Дело № 2-1389/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 мая 2018 года город Омск

Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Голубовской Н.С. при секретаре судебного заседания Яновой В.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по исковому заявлению ФИО1 к БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» о возложении обязанности по обеспечению лекарственными препаратами, взыскании денежных средств, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с названным выше иском, мотивируя своим требования тем, что является инвалидом 

<

данные изъяты> группы в связи с аварией на ЧАЭС, имеет право на бесплатную медицинскую помощь. По медицинскому обслуживанию состоит на учете в БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн». Одной из проблем в здоровье является заболевание сердца. Указывает, что каждый год имеет возможность проходит обследование в специализированном кардиологическом отделении ВЦЭРМ им.А.Н. Никифорова в г.Санкт-Петербург, где была подобрана терапия, положительно влияющая на здоровье, были назначены препараты 

<

данные изъяты>. С конца 2016 года указанные препараты приобретаются самостоятельно, поскольку рецепты на бесплатное получение указанных препаратов в БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» не выписываются. С учетом уточненных в письменной форме исковых требований истец просил обязать ответчика обеспечивать следующими лекарственными препаратами согласно торгового наименования на основании рекомендаций лечащих врачей: 

<

данные изъяты>;

<

данные изъяты>, взыскать с ответчика денежные средства за медицинские препараты, приобретенные за наличный расчет в размере 29 438,40 рублей, взыскать с ответчика денежные средства в счет компенсации морального вреда 170 000,00 рублей.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству круг участников процесса судом был расширен, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора Министерство здравоохранения Омской области, Управление по фармацевтической деятельности и производству лекарств Министерства здравоохранения Омской области.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, пояснил, что препараты 

<

данные изъяты> назначены ему врачебной комиссией с июня 2017 года и получаются им, также указал, что получает препарат 

<

данные изъяты> в 2017 году.

Представители ответчика БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» ФИО2, и.о. главного врача, представитель ФИО3 исковые требования не признали, указав, что медицинским учреждением назначение медицинских препаратов производится в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Представители третьего лица – Министерства здравоохранения Омской области ФИО4, ФИО5 полагали, что исковые требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат в связи с обеспечением истца лекарственными препаратами.

Представитель Управления по фармацевтической деятельности и производству лекарств Министерства здравоохранения Омской области ФИО6 полагала, что исковые требования являются необоснованными.

Исследовав материалы гражданского дела, проверив фактическую обоснованность и правомерность исковых требований на основе анализа представленных сторонами доказательств, заслушав процессуальные позиции сторон по делу, суд находит исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 является инвалидом 

<

данные изъяты> группы в связи с аварией на Чернобыльской АЭС, имеет право на предоставление мер социальной поддержки, предусмотренных Законом РФ от 15.05.1991 N 1244-1"О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС".

ФИО1 состоит на диспансерном учете в БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн», данным медицинским учреждением осуществляется льготное лекарственное обеспечение.

Обращаясь в суд с названным иском, ФИО1 нарушение своих прав связывает с не назначением заявленных в иске лекарственных препаратов, не выдачей льготных рецептов на данные препараты, необходимость назначения и получения которых подтверждена результатами обследования в ФГБУ «Всероссийский центр экстренной и радиационной медицины им А.М. Никифорова МЧС России». 

Разрешая спор, суд руководствуется следующим.

Основу правового регулирования предоставления мер социальной поддержки лицам, пострадавшим вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года, составляет Закон РФ от 15.05.1991 N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (далее – Закон РФ от 15.05.1991 N 1244-1).

Статья 24 указанного закона посвященаорганизации медицинского обслуживания и радиационной защиты лиц, пострадавших в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС.

Положения данной статьи предусматривают, что организация медицинского и лекарственного обслуживания граждан, пострадавших вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС, осуществляется в рамках Программы государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи.Территориальные программы обязательного медицинского страхования разрабатываются и утверждаются на основе базовой программы и по своему объему, качеству и условиям оказания медицинской и лекарственной помощи не могут быть ниже уровня, установленного базовой программой.

Порядок оказания медицинской и лекарственной помощи указанным гражданам и ее объем определяются органами, уполномоченными Правительством Российской Федерации; этими органами осуществляется также контроль за ее качеством.

