РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 ноября 2018 года г. Братск 

Братский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Ларичевой И.В., при секретаре Ермилиной А.С., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО1 - ФИО2, действующей на основании доверенности, ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело *** по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области, о признании недействительными договоров дарения, применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование исковых требований истец указала, что **.**.**** между ФИО5 и ФИО4 были заключены договоры дарения недвижимого имущества, где ФИО5 выступал дарителем, а ФИО4 - одаряемым. Всего было заключено 6 договоров дарения, согласно которым ФИО5 передал безвозмездно в собственность ФИО4 следующее недвижимое имущество, являющееся общим имуществом супругов, так как было приобретено во время брака между ФИО3 и ФИО1 (брак был зарегистрирован **.**.**** и до настоящего времени не расторгнут):

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты".

Таким образом, указанное имущество является общим имуществом супругов на основании ст. 34 СК РФ. Вместе с тем, ФИО5 подарил указанное имущество ФИО6 **.**.**** без ее согласия, на основании чего, она считает указанные договоры дарения недействительными. У нее и ФИО5 в браке рождены три сына: ФИО7, ФИО8 и ФИО4 (ответчик). Все приобретенное в браке имущество, они с мужем - ответчиком о таком желании знали все сыновья, и ее муж сам этого хотел. Как ей пояснил ее супруг - ФИО5 (ответчик), он подписал указанные договоры дарения по просьбе сына - ФИО4 для того, чтобы уменьшить размер налога, а через год ФИО4 должен был вернуть все обратно, поэтому супруг ей ничего и не сказал об этих сделках. Никакого согласия, ни письменного, ни нотариально удостоверенного, на совершение указанных сделок дарения она не давала.

Просит суд признать недействительными договоры дарения от **.**.****, согласно которым ФИО3 (даритель) передал безвозмездно в собственность ФИО4 (одаряемый) следующее недвижимое имущество:

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"; применить к сторонам последствия недействительности сделок.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО1 - ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просили суд исковые требования удовлетворить.

Истец ФИО1 дополнительно пояснила, что она подписывала данное согласие, но она не знала, что подписывала согласие на дарение всего имущества А., она была введена в заблуждение. Замужем за ФИО3 она с **.**.****, они всю жизнь проживают совместно, за другим человеком она замужем не была. Она не знала, что муж **.**.**** подарил все имущество сыну А., узнала только **.**.****.

Представитель истца ФИО1 - ФИО2, действующая на основании доверенности, дополнительно пояснила, что до совершения сделки, т.е. до подписания договоров дарения, необходимо было получить нотариально удостоверенное согласие супруги ФИО1 Вместе с тем, договоры дарения подписаны **.**.****, а согласие дано **.**.****. Таким образом, на момент совершения сделки дарения между дарителем - ФИО3 (супругом истца) и одариваемым - ФИО4, нотариально удостоверенного согласия супруги дарителя на совершение сделки не имелось. Более того, в представленном ответчиком ФИО4 согласии от **.**.**** указано, что ФИО1 дает согласие ФИО3, в то время как супругом ФИО1 является ФИО3, то есть согласие дано не ее супругу, а неустановленному лицу, что делает указанный документ - согласие недействительным со дня его подписания. Кроме того, в документе отсутствуют паспортные данные лица, которому ФИО1 дала согласие на совершение сделки. Также на момент дарения ответчик ФИО3 не вправе был совершать сделку, поскольку на момент заключения договор дарения имущество находилось в залоге у банка.

