Дело № 2а-857/24

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе

председательствующего судьи Сверчкова И.В., 

при секретаре Зубик О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ухте Республики Коми 15 февраля 2024 года административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к федеральному казённому учреждению исправительная колония № 19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми и Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконными действий (бездействия) ответчиков и взыскании денежной компенсации,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к федеральному казённому учреждению исправительная колония № 19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми (далее также – ИК) о присуждении денежной компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, в обоснование требований указав, что он отбывал уголовное наказание в ИК, где коммунальные удобства и материальное оснащение, по его мнению, не соответствовали стандартам и отклонялись от действующих норм. 

Определением от 11.01.2024 к участию в деле в качестве соответчика привлечено ФСИН России, в качестве заинтересованного лица – УФСИН России по РК.

Стороны в судебное заседание не прибыли, своих представителей не направили.

Представителем ответчиков и заинтересованного лица представлен отзыв на исковое заявление с приложением подтверждающих документов. 

Суд, руководствуясь ст. 150 КАС РФ, определил провести судебное заседание в отсутствие сторон.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

ФИО1 отбывал наказание в виде лишения свободы в ИК с 21.10.2020 по 12.02.2021, после чего освободился, поскольку отбыл назначенное наказание. По прибытию в ИК был помещён в карантинное отделение, после чего проживал в отряде № 4.

В карантинном отделении истец указал на нарушение нормы площади, приходящееся на одного осужденного, в связи с проведением ремонта кровати располагались в комнате для просмотра телевизора, недостаточно места для приема пищи, не было места для просмотра телевизора, раздевалка отсутствовала, прогулочный двор мал по размеру, бак под питьевую воду отсутствовал, отсутствовала вентиляция.

Помимо прочего, истец сообщил, что ему не было выдано вещевое довольствие и гигиенические наборы.

В отряде № 4 истец указал на нарушение нормы площади, приходящейся на одного осужденного в спальных помещениях, а также в помещении для приема пищи, в комнате для просмотра телевизора недостаточно посадочных мест, отсутствовало сушильное помещение, в помещении для хранения сумок было недостаточно места, локальный участок мал по размеру, на крыше отряда отсутствовали снегозадержатели.

В банно-прачечном комплексе отсутствовали резиновые коврики, снегозадержатели и вентиляция.

В медицинском изоляторе отсутствовало горячее водоснабжение вентиляция, комната для приема пищи, отсутствовали локальный участок, места для курения, бак с питьевой водой и тазы для гигиенических процедур.

В ШИЗО истец также указал на отсутствие горячего водоснабжения и вентиляции, не выдавали инвентарь для уборки, отсутствовал доступ к окну, тазы для гигиенических процедур, прогулочные дворы находились в ветхом состоянии.

ФИО1 сообщил, что ему не было выдано вещевое довольствие в полном объеме, а также гигиенические наборы. 

Норма вещевого довольствия на осужденного устанавливается Приказом Минюста России от 03.12.2013 N 216 (ред. от 23.04.2018) "Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах" содержит перечень вещевого довольствия осужденных мужчин, отбывающих наказания в исправительных колониях общего, строгого, особого режимов и колониях-поселениях.

Вещевое довольствие, изготовленное по утвержденной нормативно-технической документации, выдается осужденным к лишению свободы и лицам, содержащимся в следственных изоляторах, в готовом виде.

Сроки носки предметов вещевого довольствия исчисляются с момента фактической выдачи. Выдача вещевого довольствия вновь осужденным осуществляется в день их прибытия в исправительное учреждение. Последующая выдача вещевого довольствия производится по письменному заявлению осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах, но не ранее истечения установленных сроков носки находящихся в пользовании предметов. Учет выданного вещевого довольствия ведется по лицевому счету. Все предметы инвентарного пользования подлежат клеймению в установленном порядке.

При перемещении осужденных к лишению свободы из одного учреждения уголовно-исполнительной системы в другое они убывают в одежде и обуви, находящихся у них в пользовании. При перемещении осужденные обеспечиваются предметами вещевого довольствия по сезону в пределах положенности по утвержденным нормам снабжения.

