АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Кызыл 11 февраля 2019 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва в составе:

председательствующего Донгак Г.К.

судей Аракчаа О.М, и Сундуй М.С.,

при секретаре Чамзы Е.Б. 

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, защитников Даштаар-оол В.О., Донгак М.Б., Сысонова Е.В., Саая А.С., Маракина Е.А., Ооржак У.Б., Данзырына О.В., Авыда А.О., Оюн С.П., Котовщикова А.В., Клим С.С. и апелляционное представление государственного обвинителя Нурзата Б.-Б.Б. на приговор Сут-Хольского районного суда Республики Тыва от 24 сентября 2018 года, которым

ФИО1, **

осужден по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** (по первому эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года (по второму эпизоду), по п. «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на 2 срок года (по третьему эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года (по четвертому эпизоду). На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 3 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

ФИО6, ** 

осужден по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** (по первому эпизоду), по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года (по второму эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на 2 срок года (по третьему эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года (по четвертому эпизоду). На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 5 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 3 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

ФИО2, ** 

осужден по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** (по первому эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года (по второму эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года (по третьему эпизоду). На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 4 годам 3 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 3 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

ФИО3, ** 

осужден по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** (по первому эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года (по второму эпизоду). На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к 4 годам 3 месяцам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 3 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

ФИО5, ** 

осужден по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года, 

ФИО1, ** 

осужден по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года, 

ФИО4 Мижит-Доржуевич, ** 

осужден по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в **, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 3 года, 

Заслушав доклад судьи Донгак Г.К., выступления прокурора Ховалыг Л.А., поддержавшего доводы апелляционного представления и полагавшего необходимым приговор изменить, осужденных ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО1, ФИО4 и защитников Даштаар-оол В.О., Донгак М.Б., Уванная В.Д., Саая А.С., Сысонова Е.В., Маракана Е.А., Ооржак С.Н.,Ондар М.Э., Оюн С.П., Котовщикова А.В., ФИО7, Клим С.С., ФИО8, Данзырына О.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб и просивших приговор отменить, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным и осужден за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и с угрозой его применения в отношении потерпевшего С.С.; совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.А.; совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением специальных средств в отношении потерпевшего А.А.; совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и с угрозой его применения, с применением специальных средств в отношении потерпевшего М.Х.

ФИО6-Х.Н. признан виновным и осужден за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.А.; совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия в отношении потерпевшего А.А.; совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.Х.; совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего С.С. 

ФИО2 признан виновным и осужден за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и с угрозой его применения в отношении потерпевшего С.С.; совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.А.; совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.Х.; 

ФИО3 признан виновным и осужден за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.А.; совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего О.А. 

ФИО5 признан виновным и осужден за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и с угрозой его применения и с применением специальных средств в отношении потерпевшего А.А.

Монгуш Аяс признан виновным и осужден за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и угрозой его применения в отношении потерпевшего А.А..

ФИО4 признан виновным и осужден за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия в отношении потерпевшего М.Х. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Нурзат Б.-Б.Б. просит приговор изменить ввиду неправильного применения уголовного закона и нарушений уголовно-процессуального закона. Указывает, что судом при назначении наказания не в полной мере учтены смягчающие обстоятельства, в частности состояние здоровья осужденных, наличие государственных и ведомственных наград, их возраст. Как установлено в суде осужденный ФИО2 в 2016 году перенес операцию по поводу **, осужденный ФИО6-Х.Н. в мае 2018 года находился на стационарном лечении в **. В отношении осужденного ФИО4 суд не признал в качестве смягчающего обстоятельства возраст осужденного, которому исполнилось ** лет. Судом недостаточно учтены требования закона об индивидуализации наказания, степени общественной опасности, конкретные обстоятельства содеянного, характер и размер наступивших последствий, способ совершения преступления, роль подсудимых в преступлении, совершенных в соучастии. ФИО2 осужден по п. «а» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ (по 3 эпизодам), а ФИО3 осужден по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ (по 2 эпизодам), однако по совокупности преступлений обоим назначено по 4 года 3 месяца лишения свободы. В резолютивной части приговора суд необоснованно в срок наказания ФИО1 ошибочно зачел время его содержания под стражей с 9 по 28 декабря 2016 года, тогда как ему назначено условное наказание, в связи с чем данное указание подлежит исключению. 

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО1 просит отменить приговор с его оправданием. В обоснование жалобы им указано, что приговор построен на недостоверных показаниях потерпевших, которые с целью уйти от уголовной ответственности за кражу скота, оговорили его. Судом при вынесении приговора не учтено, что потерпевшие в суде участвовали только один раз, не приняты меры к их вызову для выяснения некоторых вопросов. Приговор построен на показаниях свидетелей, являющихся близкими родственниками потерпевших, которые вызывают сомнение в их правдивости. В ходе предварительного следствия его опознание проведено с нарушениями УПК РФ, по фотографиям. В материалах дела в качестве вещественных доказательств не приобщен электрошокер, в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о его описании, его технические характеристики и другие сведения, а также неизвестно, по каким параметрам определен его высокий поражающий заряд. Судом для установления всех обстоятельств не допрошен потерпевший О.Т., у которого похищен скот и, участвовавший в поисках украденных коров. Суд необоснованно не удовлетворил отводы председательствующему, заявленные ввиду его заинтересованности в исходе дела. 

В апелляционной жалобе и дополнении осужденный ФИО2 просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение. В обоснование жалобы указал, что судом уголовное дело рассмотрено с обвинительным уклоном, необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору; не назначена повторная или комиссионная судебно-медицинская экспертиза в отношении потерпевших; не предоставил достаточное время адвокату Чымы А.-Х.Х., который участвовал по назначению суда на ознакомление с материалами дела, согласования с ним позиции в выездном судебном заседании в с. Тээли Бай-Тайгинского кожууна Республики Тыва 31 марта 2017 года; суд не принял надлежащих мер к потерпевшим М.А. и С.С. за нарушение регламента судебного заседания 22 января 2016 года и 2 февраля 2018 года, которые удалены из зала суда, однако в последующем были вновь допущены к участию без учета мнения других участников уголовного судопроизводства; при рассмотрении дела суд занимал безынициативную и не принципиальную позицию, что вызвало сомнение в беспристрастности судьи; председательствующий не принял решение об отводе, несмотря на то, что потерпевшие С.С. и М.А. оскорбляли судью, не решен вопрос о возбуждении уголовного дела, по которому председательствующий являлся бы потерпевшим, в связи с чем он не мог рассматривать настоящее уголовное дело. Опознание проведено с нарушениями УПК РФ, что подтверждается показаниями свидетеля –П.С., принимавшего участие в данном следственном действии понятым. В суде потерпевшие С.С. и М.Х. показали, что он в отношении них не применял насилие. Потерпевший М.Х. не мог указать, какие конкретные действия совершались в отношении него каждым, следовательно, выводы суда о применении насилия к М.Х. не подтверждены доказательствами по делу. В материалах уголовного дела в качестве вещественного доказательства не осмотрено и не приобщено специальное средство – электрошокер, не установлены его электрические параметры, мощность воздействия, напряжение заряда. Приведенные по делу заключения экспертиз не подтверждены самими потерпевшими. Просит учесть его положительную характеристику за время его работы в **. Суд, установив совокупность смягчающих наказание обстоятельств ** молодой возраст, привлечение к уголовной ответственности впервые, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств назначил наказание в виде лишения свободы, не приведя мотивы, по которым пришел к выводу, что его исправление невозможно без изоляции от общества. Просит учесть его семейное положение, **, для которых он является единственным сыном и опорой. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО5 просит приговор отменить ввиду незаконности и необоснованности и направить дело на новое судебное рассмотрение. Указывает, что приговор суда основан на показаниях потерпевших, которые неоднократно судимы за кражу скота, и оговорили их в целях уйти от ответственности за кражу 5 коров. Показания потерпевших опровергаются материалами уголовного дела в отношении потерпевших о краже скота. Судом не учтены положения ст. 90 УПК РФ, согласно которой вступивший в законную силу приговор в отношении М.А. и С.С. по факту кражи скота имеет преюдициальное значение, данное уголовное дело не истребовано и не исследовано в суде, однако, отказывая в удовлетворении ходатайства защитника Оюн С.П. о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3, суд сослался на то, что приговор в отношении потерпевших не вступил в законную силу. Суд доверился показаниям потерпевших, утверждавших, что их в течение длительного времени избивали с применением дубинки и электрошокера, данное обстоятельство не доказано в суде. Органами предварительного следствия и судом не установлены время совершения преступлений, которое не совпадает со временем, указанным в постановлении о возбуждении уголовного дела, в также в обвинительном заключении и приговоре. В ходе судебного следствия не установлено, какие действия совершались каждым из них. Между тем из показаний свидетелей – сотрудников ** можно установить точное время нахождения подсудимых в **. Однако суд к показаниям сотрудников ** отнесся критически, посчитав их данными в целях защиты подсудимых. Он признан виновным и осужден за избиение потерпевшего А.А. в период времени с 17 часов до 23 часов 1 марта 2013 года в кабинете № **, тогда как в уголовном деле по обвинению потерпевших М.А., С.С., М.Х. имеется протокол допроса свидетеля А.А. оперуполномоченным Т.С. от 1 марта 2013 года, согласно которому допрос начат в 20 часов 30 минут и окончен в 21 час. Судом не допрошен свидетель Т.С., несмотря на заявленное ходатайство о его допросе. Ими пресечена преступная деятельность организованной группы лиц, неоднократно совершавших кражи скота у граждан, однако в результате незаконных действий следователя суд необоснованно признал их виновными. Судом в ходе предварительного слушания не разрешено ходатайство защитника Оюн С.П. о прекращении уголовного дела в отношении него, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, на том основании, что приговор в отношении потерпевших на тот момент не вступил в законную силу. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 просит приговор отменить и оправдать его. В обоснование жалобы указал, что он был оговорен потерпевшим М.А. ввиду его личной неприязни из-за того, что тот ранее задерживался им по факту кражи мелкого рогатого скота. Мать потерпевшего М.А. требовала от него деньги, однако, не получив их, добилась возбуждения уголовного дела вначале в отношении Мандала, ФИО1, ФИО5 и ФИО2, через год возбуждено уголовное дело в отношении ФИО4, Монгуша Аяса и него. Не согласен с результатами проведения опознания, поскольку М.А., знавший их в лицо, находясь рядом с другими потерпевшими по делу, подсказывал им их данные. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО4М-Д. просит отменить приговор ввиду его необоснованности и несправедливости. Указывает, что он как в ходе предварительного следствия, так и в суде дал правдивые и последовательные показания, приводил доводы о своей невиновности, однако суд не дал им должной оценки в совокупности с другими доказательствами. В тот вечер он проводил проверку по факту причинения ножевого ранения Т.Ч. своему супругу, в связи с чем он с 20 часов 1 марта до 1 часа 2 марта 2013 года отсутствовал в здании **, что подтверждается показаниями свидетеля Т.Ч. и материалами об отказе в возбуждении уголовного дела. Судом необоснованно отвергнуты свидетельские показания сотрудников ** по тому основанию, что они являются их коллегами, однако суд признал достоверными показаниями родственников потерпевших. При этом судом признаны допустимыми показания свидетелей со стороны потерпевших, несмотря на то, что они являются их близкими родственниками. 

В апелляционной жалобе и дополнении к ней защитник Даштаар-оол В.О. просит приговор в отношении ФИО1 отменить ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона. В обоснование жалобы указано, что суд в качестве доказательств, подтверждающих виновность ФИО1, сослался на показания потерпевших, свидетелей обвинения, которые являются близкими родственниками и их показания являются производными от показаний потерпевших, так как они не являются очевидцами преступления. Между тем в показаниях как потерпевших, так и свидетелей имеются существенные противоречия, которые судом не устранены. В свою очередь показания потерпевших опровергаются показаниями подсудимых, которые судом не опровергнуты. Между тем показания ФИО1 подтверждаются показаниями свидетелей С.А., С.К., М.М., Ш.А., Ч.Б., О.М., М.С., которые не являются его родственниками и свидетельствуют о его невиновности. Выводы суда о доказанности виновности подсудимых сделаны без учета обстоятельств дела и анализа всех показаний потерпевших и свидетелей, данных как в ходе досудебного производства, так и в суде. Судом необоснованно отказано в назначении повторных судебно-медицинских экспертиз, и необоснованно отвергнуты пояснения допрошенного в суде специалиста Б.Е. и письменное заключение Ч.И. При этом судом в основу приговора положены заключения судебно-медицинских экспертиз, согласно которым следов от электрошокового устройства не выявлено. Согласно показаниям М.М. и Н.Х. у задержанных С.С. и М.А. каких-либо телесных повреждений не зафиксировано. Протоколы осмотров места происшествия, изъятия и осмотра предметов являются косвенными доказательствами. Таким образом, в деле отсутствуют бесспорные и достоверные доказательства применения ФИО1 насилия к потерпевшим С.С., М.А., ФИО9 опознаний подсудимых являются недопустимыми, ввиду проведения этого следственного действия с нарушениями ст. 193 УПК РФ. К материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства не приобщена резиновая палка, хотя она и осмотрена. Судом не принято во внимание, что во всех протоколах следственных действий имеются исправления. Государственным обвинителем не в полном объеме оглашены протоколы обыска от 18 декабря 2013 года и 13 января 2014 года, которые положены в основу приговора, что является нарушением принципа непосредственности при исследовании доказательств. Судом не принят во внимание приговор Сут-Хольского районного суда от 20 ноября 2014 года в отношении М.А. и С.С., который имеет преюдициальное значение по данному уголовному делу. 