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования признал, просил суд удовлетворить исковые требования в полном объеме. Дополнительно пояснил, что все нажитое в браке с ФИО1 имущество было решено поделить поровну между их тремя сыновьями. Но в 2013 году он взял кредит в банке для производства под залог имеющегося имущества, а потом возникли трудности по уплате кредита, и он побоялся, что банк заберет имущество в счет уплаты задолженности по кредитному договору и решил подарить все имущество А., договорившись о том, что пока не уладит дела с банком, имущество будет на нем, но как только пройдут трудности, он вернет ему все имущество. Никто из их семьи не знал, что он подарил все имущество А., поскольку это была формальность, и это нужно было для спасения имущества. У нотариуса ФИО9 А. был только с ФИО1, его не было при том, как его жена давала согласие на дарение имущества А.. Их семья знакома с нотариусом ФИО9 около 10 лет, они всегда обращаются к ней за совершением каких-либо действий, требующих нотариального удостоверения.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, причины неявки суду не известны. В судебном заседании **.**.**** ФИО4 исковые требования не признал, просил суд отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Дополнительно пояснял, что согласие на дарение имущества ФИО1 давала у нотариуса, она знала о том, что отец дарит ему имущество. То, что в согласии неверно указано имя отца - это техническая ошибка нотариуса при составлении согласия. Действительно, в 2013 году отец взял кредит, и были проблемы с выплатой данного кредита, но оформлять на него данное имущество не было смысла, поскольку он являлся поручителем по кредиту. Отец подарил ему имущество, поскольку Максиму и Сергею было не до сельского хозяйства. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области, в судебное заседание не явилось, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещено надлежащим образом; представитель ФИО10, действующая на основании доверенности, представила отзыв на исковое заявление, в котором просит рассмотреть дело в отсутствие представителя Управление Росреестра по Иркутской области. Также указала, что привлечение Управления в качестве третьего лица по данному иску необоснованно, поскольку Управление не является субъектом спорного правоотношения, так как не имеет материально-правовой заинтересованности по данному делу, решение по делу не может повлиять на его права или обязанности по отношению к заявителю. В Едином государственном реестре недвижимости зарегистрировано право собственности ФИО4 на: "данные изъяты".

В ЕГРН было зарегистрировано право собственности ФИО4 на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте судебного заседания, в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав истца ФИО1, представителя истца ФИО1 - ФИО2, действующую на основании доверенности, ответчика ФИО3, допросив свидетелей, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему выводу. 

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривается, что ФИО1 и ФИО3 состоят в браке с **.**.**** по настоящее время, что также подтверждается свидетельством о браке *** от **.**.****.

Также в судебном заседании установлено и сторонами не оспаривается, что в период брака ФИО1 и ФИО3 совместно приобретено следующее имущество:

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты".

Указанные обстоятельства не оспариваются сторонами и подтверждаются представленными доказательствами.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что поскольку указанное выше недвижимое имущество было приобретено ФИО1 и ФИО3 в период брака, брачный договор, определяющий иной режим имущества, между супругами не заключен, соответственно данное недвижимое имущество является совместной собственностью супругов.

Согласно п. 2 ст. 244 ГК РФ имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

Согласно п. 1 ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не определен иной режим этого имущества.

В соответствии в п. 1 ст. 33 СК РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

В силу п. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (п. 2 ст. 34 СК РФ).

Согласно ст. 253 ГК РФ участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Правила настоящей статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности настоящим Кодексом или другими законами не установлено иное.

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В судебном заседании установлено, что **.**.**** по договору дарения 

<

данные изъяты>.

**.**.**** по договору дарения 

<

данные изъяты>.

**.**.**** по договору дарения 

<

данные изъяты>.

**.**.**** по договору дарения 

<

данные изъяты>.

**.**.**** по договору дарения 

<

данные изъяты>.

**.**.**** по договору дарения 

<

данные изъяты>.

Также в судебном заседании установлено, что указанные сделки прошли государственную регистрацию в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним произведены записи о регистрации права за ФИО6 на указанное выше недвижимое имущество.

Таким образом, ФИО5 **.**.**** по договорам дарения передал права на спорную недвижимость своему сыну ФИО6, являющемуся собственником на момент рассмотрения настоящего иска.

Вместе с тем, ФИО1 обратилась в суд с данным исковым заявлением исходя из того, что указанное недвижимое имущество, являвшееся совместной собственностью ФИО1 и ФИО3, выбыло из их владения в период брака без нотариально удостоверенного согласия ФИО1 на совершение сделок по договорам дарения, о совершении которых она узнала в 2018 году, то есть помимо воли ФИО1, что свидетельствует о недействительности указанных сделок и необходимости применения последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества.

