ТМЦ перевезли за три дня и в новом складе они были сгружены в беспорядке. Новый склад также не имел охранной сигнализации, двери закрывались на висячие замки. Где-то в сентябре или ДД.ММ.ГГГГ. руководитель Ессентукского обособленного подразделения ФИО7 потребовала у него ключи от нового склада под предлогом наведения порядка, он отдал ей ключи, которые она ему не вернула, т.к. ФИО7 являлась его непосредственным руководителем. 

Представитель ответчика ФИО2 ФИО3 указал на следующее. Истец обратился с исковыми требованиями, впоследствии уточненными, о взыскании с ФИО2 и ФИО4 в счет возмещения материального ущерба 

<

данные изъяты>. и 

<

данные изъяты>. соответственно. Эти требования не подлежат удовлетворению. В соответствии с ч.1 ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим кодексом и иными федеральными законами. В соответствии со ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба. В соответствии со ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя. С учетом разъяснений данных в Постановлении N52 Пленума ВС РФ от 16.11.2006г. "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", можно сделать вывод о том, что истцом вопреки ч.1 ст. 56 ГПК РФ не представлены доказательства, обосновывающие заявленные им исковые требования. Согласно пункту 22 Приказа Минфина РФ N119н от 28 декабря 2001 года "Об утверждении Методических указаний по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов", пункту 27 Приказа Минфина РФ N 34н от 29 июля 1998 года "Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации", при смене материально ответственных лиц, при выявлении фактов злоупотребления или порчи имущества проведение инвентаризации обязательно. В инвентаризационной описи № от ДД.ММ.ГГГГ. в качестве материально ответственных лиц указаны: заведующий складом ФИО6 и заведующий складом ФИО2, что противоречит штатному расписанию. В этой инвентаризационной описи ФИО2 не расписался в получении, а ФИО6 не расписалась в сдаче имущества. Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что инвентаризационная опись № от ДД.ММ.ГГГГ. составлена с нарушениями норм материального права и подзаконных нормативных актов, факт вверения товарно-материальных ценностей ФИО2 отсутствует. Следует критически отнестись к тому, что истец совершил копирование последнего листа инвентаризационной описи № от ДД.ММ.ГГГГ., на которой и предложил расписаться ФИО4 при его принятии на работу ДД.ММ.ГГГГ. о том, что он доверяет результатам инвентаризации, проведенной до его трудоустройства. ФИО4 в инвентаризации не участвовал и ТМЦ ни от кого не принимал. Доводы представителя истца о том, что эта запись, приложенная к подлиннику инвентаризационной описи, доказывает причастность ФИО4 к проведенной инвентаризации и участие в ней, нельзя считать обоснованными. ФИО4 в инвентаризации ДД.ММ.ГГГГ не участвовал, поскольку был принят на работу ДД.ММ.ГГГГ., что подтверждается приказом о приеме на работу № от ДД.ММ.ГГГГ. Из пояснений представителя и представленных истцом доказательств следует, что спорный период, в течение которого образовалась вменяемая ответчикам недостача, начинается ДД.ММ.ГГГГ. (инвентаризационная опись № от ДД.ММ.ГГГГ.) и оканчивается ДД.ММ.ГГГГ (инвентаризационная опись № от ДД.ММ.ГГГГ.). Истцом не представлено достаточных доказательств того, что в этот период времени работодатель создал надлежащие условия для выполнения ответчиками своих должностных обязанностей и исполнил возложенную на него законом обязанность по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику. ФИО2 был принят на работу в качестве заведующего складом ДД.ММ.ГГГГ что подтверждается приказом о приеме на работу № от ДД.ММ.ГГГГ. Одновременно с ФИО2 на складе выполняла свои трудовые обязанности заведующего складом ФИО6, что подтверждается приказом о её увольнении № от ДД.ММ.ГГГГ. Наличие двух заведующих складом одновременно при том, что с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. уже был заключен договор о полной материальной ответственности, а с ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ. такой же договор расторгнут, но ТМЦ ею не сданы и никем не приняты, говорит о наличии обстоятельства, исключающего полную материальную ответственность ФИО2 Ответчик ФИО4 был принят на работу кладовщиком ДД.ММ.ГГГГ., что подтверждается приказом о приеме на работу № от ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с ч.1 ст.245 ТК РФ при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Истцом представлен договор о полной коллективной (бригадной материальной ответственности) от ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с п. 14. Постановления N52 Пленума ВС РФ от 16.11.2006г. "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" если иск о возмещении ущерба заявлен по основаниям, предусмотренным статьей 245 ТК РФ (коллективная (бригадная) материальная ответственность за причинение ущерба), суду необходимо проверить, соблюдены ли работодателем предусмотренные законом правила установления коллективной (бригадной) материальной ответственности. В соответствии с ч.2 ст.245 ТК РФ письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады). В преамбуле представленного договора от ДД.ММ.ГГГГ. указано, что договор с членами коллектива(бригады) заключен в лице ФИО2, что является нарушением действующего трудового законодательства. С установлением коллективной (бригадной) материальной ответственности изменяется состав материально ответственных лиц и с ДД.ММ.ГГГГ. коллективным материально ответственным лицом должен был стать коллектив, состоящий из двух человек ФИО2 и ФИО4 При этом, в нарушение указанных выше норм материального права и подзаконных нормативных актов, инвентаризация проведена не была. Отсутствуют относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о том, что работодателем была исполнена возложенная на него законом обязанность по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работникам и ввиду следующего. 