В апелляционной жалобе и дополнении защитник Оюн С.П. просит приговор в отношении ФИО3 отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, и оправдать его на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления. В обоснование жалобы указано, что выводы суда о доказанности виновности ФИО3 в применении насилия М.А. и О.А., основаны на показаниях самих потерпевших, которые являются противоречивыми в ходе досудебного производства и судебном заседании. Вывод суда о достоверности и допустимости показаний потерпевших сделан без надлежащего исследования других доказательств по делу, в частности протоколов проверки показаний потерпевшего М.А., осмотров от 23 марта 2014 года книги учета лиц, доставленных в дежурную часть ** от 14 марта 2014 года, журнала первичного осмотра при поступлении в ** (т. 9 л.д. 122), книги учета лиц, содержащихся в **, журнала регистрации криминальных травм ГБУЗ РТ «**», протокола очной ставки между обвиняемым ФИО10 (т. 10 л.д. 183-189). Суд в приговоре лишь ограничился перечислением данных доказательств. Приведенные на страницах 70-71 приговора показания потерпевшего М.А. в судебном заседании 5 октября 2015 года противоречат его оглашенным показаниям от 14 июня 2013 года (т. 4 л.д. 205-212, 213-219). Выводы суда о доказанности виновности ФИО3 по эпизоду потерпевшего О.А. основаны лишь на протоколах опознания потерпевшим О.А. ФИО3, протоколе проверки показаний потерпевшего О.А., очной ставки, произведенной между потерпевшими О.А. и М.А., а также на заключении судебно-медицинской экспертизы в отношении О.А. Из приговора следует, что доказательством виновности ФИО3 являются показания потерпевшего О.А., данные в судебном заседании 27 ноября 2015 года, согласно которым он со слов М.А. узнал фамилии сотрудников **, которые их избили. Эти показания О.А. противоречат его же показаниям, данным в ходе предварительного следствия от 10 апреля 2013 года (т. 1 л.д. 99-102), которые исследованы в судебном заседании, однако не приведены в приговоре, поскольку они являются недостоверными. Опознание обвиняемого ФИО3 потерпевшими М.А. и О.А. проведено с нарушением требований ст. 193 УПК РФ, не проведена проверка показаний на месте преступления с участием потерпевшего О.А. в установленном ст. 194 УПК РФ порядке, не назначена и не проведена судебно-медицинская экспертиза в отношении потерпевшего О.А. в порядке ст.ст. 195-196 УПК РФ. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защитника Даштаар-оол В.О. о признании некоторых доказательств недопустимыми, проведении повторной или комиссионной экспертизы судебной экспертизы в отношении всех потерпевших, при наличии оснований, предусмотренных законом, и показаний специалиста Б.Е., экспертов О.Ч., Х.Ю., поставивших под сомнение заключения судебно-медицинских экспертиз. Судом в приговоре не приведены мотивы отказа в удовлетворении ее ходатайства о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 Согласно протоколу предварительного слушания от 6 апреля 2015 года, судом в удовлетворении ходатайства отказано в связи с тем, приговор в отношении С.С. и М.А. не вступил в законную силу, разрешение данного ходатайства связано с непосредственным исследованием доказательств, данное ходатайство сторона защиты вправе заявить в ходе судебного разбирательства. Выводы суда имеют обобщающий характер, без описания каждого доказательства в отношении каждого из потерпевших, подсудимых и их показаний. Вывод суда о превышении ФИО3 должностных полномочий сделан без исследования и приведения в приговоре должностной инструкции ФИО3 в качестве доказательства его виновности. Полагает, что должностной инструкцией может быть установлена ответственность ФИО3 **. В материалах дела имеется должностная инструкция **, с которой ФИО3 ознакомился только 10 октября 2013 года, то есть после установленных органом предварительного следствия событий преступления 1 и 2 марта 2013 года. Суд в приговоре не привел мотивы, по которым отверг доказательства, подтверждающие алиби ФИО3, которое подтверждено показаниями подсудимого ФИО4, а также исследованной в суде копией журнала учета административных правонарушений **, из которых следует, что в инкриминируемый ФИО3 период времени он не мог находиться с потерпевшим О.А. 

В апелляционной жалобе защитник Ондар М.Э. просит приговор в отношении ФИО3 отменить ввиду незаконности и необоснованности, и оправдать его. Оспаривает заключение судебно-медицинской экспертизы № 232 от 10 апреля 2013 года, согласно выводам которого у потерпевшего М.А. выявлен **, кровоподтеки левого бедра, причинившие легкий вред здоровью, с кратковременностью его расстройства. Однако Б.Е., допрошенный в суде в качестве специалиста, не согласился с постановленным диагнозом «**», который не мог возникнуть от воздействия твердых тупых предметов, а является воспалительным процессом. Положенное в основу приговора исследование судебно-медицинской экспертизы составлено в апреле 2013 года без указания даты, на основании акта № 128, и не соответствует требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», не содержит ссылку на приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от 24 апреля 2008 года № 194н. Потерпевшие М.А. и О.А. оговорили ФИО3 в целях избежать уголовной ответственности за кражу 5 коров. В судебном заседании 15 февраля 2018 года необоснованно, без учета мнения сторон, отказано в удовлетворении отвода председательствующему, заявленного стороной защиты ввиду того, что им без внимания оставлено поведение потерпевшего С.С., который неуважительно обращался к суду, удалив потерпевших С.С. и М.А. из зала судебного заседания на определенное время, в последующие судебные заседания судом они допущены без учета их мнения. 

В апелляционной жалобе защитник Маракин Е.А. просит приговор отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, направив его на новое судебное разбирательство. Указывает, что судом в основу обвинительного приговора в отношении ФИО2 положены показания потерпевших и свидетелей, которые являются близкими родственниками потерпевших и, которые, якобы видели у потерпевших телесные повреждения, признав их допустимыми и относимыми доказательствами, придя к выводу, что показания последних согласуются с показаниями потерпевших. В то же время судом не учтены показания сотрудников полиции и врача-хирурга, которые противоречат показаниями вышеуказанных свидетелей. Суд при наличии противоречивых доказательств, имеющих значение для выводов суда, в приговоре не указал, по каким мотивам суд принял одни доказательства и отверг другие. Суд не учел, что в судебном заседании потерпевший С.С. показал, что ФИО2 в отношении него какого-либо насилия не применял. При этом суд не выявил и не устранил имеющиеся противоречия в показаниях потерпевшего С.С., данных в ходе предварительного следствия и в суде. Кроме того, из показаний потерпевшего М.Х., данных в суде, не установлено, какие действия совершены ФИО2 в отношении него, и только после оглашения его показаний в ходе предварительного следствия, он подтвердил их, что вызывает сомнения в достоверности его показаний. Судом не установлены время и место (событие преступления) в отношении потерпевшего М.Х. Следственное действие - опознание обвиняемых проведено с нарушениями требований закона, что подтверждается показаниями свидетеля – понятого П.С. Специалистом Б.Е. судебно-медицинские экспертизы, проведенные экспертом О.Ч. в отношении 4 потерпевших поставлены под сомнение, ввиду их проведения с нарушением Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Несмотря на это, вышеуказанные доказательства положены в основу приговора и судом необоснованно отказано в назначении повторной либо комиссионной экспертизы, в суде не допрошен врач уролог-хирург, который поставил диагноз, не соответствующий диагноз «**».

В апелляционной жалобе защитник Клим С.С. просит приговор отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, и оправдать ФИО5 в связи с непричастностью к преступлению. Указывает, что судом в основу приговора положены недостоверные и противоречивые показания потерпевших и свидетелей обвинения, которые не являются очевидцами преступления и в силу близких родственных отношений заинтересованы в благоприятном исходе дела для потерпевших, не приняв во внимание последовательные показания подсудимого ФИО5 и свидетелей, которые показали, что ФИО5 во время, которое инкриминируется ему, отсутствовал. Судом не принято во внимание и не дана оценка показаниям свидетеля О.Э. и исследованному в суде письменному доказательству – отказному материалу, по которому он является потерпевшим. В протоколе проверки показаний потерпевшего А.А. имеются описки, которые судом повторены в приговоре (стр. 101). Судом не приняты во внимание показания ФИО11, поставивших под сомнение выводы заключения судебно-медицинской экспертизы в отношении А.А., в котором не указаны дата и время обследования потерпевшего, не установлено, каким предметом могло быть причинено повреждение в виде припухлости теменной области, диаметром 1 см, не имеется ссылки на приказ Минздрава РФ № 194н. Кровоподтек, который имелся на правом бедре А.А., получен им во время ДТП, однако судом не назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза для устранения сомнений. Судом из числа доказательств не исключен протокол опознания потерпевшим А.А. ФИО5, произведенный 8 апреля 2013 года, который имеет нарушения УПК РФ, не удовлетворено ходатайство стороны защиты о дополнительном допросе потерпевшего А.А., в связи с вступлением нового защитника. 

В апелляционной жалобе защитник Авыда А.О. просит приговор в отношении ФИО4 отменить ввиду незаконности, необоснованности несправедливости и оправдать его в связи с недоказанностью его вины. Указывает, что приговор суда в основан на предположениях и догадках, что является нарушением ч. 4 ст. 14 УПК РФ. Судом нарушен принцип состязательности, что следует из его описательно-мотивировочной части приговора, с точностью скопированной с обвинительного заключения. В приговоре отсутствует доказательственная база стороны защиты. Председательствующим возложено на себя бремя доказывания обвинения. Считает, что стороной обвинения не собрано и не предоставлено суду бесспорных доказательств виновности ФИО4 

В апелляционной жалобе защитник Данзырын О.В. просит приговор в отношении ФИО4 отменить и оправдать его в связи с непричастностью. Указывает, что в ходе судебного следствия виновность ФИО4М-Д. не доказана. Выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы. Судом не опровергнуты доводы ФИО4 о том, что в инкриминируемый обвинением период времени он работал по другому сообщению о преступлении с нахождением в другом месте.

В апелляционной жалобе защитник Саая А.С. просит приговор отменить и оправдать ФИО6-.Х.Н. в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Указывает, что судом уголовное дело рассмотрено необъективно. В основу приговору положены следственные действия, произведенные с участием потерпевших. Судом не проверены и не опровергнуты доводы стороны защиты и не устранены все сомнения в виновности ФИО6-Х.Н., не приняты во внимание свидетельские показания ** Н.О., показавшего, что ему стало известно, что кража скота раскрыта, задержанные жалоб на незаконные действия сотрудников полиции не ссылались. Из свидетельских показаний ** Д.С. следует, что задержанные на тот момент потерпевшие по данному делу на незаконные действия сотрудников полиции не указывали, что подтверждено показаниями Н.О., показавшего, что он, как дежурный водворял С.С. и М.А. в камеру, при визуальном осмотре у них телесных повреждений не имелось. Судом необоснованно в основу приговора положены заключения судебно-медицинских экспертиз на потерпевших А.А., М.А. и С.С., составленные с нарушением Федерального закона № 73 от 31 мая 2011 года и приказа Минздравсоцразвития РФ № 346 от 12 мая 2010 года, без ссылки на какие-либо методические рекомендации и использованную литературу. Не согласна с тем, что заключением судебно-медицинской экспертизы установлено, что М.Х. получил телесные повреждения от воздействия электрошокера,, которое является немотивированным, необоснованным и не соответствует его исследовательской части. Суд не принял во внимание показания специалистов Д.Х., С.Ю., Б.Е. и письменное заключение специалиста Ч.И., которые подвергли сомнению выводы судебно-медицинских экспертиз. Судом также необоснованно отвергнуты их доводы о недопустимости протоколов опознания ФИО6-Х.Н., так как последний на момент производства опознания находился в ** с 8 апреля 2013 года по 9 декабря 2014 года, потерпевшие опознали его по фотографии под № 2, что вызывает сомнения в достоверности проведенного следственного действия. 

В апелляционной жалобе и дополнении к ней защитник Сысонов Е.В. просит приговор в отношении ФИО6-Х.Н. отменить ввиду существенных нарушений закона. Указывает, что судом в приговоре не приведены мотивы, по которым судом приняты показания заинтересованных лиц – родственников потерпевших, и отвергнуты показания свидетелей стороны защиты, показания которых достоверны. Судом не учтены личности подсудимых и потерпевших, которые осуждены за кражу скота, и на протяжении судебного следствия вели себя агрессивно по отношению к подсудимым, тем самым проявляя заинтересованность в исходе дела. Судом необоснованно отказано в удовлетворении отводов председательствующему, заявленным стороной защиты в связи с непринятием соответствующих мер к потерпевшему М.А., проявлявшего явное неуважение к суду, тем самым, допустившего умаление чести и достоинство не только суда, но и других участников судебного разбирательства, что, по мнению стороны защиты, свидетельствует о заинтересованности председательствующего. 