Указанным гражданам также гарантируются медицинские и лекарственные услуги в объеме, установленном базовой программой обязательного медицинского страхования, на всей территории Российской Федерации по предъявлении страхового медицинского полиса.

В соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 6.1 Федерального закона «О государственной социальной помощи» (далее - Федеральный закон № 178-ФЗ) инвалиды имеют право на получение государственной социальной помощи в виде набора социальных услуг. По смыслу пункта 1 части 1 статьи 6.2 Федерального закона № 178-ФЗ в набор социальных услуг включаются в том числе услуги по обеспечению в соответствии со стандартами медицинской помощи необходимыми лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты.

Частью 2 статьи 6.2 Федерального закона № 178-ФЗ предусмотрено, что Перечень лекарственных препаратов для медицинского применения, обеспечение которыми осуществляется в рамках предоставления набора социальных услуг, утверждается Правительством Российской Федерации.

Обеспечение инвалидов лекарственными препаратами для медицинского применения осуществляется за счет средств федерального бюджета.

На основании пункта 4 части 2 статьи 73 Федерального закона № 323-ФЗ на медицинских работников возложена обязанность назначать лекарственные препараты в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Так, согласно пункту 3 Порядка назначения и выписывания лекарственных препаратов, утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 декабря 2012 года № 1175н (далее - Порядок), назначение и выписывание лекарственных препаратов осуществляется медицинским работником по международному непатентованному наименованию, а при его отсутствии - группировочному наименованию. В случае отсутствия международного непатентованного наименования и группировочного наименования лекарственного препарата, лекарственный препарат назначается и выписывается медицинским работником по торговому наименованию. При наличии медицинских показаний (индивидуальная непереносимость, по жизненным показаниям) исключительно по решению врачебной комиссии медицинской организации осуществляется назначение и выписывание лекарственных препаратов: по торговым наименованиям.

На основании пункта 34 Порядка назначение и выписывание лекарственных препаратов гражданам, имеющим право на бесплатное получение лекарственных препаратов или получение лекарственных препаратов со скидкой, при оказании им первичной медико-санитарной помощи осуществляется медицинским работником по международному непатентованному наименованию, в случаях типичного течения заболевания пациента, исходя из. тяжести и характера заболевания, в соответствии с перечнем лекарственных препаратов для медицинского применения, в том числе лекарственных препаратов для медицинского применения, назначаемых по решению врачебных комиссий медицинских организаций, утвержденный приложением № 2 к распоряжению Правительства Российской Федерации от 23 октября 2017 года № 2323-р (далее - Перечень).

Кроме того, согласно пункту 36 Порядка не допускается выписывание рецептов на лекарственные препараты для лечения граждан, имеющих право на бесплатное получение лекарственных препаратов или получение лекарственных препаратов со скидкой, медицинскими работниками санаторно-курортных организаций, медицинскими работниками медицинских организаций, оказывающих медицинскую помощь стационарно или в условиях дневного стационара, за исключением случая, предусмотренного пунктом 29 настоящего Порядка, который к данной ситуации не относится.

Из приведенных положений следует, что назначение лекарственных препаратов для медицинского применения по торговым наименованиям при наличии соответствующих медицинских показаний входит в полномочия исключительно врачебной комиссии учреждения. В данной связи, доводы истцы о безусловной обязанности назначения медицинским учреждением лекарственных препаратов по их торговому наименованию состоятельными судом не признаны.

Таким образом, решение о назначении лекарственного препарата принимается лечащим врачом в зависимости от состояния здоровья пациента. При каждом назначении лекарственного препарата медицинский работник обязан определить наличие у пациента медицинских показаний в динамике течения заболевания по результатам осмотра и необходимых обследований. В случае выявления данных, указывающих на наличие медицинских показаний (индивидуальной непереносимости, по жизненным показаниям) для назначения лекарственных препаратов по ТН, лечащий врач инициирует проведение врачебной комиссии.

В соответствующий Перечень лекарственных препаратов для медицинского применения, в том числе лекарственных препаратов для медицинского применения, назначаемых по решению врачебных комиссий медицинских организаций, утвержденный приложением № 2 к распоряжению Правительства Российской Федерации от 23 октября 2017 года № 2323-р (далее - Перечень), содержит лекарственные препараты для медицинского применения в соответствии с международным непатентованным наименованием (далее- МНН):метопролол (может быть представлен одним из торговых наименований препарата (далее - ТН) «Эгилок»);лозартан (может быть представлен одним из ТН «Лозап»);ацетилсалициловая кислота (может быть представлен одним из ТН «Кардиомагнил», «ТромбоАсс»);тамсулозин (может быть представлен одним из ТН «Омник»);аторвастатин (может быть представлен одним из ТН «Аторис»). 