В спорный период ТМЦ не находились на одном складе.Изначально, по договору № от ДД.ММ.ГГГГ. истец арендовал помещение склада у ООО «КВС», где и хранились ТМЦ. Этот договор расторгнут ДД.ММ.ГГГГ. соглашением сторон. ДД.ММ.ГГГГ. истец заключил договор аренды № части складского помещения с ЗАО «Данко» на срок до ДД.ММ.ГГГГ. После этой даты истец-арендатор не вернул по акту арендованную часть помещения, следовательно продолжал пользоваться ею на тех же условиях. ДД.ММ.ГГГГ. истцом был заключен с ЗАО «Данко» договор аренды № еще одного складского помещения. ТМЦ вплоть до ДД.ММ.ГГГГ. перемещались из склада на территории ООО «КВС» в складские помещения на территории ЗАО «Данко». Таким образом, в спорный период ТМЦ хранились на трех складах, что определяет наличие обстоятельств, исключающих полную материальную ответственность. Устное указание о перемещении ТМЦ исходило от ФИО7- руководителя структурного подразделения истца в г. Ессентуки, а свидетель ФИО7 показала, что устное указание о перемещении ТМЦ исходило от руководства истца. Никаких распорядительных документов об организации перемещения (транспортировки) ТМЦ, например, договоров перевозки, экспедирования, иных документов, доказывающих сохранное перемещение товара, истцом не представлено. Наоборот транспортировка ТМЦ происходила не организовано, стихийно в обстоятельствах, при которых ТМЦ выбывали из ведения ответчиков, ответчики не могли контролировать их наличие и сохранность, контролировать перевозчиков. Ключи от нового склада ФИО2, по требованию ФИО7 вынужден был передать ей как своему непосредственному руководителю и Бычкова взяла у него комплект ключей якобы для наведения порядка. Свидетель ФИО7 подтвердила, что ключи от нового склада находились у нее до декабрьской инвентаризации и что порядок на складе она наводила с привлечением посторонних грузчиков. Условия, созданные работодателем для хранения ТМЦ, не обеспечивали их сохранность. Договоры аренды складских помещений у ЗАО «Данко» представлены суду с поэтажными планами, в соответствии с которыми: часть арендованного истцом помещения по договору № от ДД.ММ.ГГГГ. не изолирована от остальной части помещения и не защищена от проникновения третьих лиц; нежилое помещение по договору № от ДД.ММ.ГГГГ имеет дверь в соседнее, не арендованное истцом помещение. У истца отсутствуют доказательства замены запорных устройств на арендованных складских помещениях, что означает возможное наличие дубликатов ключей у арендодателя и других лиц.

Складские помещения не оборудовались средствами пожарной и охранной сигнализации, из-за этого не проводились и мероприятия по организации режима ограниченного допуска, контроль лиц, открывавших склады, в т.ч. в нерабочее время не вёлся. В соответствии с абз.1,3 п.5, п.4 Постановления N52 Пленума ВС РФ от 16.11.2006 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны, либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (статья 239 ТК РФ).

Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, влечёт отказ в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба. В целях удовлетворения иска о возмещении ущерба работником, работодатель обязан доказать отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Истец ничего из указанного бесспорно не доказал и оснований к удовлетворению его исковых требований нет.

Полномочный представитель ответчика ФИО4 ФИО5 исковые требования не признал и пояснил, что полностью согласен с доводами представителя соответчика Глинского – ФИО3 и указал на то, что работодатель-истец не исполнил в период работы ответчиков с полной коллективной материальной ответственностью свою обязанность по обеспечению надлежащих условий для хранения, вверенного работникам имущества, что является основание для их освобождения от материальной ответственности – ст. 239 ТК РФ. Свидетель ФИО7 подтвердила, что перевозка ТМЦ была организована таким образом, что перевозимые ТМЦ были вне контроля со стороны ответственных лиц (ответчиков). Сами складские помещения не были оборудованы охранной сигнализацией. Ссылка представителя истца на то, что ответчиками заявлений о кражах и прочих посягательствах на имущество не подавалось, не означает, что хищений ТМЦ не было. Доступ в склад имела руководитель подразделения ФИО7, т.к. длительное время владела ключами от склада, который не опечатывался и не пломбировался, под охрану не сдавался. Это свидетельство того, что ответчики не имели условий для нормальной работы с материальными ценностями и обеспечения их сохранности в рамках исполнения должностных обязанностей. Правоохранительные органы, куда о недостаче ТМЦ истцом подано заявление, проверку не закончили, решения не приняли, в чём причина недостачи и кто в ней виновен ещё не установлено. Просит в иске, предъявленном на основании ст. 245 ТК РФ, отказать. 