В апелляционной жалобе защитник Донгак М.Б. просит приговор в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение. Указывает, что судом не опровергнуты показания подсудимых, не дана оценка показаниям свидетелей, свидетельствующих о невиновности ФИО1. В ходе предварительного следствия не допрошены в качестве свидетелей Ш.А., О.Э., О.Т., О.Б., Х,В., подтверждающие доводы ФИО1 о невиновности. Судом необоснованно отказано в исследовании аудиозаписи опрошенного ею свидетеля, который показал, что его вынуждали дать показания против сотрудников полиции, и не приняты во внимание ответы на запросы ** о том, что в период с 28 февраля по 2 марта 2013 года отсутствуют рапорта об отсутствии на месте служебной автомашины. Судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств стороны защиты о признании недопустимым протокола опознания ФИО1 и исключении его из числа доказательств, ввиду проведения данного следственного действия с нарушением требований ст.ст. 193 и 75 УПК РФ, по фотографии, а также заключений судебно-медицинских экспертиз, которые согласно пояснениям специалиста Б.Е. не имеют юридической силы, поскольку составлены с нарушением Приказа Минздравсоцразвития РФ № 346 от 12 мая 2010 года. Судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении комплексной судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевших. Суд не учел показания эксперта О.Ч., подтвердившей в суде об отсутствии диагноза «**» по МКБ. Судом не принят в качестве доказательства протокол опроса заведующей отделением ГБУЗ «**» З.Л., а также пояснения специалистов Д.Х. и С.Ю. Согласно пояснениям Б.Е. и З.Л. при нанесении побоев в область паха в первую очередь страдают внешние половые органы. Факт оговора потерпевшими подсудимых подтверждается тем, что они привели одни и те же доводы об угрозе применения насилия, дав показания единожды, в других судебных заседаниях не участвовали. Родственниками потерпевших даны ложные и противоречивые показания о наличии у потерпевших телесных повреждений. Показания потерпевшего А.А., что после удара он упал со стула и он не мог ходить, опровергается протоколом осмотра журнала регистрации криминальных травм, согласно которому 24 февраля 2013 года А.А. поступил с диагнозом «ушибленная рана правого колена»; после многократного применения электрошокера ФИО1 телесные повреждения у А.А. отсутствовали (по его словам было 3-4 волдыря на груди), у М.Х. повреждения красного цвета в виде ссадин, покрытые корочкой; судом не учтено заключение специалиста Ч.И. Судом положено в основу приговора заключение судебно-медицинской экспертизы № 230 от 10 апреля 2014 года (стр. 92), которого нет в уголовном деле. Согласно журналу первичного осмотра при поступлении в ** у М.А. и С.С. не имелось телесных повреждений. Вывод суда о том, что все представленные стороной защиты доказательства, не согласуются с предъявленным обвинением, и необоснован. 

В апелляционной жалобе защитник Котовщиков А.В. просит отменить приговор в отношении ФИО3 и направить дело на новое судебное рассмотрение в ином составе. Указывает, что судом не установлено время совершения ФИО3 преступления, в приговоре не имеется ни одного доказательства, что преступление в отношении М.А. совершено до преступления в отношении О.А., указано, что преступления совершены одно и то же время, в одном и том же месте. Заключения судебно-медицинских экспертиз не имеют юридической силы, а потому являются недопустимыми, поскольку проведены с нарушениями требований закона, в деле не имеется акта № 128, положенное в основу экспертизы № 232, экспертным учреждением экспертизы проведены без соответствующей лицензии, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. Установленные судом телесные повреждения, выявленные у М.А. после применения к нему электрошокера не соответствуют заключению № 232, согласно выводам которого у М.А. выявлены **, кровоподтеки левого бедра, причинившие легкий вред здоровью. Применение ФИО3 электрошокера в отношении М.А. не подтверждается заключением экспертизы. А в отношении потерпевшего О.А. судебно-медицинская экспертиза не проводилась вообще. Судом не приняты во внимание пояснения специалиста Б.Е., в том числе, о том, что от воздействия твердого тупого предмета острый посттравматической простатит не может образоваться. В отношении потерпевшего О.А. не проведена судебно-медицинская экспертиза, тогда как в силу п. 2 ст. 196 УПК РФ назначение и производство судебной экспертизы обязательно, если необходимо установить характер и степень вреда, причиненного здоровью. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб осужденных и защитников, судебная коллегия, соглашаясь с доводами апелляционных жалоб защитников, на основании ст. п. 2 ст. 389.15 УПК РФ полагает приговор подлежащим отмене ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона. В силу ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основанием для отмены приговора является существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое повлияло на вынесение законного, обоснованного и справедливого приговора. Судебная коллегия находит, что судом при вынесении приговора допущено нарушение требований ст. 307 УПК РФ. Так, согласно требованиям указанного закона, описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, как оно установлено судом. Вопреки требованиям указанного закона, установочная часть приговора не содержит описание преступных действий, установленных судом первой инстанции, описание преступного деяния дословно скопировано с обвинительного заключения с теми же стилистическими, орфографическими ошибками. Так, суд первой инстанции вместо установления последовательных, хронологических действий совершенных каждым из подсудимых, скопировав с обвинительного заключения существо обвинения, которое предъявлено каждому, 7 раз установил совершение одних и тех же преступлений, совершенных в группе. Между тем, каждым из осужденных совершено разное количество эпизодов, одними в отношении одних потерпевших, другими в отношении других потерпевших. 

Таким образом, судебная коллегия не может признать приговор соответствующим требованиям уголовно-процессуального закона, в связи с чем приговор подлежит отмене с постановлением нового обвинительного приговора, поскольку нарушения уголовно-процессуального закона устранимы в суде апелляционного инстанции.

Судебной коллегией установлены следующие обстоятельства. 

28 февраля 2013 года в 12 часов ФИО3, **, получив сообщение от гражданина ** Т.Б, о краже 5 коров из ограды дома, передал данное сообщение в дежурную часть **. 

Получив данное сообщение, 28 февраля 2013 года ФИО1, ** и ФИО2, ** после получения сообщения о совершенной краже по подозрению в совершении кражи задержали С.С.. По пути следования ФИО1, управлявший служебным автомобилем, в безлюдном месте «**», остановился, и, не имея установленных в законе оснований для применения физической силы, вдвоем, в группе лиц, умышленно с ФИО2 применили прием «загиб руки за спину», с силой подняли С.С. вверх и нанесли не менее 3 ударов кулаками в грудь, причинив ему физическую боль, а также угрожали применением насилия путем введения в анальное отверстие ключа от автомобильного колеса, требуя признания вины в совершении кражи, тем самым причинив потерпевшему С.С. физическую боль и нравственные страдания, подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению, совершив действия, явно выходящие за пределы их должностных полномочий, установленных ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 5, ст.ст. 13, 18, 19, 20 и 21 Федерального закона «О полиции», ст.ст. 2, 21, 22 Конституции РФ, пп. 1, 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ст.ст. 2, 3, 14 Федерального закона «Об оперативно-служебной деятельности», а также охраняемых законом интересов общества и государства, и повлекшие существенное нарушение конституционных прав и законных интересов потерпевшего С.С., установленных ч. 2 ст. 21 Конституции РФ, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию, тем самым подорвали авторитет и дискредитировали работу органов государственной власти. В результате незаконных действий ФИО1 и ФИО2 потерпевший С.С. признал вину в совершении кражи 5 коров и сообщил о совершении кражи с М.А. 

1 марта 2013 года с 8 до 11 часов ФИО1 и ФИО2 после сообщения С.С. о совершения им кражи с М.А., в ** произвели задержание последнего по месту его жительства, по пути следования в здание **, в местечке **, требуя признания в совершении кражи, в группе лиц, используя специальное средство – металлические наручники, надев их М.А. на руки, кулаками и ногами нанесли удары по различным частям его тела, причинив потерпевшему М.А. физическую боль и нравственные страдания, подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению, совершив действия, явно выходящие за пределы их должностных полномочий, установленных ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 5, ст.ст. 13, 18, 19, 20 и 21 Федерального закона «О полиции», ст.ст. 2, 21, 22 Конституции РФ, пп. 1, 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ст.ст. 2, 3, 14 Федерального закона «Об оперативно-служебной деятельности», и повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего М.А., установленных ч. 2 ст. 21 Конституции РФ, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию, после чего потерпевший М.А. был доставлен в здание ** и помещен в служебный кабинет № **. 

1 марта 2013 года в период с 14 до 17 часов в кабинете № ** ** ФИО6-Х.Н., назначенный на указанную должность 25 сентября 2012 года, не имея установленных в законе оснований для применения физической силы и специальных средств, используя специальное средство – резиновую палку, умышленно нанес ею множество ударов живот, туловище и левое бедро доставленного М.А., а также удар локтем в голову последнего, требуя признания вины в совершении кражи скота, причинив потерпевшему физическую боль, нравственные страдания и подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению, то есть совершил действия, явно выходящие за пределы его должностных полномочий, установленных ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 5, ст.ст. 13, 18, 19, 20 и 21 Федерального закона «О полиции», ст.ст. 2, 21, 22 Конституции РФ, пп. 1, 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ст.ст. 2, 3, 14 Федерального закона «Об оперативно-служебной деятельности», и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего М.А., а также охраняемых законом интересов общества и государства, дискредитировал работу органов внутренних дел. 

Далее ФИО6-Х.Н., продолжая свои преступные действия, привел М.А. в **, в котором также потребовал признания вины в краже скота, нанес резиновой палкой, а также обутыми ногами множественные удары по различным частям тела М.А., причинив ему физическую боль и нравственные страдания, подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению, причинив потерпевшему М.А. телесные повреждения в виде **, кровоподтеков левого бедра, причинившие легкий вред здоровью, с кратковременным его расстройством, подвернув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению. 

1 марта 2013 года с 17 часов до 2 часов ** ФИО3, назначенный 15 августа 2011 года на должность **, являясь должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти увидев, что ФИО6-Х.Н., требуя от М.А. признания вины в краже скота, наносит М.А. телесные повреждения, присоединившись к его действиям, в группе лиц, используя неустановленное в ходе предварительного следствия специальное средство - электрошоковое устройство (электрошокер), нанес им удар в живот М.А., затем применил его электрический заряд, поразив электрическим зарядом высокого напряжения его грудную клетку, причинив физическую боль и нравственные страдания, подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего М.А., установленные ч. 2 ст. 21 Конституции РФ, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию, то есть совершил действия, явно выходящие за пределы его должностных полномочий, установленных ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 5, ст.ст. 13, 18, 19, 20 и 21 Федерального закона «О полиции», ст.ст. 2, 21, 22 Конституции РФ, пп. 1, 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». 

1 марта 2013 года около 17 часов по подозрению в совершении кражи 5 голов коров в служебный кабинет без номерного обозначения в здании **, ФИО1 и ФИО2, а также ** ФИО5, доставлены С.С., А.А., М.Х.и О.А., в это же время у ** ФИО1, ФИО2, ФИО1, ** ФИО5, ** ФИО6-Х.Н., ** ФИО4, ** ФИО3 возник умысел на получение в группе лиц от доставленных признательных показаний в совершении кражи 5 коров, а также в совершении других краж на территории **, путем незаконных методов добычи доказательств, с применением физического насилия, незаконного использования специальных средств - резиновой палки, электрошокового устройства, с целью незаконного повышения показателей в работе. 

1 марта 2013 года около 17 часов Монгуш Аяс, назначенный 17 августа 2011 года **, в кабинете **, во время получения объяснения у задержанного А.А., в группе лиц, нанес около 5-6 ударов кулаком в его голову, причинив моральный вред в форме нравственных страданий, физическую боль, и не расценивающиеся как вред здоровью припухлости мягких тканей теменной области головы, которые повлекли существенное нарушение его конституционных прав и законных интересов. А.А. отрицал причастность к совершенным кражам, тогда Монгуш Аяс, нанес удар ногой сидевшему, от которого тот упал, продолжая свои противоправные действия, ФИО1 нанес удар пачкой бумаг по голове А.А., причинив ему физическую боль и нравственные страдания, то есть совершил действия, явно выходящие за пределы его должностных полномочий, установленных ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 5, ст.ст. 13, 18, 19, 20 и 21 Федерального закона «О полиции», ст.ст. 2, 21, 22 Конституции РФ, пп. 1, 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». 

В это время в указанный кабинет ** зашел ФИО5, назначенный 15 августа 2011 года **, которому ** ФИО1 сообщил, что А.А. отрицает причастность к кражам скота. ФИО5, превышая свои должностные полномочия, установленных ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 5, ст.ст. 13, 18, 19, 20 и 21 Федерального закона «О полиции», ст.ст. 2, 21, 22 Конституции РФ, пп. 1, 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», используя неустановленный предварительным следствием электрошокер, поразив электрическим разрядом высокого напряжения грудь А.А., нанес с достаточной силой удары кулаком в область груди, а также ногами обутыми в твердую обувь в правое бедро, причинив нравственные страдания и физическую боль, а также не расценивающийся как вред здоровью кровоподтек на передней поверхности правого бедра в средней трети, то есть совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего А.А., установленных ч. 2 ст. 21 Конституции РФ, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. 

1 марта 2013 года в период с 17 до 23 часов в кабинет № ** зашел ** ФИО6-Х.Н. и, увидев, что в результате оказанного ФИО1 и ФИО5 физического насилия к А.А., тот вину в совершении преступлений не признал, превышая должностные полномочия, в присутствии сотрудников полиции, сдавил А.А. за шею воротом одежды, препятствуя поступлению кислорода в его дыхательные органы, причинив тому физическую боль и нравственные страдания, подверг его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению, требуя признания в совершении краж, который причастность отрицал. 

В это же время ФИО5, действуя согласованно с Монгуш Аяс, используя специальное средство – резиновую палку, нанес удар в область левой ноги А.А., причинив ему физическую боль и нравственные страдания, а также телесное повреждение в виде кровоподтека на заднее -наружной поверхности левого бедра в средней трети, требуя от него признания вины в совершении краж, подвергнув потерпевшего жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению. ФИО5, продолжая свои действия, 1 марта 2013 года в период с 17 до 23 часов, угрожая применением физического насилия, путем введения специального средства – резиновой палки в анальное отверстие, потребовал от того снять одежду. В это время Монгуш Аяс и ФИО5 потребовали от А.А. принять на руках и ногах упор лежа, и находиться в горизонтальном положении над лотком с нитками и иглой, расположенной острием вверх, около 10 минут, требуя признания в совершении краж. Тем самым, ФИО1 и ФИО5 причинили А.А. физический вред в виде физической боли и моральный вред в виде нравственных страданий, подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению, превысив тем самым свои должностные полномочия. 

