Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июля 2019 года 

<

адрес>

Кызылский городской суд Республики Тыва в составе председательствующего судьи Кочага Б.Ш-К., при секретаре ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Непубличному акционерному обществу «Первое коллекторское бюро», НАО «ПКБ», ПАО «Сбербанк» о признании недействительным договора уступки прав требования № от ДД.ММ.ГГГГ в части уступки прав требования к ФИО7

с участием истца ФИО2, 

у с т а н о в и л:

истец ФИО2 обратился в суд с иском к ответчикам о признании ничтожным договора уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ № в части уступки прав требования к ФИО8 (с учетом уточнений).

В обоснование иска указано, что в ДД.ММ.ГГГГ году между ФИО2 и Акционерным коммерческим Сберегательным банком Российской Федерации был заключен кредитный договор №, в соответствии с которыми Банк предоставил заемщику кредит в сумме 450000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Сбербанк России» и ОАО «Первое коллекторское бюро» заключен договор уступки прав требования исполнения должником ФИО2 обязательств по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец считает данный договор цессии в отношении него незаконным. Так, задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ была взыскана с истца в судебном порядке, было возбуждено исполнительное производство. При ознакомлении с пенсионным делом ей стало известно, что были нарушены положения действующего законодательства, взыскания с пенсии поступают не в Восточно-Сибирский банк ОАО Сбербанк, Кызылское отделение №. По запросу истца была выдана справка, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Сбербанк России» и ОАО «Первое коллекторское бюро» заключен договор уступки прав требования в части передачи суммы долга по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ.

В кредитном договоре, заключенном между истцом и Восточно-Сибирским банком ОАО Сбербанк условие о праве банка передать право требования к заемщику по данному кредитному договору лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности нет.

Истец своего согласия на передачу прав требования по данному кредитному договору третьим лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности не давал.

Поскольку Непубличное акционерное общество «Первое коллекторское бюро», НАО «ПКБ» не является кредитной организацией, истец считает, что договор уступки прав требований № от ДД.ММ.ГГГГ в части передачи прав требований по кредитному договору в отношении истца является ничтожным и с момента заключения не порождает никаких правовых последствий, в том числе права у Непубличного акционерного общества «первое коллекторское бюро», НАО «ПКБ» на взыскание задолженности по кредитному договору, заключенному между истцом и банком. 

При этом, непубличное акционерное общество «Первое колекторское бюро», НАО «ПКБ» не является специальным субъектом кредитных правоотношений, лицензии на осуществление банковской деятельностью не имеет, и поэтому не связано с обязательствами не разглашать сведения в отношении истца, составляющие банковскую тайну, и не несет за разглашение этих сведений никакой ответственности. Указанные обстоятельства нарушают право истца на тайне операции по кредитному договору, которые предоставлены законом. 

Кроме того, полагает, что при заключении договора уступка права требования, вытекающего из кредитного договора, уступка прав требования по спорному кредитному обязательству между Кызылским отделением № и колекторским агентством Непубличное акционерное общество «Первое коллекторское бюро», НАО «ПКБ» привела к разглашению банковской тайны, что является существенным нарушением требований ст.857 ГК РФ, ст.26 Закона № «О банках и банковской деятельности», нарушает права ответчика. Поскольку Кызылское отделение №, заключив договор об уступке прав требований № от ДД.ММ.ГГГГ, в нарушение требований законодательства допустил обработку персональных данных ответчика в отсутствие письменного согласия последнего, договор об уступке прав требований в отношении задолженности ФИО2 является ничтожным и с момента заключения не порождает никаких последствий, в том числе права на взыскание задолженности по кредитному договору, заключенному с ФИО2 

Согласно абзацу 6 п.6.2 кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ расторжение договора производится путем направления заемщику соответствующего извещения в письменной форме заказным письмом с уведомлением о вручении. 

В соответствии абзаца 7 с п.7.1 по п.7.6 изменения о дополнения к Договору действительны, если они совершены в письменной форме и подписаны заемщиком и уполномоченным лицом кредитора. Кредитор предоставляет информацию о заключении договора о его условиях только при наличии письменного согласия заемщика. Кредитор не вправе предоставлять в бюро кредитных историй информацию о заемщике, предусмотренную ст.4 Федерального закона «О кредитных историях». №218-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно правил кредитования сторонами достигнуто соглашение о необходимости получения согласия для перехода к другому лицу прав кредитора сторонами договора в письменной форме и подписаны заемщиком. Кредитор предоставляет информацию о заключении договора, о его условиях только при наличии письменного согласия заемщика.

