44г-2/2019

П ОС Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Сахалинского областного суда

18 января 2019 года город Южно-Сахалинск

Президиум Сахалинского областного суда в составе:

председательствующего-Малеванного В.П. 

членов президиума-Втулкина В.А., Горовко А.А., Жуковской З.В., Крылова Н.А. и Пискуновой Н.В. 

при секретаре-Морозовой М.М.

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Борозны Евгения Валерьевича к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, 

по кассационной жалобе Борозны Е.В. на решение Поронайского городского суда от 03 июля 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 09 октября 2018 года. 

Заслушав доклад судьи Сахалинского областного суда Жуковской З.В., объяснения представителя Борозны Е.В.- Кривулько Л.Л., поддержавшую кассационную жалобу, представителей третьих лиц на стороне ответчика-заместителя прокурора Сахалинской области Данильченко О.В. и инспектора организационно-контрольного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Сахалинской области Махонину Н.В., возражавших против жалобы, президиум Сахалинского областного суда 

у с т а н о в и л:

16 мая 2018 года Борозна Е.В. предъявил к Министерству финансов Российской Федерации иск о взыскании 3 000 000 руб. в качестве компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. 

В качестве третьих лиц на стороне ответчика в исковом заявлении указал Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Сахалинской области и Прокуратуру Сахалинской области. 

В обоснование иска Борозна Е.В. указал, что в связи с возбуждением в отношении него в 2015 году уголовных дел по факту совершения им восьми преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по приговору Поронайского городского суда Сахалинской области от 27 ноября 2017 года был оправдан по обвинению в совершении одного преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации с признанием за ним в этой части права на реабилитацию, а за совершение семи преступлений признан виновным с назначением наказания в виде лишения свободы на срок два года шесть месяцев с лишением права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в органах местного самоуправления сроком на срок два года шесть месяцев. Апелляционным приговором Сахалинского областного суда от 26 марта 2018 года он оправдан по обвинению в совершении остальных семи преступлений и за ним также признано право на реабилитацию.

В результате незаконного уголовного преследования в течение более, чем три года, применения к нему мер пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также в виде содержания под стражей были нарушены его конституционные права на здоровье и труд, ущемлены его честь и достоинство, личная неприкосновенность, в связи с чем он претерпел нравственные и физические страдания, выразившиеся в его дискредитации как гражданина и руководителя Управления образования администрации Поронайского городского округа, ухудшении его состояния здоровья, нарушении семейного уклада.

Решением Поронайского городского суда от 03 июля 2018 года иск Борозны Е.В. удовлетворен частично и постановлено взыскать в его пользу с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Сахалинской области за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., а во взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказано. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 09 октября 2018 года компенсация морального вреда в пользу ФИО1 определена в размере 50 000 руб., а в части отказа ФИО1 во взыскании компенсации морального вреда в большем размере решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные выше судебные постановления отменить по основанию существенного нарушения норм материального и процессуального права и вынести новое решение о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в заявленном им размере 3.000 000 руб. 

Гражданское дело истребовано из суда первой инстанции и определением судьи Сахалинского областного суда Жуковской З.В. от 21 декабря 2018 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Сахалинского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, объяснения участвующих в деле лиц, президиум Сахалинского областного суда находит жалобу ФИО1 подлежащей удовлетворению частично

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. 

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 27 февраля, 31 марта, 20 июля и 05 ноября 2015 года в отношении ФИО1 были возбуждены четыре уголовных дела о совершении им восьми преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. 07 сентября 2015 года в отношении обвиняемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

По приговору Поронайского городского суда Сахалинской области от 27 ноября 2017 года ФИО1 оправдан по обвинению в совершении одного преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации с признанием за ним в этой части права на реабилитацию. В совершении семи преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, он признан виновным и назначено наказание по совокупности преступлений в виде лишения свободы на срок два года шесть месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в органах местного самоуправления на срок два года шесть месяцев. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении была изменена в зале суда на заключение под стражу. 

По апелляционному приговору Сахалинского областного суда от 26 марта 2018 года он признан невиновным и оправдан по обвинению в совершении семи преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Мера пресечения в виде содержания под стражей отменена. На основании части 1 статьи 134 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации за ним признано право на реабилитацию.

Разрешая спор по существу и частично удовлетворяя исковое требование ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции, ссылаясь на положения статей 151, 1069, 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с последующими изменениями и дополнениями), исходил из того, что моральный вред причинен истцу в результате незаконного уголовного преследования, что установлено вступившими в законную силу судебными постановлениями, по которым за ним признано право на полную реабилитацию, в связи с чем пришел к выводу о доказанности причинения истцу нравственных страданий в результате такого преследования.

При этом суд учел тяжесть предъявленных истцу обвинений в совершении преступлений, которых он не совершал, длительность уголовного преследования, которое длилось более трех лет, избрание в отношении него 07 сентября 2015 года меры пресечения в виде подписки о невыезде и затем 27 ноября 2017 года меры пресечения в виде заключения под стражу (содержался под стражей 120 дней) и, как следствие, наступившие для него последствия в виде ограничения права на свободу передвижения и образа жизни в период действия мер пресечения в виде подписки о невыезде и заключения под стражу, отстранения его от занимаемой должности, утраты источника заработной платы и возможности материально обеспечивать семью, в том числе несовершеннолетнего сына. Суд признал, что эти обстоятельства повлекли для истца повышенную отрицательную психологическую нагрузку, обострение его эмоционального состояния в течение длительного времени, в связи с чем он неоднократно получал лечение на основании медицинского диагноза «гипертоническая болезнь», тогда как до уголовного преследования таким заболеванием не страдал. При определении подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., суд исходил из требований разумности и справедливости, признав ее соответствующей степени причиненных ему нравственных и физических страданий в связи с незаконным уголовным преследованием.

Суд апелляционной инстанции, снижая определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда до 50 000 руб., указал на соразмерность этой суммы сложившейся судебной практике Европейского Суда по правам человека. 

Согласиться с таким выводом суда апелляционной инстанции нельзя по следующим основаниям.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 года, с изменениями от 13 мая 2004 года) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Однако судом апелляционной инстанций нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод и разъяснения вышеприведенного постановления Пленума при разрешении спора правильно не были применены, суждение о соразмерности определенного им размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, не мотивировано, выводы суда первой инстанции в этой части в апелляционном определении не опровергнуты, сложившейся практике Европейского Суда по правам человека и разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации фактически не соответствуют, тогда как судом первой инстанции при определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда нарушений норм материального и процессуального права не допущено. 

В связи с изложенным обжалуемое апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда в части определения компенсации морального вреда в размере 50 000 руб. подлежит отмене, а решение суда первой инстанции в той же части – оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Сахалинского областного суда

п о с т а н о в и л:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Сахалинского областного суда от 09 октября 2018 года о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 50 000 руб. и в части отмены решения Поронайского городского суда от 03 июля 2018 года о взыскании в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 300 000 руб. о т м е н и т ь. 

Решение Поронайского городского суда от 03 июля 2018 года оставить без изменения, исключив из первого абзаца его резолютивной части слова «в лице Управления федерального казначейства по Сахалинской области».

Председательствующий - В.П. Малеванный