Перечнем не предусмотрены следующие лекарственные препараты для медицинского применения в соответствии с МНН:дутастерид (может быть представлен одним из ТН «Авотард»);хондроитин сульфат + глюкозамин (может быть представлен одним из ТН «Терафлекс»);глюкозамин (может быть представлен одним из ТН «Донна»).

Ранее действовавшие перечни, утвержденные распоряжением Правительства Российской Федерации от 26 декабря 2015 года № 2724-р, распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 декабря 2014 года № 2782-р, содержали аналогичные Перечню положения, касающиесяперечисленных лекарственных препаратов для медицинского применения.

Истцом в иске указаны лекарственные препараты 

<

данные изъяты>,по их торговому наименованию. 

Суд учитывает, что различные производители лекарственных препаратов могут выпускать препараты с одним и тем же действующим веществом, которое обозначается на упаковке как международное непатентованное наименование под разными торговыми наименованиями. Для льготного лекарственного обеспечения назначаются те препараты, которые входят в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов.

Проверяя обоснованность иска, суд учитывает документальные данные о назначении и фактическом получении истцом препаратов заявленные в иске, а равно о назначении препаратов, аналогичных по фармакологическому действию, но по международному непатентованному наименованию. 

С этой целью судом непосредственно проанализированы соответствующие листы назначений, выписанные рецепты за период 2016-2017 годов и реестры по обеспеченным рецептам за 2016-2018 годы (т.1 л.д.58-161).

В судебном заседании установлено, что препарат по торговому наименованию 

<

данные изъяты> с июня 2017 назначается и получается истцом. Последним данное обстоятельство подтверждено в судебном заседании. Кассовых чеков, подтверждающих собственные затраты истца на приобретение данного лекарственного препарата, суду не представлено. Поскольку данный препарат был назначен по торговому наименованию врачебной комиссией БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» и выдается истцу, требования в отношении данного препарата являются необоснованными.

Лекарственный препарат по торговому наименованию 

<

данные изъяты> также назначен истцу по решению врачебной комиссии БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» с июня 2017 года и получается истцом. В подтверждение своих имущественных затрат на данный препарат истцом представлен товарный чек от 06.02.2017, от 26.03.2017, от 20.04.2017 (л.д.36-38).

Проверяя обоснованность данных затрат, суд учитывает факт назначения и получения истцом препарата 

<

данные изъяты> в 2016 году в размере двухмесячной потребности по 60 таблеток при рекомендуемом применении 1 таблетка в день. Фактическое получение данного препарата в течение 2016 года подтверждается реестрами получения лекарственных препаратов (л.д.159-161). В частности из соответствующего листа назначения за 13.12.2016 года следует назначение данного препарата и выписка рецепта на данный препарат от 13.12.2016 (л.д.146 оборот). Из реестров выдачи лекарств следует, что данный препарат был получен истцом 17.12.2016 с дозировкой 25 и 50 мг по 60 таблеток. Следовательно, с учетом рекомендуемого режима назначения препарат предполагал использование до середины февраля 2017. При изложенных обстоятельствах, понесенные истцом 06.02.2017 затраты на препарат Эгилок обоснованными не могут быть признаны.

Торговое наименование препарата Эгилок - международное непатентованное наименование 

<

данные изъяты>. Из листа назначений от 17.03.2017 следует назначение истцу препарата 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.122), выписка рецепта на льготное получение данного препарата (л.д.122 оборот, 124 оборот). Данный лекарственный препарат по льготному рецепту получен не был, истцом был самостоятельно приобретен 26.03.2017 препарат с торговым наименованием 

<

данные изъяты>.

Из соответствующего листа назначения за 11.04.2017 следует, что от выписки рецепта на 

<

данные изъяты> пациент отказался (т.1 л.д.118). 20.04.2017 истец вновь самостоятельно приобрел препарат 

<

данные изъяты>.