Свидетель ФИО7 показала, что работала руководителем обособленного подразделения ООО «Валфекс-Групп» в гор. Ессентуки с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. В основном она следила за выходом работников на работу и разрешала их обращения. При приёме на работу завскладом ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. проводилась инвентаризация ТМЦ, в которой она не участвовала, участвовал замдиректора ООО «Валфекс-Групп» по продажам. ФИО4 приняли кладовщиком ДД.ММ.ГГГГ при этом инвентаризация не проводилась, т.к. Кривенко согласился с актом инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ. и в нём расписался. Решение о переезде в новый склад было принято замдиректора ФИО8, ФИО2 и ею без оформления документов. Инвентаризация ТМЦ перед и после их транспортировки в новый склад на территорию ООО «Данко» не проводилась, а проводилась только в ДД.ММ.ГГГГ. при увольнении кладовщика ФИО4 В ООО «Данко» было арендовано под склад два помещения одно маленькое, где-то 

<

данные изъяты> кв.м., а затем большое площадью около 

<

данные изъяты> кв.м. ФИО4 ездил смотреть новый склад и согласился с переездом. Транспорт был организован по договорённости с индивидуальными предпринимателями, письменные договоры с ними не подписывались и она таких не видела. ТМЦ сваливались на новом складе и не были упорядочены. Для наведения порядка ею был назначен выходной день. ФИО2 сказал, что задержится и она взяла у него ключи от склада. ФИО4 прийти в выходной отказался, ФИО2 тоже не приехал. Она, 4 грузчика и 3 менеджера работали на складе без Глинского и ФИО4. Со склада ничего не выносилось. Ключи так и оставались у неё до декабрьской инвентаризации, в ходе которой произвели замену замков на складе. После увольнения Глинского на его место вернулась прежняя завскладом - ФИО6 По штатному расписанию в обособленном помещении всегда был один заведующий складом. 

Выслушав стороны (их представителей), допросив свидетеля и исследовав материалы дела, суд пришёл к следующему.

Истец – ООО «Валфекс-Групп» гор. Ростова-на Дону имеет в своём составе обособленное подразделение в гор. Ессентуки, о котором принято и ДД.ММ.ГГГГ. утв. директором общества Положение об Обособленном подразделении ООО «Валфекс-Групп» в гор. Ессентуки, согласно которому структурное подразделение (офис) начинает свою деятельность и прекращает её с заключением организацией договора аренды офисного помещения по адресу: 

<

адрес>. (л.д. 85). 

В разделе 3 Положения об Обособленном подразделении ООО «Валфекс-Групп» в гор. Ессентуки определены его задачи и функции. На офис возложены следующие задачи и функции: повышение стоимости и целесообразности (перспективности) заключенных договоров путем проведения встреч, переговоров с клиентами ООО «Валфекс-Групп»; поиск новых рынков сбыта; увеличение количества масштабных заказов и контрактов; эффективная работа с клиентами; ведение базы данных; работа с постоянными клиентами; привлечение новых клиентов; установление доверительных отношений с клиентами; сохранение постоянных клиентов; взаимодействие с другими подразделениями компании; обеспечение деятельности Организации и ее обособленных подразделений в Ставропольском крае; составление документов для обеспечения деятельности Организации в Ставропольском крае; взаимодействие с государственными органами.

Таким образом, торговля товаро-материальными ценностями не отнесена к задачам и функциям структурного подразделения (офиса) в гор. Ессентуки. Однако данное подразделение занималось торговлей (продажами) ТМЦ со склада, о наличии которого в Положении также не указано; осуществление обособленным подразделением (офисом) не разрешённой ему деятельности усматривается из представленных истцом накладных, помещённых в тома 2-7, пояснений сторон и показаний свидетеля ФИО7, бывшей руководителем этого подразделения. 

Не оспаривается, что ответчики в указанные периоды по заключённым трудовым договорам работали в обособленном подразделении истца: ФИО2 заведующим складом, а ФИО4 кладовщиком. 

Трудовые отношения сторон оформлены приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. о приеме на работу заведующим складом ФИО2 и приказом № от ДД.ММ.ГГГГ. о приёме на работу кладовщиком ФИО4

Уволены ответчики по собственному желанию (п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ), ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ. приказом №, а Глинский ДД.ММ.ГГГГ. приказом №. 