В это же время появившийся в кабинете № ** ФИО1, узнав от ФИО5 и Монгуша Аяса, что А.А. отрицает причастность к преступлениям, применил специальное средство – электрошокер, поразив его электрическим зарядом высокого напряжения в область левой ноги, спины и ягодиц, причинив ему физическую боль и нравственные страдания. 

1 марта 2013 года в период времени с 17 часов до 2 часов 2 марта 2013 года ФИО3 в ** потребовал от О.А. признания в совершении краж, когда тот стал отрицать, он, превышая свои должностные полномочия, не имея установленных законом оснований для применения физической силы и специальных средств, действуя умышленно нанес не менее 3 ударов кулаками в область грудной клетки, а также ногами, обутыми в твердую обувь, многочисленные удары в область левого бедра, затем один удар кулаком в область лица задержанного О.А., причинив ему физическую боль и нравственные страдания, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего. Продолжая свои действия ФИО3, используя специальное средство резиновую палку нанес множество ударов в левое бедро и один удар в область пальцев ног О.А., а также электрический заряд в область груди и головы, причинив потерпевшему физическую боль и нравственные страдания, подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению. 

1 марта 2013 года в период с 17 часов до 2 часов 2 марта 2013 года ФИО1 с целью получения признательных показаний в совершении кражи, не имея установленных законом оснований для применения физической силы и специальных средств, осознавая, что своими действиями подрывает авторитет государственного органа и действует за пределами возложенных на него полномочий нанес не менее двух ударов кулаками в грудь М.Х. и применил в отношении него неустановленный следствием электрошокер, поразив его электрическим зарядом высокого напряжения по различным частям тела, а также угрожал применением насилия путем введения специального средства – резиновой палки в анальное отверстие. Своими действиями ФИО1 существенно нарушил права и законные интересы задержанного М.Х. 

1 марта 2013 года в период с 17 часов до 2 часов 2 марта 2013 года в этом же кабинете ФИО2, не имея установленных законом оснований для применения физической силы и специальных средств, осознавая, что своими действиями подрывает авторитет государственного органа и действует за пределами возложенных на него полномочий, нанес не менее 3 ударов кулаками в голову и грудь М.Х., причинив ему физическую боль, а также применил в отношении него неустановленный следствием электрошокер, поразив его электрическим зарядом высокого напряжения по различным частям тела. Своими действиями ФИО1 и ФИО2 причинили М.Х. физическую боль и нравственные страдания, а также не расценивающиеся как вред здоровью множественные ссадины на различных частях тела

1 марта 2013 года в период с 17 часов до 2 часов 2 марта 2013 года ФИО4, находясь в вышеуказанном кабинете, обнаружив, что задержанный М.Х. в результате оказанного физического насилия со стороны ФИО1 и ФИО2 причастность к кражам отрицал, присоединившись к их действиям, в группе лиц, в их присутствии умышленно, превышая свои должностные полномочия, установленные ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 5, ст.ст. 13, 18, 19, 20 и 21 Федерального закона «О полиции», ст.ст. 2, 21, 22 Конституции РФ, пп. 1, 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установленных ч. 2 ст. 21 Конституции РФ, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию нанес кулаками около 3 ударов в грудь М.Х., причинив ему физическую боль и нравственные страдания, подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению. 

1 марта 2013 года в период с 17 часов до 02 часов 2 марта 2013 года ФИО6-Х.Н. в вышеуказанном кабинете, в присутствии ФИО12 и ФИО1, в группе лиц, не имея законных оснований для применения физической силы и специальных средств, используя специальное средство – резиновую палку, умышленно нанес не менее 3 ударов по различным частям М.Х., а также удар локтем в голову последнего, причинив потерпевшему физическую боль и нравственные страдания, подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению. 

1 марта 2013 года в период времени с 17 часов до 02 часов 2 марта ФИО6-Х.Н. в вышеуказанном кабинете, находясь с ФИО1 и ФИО2, услышав, что задержанный С.С. отрицает причастность к кражам, в целях получения признательных показаний резиновой палкой нанес множество ударов по различным частям тела С.С., а также применил в отношении него электрический заряд неустановленным следствием электрошокером по различным частям его тела, причинив ему физическую боль и нравственные страдания, а также не расценивающиеся как вред здоровью припухлости мягких тканей лобной области головы слева, подвергнув его жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению. 

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в инкриминируемых ему преступлениях, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286, п. «б» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, не признал и показал, что 28 февраля 2013 года в ходе оперативно-розыскных мероприятий по установлению лиц, совершивших кражу коров, ими задержан С.С., находившийся в мокрой одежде рядом с похищенными коровами, он с ФИО2 на служебной машине привез того в **, после того, как тот указал на лиц, причастных к краже, его отпустили. С.С. указал на М.А., как на лицо, причастное к краже. М.А., задержанный позднее, указал о причастности С.С. к краже, объяснив, что А.А. нуждался в деньгах, в связи с чем они совершили кражу. Он с ФИО2 и ФИО5 доставил в ** С.С., признавшегося в совершении кражи к следователю и уехал. Объяснения он не брал, недозволенных методов в отношении кого-либо не применял. 

В судебном заседании осужденный ФИО2 вину в инкриминируемых ему преступлениях, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, не признал, и показал, что оперативной группой по горячим следам по подозрению в совершении кражи задержан С.С., находящийся в мокрой одежде, которого он с ФИО1 доставлен в **. В автомашине с ними находились эксперт С.А., следователь Д.С. В здании ** С.С. признался в совершении кражи, указав на М.А., как совершившего кражу. Он с ФИО1 задержал М.А., который указал на С.С., а также других лиц, причастных к краже. Впоследствии ими задержаны и доставлены С.С., А.А., М.Х., О.А., в отношении которых он насилие не применял. 

В судебном заседании осужденный ФИО6-Х.Н. вину в инкриминируемых ему преступлениях, предусмотренных пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286, п. «а» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, не признал и показал, что 1 марта 2013 года в дневное время в кабинет ** доставлено пятеро лиц по подозрению в совершении кражи скота, он выяснял у задержанных сведения о личности. Со слов М.А. он узнал, что кража скота совершена ими для возмещения ущерба, им же было установлено, что у А.А. имеется на колене рана, полученная во время автоаварии, у задержанного О.А. он заметил на лице лейкопластырь. Ему известно, что в их отделе не было электрошокера.

В судебном заседании осужденный ФИО3 вину в инкриминируемых ему преступлениях, предусмотренных пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286, пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, не признал и показал, что 28 февраля он с Монгуш Аяс на месте преступления в ** искали скот, нашли утерянных коров привязанными в лесу, недалеко от места обнаружения скота находился С.С., находившийся в мокрой одежде, для выяснения всех обстоятельств тот доставлен в **, потерпевшего О.А.он не знает и не видел. 

В судебном заседании осужденный Монгуш Аяс вину в инкриминируемом ему преступлении, предусмотренном п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, не признал и показал, что ими задержан С.С., который был доставлен в **. В ту ночь он находился в **, с потерпевшим А.А. не знаком, увидел того во время проведения очной ставки. 

В судебном заседании осужденный ФИО5 вину в инкриминируемом ему преступлении, предусмотренном пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, не признал и показал, что в тот день им задержаны и доставлены в отделение полиции С.С., А.А., ФИО13 из них хромал **, объяснив, что получил повреждение во время автоаварии, после он ушел домой, а вечером проводил работу по факту ножевого ранения, в **, узнав, что по факту кражи проведена работа с доставленными, ушел.

В судебном заседании осужденный ФИО4 в вину в инкриминируемом ему преступлении, предусмотренном п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, не признал и показал, что 1 марта 2013 года он видел как в отдел полиции заводили задержанного М.А., вечером работал по факту причинения ножевого ранения гражданину О.Э.

Несмотря на то, что осужденные вину в инкриминируемых преступлениях вину не признали, их виновность в совершении преступлений, предусмотренных статьями 286 УК РФ, подтверждается следующими доказательствами. 

Так, из показаний потерпевшего С.С., данных в судебном заседании, следует, что 28 февраля 2013 года около 17 часов он задержан сотрудниками ** ФИО1 и ФИО2 по подозрению в краже скота. По пути следования в ** на служебной автомашине «**», в поле ФИО2 угрожал, что снимет на видео момент введения в анальное отверстие ключа. ФИО1 завернул за спину его руки. На следующий день, 1 марта 2013 года те же сотрудники ** задержали М.А., а его отправили домой. Он сообщил родственникам о своем нахождении в **, однако в тот же день он задержан по подозрению в краже скота с А.А., М.Х., О.А. и доставлены в **, где сотрудники ** завели их в разные кабинеты и производили их допросы. Монгуш Аяс требовал признания в кражах, совершенных на территории **, подошедший ФИО4, спросив о кражах, нанес ему 2 удара кулаком, ** ФИО3 вытащил из кармана фонарь с электрошокером, ** ФИО6-Х.Н. нанес ему около 15 ударов резиновой дубинкой в область бедра, голени, рук и головы, а также 1 раз применил электрошокер. 

Из показаний потерпевшего С.С., оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, и подтвержденных в судебном заседании, следует, что сотрудник **, впоследствии которого он узнал как ФИО6-Х.Н., опросив его о краже, нанес ему резиновой дубинкой около 7-8 ударов по рукам и голове, затем несколько ударов по ногам, а также нанес удары электрошокером область ног и головы, а также раз применил заряд электрошокера в руку (т. 4 л.д. 111-116, 238-243, т. 7. л.д. 134-141, 142-161, т. 9 л.д. 167-172). 

Как следует из показаний потерпевшего М.А., данных в судебном заседании, 1 марта 2013 года он задержан ** ФИО2 и ФИО1 по месту жительства по подозрению в краже скота. По дороге те, потребовав признания в кражах скота на территории **, начиная с 2009 года, применили в отношении него наручники и нанесли удары кулаками и ногами по различным частям тела. В ** в кабинете № ** вначале телесные повреждения нанес ФИО6-Х.Н., представившись начальником полиции, нанеся удары резиновой дубинкой по печени, бедрам и мочеполовым органам, приказал ФИО3 принести электрошокер, обратившись к Ч.Б., попросил взять с него объяснение, однако тот отказался, мотивируя тем, что он избит. В ** кабинете ФИО6-Х.Н. с ФИО3 прикрепили его наручниками к батарее и нанесли удары кулаками по различным частям тела, ФИО6-Х.Н., кроме того, нанес удары обутыми ногами по различным частям тела. ФИО3 нанес удары электрошокером в область груди и бедер, затем применил заряд электрошокера в области груди. Во время его избиения в кабинете присутствовали Монгуш Аяс и ФИО1. 

Из показаний потерпевшего М.А., оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, и подтвержденных в судебном заседании, следует, что ФИО3, действуя в группе с ФИО6-.Х., вначале применил в отношении него электрошокер, от применения которого он испытывал боль, во второй раз нанес им удар в голову, от которого он потерял сознание, когда он пришел в себя ФИО3 применил электрошокер, используя его заряд в грудь. (т.4 л.д. 205-212, 213-219). 

Согласно показаниям потерпевшего А.А., данным в судебном заседании, 1 марта 2013 года он с О.А. и М.Х.. приехал в **, чтобы встретиться с С.С., но были задержаны сотрудниками ** по подозрению в краже скота, и доставлены в **. В кабинете ** Монгуш Аяс, будучи недовольным ответом о его непричастности к кражам, нанес удары кулаком по лицу, затем по голове. ФИО5, зашедший в кабинет, узнав от Монгуша Аяса, что он отрицает причастность к совершенным кражам, подвел к его груди электрошокер, нанес удары кулаком в грудь, затем нанес удары ногой и дубинкой в левое бедро. Он стал возмущаться, в это время в кабинет зашел ФИО6-Х.Н. и, представившись **, спросив у Монгуша Аяса и ФИО5, как идет допрос, присоединившись к их действиям, за горло начал душить его, затем отвел к стене и нанес удар в левую щеку. Монгуш Аяс посадил его на стул и продолжал задавать одни и те же вопросы, затем нанес несколько ударов кулаком в голову и один раз в грудь, от которых он упал и повредил ногу, затем тот нанес удар по голове стопкой бумаг. Монгуш Аяс и ФИО5 требовали снять одежду, угрожали, что применят дубинку, введя ее анальное отверстие, затем успокоились. Монгуш Аяс достал нитки с иголкой и, положив иглу на пол острием вверх, заставил его отжиматься, несмотря на то, что у него болела нога. ФИО14, узнав от ФИО5, что он не дает признательных показаний, присоединившись к действиям остальных, электрошокером нанес удары в область его груди, голени и в спину. От действий ФИО1, применившего в отношении него заряд электрошокера, у него остались следы в виде ожогов и волдырей, также электрошокер применяли и через одежду, кто-то из сотрудников ** нанес удар дубинкой в область левой голени, от которого он не мог ходить. 

Из показаний потерпевшего М.Х., данных в судебном заседании, следует, что в служебном кабинете, в который его завели, находились ФИО2 и ФИО1, последний первым нанес ему несколько ударов кулаками, высказывая подозрения в совершении краж, зашедший ФИО4, вместе с ФИО2 и ФИО1, требовали признания в совершении краж и нанес 3 удара в область груди. После к его действиям присоединился ФИО6-Х.Н. и, представившись **, в присутствии ФИО2 и ФИО1 и ФИО4, нанес дубинкой 3 удара по бедрам и локтем 2 удара в лицо. Когда он находился в помещении вытрезвителя, к нему завели С.С., затем хромавшего О.А. с рассеченной губой, через некоторое время его поместили в тот же кабинет, в котором к нему применяли электрошокер и угрожали введением резиновой палки в анальное отверстие. После применения электрошокера через зимнюю куртку на его теле образовались покраснения, в виде ожога и сыпи. 