Из информации на 2018 год следует, что на основании решения врачебной комиссии препарат выписан по торговому наименованию 

<

данные изъяты>, получен истцом в апреле, мае 2018 года в объеме двухмесячной потребности.

Учитывая предписанную законом обязанность назначения лекарственных препаратов по международному непатентованному наименованию, что и было назначено лечащим врачом в марте и апреле 2017 года, нового решения врачебной комиссии о назначении препарата по 

<

данные изъяты> на указанные даты не имелось, понесенные истцом затраты в марте и апреле 2017 года на препарат 

<

данные изъяты> суд не может признать обоснованными. 

Лекарственный препарат с 

<

данные изъяты>).

В 2016 году ФИО1 получал по 

<

данные изъяты> по решению врачебной комиссии (февраль, март, апрель, май, июнь, июль, август, октябрь, ноябрь, декабрь).

Из информации медицинского учреждения следует, что в декабре 2016 года истец находился на стационарном лечении в терапевтическом отделении БУЗОО «ГВВ» в отделении неврологии, где получал лечение лекарственным препаратом с 

<

данные изъяты> с положительным эффектом, без побочного действия, в связи с чем, лекарственный препарат назначался по 

<

данные изъяты>.

От получения лекарственного препарата по 

<

данные изъяты> А.С. отказался 16 февраля 2017 года, о чем имеется запись в амбулаторной карте (т.1 л.д.127, 229). Данный отказ истец подтвердил в судебном заседании.

Несмотря на отказ, в марте 2017 года препарат по 

<

данные изъяты> был назначен (т.1 л.д.122), выписан рецепт (т.1 л.д.125), в апреле 2017 года также данный препарат был назначен (л.д.118), аналогичным образом был выписан рецепт на льготное обеспечение данным препаратом в мае 2017 (т.1 л.д.114).

В июне 2017 года пациент находился на стационарном лечении в терапевтическом отделении БУЗОО «ГВВ» в отделении неврологии, где также получал лечение лекарственным препаратом с 

<

данные изъяты> с положительным эффектом, без побочного действия.

Более того, в октябре 2017 года ФИО1 получал лечение в ФГБУ Всероссийский Центр экстренной и радиационной медицины им. А. М. Никифорова МСЧ России лекарственным препаратом 

<

данные изъяты> с достижением нормальных цифр артериального давления и отсутствия побочных эффектов, что следует из соответствующей выписки.

Из информации медицинского учреждения следует, что, по результатам анализа медицинской документации в июне 2017 года, учитывая, что в амбулаторной карте отсутствует информация о наличии индивидуальной непереносимости 

<

данные изъяты> с другими 

<

данные изъяты> и жизненных показаний для его назначения по 

<

данные изъяты>, врачебной комиссией БУЗОО «ГВВ» было принято решение о назначении данного лекарственного препарата по 

<

данные изъяты>.

Поскольку соответствующее решение врачебной комиссии о назначении лекарственного препарата с 

<

данные изъяты> в 2017 году не было принято, с учетом клинической картины врачебной комиссией было принято решение о назначении препарата по 

<

данные изъяты>, оснований для возложения на ответчика обязанности по обеспечению истца препаратом с 

<

данные изъяты> у суда не имеется. При изложенных обстоятельствах, оснований для взыскания денежных средств, понесенных на приобретение препарата с 

<

данные изъяты> у суда не имеется.

Лекарственный препарат 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>)

Из информации медицинского учреждения следует, что ФИО1 получал ацетилсалициловую кислоту по 

<

данные изъяты> по решению врачебной комиссии в 2016 году (в январе, в феврале, в марте, в апреле, в мае, в июне, в июле, в августе, в октябре, в ноябре, в декабре).В сентябре 2016 года находился в стационаре ФГБУ «Всероссийский Центр экстренной и радиационной медицины им. А. М. Никифорова МСЧ России», в связи с чем, рецепт не выписывался на основании пункта 36 Порядка.

Лечащим врачом по результатам анализа медицинской документации наличия жизненных показаний или индивидуальной непереносимости для назначения 

<

данные изъяты> не установлено. Пациент был направлен в БУЗОО «Кардиологический диспансер», где также не было установлено оснований для назначения 

<

данные изъяты>

В связи с этим 

<

данные изъяты> выписана по МНН, от получения препарата по МННФИО1 отказался ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.127, 229).