Иск основан на положениях ст. 245 ТК РФ и заключённых договоров о полной материальной ответственности сначала индивидуально с завскладом ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ., а затем по принятии на работу кладовщика ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ., об их полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Согласно представленной истцом копии с ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. в гор. Владимире заключён договор (б/н) о полной индивидуальной материальной ответственности. Со всей очевидностью в указанную дату ФИО2 не мог подписывать этот договор в гор. Владимире, т.к. ДД.ММ.ГГГГ. находился в гор. Ессентуки и участвовал в инвентаризации. 

Приказом директора ООО «Валфекс-Групп» № от ДД.ММ.ГГГГ. на основании ст. 245 ТК РФ установлена коллективная (бригадная) материальной ответственность работников структурного подразделения гор. Ессентуки, выполняющих работы по приёму на хранение, обработке, хранению, учёту отпуску (выдаче) продукции; в состав коллектива (бригады) включены работники склада, занимающие должности заведующего складом и кладовщика; руководителем коллектива (бригады) назначен заведующий складом ФИО2; приказано заключить договор о полной коллективная (бригадная) материальной ответственность (т.1, л.д.99). ФИО4 в названном приказе не упоминается. 

В тот же день, ДД.ММ.ГГГГ., с ФИО2 в качестве руководителя коллектива (бригадира) подписан договор (б/н) о полной коллективной (бригадной) материальной ответственностью; подписал договор как член коллектива (бригады) и ФИО4. 

О предмете договора, в его разделе 1 указано, что коллектив (бригада) принимает на себя коллективную (бригадную) материальную ответственность за необеспечение сохранности ТМЦ, вверенных ему для хранения, обработки, учёта, отпуска (выдачи), а также за ущерб, возникший у работодателя возмещения им ущерба иным лицам, а работодатель обязуется создать коллективу (бригаде) условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых на себя обязательств по этому договору. 

Из вышеуказанных и исследованных судом договоров о полной материальной ответственности, а также приказа руководителя ООО «Валфекс-Групп» № от ДД.ММ.ГГГГ. видно, что в этих документах (письменных доказательствах) порядок приема-передачи товарно-материальных ценностей ответчикам (завскладом и кладовщику) не оговорен ни в названном приказе об установлении директором общества коллективной (бригадной) материальной ответственности, ни в договорах о полной материальной ответственности с ответчиками. 

В этих документах, существенных для трудовых отношений сторон, нет указания на событие вверения Глинскому и ФИО4 каких-либо конкретных товаро-материальных ценностей, нет описания переданных им в подотчёт ТМЦ по количеству, стоимости и наименованиям, нет даты такого вверения, нет сведений о лице, осуществившем передачу (вверение) ТМЦ ответчикам. Не внесла необходимой ясности об этом и представитель истца в судебном разбирательстве.

Между тем исходя из смысла и порядка применения ст.ст. 233, 245, 247, п.2 ч.1 ст. 243 ТК РФ, ФЗ "О бухгалтерском учете", ст. 56 ГПК РФ, п.4 Постановления N52 Пленума ВС РФ от 16.11.2006г., договор о полной материальной ответственности заключается только в том случае, если можно совершенно точно определить, какой именно товар и в каком объёме вверен работнику либо коллективу (бригаде). Если же перечень имущества, вверяемого работнику(ам), на протяжении выполнения трудовой функции постоянно меняется, необходимо указывать первоначальный перечень имущества, а в дальнейшем указывать, что вверяется имущество, получаемое им по накладным. При этом порядок приема-передачи товарно-материальных ценностей должен быть оговорен либо в приказе организации, либо в договорах о полной материальной ответственности.

Доказательств такого вверения ТМЦ истец суду не представил, в исковом заявлении и на протяжении судебного разбирательства эти обстоятельства документально не подтвердил. 

Инвентаризационная опись ТМЦ от ДД.ММ.ГГГГ. (в котором ФИО4 не участвовал) составлен на основании унифицированной формы, утверждённой постановлением Госкомстата РФ №88 от 18.08.98г., и о передаче ТМЦ не свидетельствует. По результатам инвентаризации никто не передал конкретные ТМЦ Глинскому и ФИО2 в их приёме, как и в приёме склада, не расписывался.

При приёме на работу ФИО4, включённого директором в коллектив (бригаду) с полной материальной ответственностью, инвентаризация не проводилась. Суду была представлена ксерокопия акта инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ. с надписью на ней: «Доверяю результатам проведённой инвентаризации до моего трудоустройства с остатками инвентаризации ведомости № от ДД.ММ.ГГГГ», подписью и датой – ДД.ММ.ГГГГ. Такая надпись допустимым способом вверения кладовщику ФИО4 конкретных ТМЦ не является. Более того, в силу постоянного движения ТМЦ по складу, в том числе за период с ДД.ММ.ГГГГ акт инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ. объективно не отражал фактический объём ТМЦ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. – первый день трудовой деятельности ФИО4 у истца. 