В силу п. 1 ст. 173.1 ГК РФ, сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

На основании п. п. 1, 2 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Согласно п. 3 ст. 35 СК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений - на дату заключения договоров дарения) для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Таким образом, п. 3 ст. 35 СК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений - на дату заключения договоров дарения) прямо указывает, что в случаях совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимым имуществом, находящимся в совместной собственности супругов, и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статья 168 ГК РФ предусматривает, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Таким образом, сделка с недвижимым имуществом или требующая нотариального удостоверения и (или) регистрации, совершенная одним из супругов, являющихся участниками совместной собственности, и не соответствующая требованиям п. 3 ст. 35 СК РФ, является оспоримой.

Из системного толкования указанных норм закона, сделки по договорам дарения от **.**.****, которые оспаривает ФИО1, являются оспоримыми, так как могут быть признаны таковыми по основаниям, предусмотренным законом (ст. 35 СК РФ).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что учитывая, что супруги ФИО1 и ФИО3 на момент совершения сделок состояли в браке, то к спорным правоотношениям подлежат применению положения СК РФ, следовательно, для законного отчуждения спорного супружеского имущества ФИО3 должен был получить нотариальное согласие супруги ФИО1

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3. ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что **.**.**** ФИО1 было дано нотариально удостоверенное согласие своему супругу ФИО3 подарить на его условиях и по его усмотрению ФИО4, **.**.**** года рождения, нажитое ими в браке имущество, состоящее из:

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты".

Данное согласие удостоверено нотариусом Братского нотариального округа Иркутской области ФИО9 **.**.**** и зарегистрировано в реестре за *** (

<

данные изъяты>).

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1 было выдано согласие своему супругу распорядиться нажитым ими в браке имуществом, путем дарения данного имущества на его условиях и по его усмотрению ФИО4, следовательно, наличие данного документа подтверждает наличие согласия ФИО1 на отчуждение имущества.

Волеизъявление лица на одностороннюю сделку (к которой относится дача нотариального согласия на отчуждение общего имущества) обусловлено наличием собственноручной подписи лица в документе, в судебных заседаниях свою подпись истец не оспаривала.

В нотариальном согласии супруг указывает конкретную сделку, которую он одобряет, либо указывает общие полномочия, например, дает право своему супругу продать квартиру или иной объект недвижимости за любую цену и на любых условиях по его усмотрению. Соответственно, оформление супругом нотариально удостоверенного согласия, является внешним проявлением воли (волеизъявлением).

Требование нотариальной формы согласия позволяет обеспечить подлинность одобряющего лица, а также его действительную волю, направленную на возникновение юридических последствий, предусмотренных сделкой.

При этом в судебном заседании установлено, что в согласии, данном ФИО1, неверно указано имя супруга, которому дано согласие, вместо ФИО3 указан - ФИО3.

Вместе с тем, проанализировав представленный документ, а также показания свидетеля ФИО9 - нотариуса, удостоверившего данное согласие, пояснившей, что в согласии была допущена техническая ошибка (опечатка) - имя супруга не А., а А., и это является технической ошибкой, суд приходит к следующему выводу. 

В судебном заседании установлено, что ФИО1 и ФИО3 состоят в браке с **.**.**** по настоящее время.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что согласно пояснениям ФИО1 в судебных заседаниях, она со своим супругом ФИО3 проживает совместно с **.**.**** по настоящее время; за другим человеком она замужем никогда не была. Также ФИО1 не оспаривала свою подпись в согласии от **.**.****.

Более того, в согласии указано, что ФИО1 дает согласие своему супругу. Содержание ст. ст. 34, 35 СК РФ ФИО1 нотариусом было разъяснено и понятно. Согласие подписано ФИО1 собственноручно в присутствии нотариуса. Личность установлена. Дееспособность и факт регистрации брака проверены.