Ответчиком указано, что в июне 2017 года врачебной комиссией БУЗОО «ГВВ» проведен анализ медицинской документации, в результате которого установлено, что в выписках из ФГБУ «Всероссийский Центр экстренной и радиационной медицины им. А.М. Никифорова МСЧ России» в 2016 и в 2017 годах жизненные показания для назначения ацетилсалициловой кислоты по 

<

данные изъяты> и информация об индивидуальной непереносимости ацетилсалициловой кислоты по другим ТН отсутствует, имелись рекомендации о терапии 

<

данные изъяты> или 

<

данные изъяты> (МНН - 

<

данные изъяты>) без решения врачебной комиссии.

Учитывая изложенное, врачебной комиссией БУЗОО «ГВВ» принято решении о выписывании 

<

данные изъяты> по МНН, соответствующие назначения и рецепты на данный препарат представлены в материалы дела.

Поскольку предусмотренные нормативным порядком условия для возложения на БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» обязанности по выписке истцу рецептов на препарат с 

<

данные изъяты> по делу отсутствуют, требования иска в указанной части, а также о взыскании расходов на приобретение данного препарата являются необоснованными.

<

данные изъяты> относятся к хондопротекторам (хондрогардам) и в Перечень не входят. По медицинским показаниям, с учетом пользы и риска, в связи с сопутствующей патологией врачебной комиссией БУЗОО «ГВВ» оценены риск и польза для назначения препаратов. 

Из информации медицинского учреждения следует, что проводить терапию хондопротекторами было решено в условиях стационара, коротким курсом. Учитывая, что по рекомендациям узких специалистов ФИО1 неоднократно получал лечение в терапевтическом отделении стационаре БУЗОО «ГВВ» в декабре 2016 года и в июне 2017 года лекарственными препаратами данной фармакологической группы, дальнейшее применение хондопротекторов в амбулаторных условиях было признано нецелесообразным (л.д.54-57).В судебном заседании участниками процесса не отрицался факт получения терапии с указанными препаратами в период стационарного лечения истца в БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн». 

Проанализировав доводы участников процесса, в том числе пояснения специалистов, суд оснований для возложения обязанности на ответчика в виде систематического обеспечения указанными препаратами, в том числе по 

<

данные изъяты> не усматривает, поскольку отсутствуют доказательства назначения указанных препаратов по ТН решением врачебной комиссии, а также в связи с отсутствие доказательств, подтверждающих на основе данных медицинского обследования необходимость систематического приема данных препаратов. В ином объеме хондопротекторы были применены к истцу. 

Согласно данным Государственного Реестра медицинских изделийи организаций (индивидуальных предпринимателей), осуществляющих производство и изготовление медицинских изделий, размещенного на официальном сайте Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения, 

<

данные изъяты>, заявленный в иске, не является лекарственным препаратом и относится к медицинским изделиям, является протезом синовиальной жидкости (http://www.roszdravnadzor.ru/services/misearch).

<

данные изъяты> является медицинским изделием, представляет собой протез синовиальной жидкости в виде раствора для однократной внутрисуставной инъекции в шприце и не входит в Перечень медицинских изделий, отпускаемых по рецептам на медицинские изделия при предоставлении набора социальных услуг, утвержденный распоряжением Правительства Российской Федерации от 22 октября 2016 года № 2229-р, и в Перечень изделий медицинского назначения и специализированных продуктов лечебного питания для детей-инвалидов, отпускаемых по рецептам врача (фельдшера), при оказании дополнительной бесплатной медицинской помощи отдельным категориям граждан, имеющим право на получение государственной социальной помощи, утвержденный Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 9 января 2007 года № 1.

По информации медицинского учреждения ФИО1 

<

данные изъяты> получал в декабре 2015 года в стационаре в неврологическом отделении.В феврале 2016 года ФИО1 был направлен в БУЗОО «КМХЦ», где было указано, что хондопротекторы системные (

<

данные изъяты>) рекомендованы назначать курсами при наличии обострений остеоартроза(наличие синовиита). Внутрисуставное введение протеза синовиальной жидкости (

<

данные изъяты>) не рекомендовано. При наличии синовиита рекомендовано введение глюкортикоидов в сустав. Соответствующие рекомендации приобщены к материалам дела.