При исследовании судом оригинала акта инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ. установлено, что на последнем листе подлинного акта ФИО4 не расписывался. Приведённая выше надпись совершена им на ксерокопии последнего листа акта инвентаризации. Это означает, что ФИО4 с подлинным актом инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ. даже не знакомили и доказательств иного стороной истца суду не представлено. 

Таким образом, никакого приёма-передачи ТМЦ конкретно ФИО4, а равно и образованному приказом директора коллективу (бригаде) работников с полной материальной ответственностью ДД.ММ.ГГГГ также не было. На эту дату объём ТМЦ никак не определялся и поэтому нельзя исключить, что при поступлении ФИО4 на работу взыскиваема недостача уже имела место. 

В любом случае ответственность за сохранность ТМЦ за период работы на складе одного Глинского с ДД.ММ.ГГГГ. не может быть возложена на ФИО4. Однако это обстоятельство осталось без внимания со стороны комиссии, проверявшей причины недостачи после её выявления. 

Материальная ответственность работника - стороны трудового договора, - исходя из статьи 233 ТК РФ, наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора - работодателю, в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия).

В силу пункта 2 части 1 статьи 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Согласно ст. 245 ТК РФ при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады). По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. 

Согласно статье 247 ТК РФ на работодателе лежит обязанность установить размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения. Размер ущерба должен быть подтвержден документально и определяется на основе данных бухгалтерского учета (ФЗ-129 "О бухгалтерском учете" от 21 ноября 1996 года).

Никакие бухгалтерские данные о передаче материально ответственным ответчикам конкретных ТМЦ, в том числе на основании представленных суду накладных (в томах 2-7) суду не представлены. От производства судебной бухгалтерской экспертизы в т.ч. на основании представленных суду накладных и иной документации сторона истца отказалась. 

В рассматриваемом случае, исходя из перечисленных правовых норм, статьи 56 ГПК и разъяснений данных в Постановлении N52 Пленумом ВС РФ от 16 ноября 2006 года "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, относятся: противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность ответчика исключается. В данном случае истец возложенную на него обязанность доказывания значимых для разрешения дела обстоятельств в указанном выше объёме не исполнил.

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Кроме того, суд учитывает, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Договор о полной материальной ответственности заключается только в случае, если можно совершенно точно определить, какой именно товар вверен конкретному работнику, то есть можно определить точный объем вверенного отдельному работнику имущества.

В том случае, если перечень имущества, вверяемого работнику, на протяжении выполнения им трудовой функции постоянно меняется, необходимо указывать первоначальный перечень имущества, а в дальнейшем указывать, что вверяется имущество, получаемое им по накладным. При этом, порядок приема-передачи товарно-материальных ценностей должен быть оговорен либо в приказе организации либо в договорах о полной материальной ответственности.

Как усматривается из обстоятельств дела, истец-работодатель указанные требования не выполнил, поскольку порядок вверения имущества сначала Глинскому, а затем обоим ответчикам не соблюден, вследствие чего истец и на суде не может обоснованно указать какое имущество и в каком количестве было, как он утверждает, передано лично Глинскому ДД.ММ.ГГГГ., а ДД.ММ.ГГГГ. коллективу (бригаде) в составе материально ответственных лиц – завскладом Глинского и кладовщика ФИО4. 

По исследованным материалам дела такая передача (вверение) ТМЦ ответчикам отсутствует. При недоказанности истцом этого обстоятельства исковые требования удовлетворению не подлежат: непредставление суду акта приёма-передачи ТМЦ одним лицом другому (в данном случае ответчикам) либо иного документа однозначно фиксирующего факт и объём переданных работнику(ам) ТМЦ не позволяет вменить Глинскому и ФИО4 ответственность за недостачу не передававшихся им ТМЦ. Позиция истца основана не на документальном факте принятия ответчиками ТМЦ в подотчёт на условиях полной материальной ответственности, а на предположении такого вверения исходя из неверного толкования закона и обстоятельств дела. Однако суду не дозволено принимать решение на основе предположений. 

Из положений Федерального закона от 06 декабря 2011г. N402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (ч.ч. 1, 2 ст. 11) следует, что фактическое наличие соответствующих объектов выявляется при инвентаризации, для проведения которой создается постоянно действующая инвентаризационная комиссия, обеспечивающая полноту и точность внесения в описи данных о фактических остатках основных средств, запасов, товаров, денежных средств, другого имущества и финансовых обязательств, правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (пункты 2.2-2.10 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ N49 от 13 июня 1995 года).

Акт инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ. не является документом приёма-передачи ТМЦ. Ни ФИО2, ни ФИО4 не расписались в нём о принятии (вверении) под свою ответственность конкретного имущества. Нет в акте указания на лицо, сдающее ТМЦ и нет письменного оформления им такой сдачи. 