В материалы дела предоставлен лицевой счет 

<

***>, согласно которому истцу, за весь период пребывания в ИК (21.10.2020 по 12.02.2021), выдавалось следующее вещевое довольствие: куртка утепленная 1 шт., брюки утепленные 1 шт., костюм х/б 1 шт., белье нательное зимнее 1 шт., майка 2 шт., трусы 1 шт., зимняя шапка 1 шт., кепка летняя 1 шт., ботинки 1 пара, рукавицы 1 пара, сапоги зимние 1 пара, полотенце 2 шт., носки х/б 4 пары, носки п/ш 2 пары, свитер 1 шт., также истцу выдан мягкий инвентарь: матрац, одеяло, подушка, четыре простыни и две наволочки. Гигиенические наборы в этот период истцу выдавали, о чем свидетельствуют подписи о получении в ведомостях на получение гигиенических наборов с октября 2020 по январь 2021 года.

Как в день прибытия в ИК, так и в последующем истцу выдавалось вещевое довольствие, мягкий инвентарь и гигиенические принадлежности. В этой связи довод истца о выдаче ему вещевого довольствия не в полном объеме, своего подтверждения не нашел. Истец обеспечивался вещевым довольствием по сезону, по мере необходимости и при наличии указанных вещей у администрации учреждения. Теплыми вещами: курткой, штанами, шапкой, теплым нательным бельем и сапогами истец был обеспечен своевременно. Доказательство того, что истец обращался к администрации учреждения с заявлениями о выдаче ему того или иного предмета гардероба взамен изношенного, и ему было отказано, материалы дела не содержат.

Истец указал на перенаселение в карантинном отделении и отряде № 4.

Карантинное отделение общей площадью 273,5 кв.м., спальное помещение 107,2 кв.м., комната для хранения продуктов с местом для приема пищи, комната воспитательной работы 53,1 кв.м., бытовые комнаты 10,7 кв.м. и 13 кв.м., площадь локального участка 100 кв.м., в период содержания истца в карантинном отделении содержалось от 13 до 16 осужденных.

Отряд № 4 разделен на три жилые секции площадью 91,6 кв.м., 87,9 кв.м. и 87 кв.м., первая секция рассчитана на 45 осужденных, вторая и третья на 43 осужденных. В период проживания истца в отряде № 4 численность осужденных не превышала 129 человек. К отряду примыкает локальный участок площадью 400 кв.м., 

В силу части 2 статьи 10 и части 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Норма жилой площади в расчёте на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Исходя из имеющихся данных, норма площади на одного осужденного в карантинном отделении и секциях отряда при максимальном их наполнении в разные периоды составляла более 2 кв.м., что соответствует установленной частью 1 статьи 99 УИК РФ норме. При этом суд обращает внимание на то, что исключений из этого норматива мебели и иного инвентаря, установленного в жилом помещении, не предусмотрено. С учетом наполняемости секций довод о нарушении площади своего подтверждения не нашел. 

Вместе с тем, следует отметить, что в карантинном отделении и отряде № 4 осужденные проживают в обычных условиях отбывания наказания. Осужденные к лишению свободы, отбывающие наказание в обычных условиях проживают в общежитиях. Это означает, что в течение дня истцу, за исключением режимных мероприятий, дозволено перемещаться по локальному участку, также по графику, установленному учреждением он может посещать магазин, библиотеку, ходить в столовую учреждения, баню, и др. В этой связи суд приходит к выводу, что стеснений при передвижении в течение дня по территории учреждения у административного истца не возникало, поскольку карантинное отделение и помещения отряда № 4 достаточно просторные (локальные участки площадью 100 кв.м. и 400 кв.м. соответственно), а в спальных помещениях осужденные могут находиться только в период ночного отдыха. 

Норма площади локальных участков не установлена, каких либо нарушений, влияющих на реализацию прав истца на ежедневную прогулку, материалы дела не содержат. 

Из отзыва ответчика следует, что ремонт в спальном помещении карантинного отделения, в период пребывания там истца, не проводился, в этой связи размещать кровати в комнате для просмотра телевизора у администрации необходимости не было, поэтому указанный довод истца, не нашел своего подтверждения. 