Из показаний потерпевшего М.Х., оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных в судебном заседании, следует, что после того как ФИО1 нанес ему удары кулаком, в кабинет зашел ФИО6-Х.Н., который присоединившись к действиям ФИО1 и ФИО2, не поверив о его непричастности к кражам скота, нанес ему около 3-4 ударов в правую голень, затем ФИО2 нанес ему 3-4 удара ладонью в область затылка, а также 3-4 удара кулаком в грудь, ФИО1, продемонстрировав электрошокер, применил его заряд в левую часть груди. ФИО2, взяв у ФИО1 электрошокер, бил его зарядом в его правое плечо и заднюю часть шеи, ФИО1 несколько раз поражал зарядом этого же электрошокера по ногам. Около 21-22 часов сотрудник ** возраста, впоследствии установленный как ФИО4, также как и другие потребовал от него признания в краже скота, услышав отрицательный ответ, нанес ему несколько ударов в грудь (т. 7 л.д. 112-117).

Как видно из показаний потерпевшего О.А., данных в судебном заседании, ФИО3 в учебном классе, требуя от него признания в краже скота, нанес ему несколько ударов кулаками и ногами в грудь, затем нанес удар кулаком в лицо, затем около 10 ударов в левую ногу, а также по пальцам ног. Он слышал крики А.А. из другого кабинета, затем ФИО3 применил в отношении него электрошокер, взяв его из другого кабинета, поразил его зарядом в грудь. 

Из свидетельских показаний К.Х., данных в судебном заседании и оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что со слов сына М.А. ей известно, что ** ФИО1 и ФИО2 в местечке **, затем в ** ФИО3 и ФИО6-Х.Н., применили в отношении него насилие, нанеся телесные повреждения, последний в отношении него также применил дубинку. Оказывая помощь сыну, обнаружила ушиб и припухлость на **, тот с трудом **, на внутренней поверхности бедер имелись кровоподтеки. Фельдшер села, вызванный на дом, ставила сыну уколы. Сын сообщил ей о совершении им кражи 5 коров, однако она полагает, что сотрудники полиции не имели права применять к сыну насилие, в связи с чем 3 марта 2013 года она с родственниками А.А., М.Х. обратилась в следственные органы (т. 1 л.д. 112-114).

Из показаний свидетеля О.Х., данных в судебном заседании, следует, что со слов сына М.Х. ей известно, что тот был избит сотрудниками, она увидела у него желтоватые следы от ожогов на животе, а также на левом плече, на голени. На его куртке и джемпере имелись повреждения в виде дырок. 

Согласно свидетельским показаниям М.Д,, Х.Д., данным в судебном заседании, у брата М.Х. имелись кровоподтеки на голени, бедрах и груди, а также ожоги в виде точек на груди, которые, со слов брата, причинены электрошокером.

Из показаний свидетеля М.К., данных в судебном заседании, следует, что 1 марта 2013 года, со слов сестры К.Х., живущей в другом районе, узнал о нахождении ее сына М.А. в **. Обратившись в дежурную часть, он узнал об отсутствии М.А. здании, на следующее утро ** Н.О. вначале сообщил об отсутствии того, когда он уходил, сообщил, что М.А.содержится в **, когда он просил о нахождении племянника М.Х., дежурный сообщил, что такое лицо не содержится в помещении. Вечером к ним пришел племянник М.Х. со знакомым и сообщил, что они в течение ночи находились в полиции. Они умылись и, сообщив об их избиении сотрудниками ** по поводу кражи скота, каждый из них показал следы побоев и раны от поражения электрическим током. У знакомого М.Х. имелась припухлость на лбу. Через несколько дней к ним пришел М.А. с матерью, который жаловался на боли в ноге, показал на теле повреждения. 

Как следует из свидетельских показаний М.А., данных в судебном заседании, она состоит в ** отношениях с М.А., когда тот пришел из **, сообщил о его избиении ** ФИО3, ФИО1, ФИО6-Х.Н. и другими, она заметила у М.А. повреждения в виде кровоподтеков на руках, бедрах и спине.

Из свидетельских показаний Б.А., данных в судебном заседании и оглашенных в суде в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что вначале марта 2013 года ее супругу позвонила К.Х. и сообщила, что в ** задержан М.А., просила разузнать причину его задержания. На следующий день, вечером пришел ** М.Х. со знакомым на ночлег, с их слов они узнали, что те содержались в течение ночи в **, сотрудники ** избили их, подозревая их в совершении краж скота. Со слов других знакомых К.Х. и ее сына М.А., пришедших к ним, они узнали, что последний был избит сотрудниками ** (т. 1 л.д. 233-236). 

Согласно показаниям свидетеля М.К., оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденным в судебном заседании, 1 марта 2013 года сын М.Х., созвонившись с кем-то ушел, вернулся вечером следующего дня и сообщил, что его избили сотрудники **, которые применяли в отношении него электрический ток. В области груди и бедер сына имелись множественные ссадины (т. 2 л.д. 14-17, 18-20, т. 9 л.д. 1-4). 

Как видно из свидетельских показаний С.Г., данных в судебном заседании, А.А. ее племянник, отсутствовав всю ночь, на следующий день сообщил об его избиении сотрудниками **, при этом прихрамывал на правую ногу.

Из показаний свидетеля Ш.В., оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденных в судебном заседании, следует, что при доставлении С.С. и М.А. в **, последний жаловался на боли в области **, показав, что избит сотрудниками **. Данный факт зарегистрирован и передан по подследственности в ** (т. 2 л.д. 74-79). 

Согласно показаниям свидетеля Д.С., ** данным в судебном заседании, ею по подозрению в совершении указанной кражи произведено задержание С.С. и М.А. в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ. В составе ** находился ФИО1, с задержанными также работал ** ФИО6-Х.Н. В тот день в отделе полиции видела Монгуша Аяса, ФИО4, ФИО5 и ФИО3 При составлении протоколов от задержанных С.С. и М.А. жалоб о применении недозволенных методов следствия, не поступало, в ходе допросов они также не жаловались на применение недозволенных методов следствия.

Согласно свидетельским показаниям В.Д., оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденным в судебном заседании, 1 марта 2013 года во время его дежурства ФИО2, ФИО5 и ФИО1 доставили в ** пятерых мужчин по подозрению в краже скота, которые помещены в разные кабинеты. В этот же день около 20 часов в ** зашел ** ФИО6-Х.Н. и взял с полки специальное средство – резиновую палку ПР, которая в период его дежурства не возвращалась. В последующем в ** ** Д.С. доставила одного из задержанных в порядке ст. 91 УПК РФ, оперуполномоченный ФИО2 доставил второго задержанного, в порядке ст. 91 УПК РФ, который хромал. Он спросил у ФИО2, почему тот хромает, однако тот промолчал. В начале февраля он видел у ** ФИО3 фонарь с электрошокером черного цвета, при его использовании он издавал треск (т. 1 л.д. 133-136). 

Из показаний свидетеля Ч.Б., данных в судебном заседании, следует, что утром 28 февраля поступило сообщение о краже коров, на место происшествия выезжала следственно-оперативная группа, по итогам работы задержан мужчина. 1 марта 2013 года в его присутствии, никто из сотрудников ** отношении задержанных С.С. и М.А. насилие не применял, в тот вечер к нему приводили М.А., заходил ** ФИО6-Х.Н. В то время он работал по другому уголовному делу, поэтому по данному делу ничего сообщить не может. 

Из показаний свидетеля Н.О., оглашенным в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и подтвержденным в судебном заседании, следует, что из ** доставлен М.А. для освидетельствования, у которого видимых телесных повреждений на теле, не имелось, он жаловался на то, что сотрудники ** били его по половому органу. В ходе осмотра у М.А. выявлена аномалия в **, не связанная с травмой, поэтому в журнале регистрации криминальных травм им указано об отсутствии у М.А. телесных повреждений. 

Согласно свидетельским показаниям М.М., данным в судебном заседании, вначале марта в ** были доставлены задержанные С.С. и М.А. и перед помещением в камеры осмотрены дежурным ИВС. Через несколько дней по заявлению С.С. и М.А. они доставляли тех в больницу на проведение освидетельствования. Перед тем как поместить лицо в камеру **, дежурный проверяет наличие у задержанных телесных повреждений, эти сведения фиксируется в журнале, при наличии телесных повреждений составляется рапорт, с изложенным обстоятельств получения им повреждений.

Виновность осужденных ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО5, ФИО2, ФИО1, ФИО3 и ФИО4 подтверждается и письменными доказательствами, исследованными в суде.

Протоколами осмотра помещений и кабинетов здания **, в том числе кабинетов №№ ** без номерного обозначения и **, в ходе которого из помещения ** изъята резиновая дубинка (т. 1 л.д.98-107, 108-111, т. 4 л.д. 244-268, т. 7 л.д. 1-7, 8-15); 

- протоколом осмотра участка местности в ** (т. 9 л.д. 99-103); 

- протоколами изъятия выписок из приказов о ** ** ФИО5, ** ФИО3, ФИО4, личных дел ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3, ФИО5, Монгуша Аяса, выпиской из приказа № 1254 л/с от 17 августа 2011 года; справками –объективками на ФИО6-Х.Н., ФИО1, ФИО5, журнала первичного осмотра при поступлении в **, книги учета лиц, содержащихся в **» в период с 25 ноября 2012 года по 26 марта 2013 года, журнала регистрации криминальных травм приемного покоя ГБУЗ РТ «**», журнала регистрации криминальных травм приемного покоя ГБУЗ РТ «**», журнала учета дорожно-транспортных происшествий МО МВД РФ «**» (т. 2 л.д. 58-63, 66-71, т. 7 л.д. 39-50, 53-61, 83-91, 173-178, 169-172, 179-185, т. 8 л.д. 209-213, 244-248, т. 9 л.д. 116-121);

- протоколами осмотра журнала первичного осмотра при поступлении в **, с записями на 7 листе о поступлении М.А. с жалобами на боль в ** и С.С., у которых видимых телесных повреждений не обнаружено; книги учета лиц, содержащихся в **, с записями, согласно которому С.С. содержался в ** со 2 по 8 марта 2013 года, М.А. содержался с 2 по 6 марта 2013 года; резиновой дубинки с металлической рукояткой, длиной 54,5 см., с окружностью 9 см; журнала учета дорожно-транспортных происшествий МО МВД РФ «**, согласно которому 24 февраля 2013 года в результате ДТП - опрокидования автомашины ** в приемный покой ** доставлены А.А. с диагнозом ушибленная рана правого колена, О.А. с диагнозом «ушибленная рана лба», по данному факту составлен отказной материал № 369 /120 от 5 марта 2013 года; журнала регистрации криминальных травм ГБУЗ РТ «**», согласно которому имеются записи от 24 февраля 2013 года о поступлении А.А., с диагнозом «ушибленная рана правого колена», полученной в результате ДТП, О.А., с диагнозом «ушибленная рана лба», полученной в результате ДТП; должностной инструкции ** ФИО4 с копией приказа ** от 15 августа 2011 года № 1227 л/с о назначении на должность ФИО4; выписок из приказов о назначении на должность ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО5, Монгуша Аяса; должностных инструкций ** ФИО1, Монгуша Аяса, ФИО2, ФИО3, ** ФИО5, ФИО4, с копией приказа ** от 15 августа 2011 года № 1227 л/с о назначении на должность; личных дел ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3, ФИО5, Монгуша Аяса; справок-объективок на ФИО6-Х.Н., ФИО1, ФИО5; личного дела № 53 ФИО1; книги учета лиц, доставленных в ** с записями о доставлении М.А. 28 февраля 2013 года и С.С. 1 марта 2013 года; журнала регистрации криминальных травм ГБУЗ РТ «**» с записями о поступлении 3 марта 2013 года М.Х. с диагнозом «множественные ссадины туловища, верхних и нижних конечностей, кроподтек правой голени», А.А. с диагнозом «кровоподтек правого бедра», М.А. без видимых телесных повреждений»; тетрадей служебной подготовки ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3, ФИО4 (т. 7 л.д. 186-259, т. 9 л.д. 122-164, 137-139, т. 21 л.д. 120-122, 123-139, 140, т. 22 л.д. 42-43, 44-47, 48). 