О несоблюдении работодателем правил заключения договоров о полной материальной ответственности с ответчиками указано выше. Допущенные истцом нарушения отвергают возможность удовлетворения его исковых требований к ответчикам о взыскании ущерба на основании указанных им п.2 ч.1 ст. 243 и ст. 245 ТК РФ. 

Не доказана истцом и виновная противоправность поведения ответчиков, приведшая к наступлению ущерба, т.е. причинно-следственная связь их поведения как материально ответственных лиц с наступившим ущербом, недостачей ТМЦ. 

Период образования недостачи определяется истцом как период между инвентаризациями ТМЦ, имевшими место ДД.ММ.ГГГГ. и ДД.ММ.ГГГГ.

В этот период ТМЦ не находились на одном складе, имело место их перемещение (транспортировка) с одного склада на другой. Так, при поступлении на работу Глинского и ФИО4 ТМЦ находились в складе, арендуемом истцом у ООО «КВС» гор. Ессентуки на основании договора аренды № от ДД.ММ.ГГГГ. складского помещения на территории арендодателя. Этот договор расторгнут соглашением сторон от ДД.ММ.ГГГГ.

Затем ДД.ММ.ГГГГ. истец заключил с ЗАО «Данко» договор аренды № части складского помещения; срок действия договора с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. Возвратный акт приема-передачи части складского помещения от истца к арендодателю истцом не представлен, что доказывает использование истцом части складского помещения и после окончания срока аренды на основании ч.2 ст. 621 и ст. 610 ГК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ. истец заключил с ЗАО «Данко» договор аренды № еще одного складского помещения, где по пояснениям сторон и показаниям свидетеля ФИО7 также хранились ТМЦ.

Таким образом, в спорный период ТМЦ истца, непринятые ответчиками от предыдущего завсклада в свой подотчёт, находились на трёх складах, что определяет наличие обстоятельств, исключающих полную материальную ответственность. Ссылка стороны истца на отсутствие заявлений о хищении ТМЦ и фактах проникновения в места их хранения не исключает возможного несанкционированного и латентного изъятия (хищения) товара, тем более при длительном наличии ключей от склада не только у ответчиков и при отсутствии строгой изоляции складских помещений. 

Представитель истца, ответчики, свидетель ФИО7 показали, что с арендой указанной части складского помещения началось перемещение (транспортировка) ТМЦ с первоначального склада на территории ООО «КВС» во вновь арендуемые складские помещения на территории ЗАО «Данко» по устному указанию ФИО7 - руководителя структурного подразделения истца в г. Ессентуки. А как показала сама ФИО7, устное указание о перемещении ТМЦ исходило от руководства ООО «Валфекс-Групп».

Каких-либо организационно-распорядительных документов, связанных с перемещением, (транспортировкой) ТМЦ с первоначального склада, - договоров перевозки, экспедирования, найма автотранспорта, грузчиков, а также иных документов, доказывающих отсутствие обстоятельств, исключающих полную материальную ответственность, истцом не представлено. Такое небрежное отношение руководства к сохранности ТМЦ и к обеспечению надлежащих условий для сохранности имущества при его перемещении свидетельствует о виновном неисполнении работодателем своих обязанностей (статья 239 ТК РФ). Доказательств иного суду истцом не представлено. 

Транспортировка ТМЦ происходила неорганизованно в условиях, при которых погруженные в автомашину ТМЦ заведомо для руководства истца выбывали из ведения ответчиков и они лишались всякой возможности контролировать их наличие и сохранную доставку на другой склад. На время перевозки ТМЦ ни кому не вверялись и их количество не документировалось, их приём и учёт на новом месте хранения по количеству и ассортименту не производился и объективно не мог производиться одним кладовщиком ФИО4. Товар, как показали суду ФИО2 и ФИО7, был разгружен в беспорядке без всякого разбора и учёта. Одновременно использовалось около 4-5 грузовых машин, контролировать которые ФИО2 и Кривенко своими силами физически не могли, а другие работники в помощь им руководством ООО «Валфекс-Групп» и его обособленного подразделения в гор. Ессентуки не выделялись. Завскладом и кладовщик в этих условиях вынуждены были заниматься погрузкой/разгрузкой товара, а не его сохранностью. 

Как показали ответчики, ключи от нового склада ФИО2, по требованию ФИО7 передал ей, якобы для наведения порядка.

Свидетель ФИО7 подтвердила, что ключи от нового склада действительно находились у нее до окончания спорного периода. Порядок на складе она наводила с привлечением посторонних грузчиков без ответчиков.

В соответствии с поэтажным планом арендованной части помещения по договору № от ДД.ММ.ГГГГ., эта часть помещения как место хранения ТМЦ не оборудована капитальными перегородками, исключающими доступ к товарным ценностям третьих лиц.