Административный истец указал на отсутствие горячего водоснабжения в ИК.

В силу п.п. 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10.06.2010 № 64, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

В этой связи, довод об отсутствии горячей воды мог быть признан заслуживающим внимания. Однако проектирование и строительство корпусов ИК осуществлялось задолго (1970-е годы) до утверждения инструкции, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП и Своду правил от 20.10.2017 № 1454/пр. При этом отсутствие горячей воды было компенсировано правом помывки в душе или бане учреждения, также для осуществления гигиенических процедур истец имел возможность вскипятить воду при помощи кипятильника, чайника, электрической, либо микроволновой печи, которыми осужденные также обеспечивались в ИК. В этой связи суд отмечает, что в ИК были приняты все необходимые компенсационные меры, в связи с отсутствием горячей воды, а корпуса ИК по проекту не предполагали подведение, либо обеспечение горячим водоснабжением.

Вентиляция в ИК естественная, однако, материалы дела и не содержат данных о том, что корпуса ИК по проекту предполагали вентиляцию с механическим побуждением (принудительную) и она не была построена, либо пришла в негодность. Проветривание помещений осуществляется естественным путем, через форточки и вентиляционные каналы, доступ к оконным проемам у истца имелся, в том числе и в камерах ШИЗО, где форточки оборудованы механизмом для открывания окон.

Также истец указал, что в карантинном отделении помещение для приема пищи мало по размеру, места всем осужденным не хватало.

Согласно таблице 14.3 Свода правил в отряде должна быть организована комната для хранения продуктов и комната для хранения продуктов с местом для приема пищи. 

Согласно техническому паспорту в карантинном отделении имеется два помещения для хранения продуктов и приема пищи площадью 10,73 кв.м. и 12,95 кв.м. В помещениях организованы места для приема пищи: 3 стола на 8 человек каждый и 6 четырехместных скамеек, установлены настенные полки-ячейки в количестве 28 шт. размером 30*30 см. Также в комнате для хранения продуктов имеется бак с питьевой водой. 

Поэтому доводы истца о нехватке мест для приема пищи, отсутствии питьевой воды своего подтверждения не нашли.

Факт отсутствия на крыше отряда снегозадержателей в рассматриваемый период не оспаривается ответчиком. Однако очевидно, что данный факт не нарушает права истца, поскольку доказательств того, что отсутствие снегозадержателей влияло на безопасность истца, материалы дела не содержат. 

Из материалов дела следует, что на территории ИК имеется больница на 25 мест с амбулаторией, о чем свидетельствует кадастровый паспорт, представленный ответчиком.

Из кадастрового паспорта следует, что стационар оборудован двумя умывальными и двумя туалетными помещениями, также имеется кухня и столовая. 

Остальные доводы истца касающиеся отсутствия достаточного количества места в сушильных помещениях, бытовых комнатах, отсутствие резиновых ковриков и тазов в душевых, мест для курения даже при всей совокупности не может являться основанием для взыскания в пользу истца денежной компенсации, поскольку ни коим образом не умаляет его права и законные интересы. 

Положениями статьей 17, 21, 22 Конституции Российской Федерации предусмотрено право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Согласно ст. 8 УИК РФ Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма, равенства осужденных перед законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их правопослушного поведения, соединения наказания с исправительным воздействием.

Частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской федерации предусмотрено, что при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу частей 2, 11 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на вежливое обращение со стороны персонала учреждения, исполняющего наказания. Они не должны подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или взысканию. Меры принуждения к осужденным могут быть применены не иначе как на основании закона. При осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний.

В настоящем случае, суд не усматривает отклонения от стандартного, неизбежного, уровня страданий, при отбывании наказания истцом в перечисленных случаях.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам на тот период времени, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на денежную компенсацию.

По указанным выше причинам, в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-188, 219, 226-228 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к федеральному казённому учреждению исправительная колония № 19 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми и Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконными действий (бездействия) ответчиков и взыскании денежной компенсации, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Ухтинского городского суда РК И.В. Сверчков

Мотивированное решение составлено 01 марта 2024 года.

11RS0005-01-2024-000115-21