- заключениями судебно-медицинских экспертиз №№ 230, 231, 232, 238 от 8, 10 и 16 апреля 2013 года: согласно выводам которого у А.А. выявлены не расценивающиеся как вред здоровью опухлость мягких тканей теменной области головы, кровоподтеки на на бедрах, которые образованы от воздействия твердых тупых предметов; у М.Х. выявлены не расценивающиеся как вред здоровью множественные ссадины на различных частях тела, которые могли образоваться при воздействии электрошокового устройства; у М.А. выявлен **, кровоподтеки левого бедра, причинившие легкий вред здоровью, с кратковременным его расстройством, которые могли образоваться от воздействия твердого тупого предмета; у С.С. выявлен не расценивающийся как вред здоровью опухлость мягких тканей головы слева, которая образована от воздействия твердого тупого предмета, указанные телесные повреждения могли быть образованы в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении (т. 11 л.д. 51, 136, 218, т. 12 л.д. 52); 

Протоколами опознания от 8 апреля 2013 года, согласно которым потерпевший М.Х. опознал по фотографии ФИО1, как сотрудника **, который управлял автомашиной «**» при его задержании, а также в пункте полиции нанес 2 удара кулаком в грудь, затем применял электрошокер; ФИО2, как сослуживца его одноклассника и сотрудника полиции, который доставил его в пункт полиции вместе с остальными и вечером около 19 часов в одном из кабинетов нанес ему около 3-4 раз ударов кулаками в грудь и голову, затем применил электрошокер в грудь; ФИО6-Х.Н., как сотрудника **, который нанес ему 3-4 удара резиновой палкой в правую голень, а также локтем ударил в голову; ФИО4, как сотрудника полиции, который, находясь в кабинете с другими сотрудниками полиции, нанес ему удары кулаком в грудь (т.1 л.д. 157-163, 164-170, 171-177, 178-184); 

Протоколами опознания от 8 апреля 2013 года, согласно которым потерпевший А.А. опознал по фотографии ФИО1, как сотрудника полиции, управлявшего автомашиной «**» при его задержании и применившего к нему электрошокер в пункте полиции; ФИО5, как сотрудника **, который нанес ему 2 удара резиновой палкой по бедрам и применял электрошокер; Монгуша Аяса, как сотрудника **, который допрашивал его и нанес 4-5 ударов кулаком в голову; ФИО6-Х.Н., как сотрудника **, душившего его воротом одежды и ударившего его локтем в лицо; 

Протоколами проверки показаний на месте, согласно которым потерпевший С.С. подтвердил и подробно показал обстоятельства применения к нему физического насилия сотрудниками ** ФИО1 и ФИО2, угрозы применении насилия ФИО1 в местечке ** (т. 6 л.д. 49-56, 57-68), а также нанесения телесных повреждений резиновой палкой и применения электрошокера ФИО6-Х.Н. в кабинете № ** (т.7 л.д. 39-50); М.А. подтвердил и подробно показал обстоятельства причинения ему телесных повреждений резиновой палкой по бедрам, удара ногой в шею начальником полиции ФИО6-Х.Н. и нанесения ударов и применения электрошокера в живот и голову сотрудником ** ФИО3, от действия которых он потерял сознание в ** (т.6 л.д. 1-7, 8-19); 

Протоколами проверки показаний на месте, согласно которым потерпевший А.А. подробно и последовательно показал обстоятельства нанесения ему ударов кулаками в область головы Монгушом Аясом, удара электрошокером и кулаками в грудь ФИО5, удушения и нанесения удара локтем в шею ФИО6-Х.Н., затем высказывание угроз ФИО5 о применении насилия резиновой дубинкой в анальное отверстие, а также нанесение ударов резиновой дубинкой по бедрам, нанесение удара стопкой бумаг в голову и нахождение в положении упор лежа над иглой в течении 10 минут по указанию Монгуша Аяса, применение электрошокера в левую ногу, грудь, спину и ягодицам, применение приема «загиб руки» ФИО1 в кабинете № ** (т. 6 л.д. 20-28, 29-48); 

Протоколами проверки показаний на месте, согласно которым потерпевший М.Х. подробно и последовательно показал обстоятельства нанесения нескольких ударов кулаком в грудь ФИО1, 3-4 ударов резиновой дубинкой в правую голень ФИО6-Х.Н., ударов ладонью и кулаками в область затылка и груди ФИО2, поочередного применения к нему электрошокера в область груди, правого плеча, задней части шеи спины, поясницы и ног ФИО1 и ФИО2, а также угроз применением насилия резиновой дубинкой ФИО1 в кабинете без номера ** (т. 6 л.д. 69-77, 78-91); 

Протоколами очных ставок между потерпевшим М.А. и свидетелем Ч.Б., согласно которому М.А. подтвердил показания о применении к нему насилия ** ФИО6-Х.Н. путем нанесения ударов в паховую область и бедра, от которых он испытывал боль, в кабинете № 3 в присутствии свидетеля Ч.Б., который отказался брать с него объяснения, а свидетель Ч.Б. отрицал факт применения насилия; между потерпевшим М.А. и обвиняемым ФИО3, согласно которому М.А. подтвердил показания о применении к нему электрошокера ФИО3 в живот, грудь и голову, ФИО3 не подтвердил показания М.А. Протоколом очной ставки между потерпевшим обвиняемым ФИО10, согласно которому последний подтвердил показания о применении к нему электрошокера ФИО3 в живот, грудь и голову, ФИО3 не подтвердил показания М.А. (т. 10 л.д. 78-82, 183-189);

Протоколом очной ставки между потерпевшим О.А. и обвиняемым ФИО3, согласно которому потерпевший О.А. подтвердил показания о нанесении ему ударов кулаками в область груди и лица, резиновой дубинкой в область левого бедра и пальцев ног, а также применении заряда электрошокера в грудь ФИО3 в учебном кабинете, последний не подтвердил показания О.А.;

Протоколом очной ставки между потерпевшим А.А. и обвиняемым Монгушом Аясом, согласно которому А.А. подтвердил нанесение ударов кулаками и стопкой бумаг по голове, нахождение в упоре лежа над иглой под принуждением Монгуша Аяса, удар фонарем в грудь и резиновой палкой по бедрам, а также угрозе применения насилия резиновой дубинкой путем введения в анальное отверстие ФИО5, удушение и нанесение удара локтем в шею ФИО6-Х.Н. и применение электрошокера ФИО1 в кабинете № **, Монгуш Аяс не подтвердил показания потерпевшего А.А.

Переходя к оценке доказательств, судебная коллегия, приходит к выводу, что каждое доказательство, приведенное выше, получено в соответствии с уголовно-процессуальным законом и является допустимым по форме и достоверными содержанию, а в своей совокупности достаточными для вынесения решения по делу.

Так, судебная коллегия признает показания потерпевших С.С., М.А., А.А., М.Х. и О.А., данные как в ходе досудебного производства, так и в судебных заседаниях, достоверными и допустимыми доказательствами. 

Доводы защитников, что в судебном заседании потерпевшие С.С. и М.Х. в суде не подтвердили свои показания о применении к ним насилия сотрудниками **, использовавших при этом электрошокер, наручники в отношении С.С., судебная коллегия, находит необоснованными. Согласно протоколу судебного заседания от 25 сентября 2015 года (л.д. 151-176 т. 30) потерпевшие С.С. и М.Х. подтвердили свои показания, данные ранее, подробно описав действия каждого.

Некоторые противоречия в показаниях потерпевших, судебной коллегией, признаются несущественными, не касающимися фактических обстоятельств дела. Таким образом, судебная коллегия, находит, что в показаниях потерпевших, данных как в ходе досудебного производства по делу, в судебном заседании не имеется существенных противоречий, которые могли повлиять на выводы судебной коллегии о доказанности виновности осужденных. В судебном заседании выяснялось, по каким обстоятельствам М.Х. и А.А., жители другого района опознавали сотрудников полиции, нанесших им телесные повреждения. Указывая на действия ФИО6-Х.М., потерпевшие указывали на его небольшой рост, и он перед ними представлялся, как **. 

Давая оценку показаниям потерпевших, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ правилах оценки доказательств, исходит из того, что показания потерпевшие совпадают со свидетельскими показаниями К.Х., М.К., М.Д,, Х.Д., являющихся их родственниками, М.А. супруги потерпевшего М.А. Оснований не доверять свидетельским показаниям указанных лиц, судебная коллегия, не находит, несмотря на то, что эти свидетели являются родственниками потерпевших, однако ими показания даны непосредственно после произошедшего, в их показаниях, данных как в ходе досудебного производства, так и в судебном заседании, существенных противоречий, которые повлияли на выводы судебной коллегии, не имеется. Потерпевшие А.А., О.А. М.А. подтвердили свои показания в ходе проведения очных ставок с обвиняемым Монгушом Аясом, ФИО3, свидетелем ФИО15, их показания также объективно подтверждаются ** заключениями судебно-медицинских экспертиз и другими письменными доказательствами. Судебная коллегия, давая оценку показаниям потерпевших, принимает во внимание то, что потерпевшие по делу не имели оснований оговаривать осужденных. Доводы защитников, что потерпевший М.А. с несовершеннолетнего возраста доставлялся в полицию, в связи с чем оговорил осужденных ФИО1 и ФИО2, а также осужденного ФИО5 не нашло подтверждения в суде апелляционной инстанции.

Доводы осужденных об их оговоре потерпевшими С.С. и М.А., которые осуждены приговором Сут-Хольского районного суда Республики Тыва за совершение кражи 5 коров, судебная коллегия находит не подлежащими рассмотрению, так как согласно требованиям ст. 252 УПК РФ, уголовное дело рассматривается в отношении осужденных по настоящему делу. 

По мнению судебной коллегии, судом первой инстанции обоснованно не удовлетворены ходатайства защитников об отводе председательствующему в связи с неправомерным поведением одного из потерпевших. Согласно протоколам судебных заседаний, председательствующим принимались к меры к созданию рабочей обстановки в ходе судебных заседаний, потерпевшие, нарушавшие регламент судебного заседания были удалены. Отвод, заявленный председательствующему разрешен в соответствии с уголовно-процессуальным законом. Оснований для удовлетворения отвода ввиду высказываний в адрес судьи оскорблений, не имелось, поскольку этот вопрос подлежит рассмотрению в другом порядке. 

Оснований признавать показания потерпевших А.А., М.Х., С.С. недостоверными, в связи с тем, что электрошокер, примененный сотрудниками полиции в качестве специального предмета, во время причинения телесных повреждений, не изъят, в последующем не осмотрен и не приобщен в качестве вещественного доказательства, судебная коллегия не находит. Согласно показаниям потерпевших, данным как в ходе досудебного производства, так и в судебных заседаниях каждый из них описал свои ощущения в момент применения электрошокера, о его применении каждый из потерпевших сообщил своим родственникам. Таким образом, в судебном заседании установлено, что данный специальный предмет осужденными ФИО6-Х.Н., ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО1 применен, путем совершения действий, связанных с использованием его поражающих свойств. Наличие данного специального предмета в судебном заседании подтвердил в суде ** Н.О., который указал о том, что видел электрошокер у сотрудника ** ФИО3, который в последующем, по просьбе других осужденных передавал им для использования при получении признательных показаний от потерпевших о краже скота. Применение электрошокера в отношении потерпевшего А.А. подтверждено заключением судебно-медицинского эксперта, выявивших наличие у него множественных ссадин на передней и боковой поверхностях грудной клетки справа и слева, на задней поверхности шеи, на передней поверхности правого плеча, на наружно, задней поверхностях левого бедра и на передней поверхности правого бедра, которые не причинили вреда здоровью потерпевшего и могли образоваться от воздействия электрошокового устройства в срок и обстоятельствах, указанных в постановлении следователя. Отсутствие на теле некоторых потерпевших повреждений от воздействия указанного предмета, не свидетельствует о том, что он не применялся, поскольку из показаний потерпевших следует, что в некоторых случаях он применялся через зимние куртки либо одежду. Кроме того, согласно показаниям специалистов Д.Х., С.Ю., допрошенных в суде, кожа человека имеет несколько слоев, при воздействии электрическим током развиваются ссадины с отеком, покраснениями, припухлость и волдыри. Если ткань одежды плотная, то повреждений от воздействия электрошокера может и не быть, наличие повреждений зависит и от его мощности. На основании изложенного судебная коллегия доводы осужденных и защитников о недоказанности виновности осужденных по применению насилия к потерпевшим с применением специального предмета - электрошокера ввиду того, что следователем он не осмотрен и не приобщен его судебная коллегия находит необоснованными. 

Свидетель О.Ч. в судебном заседании подтвердила свои выводы, изложенные выводах судебно-медицинских экспертиз. На основании акта медицинского освидетельствования № 129 она направила С.С. к хирургу, который диагностировал у того «**», без указания неврологического статуса. По акту № 128 М.А. направлен к врачу хирургу, имеющему сертификат уролога, который диагностировал потерпевшему «**», ею определена степень тяжести повреждения. При составлении заключений в отношении всех потерпевших она руководствовалась международной классификацией болезней, в котором диагноз «**» входит в перечень заболеваний, поскольку указанное повреждение им получено в результате нанесения телесных повреждений и у потерпевшего имелся **, она указала, что он получен в результате нанесенного повреждения.

Также судебная коллегия находит, что судебно-медицинские заключения в отношении потерпевших соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. В них указаны дата, время и место производства судебных экспертиз, основания их проведения, сведения о должностном лице, назначившем проведение судебно-медицинских экспертиз, сведения об экспертном учреждении, а также данные лица, проводившего исследования, сведения о предупреждении эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, вопросы, поставленные перед экспертом. Утверждения защитников, что заключения судебно-медицинских экспертиз являются недопустимыми ввиду того, что на тот момент государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Тыва «Бюро судебно-медицинской экспертизы» не имела лицензию на проведение судебно-медицинских экспертиз, судебная коллегия, не находит, поскольку в 2013 году действовала лицензия на осуществление указанной деятельности от 11 июля 2008 года. Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, представленная защитником Котовщиковым А.В., данная государственная организация признана юридическим лицом с присвоением регистрационного номера, с указанием места нахождения, основным видом деятельности, которой является деятельность организаций судебно-медицинской экспертиз с 2002 года. Порядок организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации утвержден приказом Минздравсоцразвития России от 12.05.2010 N 346н (регулирует вопросы организации и производства судебно-медицинской экспертизы, включая судебно-медицинскую экспертизу вещественных доказательств и исследование биологических объектов (биохимическую, генетическую, медико-криминалистическую, спектрографическую, судебно-биологическую, судебно-гистологическую, судебно-химическую, судебно-цитологическую, химико-токсикологическую), судебно-медицинскую экспертизу и исследование трупа, судебно-медицинскую экспертизу и обследование потерпевших, обвиняемых и других лиц (далее - экспертиза) в государственных судебно-экспертных учреждениях, экспертных подразделениях системы здравоохранения, имеющих лицензию на осуществление медицинской деятельности по соответствующим работам (услугам).