Поскольку имеющейся совокупностью доказательств не подтверждается как факт назначения данного медицинского изделия, так и факт клинически подтвержденной нуждаемости истца по медицинским показаниям в данном медицинском изделии, суд оснований для возложения на ответчика обязанности по обеспечению данным медицинским изделием не усматривает.

Лекарственный препарат с 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> рекомендован при выписке из ФГБУ Всероссийский Центр экстренной и радиационной медицины им. А. М. Никифорова МСЧ России в 2015 и в 2016 гг.

Из информации лечебного учреждения следует, что 

<

данные изъяты> относится к фармакологической группе 

<

данные изъяты>. В БУЗОО «ГВВ» ФИО1 представил осмотр врача-уролога из БСМП № 2, который ему рекомендует 

<

данные изъяты>, в связи с 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> предусмотрен Перечнем, относится к указанной группе и имеет аналогичные показания к применению.

Для назначения данных лекарственных препаратов необходимы медицинские показания, установленные по результатам 

<

данные изъяты> которые в 2016 и 2017 году у пациента были в норме. То есть, показания для назначения указанных препаратов отсутствовали.

Выписывание лекарственных препаратов осуществляется лечащим врачом в медицинской организации, в которой пациент находится на медицинском обслуживании. С учетом пользы и риска, во избежание побочных действий в 2018 году лечащий врач направил ФИО1 на дополнительное обследование 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> и консультация врача-уролога, от которых пациент отказался. По данным причинам 

<

данные изъяты> не назначались и не выписывались.

В выписке из ФГБУ Всероссийский Центр экстренной и радиационной медицины им. А. М. Никифорова МСЧ России в 2017 году показания для назначения 

<

данные изъяты> не установлены.

Учитывая то обстоятельство, что конкретная тактика лечения избирается лечащим врачом с учетом клинической картины, наличия у пациента сопутствующей патологии, на основе анализа возможного побочного действия лекарственного препарата, суд не усматривает неправомерного бездействия ответчика в части не назначения данного препарата, поскольку нуждаемость истца по медицинским показаниям в приеме препарата с 

<

данные изъяты> представленной совокупностью доказательств не подтверждается. Какое-либо решение врачебной комиссии о назначении препарата по ТН или МНН отсутствует.

Лекарственный препарат с 

<

данные изъяты>

Из представленных ответной стороной сведений следует, что в 2016 году с января по июль 2016 выписывался препарат по 

<

данные изъяты>. В связи с отсутствием индивидуальной непереносимости или сведений о неэффективности других 

<

данные изъяты>, данный лекарственный препарат выписывался по МНН, что следует из представленных рецептов. Однако, в аптечном учреждении истцом получался препарат с 

<

данные изъяты>, что подтверждается соответствующими реестрами за 2016 год (т.1 л.д.155-160).

В 2017 году врачебной комиссией медицинского учреждения не установлены показания для выписки 

<

данные изъяты>. В соответствующих выписках ВЦЭРМ им.А.Н. Никифорова МЧС России за 2016 и 2017 годы отсутствует информация об индивидуальной непереносимости других торговых наименований 

<

данные изъяты>, рекомендован препарат по 

<

данные изъяты>. 

Из представленных листков назначений за 2017 года следует, что истцу назначался препарат по 

<

данные изъяты>, однако в период с января по декабрь 2017 года истцом фактически был получен препарат по 

<

данные изъяты>, поскольку, как пояснили представители третьего лица данный препарат был закуплен по результатам торгов. Оснований для возмещения собственных затрат истца на препарат с 

<

данные изъяты> в феврале 2017 года по указанным выше мотивам суд не усматривает. В дальнейшем в 2018 году данный препарат назначен по МНН, фактически выдан истцу с 

<

данные изъяты> в феврале и марте, с 

<

данные изъяты> в январе и в апреле.

С учетом приведенных выше обстоятельства назначения и получения истцом указанного препарата, учитывая фактическое получение препарата 

<

данные изъяты>, а также принимая во внимание правомерность назначения препарата по МНН, суд оснований для возложения на ответчика обязанности по обеспечению препаратом с ТН 

<

данные изъяты> не усматривает. 

<

данные изъяты>) в октябре 2017 года по выпискам из ФГБУ Всероссийский Центр экстренной и радиационной медицины им. А.М. Никифорова МСЧ России был рекомендован коротким курсом 10 дней.