Между тем при уступке права требования третьему лицу передается информация о должнике и о сумме долга. В нарушение условий кредитного договора. Сама процедура переуступки совершается путем формирования договора цессии. На основании данного соглашения коллекторы получают права, которые были у кредитора. А эти права и обязанности фигурируют в кредитном договоре, который полностью нарушен банком. 

Заемщик ставится в известность по поводу произошедших изменений задолженности, которая взыскивается в рамках исполнительного производства. При этом одна из сторон соглашения обязана уведомить должника о переходе права требования. В нарушение условий договора, в нарушение ст.385 ГК РФ процедура уведомления согласно кредитного договора исполнена не была. Направление ему уведомления о состоявшейся уступке не является получением такого согласия. 

Просит признать недействительным договор уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ № по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ между ОАО Сбербанк и ОАО «Первое коллекторское бюро» в части уступки прав требования к ФИО9

В судебном заседании истец ФИО2 иск полностью поддержал по изложенным основаниям. 

Представители ответчиков в суд не явились, о месте и времени извещены. 

В письменном отзыве на иск представитель ответчика НАО «ПКБ» просил рассмотреть дело в его отсутствие, указав, что уступка требования произведена в соответствии с нормами законодательства; просит в удовлетворении иска отказать. 

Выслушав истца, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.1); Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.2).

Из материалов дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между Акционерным коммерческим Сберегательным банком Российской Федерации и ФИО10 был заключен кредитный договор № о предоставлении 450000 рублей на приобретение легкового автомобиля под 11.5% годовых со сроком возврата кредита по ДД.ММ.ГГГГ. 

Денежные средства в сумме 450000 рублей выданы ФИО2 банком ДД.ММ.ГГГГ, о чем свидетельствует мемориальный ордер №.

В материалы дела представлено решение Кызылского городского суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ, которым был удовлетворен иск Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации к ФИО11, ФИО14 о взыскании задолженности по кредиту, процентов за пользование кредитом и неустойки. Постановлено взыскать с ФИО12, ФИО13 в солидарном порядке в пользу Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации 420398 рублей 37 копеек в счет задолженности по кредиту, процентов за пользование кредитом и неустойки, судебные расходы в виде уплаченной при подаче иска государственной пошлины в сумме 7597 рублей 81 копеек. Взыскать с ФИО15 в пользу Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации 19383 рублей 02 копейки в счет задолженности по кредиту, процентов за пользование кредитом и неустойки. 

В соответствии со ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона (п.1); Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Предусмотренный договором запрет перехода прав кредитора к другому лицу не препятствует продаже таких прав в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве и законодательством о несостоятельности (банкротстве) (п.2).

В соответствии со ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (п.1).

Согласно п.1 ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено.

ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Сбербанк России» (цедент) и ОАО «Первое коллекторское бюро» (цессионарий) был заключен договор уступки прав требования №, в соответствии с которым цедент передает цессионарию, а цессионарий принимает и оплачивает права требования по кредитным договорам согласно перечню, являющемуся Приложением № к договору, в объеме и на условиях, установленных договором. 

Согласно выписке из Приложения к договору цессии цедент передал также права требования к ФИО2 по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ №.

Согласно выписки по договору 38591/5838 от ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ задолженность ФИО2 составляет: 283980 рублей 38 копеек, в том числе: 190583 рублей 75 копеек – просроченный основной долг, 93 396 рублей 63 копейка – штрафы.

Таким образом, к моменту заключения указанного договора уступки права требования задолженность истца по кредитным договорам была установлена и взыскана судебным решением, и к новому кредитору на основании договора цессии перешли права требования, в том числе право на проценты.

Согласно части 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

В рассматриваемом случае при заключении кредитных договоров сторонами не было согласовано условие о том, что личность кредитора имеет существенное значение для должника. Исходя из положений параграфа 2 главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства, вытекающие из кредитного договора, не относятся к числу обязательств, в которых личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Таким образом, каких-либо нарушений требований положений ст.388 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора уступки не установлено. 