В соответствии с поэтажным планом нежилого помещения по договору № от ДД.ММ.ГГГГ. арендованное истцом помещение имеет дверное сообщение с соседним, не относящимся к складу, помещением.

Истцом не представлены доказательства замены запорных устройств на арендованных помещениях, что означает возможное наличие неограниченного количества дубликатов ключей у арендодателя и не представил доказательства технической изоляции арендуемых складских помещений от иных помещений арендодателя. 

При таких обстоятельствах руководитель обособленного подразделения ФИО7, включённая приказом директора в состав инвентаризационной комиссии под роспись (л.д.11 т-1) и хорошо знавшая как обстановку во вверенном ей подразделении, так и условия хранения ТМЦ, получившая к ним свободный доступ с превышением должностных полномочий, отказалась подписывать инвентаризационную опись и акт № о результатах инвентаризации, о чём составлены соответствующие акты – л.д. 52,67,68 т-1. 

Отсутствуют доказательства оборудования складских помещений средствами пожарной и охранной сигнализации, что позволило бы, в совокупности с сопутствующими организационными мероприятиями, установить режим допуска в помещение только заранее установленного круга материально-ответственных лиц. Склад на период нерабочего времени под охрану не сдавался. 

Таким образом, работодатель элементарно не обеспечивал изоляцию складских помещений и их оснащение техническими средствами защиты, своевременно не проявлял разумную заботу и осмотрительность в деле сохранности ТМЦ и не создал необходимых условий для работы материально ответственных лиц. При таких обстоятельствах истец неосновательно ставит недостачу ТМЦ исключительно в вину ответчикам Глинскому и ФИО4, осуществлявшим свои трудовые обязанности в тех ненадлежащих условиях, которые им были созданы работодателем. 

Истец предоставил суду копию заявления, поданного ДД.ММ.ГГГГ. директором ООО «Валфекс-Групп» в отдел МВД России по гор. Ессентуки о проверке в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ факта недостачи ТМЦ, выявленной в Ессентукском подразделении, на предмет наличия признаков преступления. В заявлении директор, ссылаясь на приобщаемые к нему документы, полагает причастной к образованию недостачи и руководителя обособленного подразделения ФИО7 (т-1 л.д.222-223). На запрос суда указанный отдел полиции сообщил о том, что проверка заявления ООО «Валфекс-Групп» не завершена, проводится финансовое исследование и решение по нему ещё не принято (т-8 л.д.10).

Таким образом, истец в лице директора общества не исключает, что недостача ТМЦ возникла не только по вине ответчиков, но и другого лица, исполнявшего в отношении последних, функции руководителя. Достоверных и допустимых доказательств в подтверждение или опровержение этого обстоятельства суду не представлено.

Поскольку на момент рассмотрения трудового спора процессуального решения по заявлению, поданному истцом в правоохранительные органы, ещё нет, суд не может в рамках ГПК прийти к обоснованному выводу о криминальном характере возникновения недостачи и определить причастный к этому круг лиц. Возможность приостановления производства по делу представителем истца категорически отвергнута. 

Согласно статье 239 ТК РФ и Постановлению N52 Пленума ВС РФ от 16.11.2006г. "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Неисполнение работодателем указанных обязанностей – самостоятельное и достаточное основание для отказа в удовлетворении заявленных им исковых требований.

Сама недостача ТМЦ в размере исковых требований - 

<

данные изъяты> рб. - выявлена при их инвентаризации ДД.ММ.ГГГГ. При этом в описи № составленной ДД.ММ.ГГГГ., указано о производстве инвентаризации товаро-материальных ценностей, находящихся в собственности ООО «Валфекс-Групп» и не указано конкретное место её проведения. Инвентаризационная опись не подписана, но в ней это не отражено, членом инвентаризационной комиссии - руководителем Ессентукского подразделения ФИО7 

Это свидетельствует о неисполнении инвентаризационной комиссией требований ч.ч. 1,2 ст. 11 ФЗ "О бухгалтерском учете" в той части, в которой комиссия обязана обеспечить правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации. Последствия указанного неправильного оформления материалов инвентаризации суд относит на истца.

Представленные истцом акты (описи) инвентаризации № от ДД.ММ.ГГГГ. и № от ДД.ММ.ГГГГ., сличительная ведомость, акт № о результатах инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ., ведомость учёта результатов, выявленных инвентаризацией от ДД.ММ.ГГГГ нельзя признать допустимыми и достоверными доказательствами, подтверждающими факт недостачи непосредственно переданных (вверенных) ответчикам материальных ценностей на заявленную сумму, поскольку они подтверждают лишь факт выявленной недостачи материальных ценностей, но не факт непосредственного вверения ТМЦ ответчикам и доводы истца о том, что недостача образовалась вследствие неправомерных действий ответчиков, несостоятельны, как основанные на предположениях. 