Судебная коллегия давая оценку свидетельским показаниям специалиста Б.Е., данным в судебном заседании, находит, что он фактически дал оценку проведенным по делу судебно-медицинским экспертизам, являющимся допустимыми доказательствами по делу, тем самым вышел за пределы предоставленных ему прав и полномочий, предусмотренных ч. 1 ст. 58 УПК РФ. Исходя из положений ст. 58 УПК РФ оценка доказательств не входит в круг прав и обязанностей специалиста, он должен был дать разъяснения суду и сторонам по поводу проведенных экспертиз, входящими в его профессиональную компетенцию, в связи с чем данные показания не могут быть использованы для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. 

Судебная коллегия также не может согласиться с доводами защитников и осужденных о необоснованном отклонении их ходатайств о назначении и проведении повторной и комиссионной экспертиз в отношении потерпевших. Уголовно-процессуальным законом предусмотрены основания проведения как повторной, так и комплексной экспертизы, таких оснований судом первой инстанции и апелляционной инстанцией не установлено, поскольку сторонами фактически оспаривалась допустимость и достоверность проведенных судебно-медицинских экспертиз. В судебном заседании путем допроса эксперта, проводившего исследования по делу, сторонами выяснены вопросы о характере и локализации телесных повреждений, механизм их образования и другие вопросы, которые интересовали стороны. 

Судебная коллегия также не может согласиться с доводами осужденных о неприменении при нанесении телесных повреждений Мандалом специального средства резиновой палки М.А. и М.Х., С.С., ФИО3 в отношении О.А., ФИО5 в отношении А.А., которые опровергаются показаниями потерпевших, признанными судебной коллегией достоверными и допустимыми доказательствами, а также свидетельскими показаниями Н.О., который показал, что ФИО6-Х.Н. из дежурной части забрал резиновую палку. Доводы защитников и осужденных, что указанное специальное средство – резиновая палка не приобщена в качестве вещественного доказательства, противоречат материалам дела, в котором постановление о признании и приобщении в качестве вещественного доказательства – резиновой палки имеется. 

Судебная коллегия не может согласиться с доводами осужденных и защитников о признании недопустимыми протоколов опознания потерпевшими М.Х. и А.А. обвиняемых ФИО1, ФИО2, ФИО6-Х.Н., ФИО4, ФИО5, Монгуша Аяса, которое проведено с соблюдением требований ст. 193 УПК РФ. Каждая фотография обвиняемого представлена опознающему с фотографиями лиц, внешне сходных с опознаваемым лицом, в количестве не менее трех; опознающие М.Х. и А.А., указали, по каким приметам они опознали данных лиц, по окончании проведенного следственного действия следователем составлен протокол в соответствии с требованиями ст. 166 УПК РФ, в котором указаны условия, результаты опознания и объяснения опознающего. Перед проведением данного следственного действия опознающими М.Х. и А.А. сообщены особенности лиц, по которым они могут опознать обвиняемых. Оснований для признания протоколов опознаний, недопустимыми ввиду непроведения данного следственного действия, с непосредственным участием обвиняемых, судебная коллегия, не находит. В силу ст. 38 УПК РФ следователь как самостоятельное процессуальное лицо вправе решать порядок проведения следственных действий. В данном случае, принятое решение обусловлено тактикой ведения расследования ввиду того, что сотрудники полиции осуществляли свои обязанности до вынесения приговора, в связи с чем в целях создания условий для безопасности потерпевших принял решение о проведении опознания по фотографиям. Ставить под сомнение результаты проведенного следственного действия у судебной коллегии, не имеется. 

Доводы о не приведении потерпевшими особых примет обвиняемых также не влечет признание протоколов предъявления для признания их недопустимыми, поскольку как следует из материалов дела, опознание проводилось 8 и 10 апреля 2013 года спустя непродолжительное время после произошедшего, когда потерпевшие получили телесные повреждения 28 февраля и 1 марта 2013 года. Судебная коллегия при опровержении доводов защитников и осужденных о недопустимости протоколов, учитывает, что обвиняемые и потерпевшие находились в одном помещении полиции в течение длительного времени, что не исключает визуальное запоминание ими обвиняемых. Утверждения защитников и осужденных о недопустимости протоколов опознания ввиду того, что в судебном заседании свидетель П.С., которая в ходе проведения следственных действий привлекалась в качестве понятого, показала, что следователь перед проведением опознания по фотографиям предварительно проводил беседу с опознающими, судебная коллегия находит необоснованными, поскольку специальным условием для производства опознания служит предварительный допрос опознающего об обстоятельствах, при которых он видел лицо, которое он должен опознать, о приметах и особенностях, по которым он может его опознать. Кроме того, в показаниях понятых не приведены конкретные данные о допущенных нарушениях уголовно-процессуального закона. Согласно протоколам каких-либо замечаний по проведению данного следственного действия от понятых не поступило, правильность хода проведенного следственного действия они удостоверили своими подписями. 

Судебная коллегия не может признать достоверными свидетельские показания С.А., данные в судебном заседании, что 28 февраля он вместе с оперуполномоченными ФИО1 и ФИО2 выезжал по следам похищенного скота из **, позднее на служебной автомашине ФИО1 в отдел полиции доставлен задержанный по подозрению в краже скота С.С., в его присутствии никто из сотрудников полиции не применял недозволенные методы к задержанному, а также показания свидетеля Х,М., оглашенные в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ и не подтвержденные в судебном заседании, согласно которым, она в своем рабочем кабинете, расположенном рядом с кабинетом **, до позднего времени, шума не слышала. Давая оценку показаниям указанных свидетелей и признавая их недостоверными, судебная коллегия, находит, что они даны из дружеских отношений с осужденными, с которыми они работали в одном ведомстве. 

Судебная коллегия не может признать достоверными свидетельские показания С.К., данные в судебном заседании, согласно которым ФИО1 с экспертом-криминалистом С.А. выезжал на место происшествия по сообщению о краже скота, 28 февраля 2013 года и вечером видел его служебную автомашину в гараже. 

Показания свидетеля Ш.А., о том, что супруг ФИО1 приехал с работы домой очень поздно в ночь на 2 марта 2013 года, свидетеля Т.Ч., данным в судебном заседании, согласно которым 1 марта 2013 года по факту получения ее супругом ножевого ранения, работали сотрудники полиции, в том числе ФИО4, которого она увидела у здания пункта полиции, не свидетельствует о невиновности осужденного ФИО1. 

Давая оценку показаниям свидетеля О.М., данным в суде, согласно которым 1 марта 2013 года во время ее нахождения на работе в ** до позднего времени ФИО5 и ФИО4 проводили работу по факту нанесения ножевого ранения гражданину О.Э., судебная коллегия, также находит их недостоверными, поскольку они противоречат показаниям потерпевших А.А. и М.Х., которые последовательны и не находятся в противоречии друг с другом.

Судебная коллегия не может согласиться с утверждениями защитника Оюн С.П. о необоснованном отклонении ее ходатайства во время проведения предварительного слушания о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО3 ввиду отсутствия состава преступления. В данном случае в соответствии с ч.2 ст. 239 УПК РФ прекращение уголовного дела за отсутствием состава преступления на стадии предварительного слушания законом не предусмотрено. 

Доводы осужденного ФИО2 о нарушении его права на защиту, выразившегося в том, что 31 марта 2017 года его интересы в суде по назначению суда представлял защитник Чымы А.-Х.Х, которая не была ознакомлена с материалами дела, судебная коллегия, находит необоснованными. Из протокола судебного заседания следует, что защитник Чымы А.Х.-Х. действительно по назначению суда представляла интересы осужденного ФИО2 по назначению, в отсутствие защитника по соглашению Ооржак У.Б., который просила провести судебное заседание с участием защитника по назначению. Защитник Чымы А.-Х.Х. подтвердила в суде об ознакомлении с материалами дела путем изучения обвинительного заключения. Не находя нарушений уголовно-процессуального закона, судебная коллегия исходит из того, что в этом судебном заседании допрашивалась свидетель Д.С., следователь, проводивший предварительное следствие по уголовному делу в отношении потерпевших С.С. и М.А. Она же была допрошена в ходе судебного следствия 11 декабря 2015 года с участием ФИО2 и его защитника, в ходе которого выяснялись те же обстоятельства, обстоятельства расследования уголовного дела в отношении потерпевших. 

Судебная коллегия также не может согласиться с доводами защитника Котовщикова А.В. в части того, что судом первой инстанции не учтено, что в отношении потерпевшего О.А. судебно-медицинская экспертиза, не проводилась, тогда как в силу п. 2 ст. 196 УПК РФ назначение и производство судебной экспертизы являлось обязательным, для установления характера и степени вреда, причиненного здоровью потерпевшего. Согласно уголовному закону, под насилием понимаются не только действия, причинившие определенный вред здоровью потерпевшему, но и действия, связанные с нанесением побоев, совершение других насильственных действий, связанных в причинением потерпевшему физической боли. По эпизоду в отношении потерпевшего О.А. осужденному ФИО3 органы предварительного следствия указали о применении к нему насилия, вызвавшего физическую боль, что охватывается составом преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, в связи с чем отсутствие заключения судебно-медицинской экспертизы не свидетельствует, что в отношении О.А. ФИО3 насилие не применялось.

Судебная коллегия также не может согласиться с доводами осужденных ФИО5 и ФИО4 о непричастности к преступлениями, в связи с тем, что в момент нахождения потерпевших в отделе полиции они проводили проверку по факту получения гражданином О.Э. ножевого ранения, которое подтверждено свидетельскими показаниями О.Э. и Т.Ч., поскольку они опровергаются показаниями потерпевших и другими доказательствами, признанными судебной коллегией достоверными и допустимыми.

Утверждения защитников Донгак М.Б. и Котовщикова А.В. об отсутствии в деле заключения судебно-медицинской экспертизы № 230 от 10 апреля 2014 года в отношении потерпевшего А.А. и акта освидетельствования № 128, положенного в основу заключения судебного медицинской экспертизы № 232 в отношении М.А., противоречат материалам дела, в котором указанные заключение и акт освидетельствования приобщены в томе 11 на стр. 51-52, 219 и оглашены судом первой инстанции.

Доводы защитника Оюн С.П. о том, что факт превышения должностных полномочий осужденными может быть мотивирован должностными инструкциями, исследованными в судебном заседании, являются необоснованными. В суде установлено, что все осужденные являлись сотрудниками полиции и являлись представителями власти, применив насилие в отношении потерпевших очевидно и бесспорно не имея установленных в законе оснований для применения физической силы и специальных средств, существенно нарушили их права и законные интересы, предусмотренные Конституцией РФ, действовали вопреки интересам государственной власти и интересов государственной службы. 

Оснований для возвращения уголовного дела в отношении осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО6-Х.Н., ФИО3, Монгуша Аяса, ФИО5 и ФИО4 в связи с отсутствием, как указал защитник Сысонов Е.В., сопроводительного письма о направлении уголовного дела прокурору для утверждения обвинительного заключения противоречит материалам дела. На л.д.118-1123 т. 27 имеется справка следователя, согласно которой уголовное дело в отношении обвиняемых направлено заместителю прокурора Республики Тыва 24 декабря 2014 года, за ней приобщено сопроводительное письмо заместителя руководителя Следственного управления СУ РФ по Республике Тыва от 24 декабря 2014 года о направлении уголовного дела для утверждения обвинительного заключения, которое утверждено заместителем прокурора Республики Тыва 12 января 2015 года, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих направление уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. 

Таким образом, судебная коллегия в соответствии с требованиями стст. 87, 88 УПК РФ оценив каждое доказательство как в отдельности, так и в их совокупности, приходит к выводу о виновности осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО6-Х.Н., ФИО5, ФИО1, ФИО3 и ФИО4 в совершении преступлений и квалифицирует действия ФИО1 по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и угрозой его применения к потерпевшему С.С.; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.А.; по п. «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением специальных средств в отношении потерпевшего А.А.; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия, с угрозой его применения и с применением специальных средств в отношении потерпевшего М.Х. 

Действия ФИО6-Х.Н. судебная коллегия квалифицирует по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.А.; по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия к потерпевшему А.А.; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.Х.; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и специальных средств в отношении С.С.. 

Судебная коллегия квалифицирует действия ФИО2 по пп. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и с угрозой его применения в отношении потерпевшего С.С.; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и специальных средств в отношении М.А.; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.Х. 

Судебная коллегия квалифицирует действия ФИО3 по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего М.А.; по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и специальных средств в отношении потерпевшего О.А.. 

Судебная коллегия квалифицирует действия ФИО5 по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия, с угрозой его применения и с применением специальных средств в отношении А.А..

Судебная коллегия квалифицирует действия Монгуша Аяса по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия и с угрозой его применения в отношении потерпевшего А.А..

Судебная коллегия квалифицирует действия ФИО4 по пп. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенные с применением насилия в отношении потерпевшего М.Х. 

Психическая полноценность ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО1, ФИО4 у судебной коллегии сомнений не вызывает, их поведение в судебном заседании носил адекватный и упорядоченный характер, на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах они не состоит, в связи с чем, судебная коллегия признает их вменяемым в инкриминируемом им деянии. 

При назначении наказания, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, личность осужденных, наличие смягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей. Так, при учете характера общественной опасности преступления, судебная коллегия принимает во внимание то, что ими совершено умышленное преступление, отнесенное уголовным законом к категории тяжких преступлений, направленное против государственной власти, связанного с нарушением конституционных прав потерпевших на неприкосновенность. При определении степени общественной опасности преступления судебная коллегия принимает во внимание, что в результате действий осужденных потерпевшие получили телесные повреждения, преступление ими совершено в группе лиц. 