Согласно разъяснениям п.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", в силу пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

Поскольку доказательств того, что цедент имел намерение одарить цессионария, в материалы дела не представлено, а в силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, напротив, п.4.2 договора предусмотрена цена прав требования, и стороны договора цессии условия и согласованную цену не оспаривают, при этом условие оплаты прав обязанностей истца вообще не затрагивает, то довод истца о безвозмездности договора уступки не состоятелен.

Также нельзя признать обоснованными аргументы истца о нарушении ответчиками его прав в связи с передачей персональных данных.

Так, в соответствии с пунктами 1, 2, 5 и 7 части 1 статьи 6 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 152-ФЗ "О персональных данных" обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением, в частности, правил, предусмотренных данным Федеральным законом, и допускается в случаях, если она осуществляется с согласия субъекта персональных данных, необходима для достижения целей, предусмотренных международным договором Российской Федерации или законом, для осуществления и выполнения возложенных законодательством Российской Федерации на оператора функций, полномочий и обязанностей; для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем; а также обработка персональных данных необходима для осуществления прав и законных интересов оператора или третьих лиц, в том числе в случаях, предусмотренных Федеральным законом "О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях", либо для достижения общественно значимых целей при условии, что при этом не нарушаются права и свободы субъекта персональных данных.

В соответствии с ч. 3 ст. 6 ФЗ N 230-ФЗ "О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях" если иное не предусмотрено федеральным законом, кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, при совершении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, не вправе без согласия должника передавать (сообщать) третьим лицам или делать доступными для них сведения о должнике, просроченной задолженности и ее взыскании и любые другие персональные данные должника.

Согласно ч. 5 ст. 6 ФЗ N 230-ФЗ вне зависимости от наличия согласия должника кредитор вправе передавать сведения, указанные в части 3 настоящей статьи, при заключении договора и в ходе переговоров о заключении договора, предусматривающего уступку права требования.., только в случае, если сведения передаются Центральному банку РФ (Банку России), государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", акционерному обществу "Единый институт развития в жилищной сфере" и его организациям, предусмотренным статьей 3 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ N 225-ФЗ "О содействии развитию и повышению эффективности управления в жилищной сфере и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", управляющим компаниям инвестиционных фондов, паевых инвестиционных фондов и негосударственных пенсионных фондов, кредитным организациям, специализированным обществам, ипотечным агентам и лицам, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, включенным в государственный реестр.

Кроме того, право осуществления кредитором уступки прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении, предусмотрено ч. 1 ст. 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 353-ФЗ "О потребительском кредите".

Частью 2 ст. 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 353-ФЗ "О потребительском кредите" предусмотрено, что при уступке прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) кредитор вправе передавать персональные данные заемщика и лиц, предоставивших обеспечение по договору потребительского кредита (займа), в соответствии с законодательством Российской Федерации о персональных данных.

Согласно уведомлению от ДД.ММ.ГГГГ ПАО Сбербанк в лице Кызылского отделения № сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ между ОАО Сбербанк в лице Восточно-Сибирского банка ОАО Сбербанк и ОАО «Первое коллекторское бюро» заключен договор уступки прав (требований). В соответствии с условиями Договора цессии права требования Банка по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с ФИО17 и ФИО16, переданы ОАО «Первое коллекторское бюро» ДД.ММ.ГГГГ. 

Между тем, утверждение истца о том, что согласия на передачу прав требования по данному кредитному договору третьим лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности не давал, не основано на законе, так как то обстоятельство, что по договору об уступке прав требований были переданы права требований по кредитному договору - не свидетельствует о недействительности договора, и требования ст. 389 Гражданского кодекса Российской Федерации относительно формы уступки требования не нарушает.

При этом право банка на уступку права требования третьим лицам, в том числе, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности признается законным, поскольку законодательство не исключает и не исключало на дату заключения кредитных договоров возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, и уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в ст. 5 ФЗ "О банках и банковской деятельности".

Таким образом, поскольку судом не установлено каких-либо нарушений закона при заключении оспариваемого договора уступки, то при указанных выше обстоятельствах, иск не обоснован и не подлежит удовлетворению. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194,198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

р е ш и л :

В удовлетворении иска ФИО19 к Непубличному акционерному обществу «Первое коллекторское бюро», НАО «ПКБ», ПАО «Сбербанк» о признании недействительным договора уступки прав требования № от ДД.ММ.ГГГГ в части уступки прав требования к ФИО18 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва через Кызылский городской суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Б.Ш-К.Кочага