Из информации медицинского учреждения следует, что 

<

данные изъяты> входит в Перечень, относится к фармакологической группе ингибиторы протонного насоса и назначается только по решению врачебной комиссии. ФИО1 получал неоднократно 

<

данные изъяты>, который также предусмотрен данным Перечнем и относится к указанной группе.

Данные лекарственные препараты были предусмотрены ранее действующими Перечнями аналогично.

Лечащим врачом БУЗОО «ГВВ» показаний для 

<

данные изъяты> установлено не было, в связи с чем 2018 году препараты 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> не назначались по причине отсутствия показаний.Для решения вопроса о необходимости назначения 

<

данные изъяты> или его аналогов ФИО1 назначены 

<

данные изъяты> (ФГДС) с биоспией и консультацией гастроэнтеролога и онколога.

Представленный чек на препарат с торговым наименованием 

<

данные изъяты> обоснованность затрат истца на приобретение данного препарата не подтверждает, поскольку заключения врачебной комиссии о назначении данного препарата по 

<

данные изъяты> материалах дела отсутствует. В этой связи, затраты истца на указанные препарат возмещению не подлежат (т.1 л.д.231). 

Учитывая, что на момент разрешения спора необходимость назначения истцу препарата 

<

данные изъяты> медицинскими данными не подтверждена, оснований для возложения на ответчика обязанности по обеспечению истца данным медицинским препаратом суд не усматривает.

В подтверждение обоснованности своих требований в части назначения всех препаратов, заявленных в иске, по торговому наименованию истец представляет выписки из медицинской карты стационарного больного № (за период лечения с ДД.ММ.ГГГГ) и № (за период лечения ДД.ММ.ГГГГ), выданными федеральным государственным бюджетным учреждением «Всероссийский центр экстренной и радиационной медицины имени А.М. Никифорова» Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (т.1 л.д.22-30).

Однако, данными выписками не подтверждается именно назначение препаратов, заявленных в иске по торговому наименованию в соответствии с Порядком назначения и выписывания лекарственных препаратов, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 декабря 2012 года № 1175н.

Суд полагает, что для непосредственного лечащего врача, врачебной комиссии БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» данные выписки носят рекомендательный характер и подлежат учету при комплексном анализе лечащим врачом состояния здоровья пациента ФИО1

Кроме того, данными выписками не подтверждается наличие у К.А.СБ. индивидуальной непереносимости и жизненных показаний для назначения спорных лекарственных препаратов для медицинского применения в соответствии с ТН, а не с МНН. Выписки содержат лишь рекомендации для назначения препаратов по ТН, в том числе альтернативных (по другим ТН), и не являются решениями врачебной комиссии.

Проанализировав установленные по делу фактические обстоятельства, в совокупности с нормативными положениями и представленными доказательствами сторонами доказательствами, суд приходит к убеждению о том, что БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» нарушений прав истца в части назначения и получения истцом по льготным рецептам лекарственных препаратов не допущено, обоснованность несения истцом самостоятельных затрат на приобретение заявленных в иске лекарственных препаратов доказательно не подтверждена.

Суд отмечает, что в рассматриваемом споре ФИО1 является получателем медицинских услуг, в том числе получаемых в рамках программы ОМС. Следовательно, по отношении к медицинским услугам, предоставляемым БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» является потребителем.

Между тем, правовых оснований для компенсации морального вреда в соответствии с положениями ст.15 Закона «О защите прав потребителей» суд не усматривает, поскольку по результатам проверки доводов иска обоснованность требования истца о возложении обязанности по обеспечению лекарственными препаратами по торговому наименованию не установлено.

Отсутствуют основания для компенсации морального вреда в соответствии с требованиями ст.151 Гражданского кодекса РФ, поскольку факт нарушения личных неимущественных прав истца по доводам иска в ходе судебного разбирательства подтверждения не нашел. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к БУЗОО «Госпиталь для ветеранов войн» о возложении обязанности по обеспечению лекарственными препаратами, возмещении затрат на приобретение лекарственных препаратов в размере 29 438,40 рублей, взыскании компенсации морального вреда в размере 170 000 рублей оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Центральный районный суд г. Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Н.С. Голубовская

Решение в окончательной форме изготовлено 05.06.2018