При этом суд также учитывает, что истцом не заявлялось исковых требований о признании согласия от **.**.****, данного ФИО1, недействительным.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что допущенная в согласии техническая ошибка не может служить основанием недействительности сделок, поскольку она не влияет на понимание волеизъявления лица, дающего согласие; при толковании согласия судом принимается во внимание буквальный смысл содержащихся в нем слов и выражений, в котором прямо указано, что ФИО1 дает согласие своему супругу. При этом суд учитывает, что супругом ФИО1 является только ФИО3.

Таким образом, принимая во внимание все установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что при государственной регистрации договоров дарения в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области у ФИО3 имелось нотариально удостоверенное согласие супруги на совершение данных сделок, следовательно, требования закона о получении нотариального согласия супруга дарителя сторонами договора были соблюдены.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 (нотариус) пояснила, что знает ФИО3 и его супругу, поскольку они являются ее клиентами. Около семи лет назад ФИО3 с супругой и детьми несколько раз обращались к ней для удостоверения документов. Несколько лет назад ФИО3 решил отойти от дел сельского хозяйства и решил подарить все сыну - ФИО4. ФИО1 и ФИО4 приходили к ней вдвоем оформлять согласие на дарение имущества ФИО4; ФИО3 не присутствовал при даче согласия, согласие все прочитали, и ФИО1 его подписала. В согласии была опечатка - имя супруга не А., а А., но это техническая ошибка. При оформлении данного рода согласия присутствие супруга необязательно. ФИО1 прочитала и подписала данное согласие. Дееспособность ФИО1 она проверяла в процессе разговора, кроме того, она давно знает семью А-вых. ФИО1 добровольно подписывала данное согласие, принуждения она не заметила. Если бы заметила, что ФИО1 ввели в заблуждение, то не стала бы заверять данное согласие. Для согласия на дарение требуются паспортные данные только того, кто дает согласие. ФИО1 давала свое согласие супругу именно на дарение имущества, потому что она говорила о том, что они с супругом дарят сыну земельные участки. Ошибка в имени супруга является технической ошибкой.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 пояснил, что ФИО1 и ФИО3 его родители. В мае 2018 года, когда они с братом Максимом создавали свое предприятие и им нужны были документы на имущество отца, узнали о том, что все имущество принадлежит А.. Он был удивлен, поскольку всегда знал, что все имущество родители разделят на них троих - на него, Максима и А., поровну. Он спросил у отца, почему все имущество принадлежит А., на что отец ответил, что подарил имущество А.. Мама сказала, что не давала своего согласия отцу на дарение всего имущества А.. Он работал на предприятии отца периодически, Максим работал с 2001 года по 2013 год, а А. работает с 2013 года и до настоящего времени. При жизни родителей они не делят имущество, но он считает, что имущество родителей должно быть поделено поровну между тремя детьми - между ним, Максимом и Алексеем.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 пояснил, что ФИО1 и ФИО3 его родители. В мае 2018 года, когда они с братом Сергеем создавали свое предприятие и им нужны были документы на имущество отца, узнали о том, что все имущество принадлежит А.. Отец сказал, что подарил имущество А. временно, из-за проблем с выплатой обязательств по кредиту. Мама сказала, что не давала своего согласия отцу на дарение всего имущества А. и сама ничего не знала до этого момента. Он работал на предприятии отца с 2001 года до 2013 год, в 2013 году он уехал жить в .... Сергей работал на предприятии отца периодически, а А. работает с 2013 года и до настоящего времени. При жизни родителей они не делят имущество, но он считает, что имущество родителей должно быть поделено поровну между тремя детьми - между ним, Сергеем и Алексеем.

В силу ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Оценивая показания свидетелей, суд приходит к выводу, что они могут быть приняты судом, поскольку подтверждают установленные по делу обстоятельства и не противоречат иным собранным по делу доказательствам; свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Оценивая в совокупности установленные по делу обстоятельства и перечисленные нормы закона, суд приходит к выводу, что, поскольку в судебном заседании установлено, что ответчик ФИО3 при заключении договор дарения от **.**.**** действовал с согласия своей супруги ФИО1, что было выражено в нотариально удостоверенном согласии от **.**.****, данное согласие в установленном законом порядке недействительным не признано, то оснований для признания недействительными договоров дарения от **.**.****, заключенных между ФИО3 и ФИО4, следующего недвижимого имущества: "данные изъяты", нет. 