В соответствии со ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО1 судебная коллегия признает привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики с места жительства и работы, наличие двоих детей, молодой возраст, ходатайства односельчан, администрации Дзун-Хемчикского кожууна и Правительства Республики Тыва о снисхождении к нему, наличие нагрудного знака за развитие кожууна администрации Дзун-Хемчикского кожууна Республики Тыва, юбилейных медалей МВД Республики Тыва, МО МВД России «Дзун-Хемчикский», и медали за отличную службу МВД РФ II и III степени. 

Согласно служебной характеристике, ФИО1 характеризуется положительно, как добросовестный, принципиальный, ответственный, исполнительный и профессионально-грамотный опытный сотрудник, принимает активное участие в общественной жизни коллектива, награждался почетными грамотами МО и МВД по Республике Тыва, за время службы имеет 6 поощрений (т.5 л.д. 112).

Из характеристик администрации муниципального образования городское поселение ** Республики Тыва следует, что ФИО1 характеризуется исключительно с положительной стороны, как общительный, тактичный и отзывчивый, постоянный участник различных общественных мероприятий города и кожууна, примерный семьянин, заслуживший уважение среди родных, друзей и коллег, требовательный к себе, а также награждавшийся почетными грамотами администрации **, юбилейными медалями и нагрудными знаками по характеру спокойный и уравновешенный (т. 5 л.д. 114).

В соответствии со ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО6-Х.Н. судебная коллегия признает привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики с места жительства и работы, ** молодой возраст, наличие почетных грамот и благодарностей руководства МВД по Республике Тыва, МО МВД РФ «**, юбилейной медали МВД России, медалей за отличие в службе, состояние здоровья с диагнозом «**. 

Согласно служебным характеристикам, приобщенным в деле (т.5 л.д. 127) и в судебном заседании, ФИО6-Х.Н. характеризуется положительно, как добросовестный, компетентный, принципиальный, ответственный, исполнительный и профессионально-грамотный опытный сотрудник, принимающий активное участие в общественных и спортивных мероприятиях коллектива, награждался почетными грамотами МВД по Республике Тыва, при исполнении служебных обязанностей не считается с личным временем, обладает организаторскими способностями, по характеру спокоен, вежлив, выдержан и уравновешен.

В соответствии со ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО2 судебная коллегия признает привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики с места жительства и работы, ** молодой возраст, наличие поощрений и почетных грамот за добросовестный труд администрации муниципального района «**» и за добросовестное исполнение служебных обязанностей МО МВД РФ «** по Республике Тыва, юбилейные медали и медаль за отличную службу в МВД России II степени, состояние здоровья с диагнозом «**». 

Согласно служебной характеристике, ФИО2 характеризуется положительно, как добросовестный, исполнительный и ответственный сотрудник, обладающий высоким профессионализмом, постоянно повышающий свой образовательный уровень, ежедневно принимающий активное участие в специализированных и спортивных мероприятиях МО МВД РФ «**», общителен и эрудирован, в коллективе пользуется уважением (т. 5 л.д. 156, 150).

Администрацией муниципального района «**» ФИО2 характеризуется положительно, ** за период трудовой деятельности в качестве оперативного уполномоченного проявил себя ответственным и отзывчивым работником, по характеру уравновешенный, доброжелательный, ведущий здоровый образ жизни (т. 5 л.д. 153).

В соответствии со ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО3 судебная коллегия признает привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики с места жительства и работы, **, молодой возраст, наличие благодарностей и почетных грамот за добросовестное исполнение служебных обязанностей администрации ** Республики Тыва, МО МВД РФ «**» и МВД по Республике Тыва, дипломы и грамоты за спортивные достижения администрации кождууна и МВД по Республике Тыва, благодарность за высокие показатели в **служебной деятельности и достигнутые успехи в охране общественного порядка МВД России, благодарственное письмо председателя Правительства Республики Тыва, юбилейная медаль ветерана МВД по Республике Тыва. 

Согласно служебным характеристикам, приобщенным в деле (т. 5 л.д. 177) и представленным в суд, ФИО3 характеризуется положительно, как добросовестный, исполнительный, принципиальный, ответственный, организованный, грамотный, не считающийся с личным временем сотрудник, в нестандартных ситуациях действует быстро и решительно, постоянно повышает профессиональный уровень, настойчив, за безупречную службу в органах внутренних дел, достижение высоких показателей в служебной деятельности, большой вклад в укрепление охраны общественного порядка на обслуживаемой территории неоднократно поощрялся руководством МВД по Республике Тыва, по характеру спокоен, вежлив, уравновешен и доброжелателен, в коллективе пользуется авторитетом и уважением 

Администрациями сельского поселения сумон ** и муниципальных районов «**» и «**» ФИО3 характеризуется исключительно положительно, за период работы ** проявил себя только с лучшей стороны, оперативно реагировал на происшествия и тесно взаимодействовал с гражданами, активно участвовал в работе по профилактике правонарушений среди несовершеннолетних, принимал активное участие в общественных и спортивных мероприятиях кожууна и республики, по характеру добрый и честный, (т. 5 л.д. 174).

В соответствии со ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО5 судебная коллегия признает привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики с места жительства и работы, ** молодой возраст, наличие поощрений и почетных грамот за добросовестное исполнение служебных обязанностей МВД по Республике Тыва.

Согласно служебной характеристике, ФИО5 характеризуется положительно, как добросовестный, грамотный, инициативный, требовательный к себе, исполнительный, обладает организаторским способностями, в коллективе пользуется заслуженным уважением, опытный сотрудник, при исполнении служебных обязанностей не считается с личным временем, неоднократно поощрялся почетными грамотами МВД по Республике Тыва, по характеру спокоен и вежлив (т.5 л.д. 134).

Администрацией муниципального района «**» Республики Тыва ФИО5 характеризуется положительно, за период работы в качестве ** проявил себя ответственным, добросовестным, отзывчивым, внимательным и трудолюбивым человеком, ** спокойный и доброжелательный (т. 5 л.д. 136).

В соответствии со ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание Монгуша Аяса судебная коллегия признает привлечение к уголовной ответственности впервые, исключительно положительные характеристики с места жительства и работы, ** молодой возраст, наличие почетных грамот за положительные результаты в служебной деятельности МВД Республики Тыва. 

Согласно служебной характеристике, Монгуш Аяс характеризуется положительно, как добросовестный, инициативный, исполнительный, ответственный, требовательный, принципиальный, сотрудник, обладающий высокой работоспособностью, преданностью и профессионализмом, не считающийся с личным временем, принимает меры по совершенствованию служебной деятельности, за положительные результаты в служебной деятельности неоднократно поощрялся руководством МВД по Республике Тыва, по характеру спокоен и вежлив (т.5 л.д. 134, 167).

Администрацией муниципального района «**» Монгуш Аяс характеризуется положительно, примерный отец и семьянин, требовательный и исполнительный, по характеру отзывчивый, не поддающийся влиянию других (т. 5 л.д. 164).

В соответствии со ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО4 судебная коллегия признает привлечение к уголовной ответственности впервые, исключительно положительные характеристики с места жительства и работы, наличие **, возраст, наличие почетных грамот МВД Республики Тыва, МО МВД России «**». 

Согласно служебной характеристике, ФИО4 характеризуется положительно, исполнительный, дисциплинированный, добросовестный, ответственный, опытный, организованный сотрудник, принимающий активное в специализированных оперативно-профилактических мероприятиях ПП № ** МО МВД РФ «**», постоянно повышает свой профессиональный уровень, по характеру спокоен, в быту скромен, в коллективе пользуется уважением (т.5 л.д. 184).

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных, судебной коллегией не установлено.

Исходя из фактических обстоятельств преступлений, направленных против интересов государственной службы, степени общественной опасности, в силу ч. 6 ст. 15 УК РФ, судебная коллегия не находит оснований для изменения категории преступлений, совершенных осужденными на менее тяжкую. При этом судебная коллегия исходит из обстоятельств дела, учитывает при этом, что преступление в отношении потерпевших совершены представителями власти в группе лиц. 

Определяя вид и размер уголовного наказания, суд учитывает обстоятельства и характер совершенных осужденными преступлений, направленных против интересов государственной власти и интересов государственной службы, тяжесть преступлений, личности осужденных, и с учетом этих данных судебная коллегия считает необходимым назначить ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО1, ФИО4 наказание в виде лишения свободы. По мнению, судебной коллегии, назначение им иного наказания не будет отвечать целям наказания, определенным в ч. 2 ст.43 УК РФ и ч. 1 ст. 6 УК РФ, принципу справедливости. В связи с изложенным, судебная коллегия не усматривает оснований для назначения ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3 наказания с применением требований ст. 73 УК РФ, поскольку их исправление не может быть достигнуто без изоляции от общества. 

Судебная коллегия, исходя из характера и степени общественной опасности преступления, совершенного осужденными умышленно в группе лиц, которое отнесено уголовным законом к категории тяжких, направленного против власти, личности осужденных, которые с использованием специальных средств применили насилие к потерпевшим, считает необходимым в силу ст. 48 УК РФ, лишить их специальных званий.

Вместе с тем судебная коллегия находит возможным назначить наказание ФИО5, ФИО1, ФИО4 без реального отбывания, в соответствии со ст. 73 УК РФ, которое будет способствовать их исправлению, принимая во внимание обстоятельства преступления, роль и степень их участия, их личности, характеризующихся положительно по месту жительства. 

При определении размера наказания судебная коллегия учитывает положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений для применения ст. 64 УК РФ, судебной коллегией не установлено. 

На основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ судебная коллегия назначает ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3 отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

Согласно п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, время содержания под стражей ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3 необходимо зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ судебная коллегия возлагает на условно осужденных ФИО5, Монгуша Аяса, ФИО4 исполнение обязанностей, которые будут способствовать их исправлению. 

Для обеспечения исполнения приговора мера пресечения в отношении ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3 в виде заключения под стражу, в отношении ФИО5, Монгуша Аяса, ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит оставлению без изменения. 

Гражданский иск по делу не заявлен. 

С вещественных доказательств – личных дел осужденных ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5, переданных под ответственное хранение Управления по работе с личным составом МВД по Республике Тыва снять ограничения по хранению. Остальные вещественные доказательства хранить в материалах уголовного дела. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия 

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Сут-Хольского районного суда Республики Тыва от 24 сентября 2018 года в отношении ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3, ФИО5, Монгуша Аяса, ФИО4 отменить и вынести новый приговор. 

Признать виновным ФИО1 по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года, (по первому эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года и с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, (по второму эпизоду), по п. «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы, с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года (по третьему эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, (по четвертому эпизоду). На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначить 4 года лишения свободы, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** и лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 3 года, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 11 февраля 2019 года, на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года №186-ФЗ) зачесть в срок лишения свободы время нахождения под стражей с 8 по 10 апреля 2013 года, с 24 сентября 2018 года по 11 февраля 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

ФИО6-Х.Н. признать виновным и назначить наказание по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ в виде 3 лет лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года (по первому эпизоду), по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года (по второму эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти срок 2 года (по третьему эпизоду) с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти на срок 2 года с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** (по четвертому эпизоду). На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 4 годам лишения свободы, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** и лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 3 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима. 

Срок наказания ФИО6-Х.Н. исчислять с 11 февраля 2019 года, на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года №186-ФЗ) зачесть в срок лишения свободы время нахождения под стражей с 8 по 10 апреля 2013 года, с 24 сентября 2018 года по 11 февраля 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Признать виновным ФИО2 и назначить ему наказание по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года (по первому эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, (по второму эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком 2 года с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** (по третьему эпизоду). На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** и лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 3 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО2 исчислять с 11 февраля 2019 года, на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года №186-ФЗ) зачесть в срок лишения свободы время нахождения под стражей с 8 по 10 апреля 2013 года, с 24 сентября 2018 года по 11 февраля 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

Признать виновным ФИО3 и назначить ему наказание по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** (по первому эпизоду), по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** (по второму эпизоду). На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к 3 годам 3 месяцам лишения свободы, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания ** и лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 3 года, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО3 исчислять с 11 февраля 2019 года, на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года №186-ФЗ) зачесть в срок лишения свободы время нахождения под стражей с 24 сентября 2018 года по 11 февраля 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

Признать виновным ФИО5 и назначить ему наказание по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, на основании ст. 73 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года. На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на осужденного ФИО5 исполнение обязанностей: не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного. 

Признать виновным Монгуша Аяса, и назначить ему наказание по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, в соответствии со ст. 73 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года. На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на осужденного ФИО1 исполнение обязанностей: не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного. 

Признать виновным ФИО4 и назначить ему наказание по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ в виде 3 лет лишения свободы с лишением права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 2 года, с лишением на основании ст. 48 УК РФ специального звания **, в соответствии со ст. 73 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 2 года.

Меру пресечения в виде содержания под стражей в отношении ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3 оставить без изменения. 

Дополнительное наказание, в виде лишения права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, назначенное осужденным ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3 исчислять с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы. 

Дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в ** РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти назначенное осужденным ФИО1, ФИО4 и ФИО5 исполнять самостоятельно.

Испытательный срок ФИО1, ФИО4, ФИО5 исчислять с момента вступления приговора в законную силу, с 11 февраля 2019 года. В испытательный срок зачесть время, прошедшее со дня провозглашения приговора с 24 сентября 2018 года.

С вещественных доказательств – личных дел осужденных ФИО1, ФИО6-Х.Н., ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5, переданных под ответственное хранение Управления по работе с личным составом МВД по Республике Тыва снять ограничения по хранению. Остальные вещественные доказательства хранить в материалах уголовного дела. 

Процессуальные издержки в виде вознаграждения назначенных адвокатов взыскать с осужденных ФИО1, ФИО4, ФИО5, осужденного ФИО1 освободить от процессуальных издержек за участие в суде первой инстанции адвоката по назначению суда. 

Председательствующий 

Судьи