В силу требований части 1 статьи 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба работодатель проводит проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель создаёт комиссию с участием соответствующих специалистов. Такая комиссия и была создана истцом в составе: председателя комиссии – директора, секретаря комиссии – бухгалтера, членов комиссии – трёх менеджеров по продажам. 

Ответчики, у которых ДД.ММ.ГГГГ. были отобраны письменные собственноручные объяснения по факту недостачи сообщили, что о причинах недостачи не знают и отношения к ней не имеют, один экземпляр ключей от склада с ДД.ММ.ГГГГ. был у их руководителя ФИО7 (т-1 л.д.71,72). Итоги служебного расследования выражены в составленном комиссией ДД.ММ.ГГГГ. в гор. Владимире Акте о результатах расследования причинённого материального ущерба № (т-1 л.д. 73-76). В п.3 названного акта противоправность поведения ответчиков комиссия нашла в том, что на начало инвентаризации товар на складе хранился без разделения на отдельные группы, типо- и сорто-размеры, заводские упаковки ТМЦ были вскрыты, товары различного ассортимента находились на одних и тех же полках, стеллажах, часть ТМЦ не была размещена на стеллажах и находилась на полу без упаковки. Комиссия признала, что завскладом ФИО2 и кладовщик ФИО4 ненадлежаще исполняли должностные инструкции и обязанности, что привело к необеспечению сохранности товара на складе и сделала вывод о том, что ответчики не предвидели возможность наступления вредных последствий в виде причинения ущерба имуществу ООО «Валфекс-Групп», хотя могли и должны были предвидеть эти последствия. 

Суд не может согласиться со служебным расследованием истца в том, что именно беспорядочное хранение ТМЦ как противоправное поведение ответчиков повлекло недостачу (фактическое отсутствие) товара более чем на миллион рублей при том, что форма вины ответчиков Глинского и ФИО4 определена комиссией как неосторожность (небрежность). 

Небрежное, неупорядоченное хранение на складе не подверженного скорой порче товара само по себе не ведёт к уменьшению его количества и не может быть причиной его недостачи. 

Другие причины недостачи, в частности факты противоправного (безучётного) с ведома завсклада и/или кладовщика выноса (выдачи) ТМЦ со склада комиссией не рассматривались и ею не установлены. Поэтому, а также в силу положений ст. 247 ТК РФ истец за пределы комиссионной проверки, т.ч. при передаче трудового спора в суд выйти не может. 

При таких обстоятельствах, разрешая данный спор в соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по заявленным требованиям, суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для их удовлетворения.

В силу статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Установлено, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. заключил договор б/н об оказании юридических услуг с ФИО3, что подтверждается в деле копией названного договора, согласно которого за оказание юридических услуг ФИО2 уплачено ФИО3 

<

данные изъяты> рублей, что подтверждается приходной квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Исполняя договор ФИО3 на протяжении всего судебного разбирательства представлял интересы ФИО2 во всех судебных заседаниях и выполнил перед ним принятые на себя обязательства, о чём стороны договора составили акт выполненных работ. Результатом участия ФИО3 в качестве представителя ответчика Глинского является настоящее решение об отказе к иске.

Определяя размер судебных расходов, подлежащих возмещению, суд исходит из того, что размер заявленных к возмещению расходов должен отвечать критериям разумности и соразмерности. 

Сторона истца полагает размер возмещения расходов на представителя завышенным, однако без достаточной мотивации и без представления доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, как того требует ст. 56 ГПК РФ. 

Разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В данном конкретном случае суд определяет такие пределы с учетом обстоятельств дела, его сложности и продолжительности судебного разбирательства, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг по представлению интересов доверителей в процессе и то, что ответчиком является юридическое лицо (сильная сторона) и приходит к выводу, что размер расходов по оплате услуг представителя заявленный ответчиком ФИО2 в сумме 

<

данные изъяты>. завышен, следуя принципам разумности и справедливости с учетом соотношения расходов с объемом защищенного права выигравшей стороны возмещение следует произвести в размере 

<

данные изъяты>

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

обществу с ограниченной ответственностью «Валфекс-Групп» гор. Ростов-на-Дону в удовлетворении исковых требований о взыскании материального ущерба, предъявленных к ФИО2 в размере 

<

данные изъяты> рублей и ФИО4 в размере 

<

данные изъяты> рублей – отказать. 

Взыскать с ООО «Валфекс-Групп» в пользу ФИО2 

<

данные изъяты> рублей в возмещение расходов на оплату услуг представителя; в возмещении этих расходов в большей сумме ФИО2 – отказать. 

Решение можно обжаловать в Ставропольский краевой суд в течение одного месяца со дня его вынесения.

П р е д с е д а т е л ь с т в у ю щ и й,

судья Кисловодского городского суда: 

В.М. Супрунов