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительными договоров дарения от **.**.****, заключенных между ФИО3 и ФИО4, следующего недвижимого имущества: "данные изъяты"; применении последствий недействительности сделок, не подлежат удовлетворению.

Доводы представителя истца ФИО1 - ФИО2, действующей на основании доверенности, что нотариально удостоверенное согласие супруги ФИО1 нужно было получить до совершения сделки, т.е. до подписания договоров дарения; при этом договоры дарения подписаны **.**.****, а согласие дано **.**.****, следовательно, на момент совершения сделки дарения между ФИО3 и ФИО4 нотариально удостоверенного согласия супруги дарителя на совершение сделки не имелось, являются необоснованными. Так, в судебном заседании установлено, что все сделки с недвижимым имуществом (заключение договоров дарения между ФИО3 и ФИО4) были совершены **.**.****; нотариально удостоверенное согласие ФИО1 было выдано - **.**.****. Вместе с тем, государственная регистрация права в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по ... произведена:

- **.**.****: по договору дарения 

<

данные изъяты>;

- **.**.****: по договору дарения 

<

данные изъяты>.

Таким образом, поскольку при государственной регистрации договор дарения в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области у ФИО3 имелось нотариально удостоверенное согласие супруги на совершение данных сделок, следовательно, требования закона о получении нотариального согласия супруга дарителя сторонами договора были соблюдены. При этом суд также учитывает, что законодательством не запрещено оформлять нотариально удостоверенное согласие супруга после даты заключения договора. Более того, суд учитывает, что в согласии указаны конкретные сделки, которые мог совершить ответчик ФИО3 по данному согласию. Несмотря на то, что получено согласие было после совершения сделки, в соответствии с п. 2 ст. 183 ГК РФ ФИО1 одобрила сделки. 

Довод представителя истца ФИО1 - ФИО2, действующей на основании доверенности, что на момент заключения договор дарения ответчик ФИО3 не вправе был совершать сделки, поскольку имущество находилось в залоге у банка, суд находит также несостоятельным, поскольку данный довод опровергается материалами дела. Так, в материалах гражданского дела имеется совместное заявление залогодателя - ФИО3 и залогодержателя - ОАО «Сбербанк России», представленное в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области **.**.**** о погашении регистрационной записи об ипотеке в отношении: 

<

данные изъяты>, в связи с полным расчетом. Таким образом, на момент государственной регистрации права на указанное недвижимое имущество, залог банка был прекращен. Кроме того, суд учитывает, что Банк не оспаривает данные сделки с указанием на их недействительность в силу залога данного имущества, а у истца нет полномочий действовать от имени Банка.

Доводы представителя истца ФИО1 - ФИО2, действующей на основании доверенности, что в согласии отсутствуют паспортные данные лица, которому ФИО1 дала согласие на совершение сделки, являются несостоятельными, поскольку в силу ст. 42 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных ВС РФ 11.02.1993 №4462-1 при совершении нотариального действия нотариус устанавливает личность только обратившихся за совершением нотариального действия гражданина; установление личности гражданина, обратившегося за совершением нотариального действия, должно производиться на основании паспорта. Таким образом, суд приходит к выводу, что при нотариальном удостоверении согласия супруга на совершение сделки необходимо только личное присутствие гражданина, который дает данное согласие, с паспортом. Поскольку Основами законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных ВС РФ 11.02.1993 №4462-1, не предусмотрено обязательное указание паспортных данных лица, которому дается согласие. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительными договоров дарения от **.**.****, заключенных между ФИО3 и ФИО4, следующего недвижимого имущества:

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"

"данные изъяты"; применении последствий недействительности сделок - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Братский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья И.В. Ларичева